The Truth Untold

Чонгуку всего шесть лет, но он уже понимает и принимает многое. Три попытки убийства и два отравления, Чонгук знает, что такова его судьба. Юный принц смышлён для своего возраста, чем вызывает ненависть в свою сторону не только от чужих, но и от своего родного брата. Хосоку четырнадцать лет, он буйный подросток, ему хочется занять престол и править свободно, устанавливая свои правила, но во дворце уже понятно всем, что он станет лишь мелкой пешкой. Потому что Чонгук лучше, потому что Чонгук умнее. Вот только немногие знают, что маленькому шестилетнему мальчику это всё не нужно. Он любит цветы, солнце и небо. Он любит гулять на природе, любит свободу, и ненавидит престол. Чонгук находит себя лишь в трепетных взмахах крыльев бабочек, лишь в тёплом дуновении ветерка, что колышет вечнозелёную траву и прекрасные цветы. Юный принц ищет себя не в деньгах и богатстве, а в необычной красоте обычных, казалось бы вещей. Мальчик сбегает ото всех проблем в старую оранжерею, не слушает запретов, и находит утешение в полуразрушенной постройке, усыпанной цветами. Их стебли переплетаются, мешая беспрепятственно проходить вглубь оранжереи, но создавая тем самым скрытое от глаз посторонних убежище, которое так нужно юному принцу. Чонгук с наслаждением вдыхает приятный запах, и останавливается у одинокого цветка незабудки. Мальчик заинтересованно рассматривает его, не понимая, почему тот растёт в одиночестве, когда рядом раздаётся приятный голос. — Этот цветок сам избрал одиночество, — мальчик, чьи волосы плавно развеваются от лёгкого ветерка, гуляющего по оранжереи, подходит ближе. Он смотрит на цветок, не поднимая взгляд на Чонгука, и улыбается грустно, дотрагиваясь кончиками пальцев до нежных голубых лепестков. — У него было всё: друзья, семья, счастье. Но он был слишком жаден, желая получить больше, чем заслуживает, поэтому перед ним встал выбор: жить в одиночестве, или стать проще, радоваться каждой мелочи. Однако цветок был эгоистичен и недоверчив, за что и получил такое наказание. — Разве такое возможно? — удивляется Чонгук, большими глазами смотря на неожиданного гостя. Мальчик вздрагивает, будто до этого не замечал юного принца, и поднимает непонимающий взгляд на него. — Ну, то, что ты рассказал. Разве возможно, что цветы могут быть эгоистичны? Они ведь неживые. — Ох, ещё как возможно, — улыбается мальчик, присаживаясь на большой камень и хлопая ладошкой рядом с собой. Чонгук удивляется ещё больше, как мог не заметить такой огромный предмет раньше, но списывает всё на свою невнимательность, садясь рядом. — Может, в других местах такое люди сочтут за бред сумасшедшего, но это место особенное. Оно окутано тайнами и волшебством, поэтому здесь возможно даже самое, казалось бы, нереальное. — Но волшебства не существует, — мотает головой Чонгук, не веря словам незнакомца. — Оно существует лишь для тех, кто в него верит. Волшебство окружает нас повсюду, главное уметь замечать то, что незаметно для остальных, и тогда твоя жизнь будет наполнена чудесами, — мальчик вытягивает ноги и несколько раз стучит пяткой по земле. Не проходит и пары секунд, как к мальчикам подлетает небольшая птичка, устраиваясь на протянутом пухленьком пальчике незнакомца. — Вау! Ты какой-то волшебник? — восторженно спрашивает Чонгук, до этого ни разу не видевший подобных крылатых. — Нет, до волшебника мне ещё далеко. Я сын прислуги, — мальчик отпускает птичку и та взмахивает своими крыльями, улетая в небольшую дыру в потолке. — Ты ведь принц? — Да, младший принц Чон Чонгук. А как тебя зовут? — Чимин. Зови меня просто Чимин, — улыбается мальчишка и уже хочет подняться с камня, как юный принц протягивает руку. — Давай будем друзьями, Чимин? — Чонгук улыбается так ярко и по-детски наивно, что мальчишка напротив не смеет отказать, протягивая свою руку и еле заметно кивает. — Приходи сюда завтра тоже. Я хочу узнать ещё что-нибудь о волшебстве и цветах. Но сейчас мне пора, уже поздно и меня, скорей всего, уже ищут, — юный принц подскакивает на ноги и машет радостно, убегая в сторону замка. Именно так и началась их трепетная история. Чонгуку двенадцать, он в таком возрасте, когда уже слишком взрослый для волшебства, но сердце всё ещё требует того, что не поддаётся описанию. Того, от чего сердце трепещет и всё вокруг становится неважным, ведь прямо