Во всем виноваты котики

      «Ну почему он» — думает Крисс, хмуря брови.       Она тяжелым взглядом смотрит, нет, пялится, на своего одногруппника; на то, как он смеется, рассказывая друзьям очередную глупую шутку, на то, как при этом жестикулирует руками и, боже, касается языком нижней губы.       «Вот черт»       Крисс ломает уже третий карандаш за этот день и с тихим стоном опускает голову на вытянутые руки. Руки, исписанные одним единственным словом.       «Котики»       Чертовы котики, испортившие всю ее жизнь. Чертовы соулмейты.       Девушка устало прикрывает глаза и убирает зудящие руки под парту, мысленно возвращаясь на два мучительно-долгих года назад.       Крисс посчастливилось родиться в мире, в котором у каждого человека есть свой соулмейт. Любой учебник, сайт в интернете и даже ребенок скажет, что нет ничего прекраснее встречи со своей родственной душой, что соулмейт — дар вселенной, человек — полностью подходящий тебе. И только Крисс саркастично кривит губы и мысленно закатывает глаза, стоит ей подслушать чей-нибудь разговор про родственные души. Может, это и правда здорово иметь рядом с собой человечка, который полностью понимает тебя, как об этом трезвонят все, кому не лень, но только не в ее случае. Только, не когда ее соулмейтом является Сэм Хоггард.       Ровно до восемнадцати лет Крисс жила спокойной жизнью, пока не поступила в колледж и не встретила его. Этот паренек ей сразу не понравился: слишком шумный, слишком активный и повернутый на котиках. Об этом кричал его черный пенал с двумя по-детски забавными ушками, цепочка на загорелой шее с кошачьей лапкой и его собственные горящие изумрудом глаза, в которых тонула почти каждая девушка на их потоке. Но тот ровным счетом не обращал на них никакого внимания. Крисс даже задумывалась, а той ли он ориентации? Но главным доказательством его «повернутости» были слова, внезапно появившиеся на ее руках.       «Котики»       Сначала Крисс не поверила своим глазам, изучая кривую надпись на своей руке, и решив проверить свою догадку, весь день тенью ходила за предполагаемой родственной душой. И первые несколько часов это даже казалось ей забавным, пока ее мысли не подтвердились. Ее родственной душой оказался Сэм Хоггард, в первый день знакомства умудрившийся пролить на ее белоснежную блузку апельсиновый сок.       Этот идиот мог часами травить байки о своем наглом коте, через каждое слово у него вылетали проклятые котики, и это начинало раздражать, как и не прекращающийся зуд на руках.       «Идиот» — упрямо твердила Крисс, скрепя зубами и, пытаясь мочалкой оттереть надписи. Не получалось.       Именно из-за этого идиота ей приходилось носить кофты с длинными рукавами даже в те дни, когда солнце палило так, словно хотело выжечь землю до атомов.       Именно из-за него ее мирной жизни настал конец.       Сэм Хоггард поселился в ее голове и съезжать явно не собирался, не то, что ее крыша. Он приходил к ней во сне, подпевал музыке в наушниках и никогда не прогуливал пары вот уже в течение двух лет.       Однако кое-что все же заставляло Крисс злорадно усмехаться. Она так часто называла его идиотом, что это слово красовалось на его руках, которые тот практически не скрывал, демонстрируя окружающим рельеф мышц и наличие родственной души. Друзья шутили над ним, что ему дорогу перебежала черная кошка, раз уж соулмейт постоянно называет его идиотом, а в том, что эта фраза предназначалось именно ему, те не сомневались. Но парень лишь шутливо улыбался и пожимал плечами.       — Зато она постоянно думает обо мне.       Крисс на его слова закатывала глаза и, едва шевеля губами, в очередной раз шептала «идиот».       Прозвенел звонок на пару, и девушке пришлось выпрямиться на стуле. Она размяла затекшую шею и пониже отдернула рукава черного худи. Мимо прошел Сэм и попытался улыбнуться своей тихой и скромной одногруппнице, но та сделала вид, что не заметила его попыток, крутя в руках сломанный карандаш. Парень почесал затылок, садясь за парту.       Крисс Эвердин, кажется, не переносила его на дух, и бедный паренек не мог понять, почему именно. Из-за того неловкого случая два года назад? Так он же сразу извинился и даже купил девушке кофе с карамельным сиропом, но видимо сладость так и не смогла растопить сердце неприступной мадам. А жаль… Очень уж ему понравились ее карамельно-карие глаза и милая ямочка на правой щеке.

***

      Солнце палило, раскаляя землю и особенно воздух. Крисс нечем было дышать. Ей хотелось снять с себя черное худи и остаться в легкой майке на лямках, но величественное здание колледжа все еще виднелось на горизонте, и бедной девушке не хотелось, чтобы кто-нибудь из знакомых увидел ее руки. В сотый раз за день Крисс обозлилась на судьбу, вселенную и прочую чушь, которая магическим образом повлияла на ее спокойную и беззаботную жизнь.       Девушка забежала в ближайший магазин и купила бутылку холодной, освежающей минералки. Пить хотелось со страшной силой. Крисс решила срезать дорогу до дома через парк, но сначала она решила немного отдохнуть в тени старого ветвистого дуба, росшего у самого входа. Трусливо осмотревшись по сторонам, девушка стянула с себя удушливое худи и запихала его в рюкзак.       Хорошо.       Крисс открыла бутылку и поднесла горлышко к губам. Она жадно пила спасительную жидкость, от чего та стекала по подбородку, капая на выступающие ключицы и приковывая к себе шокированный взгляд по-кошачье зеленых глаз. Девушка не сразу заметила, что на нее кто-то пялится, а когда заметила, то решила сказать нахальному незнакомцу пару ласковых, но слова так и застыли на языке.       Нахальным незнакомцем оказался Сэм Хоггард.       Девушка едва не подавилась слюной, во все глаза уставившись на своего одногруппника и его лучшего друга, учившегося на два года старше их самих. Крисс проследила за взглядом Сэма и рванула с места, на бегу закручивая бутылку.       Стой.       Донеслось до нее сзади. Но останавливаться несчастная девушка не собиралась, особенно после того, как одногруппник заметил ее руки, исписанные его наиболее повторяемой фразой. В голове Крисс перебирала всевозможные ругательства, ловко лавируя между идущими ей навстречу людьми. Годы легкой атлетики сделали свое дело. Девушка была быстрой, как ветер. Но как известно, от судьбы не убежишь.       Она отвлеклась на выпавшую из рук бутылку воды и, запутавшись в ногах, упала на мягкий газон. Отступать было некому. Сильные мужские руки крепко держали ее за лодыжку.       «Вот черт»       И как по волшебству на этих самых сильных руках появилось два новых слова. Сомнений не оставалось. Крисс Эвердин была родственной душой Сэма Хоггарда.       — Вот ты и попалась, — нежно, но с усмешкой произнес парень.       Крисс лишь фыркнула, скрещивая руки на груди.       В последствии Сэм будет утверждать, что специально слишком часто употреблял в своем лексиконе слово «котики», чтобы ему было проще отыскать ее, на что Крисс будет лишь устало закатывать глаза, мысленно продолжая называть его идиотом и чесать ему за ушком.