бесит

даня спит мало и пьет слишком часто, в глубине понимая, что хватит, что уже чересчур. а на деле похуй, ещё одну бутылку берет. даню бесит всё. и заебало не погода за окном, не вечно долбящая в окно ветка, не орущие соседи по утрам, когда башка вот-вот и расколется на две половины. бесит ебаный руслан и его ежедневное «ничего». уже дергает так, что орать хочется на всех и все. ему плевать на какие-то человеческие факторы, ему плевать на людей и ему глубоко плевать на даню. эти мысли в голове кашина поджигают огромную взрывчатку, так что зубы скрипят. и что пишет он ему узнать «как дела?» в самый последний момент, чтоб на дохуя популярной роже просмотров набрать. а отказать язык не поворачивается, как и сказать что «бесит», что «уже по горло». даня считает слабак, что обмяк. а по делу просто перезагрузиться не получается. что ни сигареты уже не спасают, ни алкоголь. а по-другому он не знает. мать не учила, как из хуёвой ситуации выбираться. единственное, что осталось с ним — сны. и упаси боже, как там красив этот уебок и насколько он там доступный. и это охуенно, что его можно лапать, и никто тебе за это хуйни не скажет. что руслан так ноги раздвигает, что можно вообще забыть обо всех жизненных проебах. но когда даня просыпается, то снова понимает, что его наебали — это тоже бьет по нервам и это пиздец бесит. потому что чувствуешь себя малолеткой, что не додрочили на диванчике, и она скулит как животное. и злость уходит только в себя и вена на шее уже лопнет, а кулаки в кашу собьются. и ничего не изменится. потому что даня то-ли гордый, то-ли другим мозги ебать не хочет, а руслану просто глубоко плевать. и когда тушенцов что-то начинает делать на своём канале, кроме как подкладывать под матрас заначки с букмекера, то до дани доходит, что он был намечен на право быть в каком-то деле, а после русик сливает его как человека, что как-то отдалился от ютуба. «пишет альбом, занят. ну, вот и отвлекать его не будем» это даня слышал у себя в черепушке, когда сгибал ложку в руке. это было бы последней каплей, если бы руслан не отвечал на вопросы какую-то ебанину, что не знает о каком шоу говорит даня. что понятия не имеет. и даня чувствует, что его сливают. и это его просто охуенно толкает в яму под названием «тебе пиздец». он не пишет ему, не предупреждает, как раньше сделал бы. лишь тяжело дышит и сто раз думает, но не остывает. не получается. думает, стоит ли пить, потому что уверен, что продолжение будет «увлекательным». у него был «тренинг» и одержание победы даёт полную уверенность, что с русланом то он и пальцем не дернет от страха.

