Ну и зачем?

Следующие два месяца в Хогвартсе прошли очень насыщено. Первые же занятия привели меня в невероятный восторг. Это магия! Чертова магия! И пусть я вроде как понимал это раньше, но здесь и сейчас все было иначе. Прежде, зацикленный лишь на собственных переживаниях и сравнивании канона с реальностью, я упускал очень многое. Что именно? Да жизнь вокруг! Меня слабо интересовало все, что не связано с самой историей. Единственное, что я делал все время, это просто методично двигался вперед, прокачивая собственные знания, продумывая любые мелочи и тренируя определенные реакции, как будто я собираюсь играть роль в пьесе, не добавляя ни капли собственной личности. Из-за этого окружающее не воспринималось от слова совсем. Моя «разложу все по полочкам» натура, упорно отметала любую, с ее точки зрения, ненужную чушь. Хогвартс же, как будто, подарил мне краски. И до меня дошло, что вокруг целый мир, не зацикленный лишь на Англии и Гарри Поттере. Что есть множество людей со своими желаниями, историями и эмоциями, о которых я не имею ни малейшего понятия. Все же послезнание, та еще ловушка. Ты становишься, практически, уверен, что раз у тебя есть знания о будущем, то именно ты тут самый главный перец на деревне. Фиг! И первое, что я сделал, почувствовав вкус жизни, это с непередаваемым удовольствием, разругался с Малфоем в пух и прах. Этот засранец уже несколько дней ходит и изображает, то, как я падаю в обморок, при этом говоря всякие гадости, потихоньку подбешивая меня этим. Вот умеет же! Так что, я просто позволил эмоциям взять верх. Дело было после первых занятий по Прорицаниям. Трелони, в своем эксклюзивном репертуаре, пожелала мне смерти. Нет, конечно же, не пожелала - напророчила. «Ах, мой милый мальчик, у тебя там Грим. Готовься, скоро ты сдохнешь». Придуриваться и разыгрывать испуг я не стал и просто демонстративно закатил глаза, мол, ну кому ты льешь, тетя? Что естественно, очень не понравилось профессорше. Поджав губы, она резко развернулась и отошла от нашей с Роном парты. Недалеко ушла, кстати, прямиком к Невиллу, вот уж где благодарные уши. Впрочем, это не помешало остальным принять ее слова на веру. И теперь, они посматривали на меня с опаской. Аж, захотелось повернуться и сказать «БУ!» Интересно закричали бы они или нет. После занятия, все время пока мы спускались на трансфигурацию, Парвати и Падма неодобрительно читали мне нотации о том, что нельзя так себя вести – нужно верить в то, что говорит учитель и вообще «Грим это серьезно, Гарри!» Так что, когда перед дверью в кабинет, ко мне вырулил Малфой, я был несказанно рад ему. - Что, Потти, небось дождаться не можешь, когда отправишься к мамочке с папочкой? Ты как? Уже заказал местечко рядом? ВАУ! Что, прям так? С места в карьер? А где прелюдии? Где прелюдии, я тебя спрашиваю? Фи, мон шер, как некуртуазно. Краем глаза заметил, что Рон уже готов был бросится на сопляка, но я рукой преградил ему путь. И, развернувшись к Дракоше лицом, ответил в том же духе: - Знаешь, Малфи, если бы дети всегда следовали за своими родителями, то ты давно уже должен был бы сидеть в Азкабане рядом с мамочкой и папочкой. Ты как? Уже заказал местечко на будущее? И тишина! Два факультета замерли и, казалось, даже не дышали. Что не ожидали? Еще бы! Не так обычно происходят наши стычки. Крики, ругань, драки, к этому уже все привыкли. А вот так культурненько, нежданчик получился. На лицо Драко же было любо дорого глянуть. Оно медленно, по мере осознания мною сказанного, покрывалось красными пятнами от злости, а сам он с вызовом сделал шаг вперед. Я сделал ответный шаг. Разъяренно стоя друг напротив друга, мы напряженно смотрели один другому в глаза. Думаю, он ожидал, что я на него брошусь в какой-то момент. Но я лишь стоял и смотрел. Отмерев, Малфой почти прошипел: - Закрой рот, Поттер! Не смей так говорить о моих родителях! Тебе давно уже следует, наконец, уяснить, что и кому тебе позволено говорить. Презрительно фыркнул в ответ: - Тебе самому не помешало бы последовать собственному совету, Малфой! Или ты вдруг возомнил себя особенным? О да, я знал куда бью! Сжав челюсть, тот буквально процедил: - Жалкий полукровка, не знающий, куда нельзя лезть. Такой же тупой, как и его грязнокровка