К Чему Это Приводит

Дни летят слишком быстро, Киришима не замечает как наступает март. Он отправлял Бакуго сообщения, рассказывая обо все, что происходит, поздравил со всеми праздниками, включая день Рождения, но в ответ лишь тишина. Эйджиро надеется, что его просто игнорируют, продолжая поиски, куда же мог уехать Кацуки... В День его признания, Киришима пересмотрел все сайты с новостями о героях, нашел статью о замеченном Граунд Зеро в аэропорту, но так и не смог узнать направление в котором он улетел. На сайте так же прилагалось фото, на котором было ясно видно в каком состоянии был Кацуки. Красные от слез глаза, перебинтованные руки и, что может быть незаметно обычному взгляду, небрежность, которая на самом деле не свойственна парню. Невероятная тоска уже окутывает со всех сторон и хочется опустить руки, но в душе все еще покоится надежда. Где же ты прячешься... Постоянные разговоры с его знакомыми только заводят в еще больший тупик: кто-то говорит улетел в отпуск, кто-то о том, что нашел агенство заграницей, предполагали даже его смерть. В последнее красноволосый верить отказывался. Бакуго слишком сильный духом, чтобы поступить так с собой. Но после того, как Кацуки улетел, он будто пропал со всех радаров, это была последняя новость о нем. Киришима все эти месяцы не мог прийти в себя, не брал серьезных заданий на работе из-за чего опустился в рейтинге, а все знакомые говорили о том, что ему нужен отпуск. Но он не мог бросить дела так. Если была необходима новая мотивация, ему было необходимо узнать что-то новое. Если он перестанет стараться, то зачем это все. Тяжелые мысли каждый вечер одолевают парня, он все чаще задумывается бросить поиски и заняться наконец работой. Может быть, эти чувства только тянут его вниз, не дают развиваться, держут на месте… Но на самом деле, дружба с Бакуго растила в Эйджиро того человека, которым он всегда пытался быть. Отношения с ним только бы развивали Киришиму, он невероятно хотел этого, но… Устал… Где найти новую информацию, парень уже не знал. Новостные сайты, газеты из метро, самые новые, импортные сводки не давали ему новой информации, знакомые только больше путали. У кого просить помощи? Киришима хотел уже найти ответ, сил не оставалось. Бакуго залег на дно, не давая никому о себе ничего узнать, наверняка отдыхая на накопленные за все время деньги, но разве их могло бы хватить на столько. Каждый раз Эйджиро надеется, что он наконец вернётся на свою должность и тогда он сделает все, чтобы скорее с ним встретится. Приходит уведомление с новостного сайта о героях… * — Бро, ты уверен? — Каминари откидывается на спинку кресла, закидывая руки за голову и одним глазом посматривая на друга. — Да, а что вообще может пойти не так? — Киришима только рассказал о начале своих отношений с Ашидо Денки. Тот не выглядел радостным за красноволосого, будто ожидал чего-то другого. — Ну, кажется глупым, что мы были так долго знакомы, а только сейчас на это решились, но... Никогда не поздно ведь? — Эйджиро фирменно улыбается. Чем это все обусловлено? Каминари не понимает, ему казалось, что между Киришимой и математикой было больше химии и страсти, чем между ним же и Ашидо. Он говорит, что она красивая, ловкая и мужественная, но... Разве он не восхищается так же теми, кого просто уважает? Возможно, Денки просто не понимает. * Красные полосы от заката заглядывают в одинокую квартиру Эйджиро. Он спал в своей холодной постели после ночной смены. Ему уже давно ничего не снится, просыпается только еще более вымотанным. Красные глаза открываются когда закат уже уходит далеко за горизонт. На улице темно, как и во всех его апартаментах. включив свет около кровати, Эйджиро щурится с непривычки, оглядывает комнату и останавливает взгляд на стене, которую завесил фотографиями несколько месяцев назад. Как