История Дискорда: Эпизод 4 - Практическое безумие

      Чтобы продолжить свое расследование, я направился в Кантерлот. Так как пегасы и фестралы утверждали, что принцессы были в курсе происходящего, я решил не тратить зря время на напыщенных дворцовых шишек, а сразу обратиться к нашим дорогим сестрам аликорнам. И для начала мне хотелось поговорить с Луной, так как с Богиней Ночи у меня сложились более доверительные отношения, чем с Селестией. По крайней мере, мне так казалось. Солнце уже взошло, я не стал мудрить и заглянул в башню, где находились личные покои Луны. Она действительно оказалась там, где и должна быть, и уже готовилась к привычному дневному сну, но я успел появиться раньше.       — Привет, Луна! А вот и ваш дружелюбный сосед, всегда готовый принести чуточку хаоса в очередной рутинный день! Соскучилась? — поприветствовал я, войдя через окно.       Все растения в комнате неожиданно ожили, захлопали и засвистели, словно увидели вышедшую на сцену знаменитость.       — Я, конечно, понимаю, что должна оказаться на седьмом небе от счастья, едва заметив твою лучезарную персону, но мог бы ты быть не таким навязчивым? — зевнула Луна, не оценив мой артистизм.       — Эй, это же я, — пожал я плечами.       — Да, это ты… Так зачем ты заглянул? Просто так?       — Нет. Дело есть. Скажи, имя Кейн Гейз тебе о чем-то говорит? — не стал я тянуть с вопросами.       — Нет, не слышала о таком. А кто это?       — Грифон. У него есть группа сподвижников, сейчас они прячутся в горах.       — Как интересно. Но при чём тут я?       — Может, и ни при чем. А давала ли ты ты указания подчиняющимся тебе фестралам устранить кого-нибудь? Или помочь сделать это совместно с кем-то еще? Речь сейчас не о культистах, если что, — снова спросил я.       — Нет, в настоящее время таких приказов нет. Если только от меня ничего не скрыли. А почему ты спрашиваешь?       — Значит, ты не в курсе. А между тем твои фестралы, совместно с гвардейцами Селестии, пытаются устранить того грифона. Причем они утверждали, что ты знаешь об этом и чуть ли не сама отдала им приказ.       Пока Луна отвечала на мои вопросы, я проводил легкую проверку ее ответов на правдивость, считывая поверхностные потоки сознания, т.е. по сути работал как некий детектор лжи. Судя по всему, младшая аликорн говорила правду. И кстати, похоже, Луна даже не заметила моих манипуляций, я старался быть крайне осторожным.       — Что за вздор! Не было такого! — рассерженно воскликнула Луна.       — Спокойно, я тебе верю. Однако факт остается фактом, я сам это видел.       — Можешь рассказать поподробнее? — попросила Богиня Ночи.       Я прокашлялся, превратился в звездного феникса — любимого зверька принцессы, который в данный момент дремал неподалеку, и уселся на подушку рядом с Луной.       — Зачем ты… А, не важно, так даже удобнее, — сказала аликорн, потрепав меня за хохолок.       Я вкратце рассказал принцессе историю с грифонами и сложившуюся на данный момент ситуацию, обращая особое внимание на непокорных фестралов. Ведь в том, что вверенные Луне силы действуют не пойми по чьей инициативе, была и ее вина. Частично. Чтобы у Богини Ночи не осталось сомнений в искренности моих слов, я пустил её в свои недавние воспоминания, где она смогла увидеть часть произошедших событий.       — Спасибо, что рассказал, Дискорд. Я непременно выясню, что происходит и почему фестралы у меня под носом занимаются непонятно чем, не доложив мне о происходящем. Ты, точнее принесенные тобой вести, меня сильно возмутили. За Кейна не волнуйся, если тебе действительно удалось с ним договорится, я прослежу, чтобы подконтрольные мне ведомства и силы, включая фестралов, больше не трогали этих грифонов.       — Хорошо, это как раз то, что нужно. Ну, а мне надо продолжать свое расследование.       Оставаясь в облике феникса, я сел на копыто Луны. Аликорн подошла к окну, протянув копыто наружу, я взмахнул крыльями и умчался прочь.       