Сын ночи

Последующие недели до заключительного, третьего испытания пролетели совершенно незаметно. Гарри не знал, что там будет, и его не покидало чувство тревожности, хоть он и старался убедить Гермиону в том, что бояться за него не стоит. — Не важно, какое место в итоге я займу, — говорил, когда они сидели на берегу озера, вдали от посторонних глаз и ушей, — главное, что после этого проклятый Турнир завершится, и можно будет вздохнуть свободней. — Это правда, — кивнула Гермиона. — Но знаешь, мне всё равно как-то не по себе, — она заглянула ему в глаза. — Я боюсь за тебя, Гарри. Гарри обнял её, и впервые за долгое время, сумел удержаться от мыслей выпить её крови. Может и верно, не всё ещё с ними потеряно? Конечно, семьи в привычном понимании у них быть не может, но Гермиону кажется, устраивало и это. Он глубоко вздохнул, хотя уже давно и не нуждался в кислороде. Что же придумали организаторы? *** Когда Гарри оказался внутри лабиринта, то даже невольно улыбнулся. Здесь никто за ними не смотрит, можно было не опасаться применять свою скорость, а значит, у него были все шансы первым найти кубок. От этой мысли Гарри сделалось на удивление легко. Он представил, как скривятся физиономии слизеринцев, так желавших ему поражения. А Гермиона и те друзья, что у него ещё остались, бросятся к нему с радостными поздравлениями. Гарри резко развернулся и помчался по тёмным коридорам. Он ориентировался скорее на какое-то внутреннее чутьё, которое порой появлялось и помогало найти нужное направление. Пару раз Гарри показалось, что он видит в коридорах других чемпионов. Может быть, и они его тоже замечали. Хотя это вряд ли… Для них он всего лишь — едва различимая тень, которую в здешнем полумраке практически не разглядеть. Кубок будет его, это уж точно. В какой-то момент Гарри натолкнулся на Крама. Тот склонился над телом Флёр, которую очевидно, только что оглушил. — Какого чёрта?.. — начал было Гарри, но тут он увидел совершенно ненормальный взгляд Виктора, и понял, что тот находится под действием заклятия. — Приди в себя, — приказал ему Гарри, применив чуточку своих сил. Виктор пошатнулся, моргнул. Ещё несколько секунд его взгляд был затуманен, потом парень начал осознавать, что происходит. — Что?.. Я не понимаю… — Знаю, — кивнул Гарри. — Будь так добр, выпусти в воздух сноп красных искр, и позови на помощь. Гарри, конечно, не стал говорить, что сам этого сделать не способен, а всё ещё сбитый с толку Крам, и не думал спрашивать. В итоге Гарри отправился дальше. Поиски заняли у него немногим больше пяти минут. Лабиринт, словно почувствовал это. Стены коридоров начали стремительно сходиться. Где-то далеко слышались быстрые шаги Седрика. Какое-то время Гарри хотел дождаться его, но лабиринт не позволил этого сделать. Пришлось бежать к кубку одному. Гарри почти не снизил скорости, когда схватил его и тут же понял, что что-то не так. Кубок был порталом. *** Через несколько довольно неприятных мгновений Гарри оказался далеко от лабиринта, на территории старого кладбища. Это место было ему знакомым, не раз являясь в самых страшных кошмарах. Дверь ближайшего дома открылась, и на улицу вышел низенький человек, в одной руке державший небольшой тряпичный свёрток. Гарри сразу же узнал человека, и внутри него вспыхнула ярость. Он ощутил, как удлиняются клыки и когти. Впервые за долгое время ему захотелось выпить человеческой крови, узнать, каково это… Гарри шагнул ему навстречу, ещё не зная, что будет делать. У Петтигрю в руке была палочка, но хватит ли её против полного сил вампира, который, ко всему прочему, жаждет мести? Однако выяснить это Гарри было не суждено. Свёрток в другой руке Петтигрю вдруг зашевелился, и в следующий миг Гарри, наконец, увидел, что в нём скрывается. Ужас и отвращение мгновенно охватили его. Вместе с этим нестерпимая боль в шраме заставила Гарри согнуться пополам. Ему показалось, что его голова сейчас расколется на части. Он почти ослеп, ничего толком не слышал и потому, не смог оказать никакого сопротивления… Петтигрю, при помощи волшебной палочки связал его и оставил у одной из могил. Сам же в это время приступил к чудовищному ритуалу. Сквозь боль Гарри видел, как тот разводит костёр под огромным котлом, как вскипает вода и настаёт время для худшего. — Кость отца, отданная без согласия… — дрожащим голосом говорил Хвост. — Плоть слуги, отданная добровольно… В этот момент глаза у Гарри были закрыты, однако он услышал ужасающий крик Петтигрю, а после ощутил запах свежей, пролившейся крови. Всё-таки хорошо, что он не успел выпить её… Ему стало бы от неё плохо. — Кровь врага, взятая насильно… Гарри ощутил, как лезвие ножа резануло его по предплечью. На фоне остальной боли это было ничто, да и потом, рана почти сразу же начала затягиваться. К счастью, Петтигрю был не в том состоянии, чтобы это заметить. Из последних сил он дошёл до котла, добавил в него последний компонент и упал на траву. *** — Гарри Поттер! — прошипел Волан-де-Морт, глядя на связанного Гарри. — Как долго я ждал этой встречи… Лицом к лицу. Гарри показалось, что и без того красные глаза Тёмного лорда, как-то странно сверкнули в темноте. Это очень сильно напоминало ему свечение в глазах у других вампиров. Неужели кровь Гарри могла настолько повлиять на возрождённого волшебника? Однако сам Волан-де-Морт ничего подозрительного в себе пока не замечал. Он был счастлив, как никогда. Теперь у него снова есть настоящее тело, и он в минуте от того, чтобы прикончить своего главного врага, а потом… Волан-де-Морт взмахнул палочкой и верёвки, удерживающие Гарри, исчезли. — Возьми свою палочку, Гарри, — своим ледяным голосом сказал Тёмный лорд. — Возьми её и покажи на что ты способен… Гарри едва не рассмеялся. Он не знал, как долго бы смог продержаться против такого сильного мага, будь у него прошлые силы, но сейчас он не смог бы и искры из палочки выпустить. Боль в шраме ещё не прошла до конца. Такого с Гарри раньше не было, он был очень слаб. Возможно из-за столь близкого присутствия Волан-де-Морта, а может, из-за того, что на вампиров их связь с тёмным волшебником влияет несколько иначе. Прав был Митор, нужно было учиться быть вампиром, пока ещё оставалось время… С большим трудом Гарри поднялся на ноги и огляделся. Едва ли он сможет убежать. Его со всех сторон окружают опытные маги, а он потерял слишком много сил. Гарри знал, что сейчас произойдёт, и воспринял эту мысль на удивление спокойно. В конце концов, он мог умереть уже давным-давно… Перед глазами появилось лицо Гермионы. Никогда он её больше не увидит. Что ж, отчасти для неё так может быть, и лучше. Гарри выпрямился, смело взглянул в глаза своему самому злейшему врагу. Волан-де-Морт не заставил себя долго ждать. Его губы искривились в подобии ухмылки, а после раздался ликующий голос: — Авада Кедавра!