Рассвет в твоих глазах

Наступил самый ужасный день на свете, который Мариан старался оттягивать, как только это было возможно: постоянно придирался к платью, к прическе и туфлям, изменял декорации к главному праздничному залу, переписывал списки гостей, словно знал всех этих людей в лицо и они были старыми добрыми друзьями. Юноша старался придираться ко всему, к чему только можно, чтобы слуги потратили как можно больше времени и, благодаря этому, свадьба была перенесена хотя бы на день или два. Хотя, как говорят, перед смертью не надышишься, потому, чем дольше Мариан оттягивал день своей неизбежной смерти, тем ещё больше волновался и понимал, что не хочет умирать так быстро, даже не прожив ту жизнь, о которой так долго мечтал. Мальчишка читал много книжек, большая часть из которых были сказками да легендами, каким-то незамысловатыми баснями, рассказывающими о всяких путешествиях, смелых героях и прекрасный принцессах, которые убегали в какие-нибудь дальние, неизвестные страны, где так красиво, что глаз нельзя оторвать. Маленький принц тоже хотел отправиться в путешествие куда-то далеко-далеко, туда, где его никто не знает и даже не подозревает о том, кто он, где его будут любить, уважать и принимать, как равного, как своего, родного. Парень был ещё совсем ребёнком, который мечтал о приключениях, о бесконечной любви и о чём-то другом, чего у него не было в той жизни, которой он жил сейчас. Но, так или иначе, этот день настал. Неделя пролетела так быстро, что Мариан не успел даже моргнуть. Сегодня ему предстоит встретиться с королём, придётся посетить церковь и присутствовать на пиршестве, а так же стараться не выдать себя, а с каждым днём это становилось всё сложнее и сложнее - чулки ужасно натирали ноги, корсет неприятно давил и именно из-за него приходилось постоянно смазывать талию различными припарками, дабы синяки сошли как можно быстрее и остались незаметными, да и сами платья были настолько вычурными и вульгарными, что Мариан просто-напросто стеснялся их надевать, боялся даже подумать о том, что ему, мужчине, придётся надевать женские тряпки и расхаживать в них перед всеми подряд, слыша восхищенные возгласы о том, как прекрасна молодая королева. Но Мариан не королева! Даже не принцесса! Он всего лишь принц, обладающий светлой магией! Если бы небожителей уважали и они могли открыто, без какой-либо опаски, заявлять о том, кто они такие, если бы у них был особый социальный статус, то всё было бы куда проще, лучше, легче... Тогда бы вся жизнь была легкой, какой и должна быть. Такая же жизнь, как у всех. Такая жизнь, которую уготовили смертным детям боги. Но, к сожалению, изменить как-либо мнение народа к богоподобным в мгновенье ока невозможно, потому приходилось терпеть и скрывать свою истинную натуру, иногда, как в случае Мариана, выдавать себя за другого. Многие обладатели светлой магии скрывают свой дар и выдают себя за простых мужчин, стараясь как-то повлиять на свой рост и телосложение, чтобы обман был похож на настоящую правду, или же переодевались в женщин, как, например, наш главный герой, стараясь скрывать своё истинное лицо столько, сколько это возможно. Некоторые же терпели насмешки со стороны других, терпели унижения, не зная, как спасти себя от этой кары. Одни, просто, могли придумать себе алиби и создать другой образ, другие же просто ничего не могли выдумать или же, как чаще всего происходит, не хотели врать другим, так как из-за светлой магии, текущей по жилам, в небожителях пробуждалась чрезмерная набожность, не позволяющая им совершать какие-либо грехи. Именно эта набожность давила на маленького пятнадцатилетнего Мариана, что никак не мог смериться со своей судьбой и с тем, что он не просто обманывает множество людей, но и самого короля, который надеялся на красавицу-невестку. Юноше