Блеф

Блум:

      Ледяные ладони коснулись кипящей от смущения кожи, даря покой. Тонкие бледные губы накрыли мои с невероятной нежностью, погружая в мир недоступных, неизведанных мною чувств. Голова в этот момент бурлила мыслями, что всё это чертовски неправильно, но я будто больше не владела своим телом. Это было не просто влечение мужчины и женщины, это влечение противоположностей, которые одновременно с этим, — одно и то же.       Сладкая истома растекалась по телу, вызывая смешанные чувства: наслаждение и недоумение. Этот чудак, как бы больно ни было признавать, целовался отлично. Руки, лежавшие на его плечах, то и дело нервно подрагивали, когда маг проводил языком по моей нижней губе, выдыхая. Однако мозг уже приставил к виску курок и выстрелил, забрызгивая кровью черепную коробку изнутри.       Как бы ни отрицали, мы — животные, для которых инстинкты и чувства почти всегда на первом месте, а здравый смысл напрочь отключается, если мы получаем всё вышеперечисленное. Да, я даже подумать не могла, что, когда мой враг будет так чудовищно домогаться меня, я его не оттолкну, а просто буду плыть по течению, позволяя взять ситуацию в свои руки.       Я точно сумасшедшая.       Казалось, Валтор делал что-то обыденное, что-то привычное, обнимая мою талию одной рукой, в то время как его губы не спеша исследовали мои. Так осторожно и так волнительно одновременно, что сердце забилось в миллион раз быстрее обычного, предупреждая, что если эта пытка не кончится, то оно разорвётся на маленькие кусочки.       Через полминуты он отстранился, заглядывая мне в глаза из-под опущенных ресниц, одной рукой гладя мою скулу. Валтор был кем-то другим, непохожим на себя пять минут назад. Частое дыхание, опухшие розовые губы, дикий взгляд. В памяти невольно всплыл образ, который я видела в библиотеке четыре месяца назад. Но теперь эти глаза не полны насмешки, а полны страсти и неутолимой жажды.       Жажды любви.       Наверное, когда Валтор целовал Филину, его взгляд был таким же. Вот только те чувства были искренними, а эти — глупая игра, цель которой выставить меня посмешищем. Собственные мысли больно укололи сердце, заставляя отступить назад.       Будто прочитав мои мысли, маг насмешливо покачал головой, складывая руки на груди:       — Мы с ней не целовались, — фирменная ухмылочка озарила его лицо. Наверное, моя ревность кажется ему настоящей ерундой.       — Это не моё дело, можешь не продолжать, и… всё, что сейчас произошло, — было ошибкой, — подойдя к огромному зеркалу, служащим Валтору порталом, я стала приглаживать чуть взъерошенные волосы.       Будто проигнорировав мою просьбу, он продолжил:       — Не забывай, что я был бестелесным духом и физически не мог этого сделать, — непринуждённо смеясь, подтверждал он, усаживаясь на неподалеку лежащий камень.       Его взгляд намеревался прожечь в моём затылке дыру. Казалось, он всем своим существом желал, чтобы этот разговор был как можно более непринуждённым. Однако стена неловкости, возникшая между нами после этого нелепого поцелуя, не давала мне раскрепоститься, и вести себя как обычно.       — Повторяю ещё раз. Ты можешь не оправдываться передо мной, это меня не касается, — немного раздражённо бросила я, встречаясь с его взглядом. Но, почти перебивая меня, он произнёс:       — Ты ведь так не думаешь. Не думаешь, что это было ошибкой, — утверждал он, всматриваясь в моё лицо, слегка испуганное от резкого тона.       Я не знала, что сказать. Когда меня целовал Скай, это, безусловно, было прекрасно и по любви, но ощущения были иными. Сейчас Валтор казался мне человеком, которого я знала всю жизнь. Возможно, даже могла бы прочитать его, как открытую книгу. Что-то неуловимое, но прочное связывало нас. Это нельзя было увидеть — только почувствовать. И он тоже почувствовал.       Определённо, схожесть целей играет здесь непоследнюю роль. Вот только какая у него цель? Месть ли, как он говорил? Но за что мстить Магиксу? Ведь источником злости и ненависти была королевская семья и народ Каллисто. Быть может, он утаивает настоящую причину, потому что она слишком сильно шокирует меня, и я просто откажусь ему помогать? Уф, хотелось бы верить, что он честен со мной, но просто чего-то не договаривает. Оказаться ни с чем — так себе перспектива. Ведь я всегда довожу дела до конца.       Очевидно догадавшись, что я более не стану развивать тему поцелуя и его бывшей, Валтор ловко перевёл тему:       — Я решил поменять планы. В кабинет Фарагонды за заклинаниями пойдёшь вместе с Трикс, — заканчивая отряхивать плащ от пыли, он медленно стянул с себя перчатки, отбрасывая их в другой конец пещеры. Те моментально превратились в пепел.       — Так внезапно? О чём ты только думаешь? Я и Трикс — это плохая идея, — я взглянула на него хмурым взглядом, на лице явно читался тот же самый вопрос.       — Ты заберёшь свитки и отдашь их ведьмам. За это время сможешь поквитаться со своими феечками, пока их бдительность будет усыплена.       — Что ты имеешь в виду? — я вскинула брови, расслабляя руки от неожиданности.       — Учителя Магикса обладают большой силой. Будет чудом, если я выберусь оттуда живым, — он горько усмехнулся, — а Винкс не упустят возможности поглазеть на триумф своих наставников, улавливаешь?       — Кажется. Но, постой, ты изменил планы ради меня, или же нечестно выигранная дуэль задела бы твоё самолюбие? — я закусила щеку изнутри, чтобы он не заметил мою ироничную улыбку.       — Ни то, ни другое. И вообще, ты прекрасно меня услышала. Давай закончим с этим на сегодня, вечер и так был довольно насыщенным, — это лицо, искрящееся издёвкой… Увидев его, хочется макнуть рожу этого идиота в самое противное и вонючее болото.       — Лучше отдохни, завтра, на рассвете, мы будем на шаг ближе к нашей цели, а для этого нужно набраться силёнок.       Победно оскалившись, Валтор шагнул в портал, исчезая в серой дымке. Жалкий неудачник, небось, хочет подготовиться к битве и украсть ещё парочку заклинаний с планет Волшебного Измерения.       — Козёл!