Прежде чем лететь напрямую к Селестии, я решил заглянуть к Нику. Он уже давно перестал быть рядовым солдатом и обладал внушительными полномочиями, хотя редко пользовался ими, предпочитая действовать самостоятельно. Я нашёл Шадоулайта в подземном городе, в его доме. Фестрал не узнал меня сразу, и я решил ему подыграть, оставаясь в образе необычной зверушки. Днем звёздные фениксы любили прятаться в обширных пещерах под Кантерлотом, не являясь здесь большой редкостью. И знаете что? Оказывается, мой перепончатокрылый приятель неплохо умел обращаться с животными, я даже расслабился, когда он гладил меня, держа в копытах. Видели бы вы его лицо, когда небольшой феникс на его глазах превратился в здоровенного драконикуса. До сих пор улыбаюсь, вспоминая. Я задал Нику те же вопросы, что и Принцессе Луне. Как я и ожидал, мой напарник тоже оказался не в курсе происходящего и удивился самому факту данного инцидента. Хотя, как он мне сообщил, Селестия все еще стояла намного выше своей сестры, поэтому стоило сразу обращаться к ней. Но если даже старшая аликорн окажется в неведении творящихся дел, вот тогда можно начинать волноваться. Ник говорил правильные вещи, пришло время побеспокоить главный светоч всея Эквестрии — нашу дорогую принцессу Селестию.       Конечно, я снова постарался добиться максимально неожиданного и экстравагантного появления. Дождавшись, когда Селестия оторвется от дел, прямо во время дневного перекуса принцессы я и появился, застав последнюю врасплох. Материализовался прямо в чашке с чаем, после того, как Богиня Солнца отхлебнула немного горячего напитка.       — Дискорд?! Какого сена! Ты совсем того?       — Я тоже соскучился и рад тебя видеть, Селли, — ответил я, расслабившись в чашке, словно в джакузи.       — Может, уже вылезешь оттуда, а? Или мне применить силу?       — Скучная ты. Мне, например, тоже не нравится, когда ты или твои девочки выдергивают меня своим дурацким заклинанием призыва, но я же терплю.       — Мы беспокоим тебя только при крайней нужде, — возразила аликорн.       — В том-то и дело, — печально усмехнулся я.       — Ну хорошо, и что ты собрался делать? Так и будешь тут плавать, словно лист?       — Эх, не умеешь ты встречать гостей, Селестия. Хоть бы предложила мне диван, кресло или другую альтернативу, раз погруженным в чай я тебя не устраиваю.       — Да ты сам можешь обеспечить себя всем, чем захочешь. Порой ты такой невыносимый.       — Как и ты. Похоже, мы с тобой не сильно изменились за тысячу с лишним лет, да? Ладно, так уж и быть.       Я наколдовал себе небольшое сиденье с рогами и переместился туда.       — У меня к тебе разговор есть, — продолжил я.       — Это надолго? А то я тут, знаешь ли, не баклуши весь день бью, в отличие от некоторых.       — На сколько потребуется. И не говори обо мне то, чего не знаешь.       — Ох, давай уже ближе к делу. Я тебя не прогоняю, просто у меня правда есть много других обязанностей.       — Ладно, давай. На днях мне совершенно случайно захотелось получше изучить северные горы, и я встретил там одного занятого персонажа. Имя Кейн Гейз тебе ни о чем не говорит?       — Нет… — почти без запинок ответила Селестия.       Я хотел ментально проверить правдивость её ответа, как проделал это с Луной и Ником, но у принцессы стоял блок, и я спалился.       — Ты что, проверяешь меня?! — сердито воскликнула аликорн.       — Как еще я пойму, правду ты мне говоришь или нет? — парировал я.       — А ну прочь из моей головы, живо! И не смей больше копаться в моих мыслях, — грозно приказала Селестия.       — А то что? Тебе есть, что скрывать?       — Конечно есть! Как и тебе. Давай без лишней драмы, я не обязана рассказывать тебе все, что ты захочешь.       Я перестал сканировать мысли принцессы, не желая обострять конфликт, но ваш коварный драконикус мог раскусить свою величественную собеседницу и без этого. В первом же ответе Селестии улавливалась проскользнувшая неуверенность, и сейчас принцесса явно казалась взволнованной больше обычного. Похоже, прекрасная правительница что-то недоговаривала. Она мне врала.       — Я так и подумал. Ну, раз ты не знаешь Кейна, вероятно, ты не в курсе, чем занимаются твои, и не только твои, гвардейцы. Если несколько пегасов и фестралов пропадёт на очередном тайном задании, о котором ты, конечно, ничего не слышала, то никто их не спохватится. И тебе не придётся объяснять своей сестре, почему вдруг фестралы, каждый из которых должен находиться в ее подчинении, вдруг действуют без ведома Богини Ночи. Да и общественность ничего не узнает, я уверен. Хотя, может, и узнает. Но ты-то здесь не замешана, тебе бояться нечего, так?       — Да даже если бы я слышала об этом грифоне, что с того? Какое тебе до него дело? — проговорилась Селестия.       — Ага, вот ты и попалась! Я не говорил, что он — грифон! — обрадовался я, повиснув в воздухе.       — Хорошо, допустим, ты меня поймал, это была моя инициатива, и что с того? Я, как действующая верховная правительница Эквестрии, имею полное право распоряжаться всей гвардией, Кейн сам заслужил свою судьбу.       — Вот с этого места поподробнее, пожалуйста.       — Я думала ты в курсе, что к чему. Или нет?       — Я в курсе, но хочу услышать твои аргументы, — на мне появился костюм сыщика, а в лапах записная книжка, которую я держал наготове.       — Аргументы? Кейн нападает на пони в горах и грабит их, иногда убивая подданных Эквестрии — это факт.       — А с чего все началось?       — Уже не важно. Знаешь, во что может вылиться данный конфликт? У Кейна действительно есть лидерские качества и он способен завоевать влияние среди грифонов. Учитывая его методы, не исключено, что он превратится в нового тирана. Принимая во внимание его отношение к пони, это чревато войной. Ты хочешь войны? Лучше остановить его сейчас и обойтись малой кровью, чем жалеть потом. Убрав Кейна и его агрессивно настроенных сподвижников, мы принесем только мир и помощь остальным грифонам. К тому же, скажи, когда ты успел стать таким ярым пацифистом?       — Я всегда им был. И тебе ли рассуждать про пацифизм, Селестия? Да, на публике ты всегда добрая, милая и пушистая, но я знаю и другую твою сторону. Почему ты не хочешь дать парню даже шанса? Разве стратегией Эквестрии не является дружба и взаимопонимание? Поговорить не пробовали?       — Какое тебе до всего этого дело? — с примесью возмущения, недоуменно спросила принцесса.       — Да так, подвигами маюсь, — улыбнулся я, наколдовав себе белый плащ.       — Дело уже зашло слишком далеко, уже есть жертвы. Я не могу просто закрыть на происходящие события глаза, как ты не понимаешь!       — О, и ты туда же. Все-то у всех слишком далеко зашло, это наигранная предопределенность, как я этого не люблю. Каждый сам творит свою судьбу, и не важно, что было раньше. Разве не так вы меня учили?       — Все, Дискорд, это бесполезный спор. У тебя будут реальные предложения или ты позволишь мне наконец продолжить свою работу?       Я наколдовал белоснежной аликорн оливковый венок и даже приобнял принцессу.       — Ну же, дорогая моя Селли, где твое великодушие? Переговоры, слышала такое слово? Грифоны согласятся держать себя в лапах, если пони от них отстанут. Хотя, это может идти вразрез с твоими истинными мотивами. Ты боишься, что появится еще одно сильное, независимое государство, которому вы не сможете навязывать свой образ жизни и свою дружбомагию, не так ли?       — Неужели ты думаешь, что я настолько жажду власти? — словно удивившись, спросила Селестия.       — Но ведь именно так произошло со мной! Вспомни, как мы познакомились. Ты и Луна просто в лоб на меня напали. Без предупреждения, без вопросов и без объявления войны. А ведь я хотел с вами договориться, но нет, вы даже не попытались понять одинокого драконикуса! Что я делал, почему я это делал, зачем разбираться, да? Лучше сразу устранить или залить бетоном, как в моем случае, любую альтернативу. А я, дурак, себе такого не позволял. Вот скажи, что мне мешало то же самое сделать с вами, дорогие мои принцессы?       — Потому что ты хотел поиграть, поиздеваться над своими новыми игрушками, — ответила Селестия.       — То есть напали на меня вы, а поиздеваться хотел я? Классная логика, я запомню твои слова. Но ты, Селестия, и на этом не остановилась! Ты отправила на луну свою родную сестру, когда увидела угрозу своей власти, не слишком-то стараясь ее успокоить и дать понять, насколько ее любишь.       — Вот только не смей говорить про Луну! Ты не знаешь, как тяжело мне далось это решение и какую боль я испытала!       — Неужели ты думаешь, что только у тебя в жизни были тяжелые моменты? Хорошо, опустим Луну, но это не единственный случай. Ты до сих пор готова убрать всех неугодных, лишь бы доминирующее положение Эквестрии в мире оставалось неоспоримыми. Ведь пони лезут со своей дружбомагией всюду, куда только можно, даже если их не просят. Конечно, со стороны все выглядит очень мило и на первый взгляд несет только добро, но я уже не раз говорил, что мне неприятен сам принцип. Вы строите из себя всезнающих пророков, хотя на самом деле это не так. А злодей как всегда — я!       — Так, слушай сюда, дипломат ты недоделанный. Мне неважно, какие бредовые мысли крутятся в твоей голове, но этот грифон представляет угрозу Эквестрии и именно поэтому должен быть устранен. Не нужно его оправдывать.       — Значит, переговорить с ним ты отказываешься? Тогда я сам, от лица Кейна, предлагаю тебе компромисс. Кейн обещал, что он и его грифоны больше не будут нападать на мирно проходящие через горы караваны, если пони, в свою очередь, перестанут нападать на грифонов. На самом деле Кейна беспокоят различные преступные элементы, которые частенько укрываются в горах, дабы избежать преследования в Эквестрии.       — Такие же, как и он сам, смешно. Я не могу ручаться за всех пони на свете, ты же понимаешь. Так же как и ты не можешь ручаться за какого-то там грифона. Я ему не верю, где гарантии?       — Просто попробуй. Если Кейн нарушит свое слово, я не стану больше лезть в это дело, но раз уж я за него взялся, то не отступлю и не позволю просто так лишить молодого грифона жизни. Ничего другого я не скажу.       Селестия, допив свой чай, встала и начала ходить по залу взад-вперед.       — Ты пытаешься поставить мне ультиматум? — грозно спросила она.       — Я бы не хотел, но…       — А ты по статуе своей случаем не соскучился, нет? Про Элементы Гармонии не забыл? Если ты станешь пытаться навязывать мне свои условия, то Твайлайт с друзьями снова превратят тебя в застывшее абстрактное искусство. Прошу, Дискорд, отступи, незнакомый грифон совершенно не твое дело.       — Ого, а ты уверена, что разноцветные безделушки сработают? Теперь мне действительно интересно, что наша солнцеликая принцесса расскажет своим подданным про Духа Хаоса на этот раз? Что злобный драконикус сговорился с грифонами и хочет уничтожить Эквестрию? Уверена, что все пони тебе так легко поверят? Что я не смогу найти союзников? И запомни уже наконец — каждый камушек, каждая пылинка, каждое существо в этом мире может стать моим делом.       — Не смеши мои копыта, никто за тебя не вступится, — как-то издевательски усмехнулась принцесса.       — А вот сейчас обидно было, — заметил я.       Затем резко подлетел вплотную к Селестии и посмотрел в ее блестящие глаза. Мне хотелось узнать, как далеко она на самом деле может зайти. Я наколдовал себе большой пылающий меч и, взяв его двумя лапами за рукоять, упер в пол, положив подбородок на навершие, пристально наблюдая за белоснежной принцессой.       — В любом случае я больше не стану поддаваться, и в случае конфликта буду играть в полную силу, не оставляя вам шанса на победу. Я ни за что не вернусь в эту проклятущую статую, слышишь! Неужели ты хочешь со мной войны? Ты точно осознаешь последствия своих решений? Например, ты готова к тому, что Кантерлотский Дворец доверху заполнится сыром? — продолжил я, превратив ближайший стул в кусок сыра.       Селестия серьезно задумалась, снова начав расхаживать по залу.       — Поверь, я не считаю тебя самой плохой правительницей на свете. Ты действительно добрая и мудрая принцесса, которая принесла немало пользы Эквестрии. По крайней мере, по сравнению с некоторыми другими. Да, далеко не все твои решения я одобряю, но сейчас это не важно. И ты и я совершали в прошлом ошибки, но мы же всегда можем стать лучше, правда? Я хочу остаться с тобой друзьями и всегда хотел. Неужели этот драконикус или тот грифон не достоин капельки твоего милосердия? — сделав большие выразительные глаза, спросил я.       Эти слова дались мне нелегко, но что не сделаешь ради достижения своих целей.       — Ладно, надо признать — если мы опять начнем выяснять отношения, то ничего хорошего не выйдет. Я не хочу этого, но так уж и быть, соглашусь. Только помни, что ты мне обещал. Если Кейн посмеет опять нападать на пони, то ему, как ты иногда говоришь, кранты, — все-таки согласилась аликорн.       