Roses

— Эй, Бакуго, мы опаздываем, — Киришима оглянулся. Он забежал далеко вперёд и теперь нетерпеливо переминался с ноги на ногу в ожидании одноклассника. — Ну же! Прояви хоть капельку приличия. На улице уже стемнело. Вокруг не было ни души. Мощеная булыжником аллея была освещена желтым светом уличных фонарей. Они вышли из общежития последними. Два квартала до академии не такое уж большое расстояние, но Эйджиро видимо так не считал. — Ты бы не мог двигаться чуть резче.  — Нет, не мог! — огрызнулся Бакуго. Ему пришлось остановиться, чтобы в очередной раз оттянуть штаны, которые врезались между ног. — Я, блять, вообще не могу понять, какого хера согласился на эту авантюру, — он ускорил шаг и поравнялся с Киришимо, — и я не собираюсь делать вид, что хоть как-то заинтересован... А тем более... тем более, - он сделал глубокий вдох, - ...не буду нестись сломя голову на это идиотское мероприятие. — Оу, полегче, — Эйджиро искоса взглянул на него, — уверен, там будет весело. Всем нужен отдых. — Он закинул руки за голову, — а тебе особенно, ты стал каким-то нервным в последнее время. Они завернули за угол, и пройдя еще какое-то расстояние вдоль сплошной бетонной стены, которая окружала академию, оказались у главных ворот. В окнах школы на первом этаже горел свет. Миновав двор, мальчишки приблизились ко входу. Сквозь неплотно закрытые двери просачивалась едва уловимая музыка. Стеклянные створки беззвучно открылись и закрылись, пропуская двух учеников во внутрь. В академии было шумно: гул голосов, музыка, звон бокалов и стук женских каблучков сливались в одну пульсирующую, то стихающую, то вновь возрастущую мелодию. Концертный зал на первом этаже был битком набит людьми. Тут собрались герои не только с первого курса, здесь была вся школа. Тысяча, миллиарды горящих свечей бросали мягкие блики на лица присутствующих. Живое пламя создавало особенную атмосферу торжественности и уюта одновременно. Организаторы явно постарались. Помещение было неузнаваемым. На стенах висели букеты из осенних листьев и цветов. Маленькие пушистые астры, нежные флоксы, желтые и лиловые крокусы, алые георгины и белоснежные хризантемы. В воздухе витали аромат женских духов и сладкий цветочный запах. Кацуки огляделся по сторонам. Пространство вокруг пестрело от разнообразия платьев, здесь был представлен весь существующий цветовой спектр и даже немного больше. Яркие наряды девчонок контрастировали с мужскими. Парни почти все, за редким исключением, были одеты в чернобелое. Живой оркестр находился где-то за пределами видимости, поэтому казалось, что музыка рождалась сама с собой, прямо из воздуха. Никто ещё не танцевал. Присутствующие только пробовали обстановку на вкус, запивая её безалкогольными коктейлями и перекидывались шуточками и комплиментами. — Видишь, всё не так уж плохо, — Киришима похлопал его по спине. — Отвяжись, — Бакугоу передернул плечами. В конце зала он заметил маленькую сцену, которая сейчас пустовала. Эйджиро уже успел затеряться где-то в толпе, оставив Бакуго одного стоять посреди зала. Сделав независимое лицо и засунув руки в карманы брюк, мальчишка неспешно двинулся дальше. Тут его внимание привлекло нечто такое, что заставило Бакуго невольно остановиться. В нескольких метрах от него стоял Деку. «Вот черт» Зеленоволосый был в окружении своих дружков. «так…все здесь… двумордый, очкастый… а это еще кто такая?» Его взгляд остановился на маленькой женской фигурке в розовом платье. Девочка немного повернула голову, улыбаясь и приветливо махая рукой кому-то в толпе. Бакуго узнал ее. Урарака Очако со спортивного фестиваля. Подружка Деку. Маленькая, но упрямая как стадо баранов. Она не сдалась тогда. Проиграла, но не сдалась. Он хорошо это запомнил. Сейчас она изменилась. Такая хрупкая и такая… чёрт такая красивая. Говорят, чтобы влюбиться, человеку нужно не больше секунды. Бакуго никогда раньше не чувствовал ничего подобного. Он не знал или же просто не хотел верить в то, о чём с такой настойчивостью стучало его сердце. Разительные перемены заставили его невольно забыть о существовании окружающих. Была только она, и её милая улыбка. Он заворожено следил за каждым ее движением и даже не сразу заметил изменения, произошедшие в зале. Музыка и голоса смолкли как по мановению волшебной палочки. Бакуго проследил за взглядами собравшихся. На маленькой сцене больше не было пусто. На ней стояла Полночь. Выглядела она просто потрясающе. Тишина, наступившая так резко, была вполне объяснима. Это было нечто особенное, то чего не выразить словами. Так звучало охуение. Немури была одета в длинное, облегающее черное платье, которое всё было усыпано миллиардом драгоценных камней. Оно облегало её фигурку, подчеркивая пышные формы. Что и не говори — секс-символ академии. — Всем привет, прошу минуточку внимания, — она постучала пальчиком по микрофону. Эти слова были лишними, все взгляды и так были обращены на неё. — Я бесконечно рада, что