Счастливый брак зависит не от того, насколько вы совместимы, а от того, как вы справляетесь со своими различиями.

      Как только камеры открылись, первое, что они сделали, это одновременно кинулись друг к другу, и даже несколько секунд простояли обнявшись. Лестрейнджи, наконец-то вместе. Белле казалось, что ещё немного и муж с деверем ее просто сломают пополам, Родольфус смог сделать нормальный глубокий вдох вот они живы и на свободе, Рабастан вцепился в обоих звериным захватам худых пальцев — семья снова вместе.       Первую неделю они провели в Малфой мэноре, вместе с Лордом и остальными. Первые сутки они просто отмокали в ваннах и учились спать на нормальных кроватях. Рабастан спать не мог, кровать слишком мягкая. На вторые сутки Родольфус поговорив с Милордом, отправился в родной мэнор и банк, а к Цепешам полетели беркуты. Когда они оказались в Лестрейндж-мэноре, именно Белла просто на просто усевшись на пол в кабинете шептала «мы дома».       Они действительно были дома, но лично ему Рабастану легче от этого особо не стало. Все напоминало о том, какими они были, а собственное отражение и ещё два человека показывали собой, как стало и хотелось напиться. Он и напивался виски пополам с необходимыми зельями, которые варила Белла. Когда Родольфус сказал, что Лира приедет через неделю, зелья стал варить и Басти, так как напугать наследницу своим видом не хотелось никому. Постепенно нормализовалось все кроме сна. Лестрейндж не слышал криков Беллатрикс или брата, впрочем, наверняка на их супружеской спальне стояли заглушающие чары. На завтраках все выглядели не выспавшимися, а Белла в силу и так отвратительного восприятия мира по утрам, была особенно раздражительна.       Однажды зайдя в домашнюю лабораторию, он увидел, что Беллатрикс скрупулёзно что-то варит, шевеля губами отсчитывая помешивания. Не став отвлекать, Басти просто присел на стул в углу и рассматривал женщину. Особенности восприятия или он просто был очень рад тому, что они свободны, но даже сейчас жена брата казалась ему красивой. В клубах пара из-под котла с варевом и полутьме лаборатории, она казалась не человеком. Черные волосы длиннее, чем он помнил, ниспадали змейками, а сейчас были заколоты, чтобы не мешать. Кожа белая, будто у вампира, так четко обтягивала скулы, будто порвётся в любое мгновение от неосторожности. Маленькие аккуратные руки когда-то с идеальным маникюром и нежнейшей кожей, сейчас на ощупь были сухими и выдавали возраст хозяйки. Но в целом она по-прежнему была красива, стать и яркость глаз ни дементоры, ни Азкабан не смогли сломать, красота эта была уже другой, но с прежнем оттенком манкости.       Закончив варку чего-то пахнущего полынью, и потушив пламя под котлом Белла посмотрела на сидящего в углу Стана, и улыбнулась. Их разница в возрасте стёрлась уже давно, но все равно он был младшим Лестрейнджем, пока не родилась Лира. Так что именно с ним новоявленная мадам Лестрейндж когда-то пикировалась в остротах, по поводу того, как она ведёт хозяйство и что уверена ли она что в роду Блэк не было примеси кровей Гебридских черных драконов. Поводы для шуток у него действительно были: единственное, что умела готовить Белла в восемнадцать это зелья и спиртные коктейли. К двадцати годам прибавились планы рейдов и политических реформ. Когда ей исполнилось двадцать один год свёкр и Роди умоляли ее не подходить к кухне, которую она спалила пять раз подряд, но она упрямо продолжала пробовать. На двадцать второй день рождения мужа Белла гордо подала на завтрак вафли собственного приготовления, сейчас эти воспоминания казались забавными.       