становилось не по себе, когда разум по ночам начинал кричать, что его хозяин совершает ужасную ошибку, но страх от того, что скоро настанет тот день, когда придётся расстаться с головой, затмевал первую причину беспокойства и именно из-за инстинкта самосохранения приходилось что-то выдумывать, как-то обманывать других людей и, одним словом, пытаться сделать всё, чтобы выжить. Хоть с помощью обмана, но выжить. С помощью грехов, но хотя бы как-то, хотя бы ещё пару дней, часов, минут подышать свежим воздухом, попытаться ощутить себя настоящим, живым. Ощутить, что ты не просто существуешь. Ощутить, что ты живёшь. Когда смерть стоит у тебя прямо за спиной и уже готова забрать у тебя всё, что ты нажил, начинаешь понимать, как же любишь свою жизнь, как же любишь свою семью, что относилась к тебе с прикрытым, а некоторые и с неприкрытым, презрением, друзей, которых практически не было... Когда, наконец, наступил тот самый день, которого так боялся Мариан, юноша так и застыл в одном положении на целый день, полностью отдаваясь в руки слуг, что одевали его, расчёсывали, водили по залам, объясняя, что он должен будет делать и как на Севере проходит свадебная церемония. Обучали различным тонкостям, о которых принц сейчас и думать не хотел, так как все его мысли были заняты скорой смертью, своим преступлением, а так же предложением Юллиан. Конечно, оно не спасет его шкуру на долго, но хотя бы на какое-то время, пока король не сможет выявить то, что Мариан на самом деле не принцесса и совершенно не невестка, о которой он, наверное, так долго мечтал. Вообще, если так подумать, мальчишка практически ничего не знал о короле Севера. Да, если честно, он до сих пор его в глаза-то не видел и, если сейчас перед ним предстанет само Его Величество, то он не отличит его от обычного северянина, коих во дворце было просто немерено - все большие, высокие, статные. Тут даже женщины были довольно высокими и похожими на тростинки, а мужчин же можно было сравнить с какими-нибудь медведями. Все большие, страшные, грубые... Настоящие варвары! Мариану предстояло пережить этот день и попытаться не умереть завтра. Это была просто непосильная задача, но, всё же, нужно было что-то придумать, как-то с кем-то договориться или что-то выдумать. Сначала будущей королеве нужно было пережить свадебную церемонию в церкви - запомнить все тонкости, попытаться не споткнуться об собственное платье и не перестать его постоянно подтягивать, думая, что так будет выглядеть более или менее презентабельно. После, ему нужно пережить церемонию коронации, где его, принца-обманщика, будут короновать, как королеву и законную властительницу Севера, а так же истинный представитель Юга, залог мира и процветания. После, ему предстоит выжить во время пиршества, а так же во время брачной ночи, которой Мариан, кажется, боялся больше всего. Его тела, такого невинного, такого маленького, светлого, хрупкого и нежного будут касаться грязные, грубые руки неизвестного мужчины! Тем более северянина, варвара, который не знает слова нежности! Это же просто отвратительно! Но нужно пережить, нужно стерпеть и придумать, как ему выжить. Правда, как именно ему предстоит выкрутиться из этой ситуации, мальчишка не знал, но ему пока не хотелось даже думать об этом, так как сейчас стояла другая задача и до ночи нужно ещё дожить. В Зимний Сад начали съезжаться люди с Юга и других Континентов, желая посмотреть на самую грандиозную свадьбу на всём свете! Наконец, война между Югом и Севером закончена и замуж за великого короля Севера выходит молоденькая южная принцесса, что, как начинали говорить, прекраснее самих Небес. От такого скопления людей становилось не по себе. Столько людей Мариан не видел никогда в своей жизни, он даже и не думал, что они все поместятся в один зал, хотя, судя по тому, что все