***

чешет ещё раз щеку и стучит в чужую дверь. в ветровке рука сжимается до хруста. руслан открывает почти через вечность, проходит только пару минут. его белая футболка вызывает у дани смешок, потому что её-то, спасти, точно не удастся. и бьет. у руслана шок и он даже не вскрикивает, только матерится и прижимает ладонь к скуле. — пизда тебе — это говорит в дане совсем не он. никто не знает, кто вообще им сейчас управляет. у руслана глаза слезятся, и кровь на коже отблескивает от лампочки в коридоре. даня с силой толкает его в стену, давя за плечи и сжимает подбородок руса. у дани в глазах ничего не горит. ни ненависть, ни обида. его как подменили. а у руслана глаза испуганные и он жмурится как щенок уличный. где-то в дане стекает горькая жалость, прямо с легких и перетекает на печень. или это паленый спирт? — ты знаешь, какая ты сука блять. я… да ты нихуя не знаешь… блять, тебе вообще похуй у него голос чужой, потому что руслан его злость к другим видел, а на себе не ощущал. он наблюдал за злым кашиным. сейчас было что-то далеко не то. он просто пиздецки заебан. ибо привык что сильный, что всё в жизни решается, что из всего есть выход. а потом появляется руслан и что делать неизвестно. по пальцам стекает слеза, но руслан не плачет уже. только дрожит. даня хочет горло сжать, хочет глаза выколоть, ногами затоптать, но руки, дрожащие от адреналина в крови — убирает. все только рядом стоит, близко, и руслан даже кровь подтереть не может. — я просто… — ком встаёт, и в голову почему-то вылетают только самые хорошие моменты с тушенцовым, только его улыбки и смех. а когда даня дома один, тогда рус всегда озлобленный представляется. веки сжимает и рычит, держа кулак по правую сторону от чужого лица и затылком между прилетает. руслан только дыхание чужое слышит и все ещё ничего не ощущает. только боль на скуле и мандраж. а от кашина табаком несет, и оттолкнуть хочется. только рус зависает и вспоминает, как в екб даня также жался. и тоже дышал с трудом. он в тот раз вернулся под ночь и ничего никому не сказал, только кулаки разбиты были. тогда даня думал, что тур не продолжит, потому что не ожидал, что западня будет. и думал, что руслану так ничего и не расскажет. что казань не покажет, что песни не напишет больше, что обещание с туром проебет и что свои чувства в гроб утащит. и стоял так минут пятнадцать пока рус не обнял и не почувствовал как его в висок целуют и как горько выдыхают, после оставляя наедине с собой. кашин только к началу концерта в другом городе вернулся. и выглядел как потасканный бродячий пес. только его никто домой не забрал к себе, не отогрел и не прижал к груди. просто кашин боялся, что всё испортит, что сам себе в голове придумает и останется ни с чем. а по итогу только хуже вышло. а сейчас так вообще клиника. рус обпачканную ладонь кладёт на чужую спину и даню в ушко целует. думает если так — быстрей оклемается. а у дани руки дрожать не перестают, и он думает все. сейчас откинется от эмоций и переизбытка дерьма внутри себя. а после к руслану льнет и губами влажными проводит по чужим, уже ничего не чувствуя внутри. потому что понимает, что влюбился по уши. только ещё понимает, что не в того. у руслана губы мягкие и податливые. так хорошо было, что даня даже на пару секунд забылся, а потом почувствовал, как его плечо сжимают и на себя тянут. и прямо там, после того, как он отстранится кашин готов был сдохнуть. потому что лучше этого не происходило и больше не произойдет с ним и делать что-то после было бы просто бессмысленно. руслан словно алкаша целовал и мало улавливал происходящее. просто даня только что его приложил, а сейчас фактически домогается. а руслан ему потакает и языком под губы лезет, пальцами царапая лопатку. ловит электрический разряд, а даня задыхается, но продолжает. рус оттягивает от себя и смотрит только на влажные губы, что только что целовал, а потом облизывается и вспоминает, что даня вообще-то на голову ёбнутый и он обещал себе к нему больше не соваться. ему ведь это все в округе говорили. а руслану главное репутацию не уронить. даня у него один из, а жизнь одна. он залипает на отблёскивающие влагой губы и видит, как даня снова тянется. рус стопорит ладонью и чувствует, как её мягко целуют. и у руслана в горле ком. и он слышит в голове орет здравый разум, а перед глазами даня о пальцы трется и будто одним своим видом говорит все, что только хочет услышать от него брюнет. боль в скуле он почти не чувствовал.

***

кашин потом долго думал, что ему делать. и что делать не только со своей хуйней в голове, но и с каждым гребаным воспоминанием о том, что было у руслана дома. кашин только форточки везде открывает и уже не думает о том, что готов прыгать камнем с крыши. думает, что возможно ещё сможет устаканить свою жизнь. а потом мысль переводит, боясь, что сглазит. он впервые засыпает мертвым сном и просыпается только под вечер следующего дня. закрывал он глаза с ощущением того что на местах, где побывали чужие ладони, остались ожоги.