А сидящий перед ней мужчина перестал быть долговязым подростком и превратился в уверенного, харизматичного мужчину, с придурью в характере, что его нисколько не портило. Братья Лестрейнджи были схожи чертами, но в целом разделили родительскую кровь в разных пропорциях. Внешне Роди был больше похож на мать, темно медные прямые волосы до плеч, болотно зеленые глаза, белая кожа, волевой подбородок и высокие скулы, классический нос с чуть заметной горбинкой, обладатель высокого роста, жилистого тела и широких плеч, квиддичное прошлое и дуэлинг давали свои результаты, Рабастан же внешне был копией отца. Черные волосы, заплетённые в тугую французскую косу, спускались чуть ниже плеч. Синие глаза с темными ресницами смотрели на мир с интересом и вызовом. Басти практически догнал брата в росте, но последние пять сантиметров добирались обувью с каблуками. Поскольку квиддич ему был неинтересен, а физическая нагрузка заключалась в дуэлинге и лошадях то худоба никуда не делась, а после тюрьмы все старания Беллы по откармливанию деверя пошли прахом. Но в целом Рабастан выглядел гармонично, взгляд, манеры и черты делали его мужественным. Скулы были чуть менее выражены чем у братца, но и аккуратная бородка на манер эспаньолки ему шла, смягчая остроту лица. Полная нижняя губа довершала образ, благодаря которому девушки сходили сума по наследнику Лестрейнджей. Беллу забавлял тот факт, что и у Басти присутствовала горбинка на носу, обмен тумаками в детстве остался на лицах обоих братьев.       — Ты просто так пришел или тебе освободить лабораторию? — Белла продолжала уборку рабочего места.        — Что ты варила? В мои планах только зелье сна без сновидений, мы не помешаем, друг другу, — встав он прошёл к шкафам с ингредиентами, чтобы подготовить все необходимое на отдельном столе.       — Вариант мази от шрамов, хочется убрать всю эту гадость, тем более малышке нечего это видеть, — при упоминании дочери даже тон голоса стал мягче.        Когда Дольф заявил, что следующей мадам Лестрейндж станет старшая из сестер Блэк, он предложил проверить его на приворотное, а отец велел подать водки. Их небольшая мужская компания отлично относилась к Беллс, вот только женой кроме брата никто ее не представлял.       Перед выходом невесты к алтарю Рабастана позвали в комнату, где готовилась Белла. Нарцисса следила за дверью, а Белла и Басти колдовали над свадебным платьем, тогда ещё мисс Блэк захотелось, чтобы платье поменяло окрас, после принесения клятв на цвета Лестрейнджей. После, смотря на молодых супругов Рабастан понял, что влюбился в жену брата. Первый год был странным он разрывался между чувствами к брату и Белле. А те как назло были к нему слишком добры и уделяли много внимания их совместным исследованиям. Отец, когда находил их троих в библиотеке или в изумрудной гостиной со свитками и книгами, ворчал что вместо внуков дождется лишь новых книг. Первым чувства Рабастана заметил естественно брат. Они тогда провели два дня на корабле в море и говорили обо всем, как в детстве. Именно тогда Стан понял, почему Белла согласилась на предложение его брата. Родольфус просто принимал ее как есть, не идеализировал как сам Басти, принятие, смешанное с симпатией и страстью на основе дружбы делала их брак крепким. Он понял, что Беллатрикс знает, когда она позировала ему для портрета, после завершения картины она сказал что лишь влюбленный мастер смог бы разглядеть в ней столько нежности. Этот портрет выдал его отцу и крестному. Лорд Лестрейндж тогда лишь сказал, что красивые женщины это беда, а умные это бедствие, но в их семье на других и не женились. Темный Лорд же весь вечер сравнивал портрет с оригиналом, а после на балконе, когда они курили сигары, сказал Amicit ia semper prodest, amor et nocet (Дружба всегда полезна, а любовь может и навредить). После того вечера он как-то успокоился и через какое-то время убедил себя что Беллс для него как сестра, дорогой и близкий человек, но не более.       