раз тогда, когда пропал Бакуго. Там были их совместные снимки, расположенные в абсолютно хаотичном порядке. Лишь бы не забывать... Тут их совместная фотография с культурного фестиваля, прижатые друг к другу одноклассниками. Киришима как обычно улыбается, а у Бакуго в своем обыкновении раздраженный. Но только недавно Эйджиро осознал, что на его лице непростое недовольство. Блондин никому бы не позволил стоять настолько близко к себе, только он, Киришима, был исключением. Фото с их похода в парк аттракционов, фото с похода в кино, ночевка у Кацуки дома, просто улыбающийся блондин... Какой же он дурак... Эйджиро не может спокойно жить, понимая, что поглощал в себе чувства к Бакуго, не замечая его попыток парня показать, как красноволосый ему важен. Может, это все уже правда потеряло всякий смысл? Кацуки давно живет в изоляции от него, наверняка ограничил все новости о Киришиме, не хотел больше иметь ничего общего. Может, и Эйджиро пора отпустить?.. * Мина и Киришима начинают слишком часто ссорится. Ашидо постоянно говорит о том, что парень ее не любит, прищуривая глаза в презрении, пытаясь скрыть слезы. У Эйджиро в голове пусто, не понимает с чего вообще могли взяться такие выводы, когда он просто за ужином рассказывал о прошедшей рабочей смене с Бакуго. Слово за слово, девушка ревновала красноволосого к его, как он говорил, другу. Их чувства, слишком частые прикосновения, взгляды, все это было слишком заметно, чтобы кого-то обманывать. У Киришимы что-то падает из грудной клетки низко в живот. Не понимает... Рядом с Бакуго правда всегда было очень тепло, он не хотел разрывать их связь, держал до последнего близко настолько, насколько мог. Хотелось иногда обнять, положив голову на плечо, но возможность быть разорванным от взрыва в клочья была не самая перспективная. Киришима чувствует к Бакуго что-то большое, теплое и нежное, не может понять что это и думает, что все-таки блондин стал ему очень близким другом. А на душе кошки скребут. В кармане джинс спрятано кольцо, предназначавшееся для Мины, но разве сейчас лучшее время? За окном спускается ночь, Киришима остается на кухне, доедая холодный удон в одиночестве. Убирает грязные тарелки и продолжает думать. Почему все вокруг, кроме него что-то замечают в их с Бакуго отношениях? От одного воспоминания о нем, Эйджиро било током, заставляя думать. Разве... Может быть что он влюблен в него? Под ребрами чувствуется шевеление от одной только мысли об этом. Но разве он мог сам себя обмануть? На ум так ничего разумного не приходит, только еще большая загадка. Предложение для Ашидо уже воспринимается не как его собственное желание, а навязанное от общества. Но он же не может быть трусом? Решился - делай. Отмахнув от себя мысли о Кацуки, Киришима направляется в гостиную, где пыталась успокоится девушка. Он все-таки осуществит задуманное, сделает ей предложение. С Бакуго все было очень сложно, а с Миной... С Миной уже привычно и, наверное, Эйджиро уже не хотел этого менять... * Киришима плетется на кухню, заваривать себе кофе. Большой город за окном больше не воодушевлял его, было одиноко и холодно, снова подули сильные ветра, разбиваясь об окно. Парня передергивает, когда он отпивает горячий напиток. Улыбки давно не было на лице, одна только усталость. Он потерял все то, что наработал за долгие годы: личную жизнь, карьеру, поддерживающих друзей. Эйджиро давно не писал Каминари, не объясняя ситуации, просто скинул короткое "мы расстались". Как-то эгоистично с его стороны. Раскрывая ему глаза, они хотели сделать как лучше для парня, но он все равно оборвал связь. Киришиме писали первое время, но спустя месяц поняли, что это все бессмысленно, продолжая свою жизнь. У Эйджиро она будто встала на паузу. Надо это заканчивать. Мысли о том, как все могло бы сложится, не будь он