Я всегда буду ждать тебя

24 ноября 1991 года я помню как в тумане. Это один из самых страшных дней в моей жизни, день когда моя жизнь разделилась на «до» и «после». С самого утра состояние Фредди начало стремительно ухудшаться. Он совсем ничего не мог сказать, не мог пошевелиться, силы стали стремительно покидать его. Он будто находился в полусознательном состоянии. То приходил в себя и взгляд его был осознанным, то он просто смотрел в потолок и во взгляде была пустота. Фредди снова потерял сознание, а я вышел из комнаты в коридор и прижавшись к стене сполз на пол. Я старался сдержать слёзы, которые были готовы вот-вот прорваться. «Нет, нет, он живой. Ему станет лучше, это не конец, нет»- повторял я себе раз за разом. В этот состоянии меня обнаружил Джо. Он только что был внизу и разговаривал с врачом, который утром пришёл осмотреть Фредди. – Он сказал что в лучшим случае Фредди сможет дожить до четверга, – произнёс Джо и закрыв глаза разразился плачем. Я положил руку на его плечо, а сам еле сдерживался от того чтобы не впасть в настоящую истерику. Сегодня утром также приходил Питер Фристоун. Мы все понимали что Фредди не дотянет даже до четверга, счёт шёл на часы. Как бы я не убеждал себя в обратном. Помню как зашёл в комнату и подошёл к Фредди. Я переодел его и смог обнять в последний раз. Помню как прижал к себе, а когда отпустил жизнь уже покинула его тело. Он умер на моих руках, я до последнего не хотел в это верить. Я сидел и просто сжимал его в объятиях. Слёз не было, будто всё это было ещё не осознано, будто Фредди всего лишь спал, а я слегка укачивал его. Я почувствовал взгляд, это был Джо. Он открыл дверь и так и замер на пороге. Его взгляд был полон ужаса, парень был готов вот-вот сорваться. Мы были на грани. – Всё закончилось, – произнёс я срывающимся голосом, – его больше нет. Мы больше ничем не можем ему помочь. – Нет, нет! – закричал Джо. Помню как он выбежал в коридор и начал кричать чтобы вызвали врача. А я сжимал любимого в руках, прощаясь с ним. Я понял что в этот момент потерял всё. Я потерял любимого, всю свою жизнь. Аккуратно положив Фредди на кровать, я сложил его руки на груди, вложив в них маленького плюшевого мишку, подаренного фанатами. Это сейчас казалось уместным. Я встал и посмотрел на певца. Он выглядел таким умиротворённым, будто просто спал. Ему больше не было больно, его мучения закончились. – Фредди, ты такой паршивец! – сквозь слёзы произнёс я, – ты ушёл, но теперь ты свободен от всего этого. От боли, от слухов, от прессы. Пусть твоя душа обретёт покой. Я остановил крошечный маховик дорожных часов с заводным механизмом, которые стояли рядом с кроватью. Когда-то я подарил их Фредди, потому что он обмолвился, что всегда о таких мечтал. Они показывали без двенадцати минут семь. Больше я их никогда не заводил. … Я переехал в Ирландию, в попытках хоть как-то продолжить жить дальше. Но даже там, когда я зашёл в дом, чувство тоски не отпустило меня. Этот дом Фредди купил для нас, мы хотели вместе тут жить время от времени. А теперь я тут совсем один. Из Гарден Лодж Мэри разрешила забрать некоторую мебель и предметы интерьера. Всё уже стояло на своих местах. Я подошёл к небольшому столу из дорогого дерева и закрыв глаза провёл по нему рукой. Фредди весь день делал всё возможное чтобы вывести меня из себя. Иногда он мог быть очень вредным, что я еле сдерживал желание вцепиться в его такую тонкую изящную шею. Мы договорились что садом буду заниматься только я, в том числе садить все цветы. Музыкант нашёл сорт цветов которые ему очень понравились, но они были комнатные и я был против того чтобы посадить их в саду вместе с другими цветами. В результате Фредди сделал это втихаря. Также он выкинул мою рубашку, которая ему не нравилась, но я носил её, потому что она была удобная. Мое терпение закончилось на том, когда он вечером ушёл в клуб, а вернулся почти в стельку пьяным. От него пахло смесью разных мужских духов, что мгновенно привело меня в ярость. Я