Его любовницы находили его сами и менялись тоже как-то сами собой, единственной его заботой в отношениях с ними было не наплодить бастардов. Вторая волна влюбленности и ревности накрыла его с рождением Лиры. Родольфус был готов молиться на Беллу, Басти тоже не отставал. Лира стала светом. Когда на второй день жизни малышки ему предложили быть крестным он заставил себя отказаться. Это были эмоции, правильнее было, чтобы крестным был тот, кто не попадал под удар приближающейся войне. Но племянницу он любил, и делал для нее все что мог и, что не мог тоже. А ревность как крыса, грызла его, потому что вся нежность, что была в Беллатрикс, полностью отдавалась ребенку. Но и это быстро прошло, ум взял свое. Лиру он считал и своей дочерью тоже.       Треть волна пришла сейчас, после Азкабана. Это неделя была их временем втроём. Каждый вечер они проводили вместе, и постепенно оживали, чаще слышался смех, порции на тарелках становились чуть больше, письма от Лиры зачитывались до дыр. И сейчас в лаборатории наблюдая, как не его женщина готовит средство, чтобы свести следы Азкабана, он проклинал себя и брата за то, что они тогда не остановили ее. Они работали в тишине, каждый за своим столом и им было уютно. Вдруг раздался смех, и Трикс радостно рассматривала свои руки. Басти снял рабочие перчатки, в которых готовил ингредиенты и подошёл к ней, руки вновь стали мягкими, а ногти были чуть короче привычной длинны. Порезов на внешней стороне ладоней тоже не было.        — Миледи, — поцелуй в каждую ладошку и кончики пальцев. Женщина перед ним была так довольна, что нашла нужный состав, что простила ему вольность.       — Давай попробуем обработать твои порезы? — тон голоса говорил об искреннем желании помочь, иногда у Белл случались такие приступы доброты.       — Хорошо, я поставлю вариться основу, и у нас будет полчаса — возвращаясь к рабочему месту и понимая, что отдушка мази это ее запах, полыни и лимона. Когда спустя обещанное время она методично наносила мазь на его руки, плечи и спину Басти почувствовал себя подростком, когда воспламеняешься лишь от взгляда хорошенькой девушки. А когда к тебе прикасается женщина, которую ты хочешь на протяжении стольких лет, последствия Азкабана на мужской организм улетучиваются очень быстро. Возможно, он издал какой-то стон, потому что Белла вручила ему мазь, и ретировалась к себе. ****************************************************************************       Вернувшись, домой, Родольфус застал тишину и внутренне напрягся. Но вот дверь кабинета открылась и на него налетела жена, на секунду крепко обняв Белла отстранилась.       — Я тоже рад тебя видеть, Трикс. Где младшенький? — мантия упала в лапки возникшего домовика и тот испарился.       — С лошадьми, — односложный ответ и отведенные глаза совершенно не понравились мужчине. В случае жены все это говорило о том, что Басти что-то натворил. "Дом, милый дом" оказывается, за пять лет в тюрьме будешь скучать даже по перепалкам близких.        — До ужина ещё час, давай ты мне все расскажешь, а после душа я помогу тебе со шрамами? — взяв жену за руку он повел ее в из комнаты. В душ Белла к нему пришла через минут пять, когда он смывал шампунь с волос, пришла молча и просто встала рядом. В этом действии не было сексуального желания, а вот близости…       Даже после заключения Трикс не научилась просить, просто приходила за тем, что ей нужно, зная, что он не откажет. Поцеловав ее в висок, он обнял, и медленно касаясь мыльной губкой, провел по спине, затем очень нежно по полукружиям груди.       — Вашу руку, мадам, — целуя каждый пальчик, — у тебя получилось усовершенствовать мазь, ни одного шрама!!! Вторая рука удостоилась таких же ласк. Опустившись на колени, он намылил супруге ноги и затащил под воду, позволяя себе просто стоять, пока вода делала работу за него. Родольфус скорее почувствовал ее улыбку у своей груди. Вымыв волосы, он завернул ее в полотенце и как ребенка отнес в кровать.       