Кроме моих слов, еще одним немаловажным фактором, который заставил Селестию уступить, стала Флаттершай. Потому что принцесса не могла сказать наверняка, что носительница элемента доброты ей так легко поверит.       — Спасибо, Селли, я знал, что мы сможем понять друг друга. Видишь, как все просто. Ты всегда мне нравилась, — я подмигнул принцессе и испарился.       Аликорн вздохнула и уже собралась вернуться к своим делам, когда из ее миски выпрыгнуло несколько небольших шоколадных лягушек, одна из которых уселась на макушке принцессы, начав осыпать ее комплиментами, а остальные разбежались кто куда.       — Дискорд! — только и донеслось из дворца.       На следующий день я решил еще раз зайти к старому грифоньему шаману Грею Кроку и передать ему, что миссия выполнена. Однако, заглянув в хижину шамана, я нашел там не только самого Грея, но и Кейна.       — Здорово, мои пернатые друзья, а вот и Дух Хаоса! — воскликнул я.       — Здравствуй, Дискорд, — ответил Грей.       — Привет, — отозвался Кейн.       На мне появился черный костюм, увешанный медалями.       — Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались! Миссия успешно выполнена, я уговорил Селестию оставить вас в покое, так что пока грифоны и пони будут вести себя хорошо, проблем не возникнет. Ну, кто здесь лучший драконикус? Аплодисменты принимаются, — я гордо выпятил грудь, изображая героя.       Грифоны посмотрели на меня, но хлопать не стали, не их культура.       — Мы очень благодарны тебе, Дискорд. Без тебя все бы кончилось весьма плачевно. Хорошо, что на свете еще остались те, кто смотрит на вещи не только с подачи принцесс. Можешь забрать обещанный мною артефакт, это меньшее, чем я могу тебя отблагодарить.       Грей протянул мне заранее приготовленное сокровище, слегка поклонившись.       — Отлично, думаю, эта штучка мне пригодиться, — ответил я, покрутив в лапах странный предмет и закинул его прямо в открытый мною небольшой портал, ведущий в Измерение Хаоса.       — Хоть я и не любитель чужого заступничества, но ты и вправду мне помог. Мало кто делал для грифонов что-то подобное. Отныне можешь считать меня другом и в любое время заходить к нам в гости, — заговорил Кейн.       — Было не так уж сложно, на самом деле.       — Слушай, пока ты здесь, можно ещё вопрос? А какими способностями ты вообще обладаешь? Я уже видел, как работает твоя магия, но так до конца и не знаю, на что ты способен. Есть какие-то границы? — поинтересовался Кейн.       — Теоретически границ нет, но практически… Сейчас я вам объясню. Для использования магии нужна особая энергия, магический заряд, если хотите. Я могу накапливать эту энергию бесконечно долго, по крайней мере за всю свою жизнь пределов я ни разу не ощутил. Соответственно, при сотворении любого заклинания энергия тратится, и я, как и любой другой маг, не могу потратить ее больше, чем у меня есть. Грей должен знать, это базовые принципы. Другое дело, что я коплю магию хаоса очень быстро и в больших количествах, по сути являясь единственным ее носителем в этом мире. А еще, как представитель древней расы драконикусов, единственным, кто может держать ее под контролем. Есть еще несколько основных законов, которые нельзя нарушить, такие как создание материи без энергии из вакуума, создание самостоятельной сущности без привязки к носителю, полное уничтожение измерения без остаточного следа и т.д., хотя это и так должно быть понятно. Ладно, хватит скучной теории, давайте перейдем к практике.       Я продемонстрировал грифонам несколько своих приемчиков. Оживил пару предметов, мельком показал портал в другое измерение, поменял верх и низ местами и ненадолго превратил Грея в большую древнюю прямоходящую птицу, а Кейна в птеродактиля. Закончил представление я, по традиции, лёгким шоколадным дождиком.       — Как всегда впечатляет. Это я тебе как старый маг магу говорю. Должен признаться, выглядит очень непривычно и непонятно, — прокомментировал Грей.       — А уж каково мне! Грифоны привыкли полагаться на то, что видят и слышат, что чувствуют и знают, это придает нам сил. Но твоя магия заставляет усомниться в реальности происходящего, — подтвердил Кейн.       — Вы просили показать, я показал. Понимаете, у меня своя философия. Я люблю, когда кругом все меняется, переворачивается, отходит от нормы. Для меня любое движение, а особенно движение вне рамок системы — жизнь. Таким уж я родился, меня притягивает непостоянство.       — Да, ты — Дух Хаоса, но многие об этом постоянно забывают, — словно озвучив мои собственные мысли, сказал Грей.       — Так, пока я не ушел, хотел посоветоваться с тобой насчет одной занятной штукенции, — обратился я к шаману, достав непонятно откуда странный шар, что нашел в замке Твайлайт.       — Я, честно говоря, не смог понять, что сие делает. Нашел случайно, в одном замке, который связан с Деревом Гармонии, если тебе это о чем-то говорит. В данном артефакте есть отголоски магии Измерения Хаоса — это все, что я знаю. Может ты ответишь, для чего он нужен? — спросил я у Грея.       — Не могу сказать, не встречал ничего подобного раньше. Если хочешь, оставь на какое-то время свой блестящий шар у меня, а я попробую разобраться что к чему.       — Хорошо, так и поступим, — согласился я, отдав грифону шар.       — Теперь нам с Кейном предстоит много работы, — похлопал Грей сородича по плечу.       — Так, давай пока без близких контактов. Я согласился, но это не значит, что готов быть мальчиком на побегушках. Не забывай, кто я. Хотя, должен признаться, ты не такой уж старый зануда, каким раньше мне казался, — ответил ему Кейн.       — Кажется, самое время мне отчалить. Желаю вам удачи, мои пернатые друзья. Думаю, мы еще увидимся. Аривидерчи!       После этого я вернулся к себе домой в Измерение Хаоса и целый день отдыхал вместе со Смузом, рассказав ему все, что произошло. Под конец мы разговорились и я стал рассуждать о грифонах в целом.       — Знаешь, Смузи, а мне действительно кажется, что грифоны могут догнать пони и ни грамма не уступают народу Эквестрии. У них есть один, как мне кажется, неоспоримый плюс. В большинстве своем каждый из них самодостаточен и всегда готов положиться на свои силы. Это вовсе не означает, что они не в состоянии заводить друзей или готовы пойти на любые самоубийственные поступки. Но они не склонны создавать себе кумиров.       — А как же Идол Борея? — спросил мой зеленый друг.       — А что идол? Да, после его похищения грифоны стали разобщены, превратившись в жадных, циничных и недоверчивых к друг другу существ, но заметь, никто из них не сдался, не впал в депрессию. Их же гордость сыграла с ними злую шутку, не позволив прийти к согласию, что привело по сути к гражданской войне, но они не сдались. Некоторые, такие как Кейн, знают, какими сильными пернатые могут быть, когда действуют сообща.       — Ну, а пони? — пробурчал Смуз.       Я кинул ему наколдованный слиток золота, чтобы мой друг немного подкрепился, и продолжил.       — У пони дела обстоят немного по-другому. Эквестрийцы ценят дружбу, но если убрать всех принцесс, носителей гармонии и остальных героев, пони станут беспомощны. Практика не раз это показала. Они слишком полагаются на других, не в силах побороть отчаяние и страх при утрате того, во что верят. Есть исключения, но их очень мало.       — Я думал, такое поведение присуще почти всем живым существам.       — Не совсем. Есть еще культурные различия. Ни один грифон, даже если убрать их лидеров, никогда не опустит крыльев. Он будет биться до последнего, будет пытаться сделать все для своего блага, как сейчас, или для блага своего народа, как было раньше, даже если останется один. Их редко можно заставить сомневаться, бояться или паниковать. Как правило, ты только больше разозлишь грифона. Поэтому я уважаю пернатых, — объяснил я.       — То есть, все зависит от типа существа? — не до конца понимал Смуз.       — Скорее от общества, в котором существо выросло. Хотя, расы разные, так что биология может отчасти влиять. Это в других измерениях проще — чаще всего одну планету населяет одна разумная раса. А вот у нас, благодаря магии, все в разы интереснее. Очень давно, когда я только прибыл на территорию нынешней Эквестрии, пони могли похвастаться качествами, подобными качествам грифонов, но после того, как на трон взошли принцессы, эти милые существа стали слишком верить в навязанных им богов.       — Я видел, как другие менялись.       — Да, конечно, ведь история не стоит на месте. Мне торопиться некуда, и я еще погляжу, к чему в итоге приведут хитросплетения судьбы.