мамаша. Тут я понял, что пора возвращаться в амплуа, ибо, еще чуть-чуть, и все выйдет из-под контроля. И станет поводом для дуэли. Официальной. Так что я, резко приблизился к аристократу, оказываясь максимально близко и точно так же как он, секунду назад, злобно прошипел, почти срываясь на парселтанг, ему прямо в лицо: - Ну-ка повтори, змееныш! И мы узнаем, кто из нас тупее. Это был вызов! И Малфой понимал это, от серьезной дуэли нас отделяло всего ничего. Он побледнел, явно испугавшись. Но, к счастью, закончить нам не дали. - Что здесь происходит? – от двери раздался голос Макгонагалл, от которого все вздрогнули. Строго оглядев нас всех, она обратила внимание на композицию и сосредоточила внимание на нас двоих. - Мистер Поттер, Мистер Малфой, что…- начала она. Но я перебил ее, мило улыбнувшись: - Ничего не происходит, профессор, мы просто общаемся. Глаза слизеринца расширились. Вспомнил, да? Именно так Малфой пару дней назад и ответил Люпину. Только сейчас ситуация диаметрально противоположная. Поджав губы, профессор еще раз строго глянула на нас и, видимо, решила не развивать тему. Посторонившись, впустила всех в класс. Я видел взгляды, которыми меня награждали ребята. От меня такого не ожидали. Один Рон был в восторге. Позже, по дороге на обед, он все не мог успокоиться: - Нет, ну как ты его! А он? Вы видели его лицо? Что не ожидал тварь ползучая? А вот так тебе! Придя на обед, я отчетливо понял, что все уже в курсе стычки. За моей спиной то тут, то там раздавались шепотки. Первыми же, на меня набросились близнецы. - Мы тут слышали - занимательную новость. - Оказывается, - кто-то очень умело - поставил на место - одного - небезызвестного - засранца. - Мы жаждем - подробностей, - друг мой. - Как это - было? От способа их разговора и правда начинала болеть голова. Объясняться мне не хотелось. Так что я просто отмахнулся от них, садясь за стол: - Да идите вы! Просто так вышло. Фред и Джордж на это лишь весело рассмеялись. И взялись пытать Рона. Тот, впрочем, с удовольствием поведал всю эту историю, с чувством, толком и расстановкой, добавив от себя парочку небылиц. Вот так и создаются слухи. И если Рон был счастлив, то Гермиона лишь неодобрительно качала головой. Я ожидал нотаций, но, к удивлению, их не последовало. Немного подумав, я понял, что все логично. Ей нечем крыть. Мы не дрались, не орали, не использовали магию. Все чин чином, просто цивилизованно обосрали друг друга. Бывает! На следующий день, после обеда, у нас в расписании стоял первый урок ухода за магическими существами. Малфой весь день был темнее тучи, и я слегка переживал о том, как пройдет занятие. Мешать слизеринцу быть идиотом я не собираюсь. Вот только как бы гиппогриф из-за его дурного настроения не подрал того сильнее, чем нужно. Урок проходил на опушке леса. Хагрид встретил нас у своей хижины. Вид у него был нетерпеливый - еще бы, первый урок! - Все на месте? – загрохотал он.- Идемте скорее! Я такое вам приготовил! Все за мной! Он повел нас чуть вглубь леса к просторному загону, в котором никого еще не было. — Прошу всех встать вдоль изгороди! — распорядился Хагрид. — Чтобы всем... э–э... было хорошо видно. А теперь первым делом откройте книжки... - И как нам это сделать? – резко спросил Малфой. - А? - Вот так! – громко произнес я. Мне не хотелось дожидаться унижения лесничего. Он был похож на большого ребенка. Обижать его – все равно, что пнуть котенка. Большого такого котенка. Выступив вперед, я демонстративно погладил учебник по корешку. Книга вздрогнула, раскрылась и послушно легла на руку. - Молодец, Гарри, - счастливо проговорил Хагрид. – Это верно! Ее надо только погладить. Ребята, удивленно поглядывая на меня, стали отрывать скотч, веревки и ленты от своих книг и проделывать тот же фокус. - Как ты это вообще понял? - сражаясь с книгой, возмущенно спросил Рон. Гермиона так же вопросительно взглянула на меня. - Хагрид подарил мне ее на день рождения. Так что у меня было много времени, чтобы разобраться. - Мог бы и сказать, - пробурчал друг. Я лишь пожал плечами. Спрос в карман не лезет, мог бы и сам поинтересоваться. - Ну вот, теперь у вас есть учебники, – бодро продолжил Хагрид. – А пока, подождите здесь, сейчас приведу. И он быстренько пошел в