Мазь уже стояла на тумбочке. Максимально нежно он обрабатывал спину, и давая средству впитаться в кожу, прилёг рядом перебирая мокрые пряди волос жены. — У Стана новая волна обожания меня, может отправим его к Фрау Лабель? — удобнее подставляя голову под ласку.        — Трикс, можешь собой гордиться ты и мертвого поднимешь, а уж последствия тюрьмы для твоих женских чар, вообще ерунда — давая знак перевернуться. Сдерживая себя, лорд Лестрейндж намазал шрамы жены на животе и груди, и уже чуть более сильными движениями втирал мазь в щиколотки, превращая процедуру в массаж.        — Басти сделал что-то, что тебе бы не понравилось или причинило боль? — пощекотав жену за пятку и получив этой самой пяткой в руку, он отпустил свою пациентку.       — Это же Басти, он скорее заавадиться, чем даст волю себе и оскорбит тебя, своими желаниями, просто тело предало его, пока я втирала ему мазь в плечи, — жена показала ему язык. **************************************************************************       За ужином Рабастан вел себя как обычно, если не считать того что он выпивал уже третий стакан виски. Родольфус молча это позволял и рассказывал новости. Сообщив напоследок, что к ним завтра вечером приедет Тони, которого жена выгнала из дому. — Где сегодня этот, идиот? — Белла сочувствовала Долохову, только недавно встретиться с семьей, а его уже выставили. — В заведении Фрау Лабель, он, кстати, и тебя звал, Басти.– после слов мужа Белла предпочла скрыть улыбку в бокале вина. — Хотите от меня избавиться, да? — Басти обиженно зыркнул сначала на брата потом на Беллс.  — Передаю тебе информацию, ты нам не мешаешь, ты как эльф, без тебя не привычно — после этой фразы Роди, началась шуточная потасовка, в ходе которой сгинула бутылка виски. Встрёпанные они переместились в изумрудную гостиную, где нашлась ещё одна бутылка подаренная когда-то Руквудом. Через три часа разговоров, воспоминаний казалось, что они все втроём смогут отпустить все, что связанно с тюрьмой. *****************************************************************************       Первой проснулась Белла, цвет неба за окном подсказал, что уже ночь. Видимо напились они знатно, раз уснули прямо на полу перед камином, причём и она сама и Басти крепко обнимали Роди который мило сопел посредине. Голова болела нещадно, так что выбирая между зельем и виски, победило последние. Смотря на спящих братьев, Трикс невольно сравнивала их, такие разные и такие похожие. Не смотри ни на, что они сумели сохранить эту связь, друг с другом, в отличие от сестер Блэк. Да и для нее Басти стал родным. Ей всегда хотелось иметь брата, пусть не старшего, но такого который мог бы быть поддержкой, но десять лет разницы, а может эгоизм, но в свое время Сириус не стал тем братом о котором она мечтала, а Регулус был слишком нежным да и общались они все же меньше, поэтому Рабастан Лестрейндж занял это место. Родольфус же ещё до замужества стал тем к кому она могла прийти абсолютно со всем и получить то что ей нужно независимо был ли это ночлег, поддержка или слушатель о детской влюбленности в Лорда. Именно Роди, единственный кто не посмеялся над ней, кто слушал, кто позволял выть в свое плечо от чувства беспомощности. И кто всегда думал о ней, та же мать была готова предложить ее Лорду на блюдечке с голубой каёмочкой ещё в четырнадцать, когда пересилила ее в бывшие покои Вал, а милорду отдала смежные комнаты. Трикс тогда сбежала к Роди и уже из Лестрейндж-мэнора отправила сову отцу. Это был единственный, раз, когда Сигнус Блэк избил жену.       Допивая виски Белла, вернулась к спящим мужчинам и поцеловала мужа, пытаясь разбудить. Лёгкие невесомые поцелуи и щекотка от ее волос заставили мужчину открыть глаза. Приложив палец к губам, Белла кивнула в сторону спящего Басти. Роди попытался освободиться от братского захвата, но добился противоположного эффекта. Сонный Стан покрепче обнял брата, пробурчав «моё». Тут не выдержала уже Белла и укусила того за палец, подскочивший брюнет схватился за палочку, а женщина прильнув к давящемуся от смеха мужу, прошипела «это моё» глядя в округлившиеся синие глаза деверя.       