был очень ревнив, а Фредди как будто нравилось изводить меня. Едва вокалист пересёк порог как я схватил его за руку и поволок по лестницам в нашу комнату, чтобы не устраивать разборок перед всеми. С Фредди в дом вернулись Джо и Питер. Они провожали нас встревоженными взглядами, но не решились пойти вслед. Я буквально втолкнул певца в комнату, он пролетел добрых пару метров, наткнувшись как раз на этот самый стол. Он смотрел на меня раздраженным взглядом, ситуация явно его не устраивала. – Ждёшь от меня объяснений? – прорычал он, в его глазах горел огонь. – Ну можем начать с них, – согласился я, сполна отвечая на его взгляд, – почему ты так поздно вернулся? С кем ты был? – Давай лучше ты расскажешь с кем вчера провёл весь день?! – огрызался Фредди, – ты говорил что пошёл на работу, а сам виделся с чертовым любовником? Ты постоянно ревнуешь меня ко всем, но сам изменяешь мне с каким-то сопляком! Ты мерзкий! Я ненавижу тебя! Фредди набросился на меня. Я не ожидал этого и пропустил несколько ударов. Я точно почувствовал удар по скуле, завтра там однозначно будет синяк. Я пытался перехватить его руки, но он поцарапал меня. Он словно боролся насмерть, был готов убить или быть убитым. В конце концов мне удалось его усмирить. Я скрутил его руки, развернув Фредди спиной к себе и прижал к столу. Он кричал, матерился, пытался вывернуться и пнуть меня. Я просто ждал когда он успокоится и хоть немного выбьется из сил. Сейчас он точно бы не услышал меня, поэтому я и не пытался ничего объяснять. Но теперь я понимал причину его поведения. Лишь когда музыкант притих, я наклонился прижимая его к столу ещё плотнее и начал говорить, обжигая горячим дыханием его ухо: – Я виделся с Джоном, у него есть знакомый у которого я хотел заказать подарок для тебя! – Ты врешь! Ты просто трахаешь его за моей спиной! Поэтому ты стал так уставать с работы, да?! Фредди несло, а я просто устало выдохнул. Я действительно очень много работал в последнее время в парикмахерской, но лишь для того чтобы купить для Фредди хороший и дорогой подарок. Но он как всегда всё увидел и переиграл по своему. Чтобы я не делал и как бы не старался, зачастую он мог просто всё обесценить. Во мне начала закипать ярость вперемешку с возбуждением. Фредди всё ещё пытался освободиться, его бедра ходили ходуном, прижимаясь к моему уже возбужденному члену, который уже отчётливо выпирал через ткань джинс. Продолжая держать одной рукой тонкие запястья музыканта, я стал стягивать с него джинсы вместе с нижним бельём. Фредди снова начал сопротивление. – Я не позволю тебе трахать меня после него! Ты мерзкий! – Но я хочу тебя, – прошептал я ему на ухо, проведя рукой по упругой заднице, – мне не нужен никто другой. Фредди замер и замолчал когда я прикоснулся кончиками пальцев к желанному узкому колечку, чуть проталкивая два пальца внутрь. Я вспомнил что смазка лежала в тумбочке у кровати, но не хотел давай певцу шанса улизнуть. Пусть он умоляет меня взять его и лишь тогда я доберусь до этого чертового тюбика. Смочив слюнной два пальца во рту, я аккуратно протолкнул их внутрь Фредди, преодолев сжатое кольцо мышц. Нащупав простату я начал ритмично двигать пальцами снова и снова попадая по ней. Сначала певец сдерживал стоны и из его уст вылетало только шипение, но потом он сам начал с громкими стонами насаживаться на пальцы, в попытках продлить удовольствие. Я остановился, не вынув пальцы, начал целовать шею Фредди, оставляя на ней засосы и укусы. Когда музыкант попытался снова возобновить движения, я убрал пальцы. Прижимаясь выпирающим сквозь брюки членом к его ягодицам. – Чего ты хочешь Фредди? – спросил я, голос дрожал от возбуждения. Хотелось просто отыметь его на этом столе без всяких вопросов, но я должен был это услышать, – ты хочешь чтобы я трахнул тебя? – Мгм.. – простонал он, буквально извиваясь на столе подо мной. – Я не расслышал, – вновь произнёс я и резко ввёл два пальца почти на всю длину, попав по простате. – Отымей