здесь, перед тобой, случается чудо. Чонгук всё ещё доверчив и невинен, верит в человеческую доброту и сбегает каждый день в заброшенную оранжерею, где с упоением слушает рассказы о чудесах в этом мире, которые невозможно пощупать или увидеть. Их можно лишь почувствовать. Чимин рассказывает много, но и слушать тоже умеет. Он развит не по годам, ему всего четырнадцать, а мыслит так, словно прожил уже сотни жизней. Чимин загадочный и таинственный, но в тоже время очень открытый и готовый в любой момент дать совет. Подросток знает многое, он пережил массу предательств, но остаётся таким же улыбчивым для Чонгука, скрывая свою боль под маской. Юный принц всё ещё познаёт этот мир с детским любопытством, а Чимин, словно сопровождающий, подсказывает верные пути. Они строят вместе карту души Чонгука, ищут тайные тропы, что ведут к новым, более интересным, частичкам внутреннего мира юного принца. — Чонгук-и, ты снова задумался, — по доброму окликает его Чимин, слегка касаясь острой коленки мальчика. — Ой, прости… О чём ты рассказывал? — неловко переспрашивает Чонгук, посвящая всё своё внимание другу. — О легенде про одинокого призрака принца, — повторяет подросток, не против рассказать ещё раз эту историю. — Однажды, давным-давно, этим королевством правил мудрый король, со своей красавицей королевой. Народ был счастлив в то время, и не знал бед, но был у семьи правителей сын, что любил лишь себя. Он никогда не думал о ком-то другом, а делал лишь то, что ему заблагорассудится. Он желал многого и многое получал, будучи наследным принцем этого королевства. Король с королевой всё за головы хватались, боясь, что сын приведёт королевство к разрухе, поэтому попросили старую колдунью помочь их сыну стать мудрым правителем. Но колдунья лишь головой качала и всё приговаривала, что людей изменить нельзя даже с помощью чуда, если они сами не хотят меняться. Тогда принц обозлился на неё и приговорил к страшной казни, ведь она своими словами задела его достоинство. Он желал извинений, желал услышать как она молит о пощаде, но колдунья перед своей смертью лишь сказала, что принца ждёт наказание. Страшное и ужасное, окутанное одиночеством и страданиями. Принц злился ещё пуще, услышав эти слова, злился сильно, и потому приказал приговорить к казне всю семью колдуньи, но не успела свершиться страшная казнь, как принц захворал. В те времена ещё не было чудо-лекарств, а болезнь была беспощадна, не отпускала принца днями и ночами, не давала спать и сводила с ума. Тело принца истощилось на восьмой день болезни, а его призрак остался заточённым в этой оранжереи, в том возрасте, когда душа его была всё ещё чиста и невинна. — Он всё ещё здесь? — испуганно спрашивает Чонгук, оглядываясь по сторонам. Он жмётся ближе к Чимину, веря, что старший защитит от любых бед. — Кто знает, — пожимает плечами подросток, мягко улыбаясь на реакцию мальчика и слегка приобнимая его за плечи. — Говорят, что он сможет покинуть этот мир лишь тогда, когда встретит полную свою противоположность. Они вырастут вместе, но призрак покинет этот мир, когда достигнет возраста своей смерти. — Получается сейчас он может наблюдать за нами? — пугается ещё больше Чонгук. — Мой милый друг, даже если это так, то его не стоит бояться. Я уверен, что за столько лет он стал совсем другим и теперь желает лишь упокоения. Ведь он так долго живёт в одиночестве, не может ни с кем поговорить, а просто наблюдает со стороны. Думаю, сейчас он несчастен, а не эгоистичен, — Чимин произносит последние слова совсем тихо, и вокруг повисает задумчивая тишина, прерываемая лишь тихим шёпотом ветра, что колышет нежные лепестки цветов. Подросток понимает, что Чонгук снова задумался о чём-то своём, очень важном, для него, поэтому не мешает раздумывать, просто находясь рядом. — Как думаешь, а принц когда-нибудь чувствовал чудо? — вдруг спрашивает мальчик, поднимая взгляд на Чимина и заглядывая своими невинными глазами, кажется, в самую душу. — Кто знает. Я его никогда не видел, поэтому знать наверняка не могу, — пожимает плечами подросток, смотря куда-то за цветы, где солнце освещает землю своими последними лучами, прощаясь с людьми до следующего дня. — Думаю, тебе уже пора. — Ой, точно! — подпрыгивает Чонгук со своего места. — До завтра, Чимин. — До завтра, Чонгук-и, — машет рукой подросток, прощаясь с мальчиком