таким тормозом, затмили ему весь рассудок, Киришима упускал свое время на жизнь, погрузившись в поиски того, кто пытался его забыть, слишком много воды утекло. Пора начинать сначала... В последний раз обратив внимание на свой телефон, парень замечает уведомление с сайта, но решает посмотреть когда-нибудь потом. Пора написать Денки... * На следующий день, будто и не было нескольких месяцев разлуки он сидит на кухне с Каминари, обсуждая произошедшее за все время, на которое Киришима выпал из реальности. — Ну и по итогу пробился в рейтинге на четвертое место. — заканчивает Денки, отпивая из кружки газировку, которую сам же принес вместе с пиццей и чипсами, обрадовавшись приглашению друга. — Так все-таки, что случилось у вас с Миной? так резко вы разъехались. — Я понял, что все время был влюблен в Бакуго, — Легко отвечает Эйджиро, грустно смотря в окно. — Но я уже все упустил. Он пропал куда-то, не появляется в новостях, думаю, залег на дно, чтобы передохнуть. Киришима смотрит в окно, находящееся за спиной Каминари, замечая людей, что бредут по своим делам. Снег уже давно растаял, сакуры отцвели и парень не понимает как мог упустить такие глобальные изменения даже в климате. Эйджиро не замечает как меняется в лице его друг. Не напуганный внезапным признанием, на самом деле, давно заметивший что-то неладное между этими двумя, он не понимает, как Киришима мог упустить такое. — Бро, ты не читал последние новости? В глазах Киришимы потухает совсем недавно зажженный огонек... * Собрав чемодан за день и купив билет в один конец, Эйджиро смог договорится об отпуске с того же дня, как узнал. Бакуго в Сингапуре. Продолжил свою деятельность. На проводы в аэропорт приходят Каминари, Сэро и Мина. Последнюю Киришима никак не ожидал увидеть. Она подходит к нему, легко улыбаясь, поправляет воротник рубашки под расстегнутой джинсовкой. — Я рада, что ты смог. — Говорит она, обнимая его. — Не смей его больше терять и путаться в своих чувствах. Киришима расплывается в благодарной улыбке, обнимая ее в ответ. Он снова продолжает жить, он может вернуться к той самой жизни с друзьями и любимым человеком, только... Немного иначе. — Удачи! — Каминари провожает его, подняв большой палец вверх, одобрительно скалясь. Все обязательно будет хорошо. * Бакуго возвращается со смены, закуривая сигарету. Спустя долгих пять месяцев он возвращается в геройскую деятельность. Дается сложно, учитывая новые привычки и долгий перерыв, но он правда пытается. Пытается забыть, отпустить, не думать. Но этот город, черт бы его побрал, зачем он выбрал настолько солнечный регион. Он так сильно напоминал Киришиму, что у Кацуки не было возможности отвертеться от мыслей. Солнце как улыбающийся, поддерживающий Эйджиро, такой же горячий и с таким же мгновенно меняющимся настроением. Сигарета тлеет во рту, отравляя легкие героя. Ему было все равно на свое здоровье и упавшие показатели. Тут он уже не пытался стать героем номер один, пытался просто забыть. Но как тут забудешь, когда все что угодно может напомнить о нем. Бросив бычок в мусорку, блондин двигается дальше, в направлении снятых апартаментов. Мысли отпускали только в момент работы, времени просто не было, зато сейчас хоть отбавляй. Над городом сгущаются тучи, совсем скоро пойдет дождь, но разве Бакуго это волнует? Пусть хоть грузовик переедет, уже было все равно... Как можно было заметить из уже нечастных новостей о Киришиме, он не носил кольцо. Кацуки сделал вывод, что просто не надевает на работу, лишь бы не давать себе надежду лишний раз. Он не мог... Не верил... Но не отпускало. Первые капли блондин чувствует на своем лице, совсем скоро погода разойдется в сильный ливень. Этого момента он и ждал. Люди вокруг разбегаются под навесы, пытаясь спрятаться от стихии. А Бакуго дает волю мыслям. Он уже не мог