Мэтт:

      Неловкое молчание повисло в воздухе, нагнетая напряжение. Нет, этому пора положить конец. Знаю, это жестоко, но Люси сама виновата. Трусливым людям не место в нашем мире. Нужно просто протянуть руку, забрать искрящееся светом лезвие и покончить со всем этим.       Одно ясно, что живым отсюда не выйдет никто. Я, можно сказать, делаю «подруге» одолжение. Ведьмы бы ещё помучили, заставляя молить о смерти. На этом наша с ней история окончена. Конечно, были мысли пожить ещё немного, но раз судьба так распорядилась, то здесь ничего не поделаешь.       Трикс в это время начали что-то обсуждать между собой, делая вид, что не обращают внимания на развернувшуюся картину. Видно, не хотели спугнуть меня своими тяжёлыми взглядами, которые так и говорили: «Сделай это!»       На секунду в голову закрались мысли, а отчего они такие жестокие и злые, равнодушные к чужим жизням? Быть может, и у них случилось что-то плохое. Это утешало, но несильно, ведь я уже встречал похожих на них. Те, отнюдь, не от плохой жизни убивали и грабили, упиваясь своим превосходством, а просто забавы ради. Вот и я сам сейчас стал жертвой таких людей.       Медленно касаясь бьющими крупной дрожью пальцами клинка, я минуту повертел его в руках, всматриваясь в отражение. Лицо заметно похудело и осунулось, выпячивая обтянутые кожей кости. Глаза красные от недосыпа и всевозможных травм. Волосы мерзкими сосульками падали на лоб, неприятно щекоча веки. Даже не припомню, сколько недель они уже не были мыты. Вся шея в синяках и ссадинах, отчего порой было тяжело дышать.       Я поднял взгляд на ведьм, давая понять, что пора открывать клетку. Вставая с колен, мне пришлось опереться о стену, чтобы моментально не завалиться обратно. Нахождение в одной и той же позе дало о себе знать. Ковыляя к бесшумно плачущей Люси, я секунду смотрел на неё, а потом без лишних церемоний воткнул нож прямо в грудь.       Лицо её вспыхнуло болью, неестественно вытянувшись. Глаза в последний раз моргнули, а затем зрачок еле уловимо потускнел, завершая на этой ноте её страдания. Напряжённый вздох сорвался с её губ, а на выдохе выпустил невидимый дух из тела.       Теперь она мертва.       Непрошеная жемчужинка скатилась по щеке, оставляя влажную дорожку.       «Прощай, Люси… Прощай, Блум».

