Избранный Невилл

Настоящее время

Сотрудник газеты местного отделения медленно прогуливался по Тисовой улице, смотря по сторонам, его уши ловили каждый звук, но это утро было спокойным, обычным, как и любое другое воскресное утро. Мужчина тихо вздохнул: «Да. Это был просто сон, глупый, безумный сон… Но мне так хочется, чтобы это было правдой!» Он снова оглядел улицу, рано утром было тихо, все еще спали. «Какая удивительная была бы статья! “Тисовая улица атакована стаями сов!” Но нет, я должен найти другую тему». И с этим решением сотрудник обернулся и пошел к автобусной остановке. — Здравствуйте, мистер Смит! — Здравствуйте, миссис Дурсль! Опять в Лондон? — Да, к сожалению… — Ей не лучше? Разве вы не можете попробовать другую больницу? В конце концов, медицинская наука прогрессирует каждый день, и она занимается этим более десяти лет, верно? Может быть, где-то еще…! — Нет, точно нет. У Лили лучший уход, в лучшем из возможных госпиталей… автобус уже здесь, до скорой встречи! — Извините, я не хотел… Да, до скорой встречи. Петунья зашла в автобус, села на заднее сиденье, надеясь, что за всю поездку в Лондон ее никто не побеспокоит. «О боже, он прав… прошло десять лет… десять лет…»

Десять лет назад.

— Милая! Уличное освещение снова погасло, просто ужас! Там так темно! Я не позволю этому случиться, завтра я пойду к мэру! — Вернон суетился, глядя из окна на темную дорогу. Внезапно он вздрогнул, и только очень осторожный наблюдатель мог заметить, как он насторожился. — Мотоцикл! Теперь кто-то приехал на мотоцикле, и я не знаю, кто это! Теперь у нас есть байкер на нашей улице. Офигенно! Я не позволю этому случиться, завтра я иду к мэру! — Возмущение благородного мистера Дурсли было прервано громким стуком в дверь… — Кто там? Петуния! Ты кого-то ждешь? — Нет, совсем нет, дорогой! Внезапно дверь открылась сама собой, в дверном проеме стоял великан. Его лицо скрывалось за длинными спутанными прядями волос и огромной клочковатой бородой, но зато были видны его глаза, маленькие и блестящие, как черные жуки. Великан протиснулся в дверной проем и пригнулся, но голова его все равно касалась потолка - уж слишком он был велик. — И чего вы застыли? Будто великана увидели, — он неуклюже хихикнул, потом, будто опомнился, погрустнел и сказал: — я Хагрид, хранитель ключей в Хогвартсе, у меня к вам... — Что это должно значить! — Перебил его Вернон. — Стоп! Или еще лучше, убирайтесь отсюда! Мы не хотим, чтобы нас беспокоил такой мусор, как вы! — Да тише, вы! — И только сейчас семья Дурсль заметила, что в руках у великана был маленький сверток. — У меня поручение от нашего директора Альбуса Дамблдора, касающееся семьи Поттеров. Вы должны понимать, что сейчас в нашем мире идет большая война. Твоя сестра с мужем стоят на стороне добра, они изо всех сил, сражаются со слугами зла. Слуг Вол… — Он медлил, затем сглотнул и продолжил: — Слуг самого темного волшебника. К сожалению, несколько дней назад они серьезно пострадали… — Хагрид сделал паузу, он на мгновение закрыл глаза и тяжело вздохнул, затем дрожащим голосом продолжил: — Их мучили проклятием Круцио… теперь они находятся в больнице Святого Мунго, их состояние стабилизировалось, но остается серьезным, и, по словам целителей, надежды нет… — его голос сломался, но он сразу продолжил — Речь идет об их сыне, маленьком Гарри. Вернон посмотрел на него — Итак, теперь ты хочешь заставить нас позаботиться об их ублюдке, верно? Нет. У меня тоже есть сын, и я не позволю ему расти вместе с этим уродом! — Было видно, как бесшумно содрогнувшееся тело великана напряглось, и он вмиг вынул из-за пазухи розовый зонтик и направил на главу семейства. — Не смейте говорить в таком тоне! — голос Хагрида, минуту назад дрожавший, наполнился металлом. — Меня предупреждали, что отношения Лили с ее магловскими родственниками напряженные. — Мне плевать на Лили и на Гарри! Великан посмотрел на нее в тишине и вытащил из кармана небольшой листок бумаги — Вот адрес и описание пути в больницу Святого Мунго, на случай, если вы измените свое мнение и захотите когда-нибудь увидеться с сестрой. Постарайтесь обходительно относиться к Гарри, он всё-таки ваш племянник. — Он бережно протянул сверток шокированной Петунье, смахнул слезу своими огромными ручищами и вышел. Десять лет... прошло десять лет... и я хожу к ней девять лет... — Слезы навернулись на глаза Петунии. Она росла в тени Лили все свое детство. Лили всегда была красивее, умнее, симпатичнее, популярнее. Тети, дяди, даже ее родители всегда бредили о ней… Она такая милая, она так хорошо рисует, какой у нее голос... А Петуния всегда оставалась той, что позади. Она старается, она… Она, правда, старалась изо всех сил, надеясь однажды догнать Лили. Но потом случился самый тяжелый удар. Однажды пришла сова с письмом... и это означало еще одну несправедливость, ту с которой Петуния не справилась. Потому что в этом не было возможности догнать Лили... и становилось все хуже и хуже... Лили возвращалась из школы со многими уникальными событиями, у нее был толстый фотоальбом, полный фотографий ее друзей и каждый день, целые летние каникулы, приходили совы с письмами... Пока Петуния была еще серой мышью, легко забывчивой, среднестатистическим учеником по невнимательности... Не удивительно, что ее зависть превратилась в ненависть за то время... до того момента, когда она узнала о судьбе Лили. Впервые в своей жизни она начала думать, что это не так удивительно - ведь уметь творить магию... Один день, когда она обрела мужество, вытащила хорошо спрятанную бумагу и поехала в Лондон... и то, что она там увидела, изменило ее навсегда.