Конец страданий или...

      Это случилось еще месяц назад. Мне снова начали сниться сны о нём. Раньше не было ни одного дня, когда я бы не думал о Вей Ине, однако три года назад он перестал мне сниться. От последнего сна у меня выступил холодный пот на лбу, когда я проснулся, мое сердцебиение, обычно ровное и спокойное, было учащённым. Никогда еще не было столь реалистичного сна, как этот. Мы шли с Вэй Ином по дороге, он сидел на ослике, а я держал веревку. Однако была одна странность в этом сне: Вэй Ин больше был похож на себя подростка, чем на взрослого, хотя черты лица немного отличались. Но все же это был он, я чувствовал.       Все было как на яву, я не хотел просыпаться, я был счастлив. Давно я не испытывал такого счастья, какое подарил мне этот сон. Мой единственный лучик счастья погас тринадцать лет назад и больше не возвращался.       Все это время я ни к кому не испытывал таких сильных чувств, как к нему. Я понял, что больше не встречу такого, как Вэй Ин, что мне не суждено вновь познать любовь и близость родного человека. С такой мыслью я смирился относительно недавно: когда перестал искать его душу. Я и подумать не мог, что может означать этот сон, потому что раньше мне уже снились сны о нём, и были они иного содержания. Первую неделю я не обращал внимания на то, что мне снится, но затем пошла вторая и третья… И тогда я понял, что что-то не так. Мне никогда не снились одинаковые сны чаще, чем три ночи подряд, а тут шла уже третья неделя. Я не понимал, хороший ли знак этот сон, или же плохой… — Что же он может означать? — случайно вслух спросил я. — Что, простите? Уважаемый Хань Гуан Цзюнь, пожалуйста, можете повторить, что вы сказали? — с легкой улыбкой попросил Сы Чжуй. — Ничего такого, продолжай. Ты сказал, что деревню Мо стало беспокоить больше мертвецов, и поэтому госпожа Мо обратилась к нам за помощью, я прав? — спросил я спокойным тоном. — Вы абсолютно правы, Хань Гуан Цзюнь! — все с той же улыбкой ответил Сы Чжуй. — Тогда ты, Лань Цзинъ И и еще несколько адептов отправятся в эту деревню, чтобы уничтожить мертвецов. Отправитесь через несколько дней, тщательно подготовьтесь. — Да! — энергично ответил юный заклинатель. — Разрешите сообщить остальным? — Конечно, ступай.       Юноша не спеша вышел из библиотеки, снова оставив меня наедине со своими мыслями.       Прошло три дня. Группа молодых заклинателей была полностью готова и собрана. А я так и не смог разгадать, что значил тот сон. Сейчас передо мной стояли одни из самых талантливых заклинателей, однако Цзин И и Сы Чжуй из них все же выделялись. Цзин И был более энергичен и не сдержан, но ничем не уступал спокойному и рассудительному Сы Чжую. Это было их первое серьезное задание, на которое они отправятся без меня. — Мы отправляемся в путь, Хань Гуан Цзюнь, — хором сказали заклинатели и начали спускаться с горы.       Я незамедлительно кивнул. Однако вскоре у меня появилось не очень хорошее предчувствие — через полчаса я отправился за ними. Я решил держаться на расстоянии нескольких километров, чтобы остаться незамеченным.       Наступила ночь. Я решил устроить ночную охоту в лесу, в котором находился. Не прошло и часа, как я увидел яркую вспышку света, выпущенную со стороны деревни Мо. Это значило лишь одно: приключилась беда. Встав на меч, я отправился в сторону деревни. Взглянув на место, откуда была выпущена вспышка, я удивился. Мертвецы сражались друг с другом, двое против одного. Я не мог поверить своим глазам, потому что до этого момента видел такое лишь однажды. Когда двое мертвецов быстро проиграли другому, я быстро достал гуцинь* и сыграл несколько нот. Закончив играть, я почувствовал очень знакомую энергию поблизости. Непроизвольно тихо прошептал: «Вэй Ин…»       Не поверив в то, что сам сказал, сразу отогнал от себя, как я считал на тот момент, глупые мысли, спустился вниз и помог юным адептам усмирить мертвеца, который, однако, смог скрыться (если быть точнее, то это была рука). Расспросив о том, что случилось, я с заклинателями отправился в лес на поиски. Там же я снова почувствовал эту знакомую, родную энергию. Из докладов юных адептов я выяснил, что был некий молодой господин, который помог им спастись.       «Неужели?! — подумал я, — Но это же невозможно. Я искал его тринадцать лет, но не смог найти даже частички его души». Мы шли с адептами по лесу в поисках той самой руки, однако пока не могли найти и следа. — Куда она могла деться?! — громким голосом недовольно сказал Цзинъ И. — Я тоже не понимаю, — задумчиво ответил Сы Чжуй.       Мы видели множество Сетей божественного плетения, пока шли. Их было слишком много, и я сразу понял, кто мог поставить столько Сетей по всей этой территории. Я взмахнул мечом и разрубил их все, представляя, в какой ярости будет тот, кто их поставил, однако я не сомневался в своих действиях, потому что столько сетей нарушают принципы честной ночной охоты. — … убей его, а труп скорми своим псам! — выкрикнул громкий голос.       Я помчался к источнику звука и увидел, как на юношу в черно-красных одеяниях нападает другой, в золотых одеждах и с мечом в руках, в то время как первый был безоружен. Я отправил Бичень* на место сражения, чтобы отразить удар, а сам кинулся следом. Тут я почувствовал, что на мою обувь, что-то или кто-то приземлился. Это был тот самый юноша в черно-красных одеждах. Я смотрел прямо, поэтому не видел лицо заклинателя. Прямо передо мной стояли Цзян Чэн и его племянник Цзинь Лин. Я вступил в беседу с Цзян Чэном, и вскоре прибежала отставшая группа молодых заклинателей. Началась перепалка, в которой я не очень хотел принимать участие. — Глава Ордена! — с криками прибежал адепт в фиолетовой одежде.       Он сообщил Цзян Чэну о том, что случилось с Сетями божественного плетения. Последний был в ярости, однако спустя некоторое время он успокоился и, отругав своего племянника, ушел. Я приказал своим ученикам следовать за Цзинь Лином, и молодые заклинатели ушли, услышав приказ. Наконец я повернулся к юноше, который недавно случайно упал на мои сапоги, и на секунду лишился дара речи. Это был он, тот, кого я видел в своем сне, он был почти как две капли воды похож на Вэй Ина. Я кивнул в знак признательности за спасение своих адептов, тот ответил тем же, и мы разошлись.       Пока я шел по лесу, все время размышлял, может ли быть так, что это и правда он. Все тринадцать лет я мечтал, что когда-нибудь снова встречу его, но возможно ли это? Поток мыслей все нарастал, и я уже не понимал, что происходит. Попутно, пока я искал руку, я пришел к выводу, что нет еще точных фактов и что, возможно, это просто совпадение. Хоть оно и маловероятно.       Не успев опомниться, я услышал знакомую мелодию, которую когда-то давно сыграл лишь одному человеку. Этим человеком и был Вэй Ин. Я быстро побежал на звук, и, увидев Призрачного генерала, который бился с заклинателями из разных Орденов, я схватил юношу в черно-красных одеяниях за руку, державшую флейту. Тот на секунду замер, но даже невзирая на то, что я крепко сжимал его руку, он продолжал играть, пока не прогнал Призрачного генерала.       Теперь все было ясно: это был Вэй У Сянь. Мое сердце как будто окунулось в пламя, я не верил своим глазам. Но не успев ничего сказать, я увидел вспышку фиолетовой молнии, быстро встал перед Вэй Ином и сыграл пару нот на гуцине. Фиолетовая молния погасла, а за ней появился Цзян Чэн, обвиняющий того, кто стоит за моей спиной, в том, что он Вэй У Сянь. Подоспели и другие заклинатели из разных Орденов, в том числе и племянник Цзян Чэна, и мои ученики. Вэй Ин попытался сбежать, но его быстро ударил Цзы Дянь*.       Вэй Ин рухнул на землю, но смог быстро встать, при этом возмущаясь. Цзян Чэн не верил своим глазам, потому что он был уверен, что этот человек Вэй У Сянь. Я тоже не понимал в чем дело, но мне было все равно, главное, что он теперь был тут, рядом. — Все равно возьмите его, — сказал глава Ордена Юнь Мэн Цзян, — я выясню, кто он такой.       