залы здесь, как и люди, просто громадные, то удивлять таким вещам не стоило. От Юга, из королевской семьи, приехал лишь Кристиан, старший брат Мариана. Родители решили остаться в тронном зале, занимаясь делами королевства, а два других старших брата не настолько любили своего младшенького, чтобы приезжать на его свадьбу. Кристиан же был только рад тому, что может увидеть своего младшенького в забавных женских тряпках, сможет посмеяться от души, выпить крепкого северного вина, а так же провести пару пару тройку хороших ночей с пышногрудыми северными девицами, такими сильными, гордыми, но такими любвиобильными. К алтарю Мариана вел Кристиан самолично, пытаясь сдержать смех, в то время как мальчишка старался не поправлять платье, что постоянно норовило сползти вниз и оставить юную королеву обнаженной, в одних только южных панталонах. Старшего брата вся эта ситуация смешила, в то время как младшего - пугала. Он и подумать не мог, что с ним может случиться что-то подобное. К такому его жизнь не готовила. Впереди стоял будущий супруг, возвышавшийся, как какая-то скала, а рядом с ним священник, что должен будет их венчать. - Кто-то знает? - спросил Кристиан у "сестры" об их маленьком секрете. Юношу так и передёрнуло от шепота мужчины, но он постарался тут же выровняться и продолжить идти ровно, как и полагается. - Нет, никто не знает. - ответил он так же тихо, чтобы никто не слышал их разговора, закончившегося так же неожиданно, как и начался. Вскоре, Мариан уже стоял возле своего супруга, нетерпеливо поднявшего фату мальчишки, желая внимательно разглядеть лицо "принцессы", что могла разглядеть в отместку чужую рожу, по-другому назвать его было просто невозможно, так как, по мнению южан, у северян совершенно не лица и назвать их таким нежным, изысканным словом - настоящая грубость, самая ужасная грубость, которую только можно совершить в разговоре с человеком, что не знает никаких манер. Как и предполагал Мариан, Фергус Ля Морэ из рода Драконов выглядел более чем ужасно - волевой подбородок и ярко выраженные широкие скулы покрыты густой, перед свадьбой явно подстриженной, колючей бородой, такого же тёмно-рыжего, какого-то непонятного оттенка, что и грязные волосы, по которым сразу можно было сказать, что подстрижены они были в самый крайний срок - едва ли не вчера. Похоже, до этого дня этот человек совершенно за собой не следил, так как, будучи варваром, не видел в этом смысла. Глаза тёмные, небольшие, но довольно выразительные. Такой взгляд бывает лишь у сильный взрослых мужчин, повидавших не мало сражений. Жизнь таких людей закалила и их уже, кажется, ничего не сломит. Большой, но достаточно аккуратный нос с небольшой горбинкой, широкая переносица, на которой, если приглядеться, можно заметить парочку тёмно-рыжих, можно даже сказать, багровых или же темно-алых, волосков - таких же жестких, как и борода, скрывающая тонкие обветренные губы. Весь внешний вид короля Севера не то чтобы сильно отталкивал, но заставлял задуматься о том, насколько отвратителен этот человек будет, если он откроет свой рот. Какие речи он будет говорить? Вскоре, менестрели и другие барды стихли, приглашенные люди, наконец, заняли свои места и Мариан осознал, что началась церемония. Осталось только продержаться. Запел хор из маленьких деток. Из-за того, что это произошло так быстро и звук чужих голосов был до ужаса громким из-за маленького помещения с хорошей акустикой, мальчишка так и подпрыгнул, но тут же постарался выравняться. Всё же, он же "женщина", он должен всего бояться и быть глупенькой, потому, как он думал, он прекрасно справлялся с поставленной задачей и делал всё правильно. Ну, по крайней мере, он так думал. За окном шумел ветер, светило приятное северное солнышко, пытающееся пригреть всех тех зевак, что скопились на улице, желая