Как Джон Стилински научился стучать в дверь

Смена вышла долгой. Хотя это слово, по мнению Джона Стилински, даже близко не описывало прошедшие изнурительные, болезненные, почти невыносимые восемнадцать часов. Все, чего он хотел – пойти домой, выпить прохладного пива под остатки лазаньи и уснуть. Джип Стайлза стоял припаркованным перед домом. Ничего удивительного – Стайлз заканчивал работу в библиотеке в четыре. Джону все еще казалось немного странным жить вместе с вернувшимся из колледжа сыном, ведь он уже привык, что весь дом принадлежит ему одному. Дома было тихо. Решив, что Стайлз пошел куда-то со Скоттом, Лидией или Дереком, он прошел в кухню, открыл пиво и поставил еду греться в микроволновку. Джон уже прикончил половину лазаньи, когда сверху раздался звук удара, больше похожий на глухой стук. Джон перестал жевать и прислушался, но в ответ донеслась только тишина. Решив, что ему послышалось, он продолжил есть, но затем сверху снова донесся шум. Отложив вилку, шериф направился на второй этаж. Звук шел из комнаты Стайлза. Джон не знал, что такое сын может хранить у себя, но предположил, что оно не должно издавать подобные звуки. Положив одну руку на пистолет в кобуре, он пинком открыл дверь и тут же об этом пожалел. Голый и потный Стайлз лежал, прикрыв глаза, а сверху на нем сидел Дерек Хейл. Джон откашлялся. Стайлз распахнул глаза и залился краской. Дерек скатился с него и укрылся простыней, оставив Стайлза совершенно голым. Не это Джон ожидал увидеть, когда поднимался сюда, а стоило бы. Стайлз с Дереком ходили друг вокруг друга долгие годы. Видимо, они были вместе с тех пор, как Стайлз выпустился из колледжа. И все же Джон не хотел видеть, как его сын занимается сексом с кем бы то ни было, никогда. Но вышло наоборот. Стайлз явно был в шоке, смотрел широко раскрытыми глазами, а его руки зависли там же, где цеплялись за бедра Дерека. Джон перевел взгляд на стену, покрытую постерами еще со времен старшей школы Стайлза. – Сын, – очень спокойно начал он, – пожалуйста, спрячь свой пенис. Стайлз молча схватил подушку и положил на бедра, прикрывая стоявший член. Если бы Джон знал своего сына – а он его отлично знал, – то понял бы, что тот лишился дара речи из-за абсолютного смущения. – Дерек, можешь вылезать из-под простыни. Я знаю, что ты все еще там. Ты не можешь просто исчезнуть, – вздохнув, сказал Джон. Дерек Хейл медленно вылез наружу и выглядел при этом таким же шокированным, как и Стайлз, – и Джон совсем не хотел об этом думать. – Хэй, шериф, как дела? – Были бы намного лучше, если бы мне не пришлось любоваться членом своего ребенка, – ответил Джон, взъерошив волосы на затылке. – Я знаю, что вы оба взрослые, но, бога ради, в следующий раз проверьте, что меня нет дома, или лучше всего – занимайтесь этим у Дерека. – Да, конечно, пап, – сказал все еще покрытый румянцем Стайлз. – И, эм, может, в следующий раз тебе постучать? – Я только что вернулся с восемнадцатичасовой смены, я не хочу ничего слышать из этой комнаты сегодня. А лучше – никогда. – Джон развернулся, проигнорировав слова Стайлза про стук. Он вообще больше никогда не войдет в эту комнату, если это будет возможно. – Жду тебя завтра на ужин, Дерек, – добавил Джон. – Да, сэр, – ответил тот, яростно кивнув. Ниже пояса его все еще скрывала простыня, за что Джон был благодарен – не хватало ему увидеть еще и член Дерека. Закрыв дверь, он услышал голос Стайлза, говорившего на октаву выше обычного: – Ты должен был сказать мне, если он вернется домой! – Прости, немного отвлекся на член в своей заднице, – парировал Дерек. Джон зашагал быстрее, не желая слышать больше ни слова этого разговора. Как все это стало частью его жизни? Оборотни, банши, его сын встречается с оправданным подозреваемым в убийстве. Что дальше? Стайлз окажется волшебником? Месяц спустя Джон пожалел об этой мысли, когда нашел у Стайлза подборку магических книг и очень дорогую коллекцию секс-игрушек. Его сыну пора обзавестись собственным домом и сделать это как можно скорее.