это терпеть, не мог скрывать как сильно хочет вернуться, пусть они забудут этот неловкий момент признания, его исчезновение, все, что он только мог натворить. Пусть просто он снова будет рядом. Кацуки чувствует воду на лице. От дождя, от своих слез, которые сдерживал слишком долго. Такие ливни, которые здесь бывают, перекрывают все посторонние звуки, кроме бьющейся о землю воды. Бакуго кричит, падает на колени и бьет кулаками асфальт, понимает как много натворил ошибок, он бы отдал все что угодно, лишь бы снова оказаться дома. Сквозь звуки ливня слышится голос. Такой знакомый, что первая мысль, что посещает голову парня - у него от стресса поехала крыша. Но эти звуки становятся ближе, все более четко принимая его очертания. — Бакуго, ты в порядке? Все хорошо? Поднимая голову, Кацуки видит перед собой Киришиму, окунувшегося коленями в лужу, без зонта, совсем как будто из сна. В майке, шортах, дебильных красных кроксах и с рюкзаком наперевес. Волосы мокрым красным пятном падают на лицо, закрывая большие красные испуганные глаза. Бакуго застывает, боясь что-либо сделать. Он думает, что если начнет двигаться, эта иллюзия от солнечного удара испарится. Но Эйджиро начинает двигаться первым, вставая на ноги, поднимая блондина за собой за руку. Красноволосый уводит его под навес, доставая из рюкзака свою зип-худи, накрывая ей мокрого Кацуки. Вещь сразу становится влажной, но Бакуго так тепло от одной только мысли... Он здесь. * Бондин пускает гостя в квартиру первым, дождь все еще идет, поэтому парень бежит закрывать окна, наказывая Киришиме оставаться на месте. Возвращается с полотенцем и сменными вещами, направляя в душ. Эйджиро послушный, словно пес, упрыгивает за ближайшую дверь слева. Бакуго выдыхает. Ничего непонятно. Как ему себя вести? На Киришиме нет кольца даже сейчас, он пришел за ним. Питать себя ложными надеждами не хочется, Кацуки отирается полотенцем и переодевается в сухие вещи. В душе все так же шумит вода, у него есть еще время подумать. В квартире будто воцарилась другая атмосфера, более живая, более уютная. По окну все так же бьет сильный ливень, совместно с шумом из ванной, разбавляя серые стены его успокоившейся душой. Чайник закипает, Бакуго решает заварить чай. Киришима появляется из дверного проема, в вещах Кацуки, обтирая полотенцем красные волосы, немного тусклые и с отросшими черными корнями, делая это место невероятно... Непривычным? Блондин не ожидает того, что Эйджиро начнет обнимать его со спины, пока тот наливает кипяток в заварочный чайник, отперевшись о столешницу. Кипяток льется мимо, разливаясь по мраморной поверхности, попадая на руку Бакуго. Кацуки матерится, подставляя ладонь под холодную воду, вырываясь из объятий красноволосого. — Что ты творишь? — Глаза, полные непонимания и страха обращаются к Киришиме, который тоже ничего не понял. — Я... Ты меня не ждал? В квартире повисает молчание. Парни смотрят друг на друга на расстоянии двух шагов - протяни руку и он будет прямо около тебя - но никто не двигался. — Я писал тебе. Все это время. Ты так и не читал? — Дубина, у меня давно другой номер. — Бакуго стряхивает с руки воду, смотря на Киришиму все тем же злобным взглядом, каким награждал всех неугодных в старшей школе. — Боже... — Киришима падает на стул и заходится в истерическом смехе. Выражение лица Кацуки меняется на непонимание. Что происходит он понять так и не мог, но рука от ожога болела просто невероятно. Хотелось зажать голову красноволосую между ладоней и обдать взрывами, лишь бы скорее все объяснил. — Я расстался с Миной, чувак. Она открыла мне глаза одновременно как и ты признался. — Киришима берет мазь из рук Бакуго, которую он достал из шкафчика, нанося ее на тыльную сторону ладони, нежно размазывая на травмированную часть. — Я был влюблен в тебя, но видимо настолько