Адепты его клана направились в сторону Вэй Ина, тот в свою очередь побежал и запрыгнул на мою спину, вызывая во мне необъяснимые ощущения.       Цзян Чэн сказал: — Второй молодой господин Лань, ты намеренно мне препятствуешь?       Послышался голос Лань Сы Чжуйя: — Глава Ордена Цзян, все указывает на то, что тело Мо Сюань Юя* никто не захватывал. И если так, то зачем он вам понадобился?       Цзян Чэн возразил. Неожиданно за его спиной раздался смех Вэй Ина, который спустя несколько секунд произнес то, что Цзян Чэн хотел бы услышать в последнюю очередь. Так как все уже знали, что Мо Сюань Юй — “обрезанный рукав”, то Цзян Чэну не хотелось слышать, что он не в его вкусе.       Но тут я услышал фразу, которую никак не ожидал услышать. Вэй Ин сказал: — Мне очень нравятся такие мужчины, как Хань Гуан Цзюнь. Из-за этой фразы я хотел прямо сейчас повалить Вэй Ина и страстно поцеловать, чтобы тот умолял об одном-единственном вдохе. Но я сдержался. — Я забираю этого человека в Облачные Глубины, — твердо сказал я. — Чё?! — громкий крик Вэй Ина пронзил лес.       Вскоре мы были уже рядом с Облачными Глубинами. Я слышал лишь крик Вэй Ина о том, как же он не хочет заходить сюда, и как он хочет остаться с Яблочком. Яблочком звали осла Вэй Ина, который был в точности, как в том самом сне. Но на это случай у меня был план. Я припрятал яблоко у себя в рукаве, и как только осёл почуял его —быстро побежал ко мне. Вэй Ин начал забавно ругаться, сетуя на осла-предателя.       В следующее мгновение я увидел брата. Он поприветствовал гостя, мы обсудили пару насущных вопросов, и брат отправился к Лань Фан Цзюню*. Взглянув на Вэй Ина, я приказал втащить его в цзинши*.       Я оставил Вэй Ина в цзинши, а сам отправился к дяде, чтобы обсудить руку из деревни Мо. Я не знаю, чем занимался все это время, но я решил, пока не говорить Вэй Ину, что знаю, кто он такой, несмотря на то, что хотел его полностью, без остатка. Не знаю, почему я так решил, но мне показалось, что пока так будет лучше —все до сих пор думали, что Вэй У Сянь — это злой Старейшина И Лин, который уничтожал кланы лютыми мертвецами без малейшего сожаления.       После разговора с дядей я решил искупаться в холодном источнике. Я почувствовал пристальный взгляд, быстро вынул Бичень из ножен и бросил в сторону смотрящего. Я стал быстро одеваться, чтобы увидеть кто это был. Спустя пару шагов я увидел группу учеников и Вэй Ина. Я сразу понял, кто за мной подглядывал.       Цзинъ И начал говорить: — Хань Гуан Цзюнь, Мо Сюань Юй просто ужасен. Вы привезли его сюда, только потому, что он помог нам в деревне Мо, а он… он…       Я убрал Бичень в ножны, взглянул на Вэй Ина и сказал адептам: — Вы свободны.       Они быстро разошлись, а я схватил Вэй Ина за шиворот и потащил его обратно в цзинши. Когда мы пришли, я бросил его на кровать. Он сверлил меня своим пронзительным взглядом. Я еле держался, чтобы не прижать его к кровати и заставить жалобно молить о пощаде. Лишь сказал, чтобы он спал тут, и тут же ушел в другую часть цзинши.       Засыпая, я почувствовал движение и открыл глаза. Передо мной оказалось великолепное лицо Вэй Ина, который быстро юркнул ко мне в кровать. Я не знал его истинных намерений, но знал, что это не просто так. Я весь напрягся и не мог поверить своему счастью. Ведь прямо сейчас у меня в кровати лежит человек, которого я так сильно люблю. Но я старался не показывать эмоций и лишь бросил холодное: «Слезай». Тот сопротивлялся, и я быстро нажал на болевую точку на его теле. Вэй Ин упал и прижался к моей груди. Его взгляд показывал, что он в недоумении.       Я сказал, чтобы он оставался в таком положении на всю ночь и заснул даже быстрее обычного. Мне было все равно, что думал обо мне Вэй Ин, но теперь я его не отпущу. Никогда.