Дальше они впали в детство и щекотали друг друга пока Басти не поправил пощады оригинальным способом, он просто впился поцелуем в губы брата, Белла же застыв наблюдала за действом, Родольфус оттолкнул брата и мужчины смотрел друг на друга как волки перед атакой. Синие глаза горели какой-то обреченностью и вызовом, а зелёные удивлением. Протрезвевшая в миг Белла понимала, что-либо сейчас они втроём пройдут этот момент, либо братья перессорятся. Она подошла к ним и взяла за руку мужа, Басти смотря на эту картину, молча встал и собирался выйти, когда Роди, не вербально запер дверь. Оглянувшись, брюнет смотрел, как пара стоит глядя друг другу в глаза и «говорит» мысленно. Родольфус провел по щеке жены с такой нежностью, будто боялся, что она сейчас растает. Поцеловав его руку, Трикс развернулась к Басти и молча протянула ему свою. Тот смотрел и не знал, что ему делать.  — Иди к нам Стан, — голос брата вывел из ступора, а дальше слов не было, были эмоции..... **************************************************************************       Муж был единственным мужчиной в ее жизни, до этой ночи. И поначалу Белле было жутко неловко ровно до того момента пока ее не начали ласкать в 4 руки. Басти развязал пояс платья, а Роди целовал ее будто в последний раз. Терпкий аромат виски и нежная ласка губ пьянили и успокаивали, а руки Басти стянули с нее платье. Обнаженная в объятьях двух мужчин, она задыхалась, чувствуя спиной мужа она откинулась на него, подставляя шею под поцелуи и чувствую, что несмотря на сомнения, сейчас его ситуация возбуждает.       Рабастан терял голову, все происходящее казалось нереальным, только прикоснувшись к груди Беллс, он понял, что это не его фантазия, а реальность. Нежнейшая кожа, напрягшиеся соски, запах полыни и лимона, запах столько лет запретной для него женщины. Чувствовать, как она дрожит под его губами, слышать стоны сквозь поцелуй с Роди, адская смесь эмоций. Он чувствовал, как магия в нем начинает выходить из-под контроля. Его резко дёрнул вверх брат. И обнял, прижав к себе, шепча на ухо что-то успокаивающее. Беллатрикс тем временем избавила его от рубашки и сквозь брюки сжала возбуждённый член, он зашипел, чем лишь развеселил ее.       — Если она скажет, нет, мы останавливаемся, — Родольфус отпустил его. И поднял жену на руки заставляя обвить ногами его талию.       — Останешься тут или аппарируем в спальню? — зеленые глаза смотрели на него спокойно без вызова, давая передумать то ли ему толи себе. Казалось, что держать Беллатрикс на руках, для брата самая естественная вещь на свете, то, как руки сжимали талию, как ее волосы спадали на его лицо, одна ладошка обнимала Роди за шею, вторая опиралась на грудь в области сердца. Стан смотрел на них и понимал, что сейчас его готовы пустить и разделить с ним не только тепло, страсть или тело, но и их близость. Он подошёл, обнял обоих и аппарировал всех в свою спальню.       О свете никто не позаботился, хотя лунного вполне хватало. Целоваться втроем было необычно, но у них хорошо получалось. Родольфуса они с Белл раздевали вдвоем, целуя обнаженное тело. Первой на кровати оказалась Трикс, и в предвкушении облизала губы, прежде чем взяла член мужа в рот. Стан в очередной раз убедился, что даже на коленях эта женщина оставалась королевой, судя по виду Роди она могла его сейчас убить, а он бы и не заметил.       