сегодня здесь столько народу. Спасибо всем кто пришел. — Надеюсь сегодня вы повеселитесь. Рядом с ней возник Сущий Мик. Блистал он не меньше, если не сказать больше самой Полночи. Сейчас учитель английского был без вечных солнцезащитных очков, в до блеска налакированных туфлях, белоснежной рубашке и бабочке. Идеальный как всегда: идеален в коже, идеален в вечернем костюме. — Дамы и господа! — Хизаши не нужен был микрофон, его голос, усиленный причудой моментально разлетелся по всему залу, перекрывая поднявшийся ропот. — Кхм, ребята! — он улыбнулся, — хочу торжественно объявить наш осенний бал открытым! Маэстро, вальс! Мик ловко соскочил со сцены, и подхватив Полночь на руки, тоже спустил ее. Дабы показать пример ученикам они первыми пустились в танец, оба идеально владеющие своим телом и невероятно слажено двигающиеся по паркету. Оркестр заиграл вальс. Присутствующие моментально оживились и стали делиться по парам. Те, кто не умел или не хотел танцевать отошли в сторону. Бакуго опять обернулся, отыскивая взглядом Урараку. Наконец он увидел в толпе бледное личико с карими глазами. Очако смотрела на кого-то с нескрываемым ожидаем. Кажется она была чем-то расстроена. Бакуго проследил за ее взглядом и сразу все понял. Деку. Даже, если Кацуки и делал вид, что ему насрать на то, что происходит в классе, то это было не совсем так. Он давно заметил то, с каким выражением лица круглолицая смотрит на Мидорию. Но сам Изуку казалось этого не замечал. Вот и сейчас. «Какой же Деку конченный идиот. Ему что трудно пригласить ее на танец?!» Бакуго не заметил, как ноги сами понесли его вперед. Шаг и еще шаг по направлению к девушке. Он не позволит ей вот так стоять и смотреть щенячими глазами на этого слепого кретина, который ничего вокруг не видит, кроме собственного виснущатого носа. Урарака заметила его приближение. Она слабо улыбнулась и хотела что-то сказать, но он не дал ей. — Пошли. И не говоря больше ни слова, Бакуго схватил ее за руку и потащил за собой. Как ни странно она не сопротивлялась. Просто покорно сименила за ним и, всего один раз оглянулась туда, где остался стоять сопляк-Деку. Он выглядел растерянно, даже рот забыл закрыть. Пускай. «Так ему и надо! Не вся земля вращается вокруг твоей зеленой башки.» Достигнув середины зала Бакуго остановился и резко развернулся, продолжая держать её за руку. Урарака смотрела на него с удивлением и испугом, отражавшимися в карих глазах. И без того большие, сейчас они стали просто огромными. Секунду он смотрел в эти два бездонных искрящихся колодца, а затем притянул её к себе, положив одну руку на тонкую талию, а другой сжав хрупкие пальчики. В его руках она оказалась совершенно невесомой, лёгкой, как чёртова пушинка. Как будто сама Урарака была неотъемлемой частью своей причуды. Он успел заметить довольную улыбку Киришимы, хихикающих Ашидо и Сэро и недоумённое лицо Джиро, прежде чем всё вокруг закружилось в феерическом вихре огней. Как он там выразился? «нескладный медляк»? Да, наверное это так и выглядело со стороны. Бакуго никогда раньше не танцевал. Он считал это полным идиотизмом. А сейчас? Только посмотрите! Сам, наперекор своим убеждениям, кружится в танце под дружный хор рояля и скрипок. Очако не смотрела на него, уткнувшись носом куда-то в рубашку. Она была ниже ростом, и поэтому едва доставала макушкой Кацуки до подбородка. Волосы у неё пахли чем-то сладким и ещё совсем немного лаком. Бакуго с трудом поборол в себе желание прижаться к ним губами. Он вдруг заметил маленькую розочку среди каштановых прядей. Чёрт. Это казалось сейчас таким правильным. Это идиотское сочетание: розы у неё на платье, розы у него на костюме. Розы. После танца Очако немного запыхалась, и щёки у неё раскраснелись. В глазах плясали блики свечей. Урарака немного расслабилась и наконец посмотрела на него. В расширенных черных зрачках Бакуго увидел свое собственное отражение. Что-то чарующее было в её глазах, в ней самой. Он вдруг понял, что больше не может отвести взгляд от ее лица. — Ты сегодня очень красивая. Это оказалось легче, чем он думал. — Спасибо, — произнесла она одними губами и опять уставилась на его галстук. Казалось бы, куда ещё больше краснеть? «Какая же она хорошенькая» Бакуго ещё сильнее прижал ее к себе, касаясь щекой пушистых волос, и она сама неожиданно поддалась вперёд, утыкаясь носом ему в шею, с такой доверчивостью и теплом, свойственной только ей одной. И Бакуго опять с ужасом подумал, что он чуть не убил ее тогда, на спортивном фестивале. Музыка закончилась. Они стояли вместе ещё какое-то время, пока откуда-то из толпы не материализовался Деку и неуверенно предложил Урараке станцевать с ним следующий танец. Кацуки был вынужден отойти в сторону, с неохотой уступая место своему врагу. Не смотря ни на кого, он пошел в дальний угол зала, раздираемый противоречивыми чувствами, и схватив со стола жестяную баночку, стал с ожесточением заливать в себя колу.