так же лицезреть своими глазами такую помпезную свадьбу. Как только стих хор, из-за пения которого Мариан чуть ли не заснул, так как не мог разобрать слов и проникнуться той историей, которую пытались рассказать детки, не мог не поддаться легкой медленной мелодии, заговорил священник. Интересный сюжет, которого невозможно разобрать, не мог отогнать путы сна, быстрая мелодия не могла заставить проснуться так как здесь не было ни одного ни другого. По крайней мере для Мариана. - Мы собрались здесь... - начал он свою длинную речь, в смысл которой будущая королева даже не хотела вникать, так как ей нужно было просто выполнить парочку пунктов за этот день для галочки и, наконец, начинать обдумывать то, как ему придётся выживать завтра. Хотелось бы, конечно, выжить, более чем хотелось... Речь священника была такой скучной, что мальчишка, не спавший столько ночей, думал, что вот-вот закроет глаза и в наглую захрапит на весь зал, но, к счастью, старик закончил свою проповедь и обратился к мужчине. По взгляду было видно, что церковнослужитель безумно рад тому, что соединяет вместе эти два благородных сердца, что теперь, как он сам говорил, будут биться в унисон и нести мир и процветание всему Континенту, как Югу, так и Северу. - Фергус Ля Морэ из рода Драконов, - обратился он к королю, - согласен ли ты взять в жены Мариан Фейрфакс из дома Озёр и Лесов? Любить её, почитать, охранять от невзгод? Быть её опорой и защитой? - Согласен. - прозвучало сухое, грубое, но отчего-то такое чёткое. Мариан и подумать не мог, что у человека может быть такой... красивый голос? Да, он и вправду был красивым! Мальчишке со своим соловьиным голосочком не сравниться! Вот был бы он настоящим сильным воином, тогда юнец был бы счастлив. Он был бы настоящим мужчиной, таким, какой стоит сейчас перед ним! - Мариан Фейрвакс из дома Озёр и Лесов, - обратился священник к будущей королеве, - согласна ли ты взять в мужья Фергуса Ля Морэ из рода драконов? Любить его, почитать, хранить очаг в его доме? Быть его опорой и защитой? Мариан ненадолго засомневался, задрожал, но после выпалил, как на духу: - Согласен! - прозвучал его тоненький голосок на весь зал, вызывая у того умиление. Вскоре на шее юноши оказалось тяжелое рубиновое колье - фамильная ценность рода Ля Морэ. Говорят, что её сделали сами драконы из своего древнего огня! Возможно это неправда, но отчего-то вместо холода от золота ощущалось лишь какое-то загадочное тепло. Взамен на чужой грубый, полный каких-то порезов и неприятных, шершавых на ощупь царапин, палец было надето простое золотое кольцо, на котором выравнено имя супруги. Мариан думал, что это уже конец, что церемония окончена и теперь остается только пережить ещё два мероприятия, но, похоже, он ошибался. Фергус, ничего не говоря, грубо схватил за тонкую кисть свою маленькую супругу, притянул к себе, от чего та испуганно задрожала, сжал её остренький подбородок, и наклонился вниз, к её маленьким пухленьким губкам, что были приоткрыты и с ненасытной жадностью втягивали в себя воздух. Поцелуй. Нет, скорее грубое касание одних губ к другим. В зале заликовали, в то время как Мариан пытался не отпихнуть от себя мужчину, не начать вытирать собственные губы и сплёлывать с себя возможную слюну. Как это отвратительно! Чтобы один мужчина целовал другого! Это же настоящее варварство! Дикость! Так не должно быть! Но Фергус не знал что перед ним такой же мужчина, как и он сам, и именно это усложняло ситуацию. После пары минут поцелуя, король отстранился от своей спутницы жизни, чему та была более чем рада. Так закончилась свадебная церемония. Осталось пережить церемонию коронации, пир и брачную ночь. Ещё так долго нужно искать выходы из ситуаций, в которых он может проколоться и выдать себя, как мужчину. Как же страшно было, как же страшно...