восхищен, что и не признавал этого. Места на воздух в легких не остается. Он слишком близко, Кацуки не был к этому готов. От него пахнет гелем, который стоял у него в душе и немного... Собой? Этот запах описать было невозможно. Стопроцентная мужественность и щепотка корицы. Пальцы Эйджиро слишком гладкие для такой причуды, что была у него. Это все звучит и выглядит слишком нереально, к горлу подступает ком и нос начинает щипать. Бакуго не будет плакать, неприятно проглотит ощущения, убедится что это все гребанный сон и продолжит свою никчемную жизнь. Но это все продолжалось. Бакуго прерывает разговоры Киришимы, притягивая его за подбородок к себе. К нему прижимаются в ответ, обнимая. В животе появляется теплое чувство. Вот оно. Даже если это все сон, Кацуки плевать, он должен был сделать это уже давно, хоть где-то. Губы у Эйджиро очень мягкие, не хочется отстраняться, только целовать, целовать, целовать. Долгие годы его любви к нему должны были принять свою форму. Если же это все не промыслы его подсознания, Бакуго никогда не отпустит этого придурка. Воздух становится душным, дождь закончился и снова началась жара, снова ясные дни наступают в жизни Граунд Зеро, больше никаких исчезновений. Отстранившись, они прижимаются лбами друг к ругу, не отпуская из объятий рук. Кацуки кладет голову Киришиме на плечо, вдыхая невероятно приятный запах, которым, он надеется, теперь будет наполнена вся его жизнь. — Ты мне нравишься, Кацуки. — Тихо на ухо шепчет красноволосый, а у Бакуго мурашки по спине. — Ты мне тоже, Дерьмоволосый. — Он целует Эйджиро у шеи, так аккуратно и несвойственно нежно, говоря на выдохе. Слишком долго это было только внутри него, теперь невероятно спокойно. — Ты мне тоже нравишься. * В аэропорту Токио они появляются замаскированными от папарацци: кепки, маски, скрывающие половину лица и темные очки. Киришима держит Бакуго за руку, переплетая пальцы, оба везут за собой чемоданы, только вот на Эйджиро была еще и большая спортивная сумка. Бакуго слишком обжился в другой стране за эти долгие месяцы и теперь намерен был все увезти с собой. В квартиру к Киришиме. Из толпы выбегает Ашидо, прыгая на красноволосого с объятьями, за ней появляются Денки с Сэро. Бакуго удивляется такой группе поддержки, стараясь ничего не говорить насчет действий бывшей невестки теперь уже его парня. — Как хорошо, что ты живой, я думала тебя уже разорвали на куски. — Мина осматривает Киришиму, подмечая засос на шее, чуть ниже ворота рубашки. — Ну, видимо, скучно вам не было всю неделю. Говорит она это с определенной ноткой, намекающей, что все видит и все понимает. — Солнце пекло, а море невероятно горячее. — Говорит Бакуго, хватая Киришиму за руку, стараясь увести от настойчивого взгляда Ашидо, пока Эйджиро хихикает. — Курорт выдался прекрасный, а теперь нам пора домой. — Ну, Кацуки.— Киришима не прекращает смеяться, машет друзьям рукой, пока Бакуго уводит его от них. Эйджиро показывает жестами идущим за ним парням и Мине, что напишет и они обязательно еще встретятся. Блондин заталкивает парня в такси, чтоб не сбежал теперь и он. Бакуго еще станет более снисходительным к его друзьям, к нему же стал. Просто, надо дать ему время привыкнуть к новой жизни, наполненной таким ярким лучом, как Киришима. Красноволосый машет рукой друзьям из уезжающего такси, пока оно не сворачивает. Эйджиро стягивает с себя кепку и маску, кладет голову на плечо Кацуки, целуя того в скулу, закрывает глаза, отдыхая после перелета. Бакуго фырчит, не привыкший к такому проявлению чувств не наедине, но за руку его все равно берет, поворачиваясь к окну. Да, теперь все несомненно встало на свои места. Теперь все будет однозначно так, как должно было быть с самого начала. Их совместная жизнь, которая так долго ждала этой кульминации наконец вступает в бой.