лес, скоро скрывшись за деревьями. - Какое убожество! Школа летит ко всем чертям! – воскликнул Малфой. Вот неймется тебе, да? - Заткнись, Малфой! Здесь никого не интересует твое мнение. И тишина. Блин, это что теперь всегда так будет? Отомрите уже! - Потише, Поттер! Сзади тебя дементор, – картинно упал в обморок этот придурок. И тут же очнувшись, злорадно засмеялся. Слизеринцы ему вторили. И-ДИ-ОТ! Если тебя подерет гиппогриф – мне пофиг! Как раз раздался шум и к нам галопом стали приближаться около дюжины необычных созданий. Полуконь-полуорел. На каждом из них, к счастью, я заметил ошейник. Девчонки, впрочем, испугались и попрятались нам за спины. — Но! Но! Вперед! — оглушительно кричал Хагрид, гремя цепями и направляя упряжку к изгороди, за которой стояли ученики. Все попятились назад. — Знакомьтесь! Гиппогрифы! — восторженно махал рукой лесничий. — Красавцы, а! Эх, Хагрид, да не спорю даже, красавцы, но ты когти их вообще видел? Хотя кому я это говорю. Поэтому и молчу. - Если хотите, можете подойти поближе. Обреченно переглянувшись: друзья ведь, мы дружной троицей аккуратно стали приближаться к изгороди. Хагрид же, в это время, очень грамотно читал лекцию, попутно указывая и показывая, что к чему. Ученики явно были заинтересованы. Вот что значит, не сбивать человека с мысли. Ну, ээээ, получеловека. В конце концов, рассказав про то, какие гиппогрифы гордые, лесничий предложил кому-нибудь поближе с ними познакомиться. Не-а! Ни за что! Это Поттер мог запросто творить всякую дичь, я же на это не подписывался. И не смотрите на меня так! Нет, Гермиона, даже не пытайся, я не буду этого делать. Рон! Не пихай меня вперед. Если так не терпится, можешь сам покататься на этом чудище, которое от слова чудо, мне и так хорошо. Так как никто не жаждал лезть в загон, Хагрид постепенно становился все несчастнее. - Гарри… - жалобно произнес он. Я обреченно прикрыл глаза. Ну, вот за что?! Повернувшись, вымученно улыбнулся другу и кивнул, соглашаясь. Хагрид просиял. И тут же ринулся отвязывать сизого гиппогрифа. Глубоко вздохнув, перемахнул через изгородь. - Это Клювокрыл, - стал объяснять лесничий. У меня непроизвольно вырвался нервный смешок. Никуда от тебя не деться, да, канон? Возможно, все же, история здесь гораздо более устойчива, чем мне показалось на первый взгляд. - Гляди ему прямо в глаза, Гарри. Старайся не моргать. Гиппогрифы не верят тому, кто часто моргает. Ладно! Я посмотрел на Клювика и подошел ближе, старательно поддерживая зрительный контакт. Тот, щелкнув клювом, посмотрел на меня своими оранжевыми глазами в ответ. Так мы и стояли какое-то время. Я ощущал, что меня как будто оценивают: достоин или нет. В следующий момент почувствовал, как что-то изменилось и я медленно стал наклоняться – кланяясь. К моему удивлению, гиппогриф не раздумывая ни секунды, поклонился в ответ. - Молодец, Гарри, - ликовал Хагрид, - теперь можешь погладить. Я уже знал, что меня ждет дальше, погладкой не обойдемся. Так что, когда полувеликан закинул меня на спину Клювокрылу, я даже не сопротивлялся. Честно, сначала было страшно: высоко в небе, без какого либо седла, на не самом мирном животном в мире. Здравым смыслом тут и не пахло. Но потом, постепенно, я начал чувствовать удовольствие от полета. Хотя в восторге и не был. Не мое это. Но знаете, может и хорошо, что я вызвался полетать, мне все равно еще садиться на метлу, а так хоть какая-то практика. Когда я спустился вниз, ребята чествовали меня как героя. И, конечно же, все тут же захотели поздороваться с гиппогрифами. К сожалению, дальше урок пошел именно так, как завещала мама Ро. Малфой, не мудрствуя долго, в наглую поперся прямо напролом к Клювику. Очень хотелось дать ему пинка под зад, чтоб даже не думал лезть. Но я лишь отвернулся и сделал вид, что смотрю в другую сторону. Так что все закончилось, так, как и должно было быть. Раздался крик, шум и клекот, сверкнули когти. И все увидели, лежащего и стонущего на земле Малфоя, баюкающего руку из которой хлестала кровь. С трудом переборов разъяренного гиппогрифа, белый, как простыня, лесничий, надел на того ошейник. Потом он быстро подхватил слизеринца на руки и унесся в сторону Хогвартса. Мне было очень жаль Хагрида, ведь это был отличный урок.