меня, Джимми! – выгнувшись, выкрикнул Фредди. Просить дважды не пришлось. Я быстро пересёк кровать и потянувшись к тумбочке вытащил смазку. Вновь подойдя к столу, быстро спустил так давно мешающие джинсы. Фредди уже успел снять с себя майку и сексуально выгнувшись, вцепился руками в край стола. Это всё свело меня с ума. Быстро смазав член и узкий вход, я с силой вошёл сразу на всю длину. Певец болезненно вскрикнул. Я не хотел причинять ему боль, но остановиться было выше моих сил. Не давая любимому и секунды опомниться я начал ритмично и глубоко вбиваться в любимое тело. Шлепки наших тел возбуждали меня ещё больше. Фредди глухо постанывал в ритм каждого толчка, свыкаясь с ощущениями. Через пару минут он уже сам подавался назад в бешеном ритме. Секс стал диким и необузданным. Музыкант уже почти кричал, демонстрируя высоту актав своего голоса. Фредди кончил первым, едва я прикоснулся к его большому члену. Тело любимого сразу ослабло, а ноги стали подкашиваться. Я сделал ещё несколько сокрушительных толчков и излился в столь желанное тело. Пытаясь отдышаться я вновь прислонился к телу Фредди, почти упав на его спину. – Я не изменял тебе и вообще не хотел идти в этот клуб, – сорванным голосом произнёс музыкант, – я был очень зол и обижен, поэтому затеял всё это. Ты целую неделю можно сказать игнорировал меня, приходил с работы и ложился спать. Даже не смотрел в мою сторону. А потом я увидел тебя с этим сопляком. – Иногда ты такой идиот, Фредди, – всё ещё не отдышавшись, ответил я, – мне нужен только ты. Вчера, сегодня, завтра, всегда. Но если в следующий раз ты захочешь чтобы я жестко оттрахал тебя, не надо меня злить, просто попроси об этом. Иначе когда-нибудь ты просто действительно доведёшь меня до греха и я придушу тебя.» Воспоминания рассеялось, а я стоял и глупо улыбался. Я бы всё отдал за ещё одну ночь рядом с ним. Как он любил, как мы любили друг друга. Я понимал что Фредди был моей величайшей любовью и больше я никогда не смогу испытать что-то подобное. Я подошёл к кровати, которую любимый ещё при жизни выслал сюда из Гарден Лодж. Я будто наяву вновь услышал его громкий смех.. « – Лорена, тебе придётся мне уступить, ты обещал что примеришь эти ушки, если проиграешь спор, – обращался ко мне Фредди, держа в руках ободок с торчащими двумя заячьими ушами, – и ходить так целый день по дому, – его голос почти срывался от смеха. – Не прокатит Мелина, – улыбаясь покачал я головой, – ты что-то перепутал, ведь вышло что у нас ничья. Никто не выиграл спор. Давай позовём Джо, он и разрешит наш спор. – Но ты все равно их наденешь, я хочу чтобы ты их надел, – наигранно капризно произнёс Фредди, едва не топнув ногой. – Ну хорошо, тогда ты первый сегодня побудешь зайкой, вместо истеричной Королевы, – с хитрой улыбкой произнёс я и набросился на певца повалив его на кровать. Вырвав у него из рук ободок, я старался надеть его на голову Фредди. Между нами завязалась шуточная драка. В конце концов я победил, но всё на этом не закончилось. Певец лежал и улыбался, а я не мог отвести от него глаз. Мне так хотелось всегда слышать его смех. Я начал щекотать его, а Фредди громко хохотать и визжать. В комнату ворвался обеспокоенный Джо, но увидев бьющегося на кровати от смеха Фредди, тоже засмеялся. Я не помню как Джо ушёл и ушёл ли. Но я навсегда запомнил этот смех любимого. Он всё ещё набатом звучит в моей голове». Я посмотрел на кольцо, которое не снимал уже несколько лет. Я так и не могу его снять мой милый Фредди. Разве я смогу полюбить ещё кого-нибудь также? В голове прозвучали последние слова, которые я вырисовывал ручкой на листе: Да, я знаю, что все умирают. Но ты был лишь мой, и я так любил тебя. Я буду жить, молиться и плакать, Гордый тем, что когда-то был твоим другом. Ты жил так ярко и умер так горько, И в миллионах сердец остался на век… Именно так я написал на карточке, которую спрятал под нашим любимым деревом в саду возле Гарден Лодж. Под плакучей вишней где я уверен и по сей день покоится твой прах.