Обойдя с другой стороны, он забрался на кровать к женщине и нависая над ней принялся прослеживать поцелуями каждый позвонок, спускаясь к бедрам, пальцами лаская клитор. Родольфус отстранил Беллс от себя и переместился к ним на кровать. Басти поцеловал ее губы жадным поцелуем, пробуя одновременно вкус брата и Трикс. В полумраке братья были очень похожи, но Беллс не спутала бы их никогда, слишком разные. Знающий ее Дольф который ласкал точно зная где и как и Басти у которого тряслись руки при прикосновении к ней. Первый пик настиг ее когда эти черти ласкали ее одновременно, если закрыть глаза то казалось, что это один любовник, но с четырьмя руками, двумя ртами. Они нашли общий ритм, и это было странно, но приятно.       В момент, когда Беллс прижала их обоих к себе, Басти был счастлив, наблюдать, как она дрожит от их усилий. Они с Родольфусом улыбнулись, друг другу как раньше когда замышляли очередную шалость. Басти улёгся на спину и притянул Беллс для поцелуя, ведьма уселась сверху, лаская руками его грудь и руки. Сзади Родольфус обнимал ее и ласкал соски и шею. Вдруг голос жены раздался в его голове «не отпускай, прикасайся ко мне постоянно». Она оценила их заботу когда Басти дал ей время привыкнуть к нему внутри, перед тем как начать двигаться, Роди же не оставлял ее не на секунду, она чувствовала как он растягивает и подготавливает ее. Заглушив стон поцелуем, Стан прижал ее к себе, давая возможность Роди войти в неё. Никогда раньше Беллатрикс Лестрейндж не пробовала подобного, да и сейчас если бы не доверие к любовникам она бы не согласилась, но ощущения были яркими, необычными. «Двигайся сама» нежный и повелительный шепот мужа на ушко, собственно очень скоро от нее уже ничего не требовалось, почувствовав ее, братья нашли идеальный ритм. Мир кружился, и связных мыслей уже не осталось, она могла только отдаться ощущениям.       Рабастан чувствовал, будто у них одно сердце на троих, бешеный пульс Беллы, и такой же брата. Чувствовать его сквозь тонкую перегородку внутри миниатюрной Беллс было сладкой пыткой. Наслаждение Беллатрикс было главным, когда ее накрыл очередной оргазм, ему достались царапины на груди, а Роди на боку. После этого и он с братом продержался не долго, они кончили, одновременно смотря друг другу в глаза, а потом каким-то животным жестом вцепились зубами в плечи Беллс, от чего малышка снова взвыла. ****************************************************************************       Утром Родольфус проснулся первым, от того что затекли руки, обе. Причина нашлась быстро, с одного бока прижималась Белла и дышала ему в шею, с другого Басти использовал его как подушку. Осторожно выбравшись, он размялся и оделся. Картинки вчерашней ночи, мелькали в голове. Что делать теперь он не знал. Самые близкие ему люди, спокойно спали, но Трикс уже недовольно хмурилась и во сне искала его. Он присел у кровати и нежно целуя, принялся будить жену.        — Привет, — карие глаза внимательны, а голос хриплый после сна.        — Доброе утро, как ты себя чувствуешь? — тоже шепотом. Беллс только улыбнулась и встала с кровати давая рассмотреть себя. Копна кудряшек торчащих в разные стороны, слава Мерлину крови он на ней нигде не увидел, были только несколько синяков на талии от его рук, засосы на шее, дело губ Басти, и два симметричных укуса ее плечах.        — Убедился, что все нормально? — Трикс уселась к нему на колени. Родольфус лишь обнял ее, ничего не ответив.       — Пойдем к нам. Хочу в душ, — она развернула его голову к себе и посмотрела прямо в глаза. Что-то там было другое, новое, болезненное. Он сожалел о предыдущей ночи, план в ее голове возник мгновенно. Невербальное сонное заклятие, и Роди вырубился. У нее было не больше 5 минут. Обливейт на Басти, спасибо Моргане крепко спящего. Очищающее заклятие на простыни. Аппарация с сонным мужем далась тяжело, силы после тюрьмы еще до конца не восстановились, но на обливейт она их нашла. ***************************************************************************       Лишь спустя полгода мадам Лестрейндж узнает, что на мужа после Азкабана обливейт не действует.