Окно в прошлое

Vita enim mortuorum in memoria est posita vivorum*       Когда Дамблдор нашел его, Ремус жил в заброшенном домишке в Йоркшире жизнью, более приличествующей животному, нежели человеку. Будучи сбитым с толку, он был готов и вовсе сбежать, но предложение старого директора стало тем лучом света, которого он так страстно жаждал. − Ремус, я хочу, чтобы вы стали преподавателем в Хогвартсе. − Чт… Нет, я не… − Я не знаю никого, кто подошел бы на эту роль лучше вас. − Но я оборотень! − Не только.       Согласившись преподавать защиту от Темных Искусств в Хогвартсе, единственном месте, где он был по-настоящему счастлив, Ремус принял лучшее и самое сложное решение в своей жизни. Когда он увидел в поезде Гарри, его сердце едва не разорвалось от боли, даже дышать стало трудно. Даже бледный и измученный после встречи с дементором, он был так похож на своего отца, что для Ремуса находиться рядом с мальчиком было почти невыносимо. − Ремус, мне известно о том, что в поезде вы встретились с Гарри. − Да. − И как он? Чудесно. Ужасно. Больно. − Он так похож на Джеймса. Кроме глаз. Глаза у него от матери.       Предложение давать ему частные уроки защиты от дементоров было плохой идеей, но он не смог удержаться. − Когда они рядом, я слышу, как Волдеморт убивает мою маму.       Эти слова возымели на Ремуса эффект похлеще Круциатуса. Мысль, что этот мальчик, который в свои тринадцать лет перенес больше, чем многие взрослые, вынужден снова и снова переживать ночь, и без того наводнявшую его сны, была невыносима. − Вы расскажете Гарри, что знали его родителей? − Не думаю, что это удачная мысль. Что бы я ни сказал, это не вернет их к жизни. − Вам и не нужно возвращать их к жизни, вам нужно лишь вернуть их сыну.       Наблюдая за сражениями мальчика с боггартом, за его упрямством, возрастающим после каждого падения, он будто смотрел в прошлое – ту же решимость он много раз видел на лицах своих лучших друзей. − Мы хотим стать анимагами. − Что? Зачем? − Это возможно, Лунатик. Или ты думал, что мы оставим тебя наедине с твоей маленькой мохнатой проблемой?       Он до сих пор помнил те счастливые минуты, которые они с Джеймсом и Сириусом провели в Выручай-Комнате с третьего по пятый курсы. Они по очереди превращались, делая ставки, кому первому удастся стать анимагом. С тех пор минуло много лет, от тех трех мальчишек ничего не осталось.       Джеймс был мертв, Питер тоже.       Сириус предал их, и, едва он вернется в Азкабан, его ждет судьба худшая, чем та, на которую он обрек своих друзей.       А он… он остался один. Снова.       Счастье, которое он ощущал во время учебы в Хогвартсе, у него отняли лишь за одну ночь. Он отправился выполнять задание Ордена – Ордена, в котором у него были три лучших друга, Джеймс, Лили и Гарри. Единственная семья, которую он мог себе позволить. А когда он вернулся, у него не было никого. Их отняли у него в мгновение ока, он даже не успел этого осознать.       Убогая жизнь, которой он жил с того дня, стала его наказанием за то, что его там не было. За то, что когда он узнал, что Сириус был шпионом, было слишком поздно. − Эй, Лунатик! Ставлю пять галлеонов, что сегодня я буду бежать быстрее тебя! − Бродяга, оборотень всегда будет быстрее, чем собака, не забывай об этом! − Вы только посмотрите на них! Пушистые зверьки в самом деле лучше друг друга понимают, а? − Заткнись, Сохатый!       Сириус со своим лающим смехом и озорным огоньком в темных глазах в течение многих лет каждое полнолуние бежал рядом с ним. Сириус плакал, когда Лили и Джеймс попросили его стать крестным отцом Гарри.       Что произошло с тем Сириусом? Да и существовал ли он вообще?       А Питер? Питер ведь никогда не был смельчаком, но в последний момент попытался защитить друга и отдал за это жизнь. − Не думаю, что смогу… эт… ведь анимагия… это… серьезная штука… − Брось, Питер, перестань ныть и будь мужиком! − Н… но… что, если… − Все будет нормально. Мы делаем это для Ремуса, забыл?       А Джеймс… − Я слышал папу. Впервые я услышал его голос. Он пытался отвлечь Волдеморта на себя, чтобы дать маме время сбежать…       Когда Гарри это сказал, сердце Ремуса сжалось от боли.       Его не удивило, что лучший друг бросился на Волдеморта, чтобы спасти Лили и сына. Таким он был, готовым умереть, защищая тех, кого любил. Эту черту Ремус наблюдал в Гарри во время уроков. Отцовскую смелость и отцовскую решительность. − Дамблдор думает, что мы прячемся от Волдеморта. Не стоило бы мне этого делать, но… − Джеймс, Дамблдор прав, и ты это знаешь. − Ремус, я не хочу бросать тебя в Ордене одного. Ты можешь погибнуть! − Я знаю. Но мы ему не нужны, ему нужен Гарри. − Лунатик прав, Сохатый. − Сириус… − Все будет хорошо.       Но хорошо не было. Джеймс и Лили погибли потому, что их предал один из немногих людей, кому они доверяли. И кому доверял Ремус. Но их жертва не была напрасной. Гарри выжил, и, пока он жив, частичка его родителей будет жить в нем.       А Ремус сделает все, что в его силах, чтобы защитить то, что осталось от его семьи. ___ *Человек живет, пока живет по нему память (лат.)