***

«Чёрт, здесь нечем дышать.» Бакуго потянул за узел галстука, который удавкой обернулся вокруг шеи. В зале стало слишком душно. Ему срочно нужен был глоток свежего воздуха. Куда угодно, только как можно дальше от этой музыки, болтовни и ставшего уже невыносимым приторного запаха цветов. Ему нужно было побыть одному, разобраться в своих мыслях и чувствах. Он огляделся вокруг. Ближе всего была дверь, ведущая на задний двор. Недолго думая мальчишка бесцеремонно отодвинул, стоящего рядом второкурсника, который заигрывал с Яойрозу, активно жестикулируя руками и выплескивая на окружающих остатки шейка. Двери оказались не запертыми, и уже через несколько минут Бакуго оказался на улице. Свежий воздух ударил в лицо, принося облегчение. Он стоял какое-то время, наблюдая за тем, как на темном ночном небе зажигаются звёзды. Иногда вечернюю тишину нарушал шум проезжающей за оградой машины. Лёгкий ветерок приятно холодил разгоряченное лицо. Было отчего-то хорошо. Он и сам не знал, почему на губах вдруг сама собой появилась улыбка. За спиной раздались лёгкие шаги. Бакуго оглянулся, и сердце у него радостно забилось, когда через вечерний сумрак, он различил тоненький женский силуэт. — Что ты тут делаешь? — Урарака остановилась в нескольких шагах от него. Она прерывисто дышала, вероятно вырвавшись сразу после танца. Бакуго, внимательно изучив лицо, скользнул взглядом ниже. На хрупкой шее поблескивало нежное жемчужное ожерелье, грудь высоко вздымалась, а платье чуть съехало вниз, оголяя белоснежные ключицы. Мальчишка невольно закусил губу. Он должен был перестать пялиться туда и что-то ответить. — Вышел подышать свежим воздухом, — получилось выдавить из себя, — а ты? — Я тоже, — сказала она быстро и опустила глаза. «Врёт  — с удивлением заметил Бакуго. Интересно зачем?» Урарака, как будто услышав его вопрос, кивнула, что-то решив для себя, и сделала шаг к нему навстречу. Ее ресницы чуть подрагивали, а на своих губах Кацуки с лёгким удивлением ощутил неожиданное тепло. Мягкое и нежное, практически невесомое, оно разлилось по всему телу сладкими волнами. Она целует его?! По всей видимости да, и он тоже отвечает ей, зарывшись рукой в мягкие каштановые волосы, безоговорочно отдаваясь этому порыву. Урараке пришлось встать на носочки и высоко задрать голову, чтобы коснуться его губ. Чтобы не упасть, она положила обе руки ему на плечи, а потом и вовсе обхватила Бакуго за шею. У Урараки был тёплый мягкий рот. Она слегка приоткрыла его, прижимаясь к его губам. Кацуки чувствовал ее горячее дыхание и ещё этот цветочнованильноконфетный запах. Он окутывал его с головой. Но уже через секунду она отстранилась, и со скоростью, которой позавидовала бы любая Золушка, рванула обратно в школу. Кацуки так и остался стоять с открытым ртом и бешено бьющимся сердцем. Он хотел было броситься следом за ней, но тут увидел на дорожке, прямо у самых дверей, какой-то маленький предмет. Он наклонился, и к своему величайшему восторгу поднял с земли аккуратную розочку, ту самую, что была у нее в волосах. Урарака не заметила как обронила её. Бакуго довольно ухмыльнулся. «Ну что ж, принцесса. Теперь так просто от меня не отделаешься.» Он подкинул цветок в воздух, поймал его, и засунув к себе в петлицу, бодрым шагом направилась в академию. Вечер только начинался и обещал быть очень интересным. У этой сказки определенно будет счастливый конец.