***

      Над Алфеей нависло тёмное, звёздное небо, предвкушающее завтрашнюю битву. Казалось, здание было абсолютно нежилое. Ветерок покачивал высокие деревья и кое-где отросшую траву, свет горел лишь в единственном, самом большом окне, — окне кабинета Фарагонды.       Поздние гости заглянули к ней сегодня, чтобы без лишней суеты и шумихи в последний раз обсудить план действий. На заре сюда нагрянет Валтор вместе со своей свитой из трёх ведьм-предательниц.       Седовласая женщина преклонных лет обошла большой дубовый стол, садясь во главе. Глаза широко раскрыты и поочерёдно обращают внимание на двух фигур, сидящих впереди. Тонкие губы сомкнуты в одну напряжённо подрагивающую линию. Сморщенные руки сжимают друг друга до белизны костяшек.       — Что ж, раз остальные вопросы решены, перейдём к разговору о нападении, — Фарагонда сдержанно поправила очки. — Ваши предложения?       — Смею похвастаться, что у моих мальчиков всегда удачные операции. Думаю, и я в этом неплох, — слабо хохотнув, кичился Саладин, пытаясь разрядить обстановку.       — Вот, что я предложу: сначала в бой вступит Гриффин, — профессор перевёл взгляд на ведьму, задорно подмигнув, — затем я. Мы вдвоём ослабим его. А ты, Фарагонда, нанесёшь решающий удар.       — Что, если это не сработает? Он, как мы успели заметить, довольно силён, — темноволосая женщина говорила скептически.       — Тогда в ход пойдёт моё секретное оружие, — чуть мрачнее произнёс глава Красного Фонтана.       — Что ты называешь секретным оружием?       — На то оно и секретное, чтобы никто не знал, правда? — поставил точку в этом вопросе Саладин, переводя тему. — Кстати, Фарагонда, ты предупредила детей? — натирая посох, поинтересовался он. Его неуверенность выдавала только нога под столом, которой он то и дело шевелил.       — Нет, и не собираюсь. Это наша битва, девочки не должны в это ввязываться. Единственное — я попросила Винкс охранять мой кабинет. Думаю, здесь хранится то, чего он так сильно желает.       — О чём ты? — совершенно невозмутимо гаркнула Гриффин. Эту женщину подняли посреди ночи. Пусть скажут спасибо, что она не разнесла здесь всё к чертям.       — За зеркалом находится хранилище, там очень много ценных для школы вещей. Самое важное из них — дневник фей. Он собран из свитков и скреплён в небольшую книгу. Если существо, не являющееся феей, каким-то образом проникнет сюда. Найти её у него не получится.       — Тогда в чём проблема? Ни Трикс, ни Валтор не смогут отыскать его. Значит, и в охране нужды нет, — уже немного резче спросила Гриффин, удивляясь словам подруги.       — Дурное предчувствие.       И, будто совпадение… За дверьми послышались быстрые широкие шаги. Смуглая высокая девушка влетела в кабинет, остервенело дыша. Сквозь шквал вдохов и выдохов преподаватели расслышали одну единственную фразу:       — Блум в Магиксе. И она с Валтором!