до следующего дня, наполненного чудом и трепетными ударами сердца где-то там, внутри. — Ты стал приходить реже, — Чимин не упрекает, нет, он просто даёт знать, что замечает даже такое. — Прости, родители готовят к престолу… Хотят, чтобы в двадцать пять я женился на какой-то принцессе, — дует губы принц. Чонгуку шестнадцать, время, когда хочется любви и свободы. Когда хочется познавать мир методом проб и ошибок, когда сердце требует приключений, но возраст не позволяет быть самостоятельным. Чонгук всё ещё верит в чудо, однако не в то, которое верил в детстве. Теперь чудо для Чонгука — это любовь. Такая трепетная и невинная, но в то же время страстная и необузданная. Та, которую описывают в книгах, и в которую верят маленькие девочки, желая найти своего прекрасного принца. Чонгук узнаёт мир, раскрывает всё новые таланты, но всё так же с упоением вслушивается в истории Чимина, прибегая в эту оранжерею почти каждый день. Как тогда, десять лет назад, когда маленький мальчик услышал первую историю об одиноком цветке. — Хён, кстати, а тот цветок… Незабудка, около которой мы встретились, она завяла? — спрашивает Чонгук, подходя к той части земли, где раньше цвёл одинокий цветок. — Нет, — качает головой Чимин, становясь рядом. — Просто её наказание закончено. Она покинула это место и теперь живёт вместе со всеми, будучи совсем другим цветком. — Значит теперь она счастлива? — Чонгук поднимает взгляд на старшего и с ужасом замечает на его прекрасном лице капельки слёз, что блестят в свете уходящего солнца. — Хён, почему ты плачешь? — испуганно спрашивает принц, боясь, что сделал что-то не так. — Всё в порядке, Чонгук-и, — Чимин спешно вытирает слёзы и улыбается, будто ничего не произошло. — Лучше расскажи как прошёл твой день, — парень садится на камень и глубоко вздыхает, полностью приходя в норму для Чонгука. Принц теряется, не знает что делать, а сердце сжимается очень сильно от вида расстроенного Чимина. Чонгук не находит ничего лучше, кроме как сесть рядом и сплести пальцы с пальцами друга, выражая безмолвную поддержку. Его кожа холодная и будто неживая, но принц чувствует чужое сердцебиение, словно своё. Их сердца бьются очень быстро, отдавая шумом в ушах, однако ни один не против, потому что тёплое чувство внутри приятно до жути, пуская стаю мурашек по коже. — Хён, если тебя что-то беспокоит, то ты можешь поделиться этим со мной. Я ведь уже не маленький, я могу хотя бы выслушать, и тогда тебе станет легче, — уверяет его Чонгук, чуть сжимая чужую ладонь в своей. — Сейчас не время, Чонгук-и. Я расскажу тебе, как только это станет важным для меня, а пока что это пустяк, — Чимин не хочет, чтобы младший за него волновался, поэтому улыбается, вроде как искренне, и просит рассказать о своём дне, вслушиваясь голос Чонгука. — Хён! — радостно кричит принц, забегая в оранжерею и сразу же находя отдыхающего, в окружении цветов, Чимина. — У меня сегодня день рождения! — Поздравляю, Чонгук-и, — искренне произносит парень, поднимаясь с земли и улыбаясь своему другу. — Прости, я не приготовил тебе подарок… — Хён, ты ведь знаешь, что мне он не нужен. Главное, чтобы ты был рядом, а другое не такое важное, — счастливо произносит принц. Он говорит эти слова необдуманно, а потом замирает, понимая смысл сказанных им слов. — То есть… Это не… Я… — Всё в порядке, не волнуйся, — успокаивающе говорит Чимин, хотя у самого в груди сердце быстро бьётся и в виски отдаёт от такого признания младшего. Чонгуку уже девятнадцать он пережил свой бунтарский возраст, когда неопределённость полностью описывает человека. Теперь он знает что хочет от этой жизни, знает, что будет делать дальше и как ему развиваться в будущем. Для Чонгука любовь — это уже не чудо, а что-то, что дано лишь избранным. Любовь для Чонгука не чудо, потому что она у него в груди, гулко бьётся, словно бабочки порхают в животе, когда взгляд падает на одного единственного человека. Теперь чудо для Чонгука — это невысокий паренёк, с пухлыми пальчиками и очаровательными глазами-улыбками. Чудо, это вслушиваться в приятный голос блондина, наблюдать за его движениями и слышать заливистый смех от очередной шутки. Чудо, это глаза Чимина, смотрящие лишь на Чонгука, и ни на кого более. Чудо для Чонгука — это Чимин. — Хён, я хочу сказать тебе кое-что важное, — нервно говорит принц, переминаясь с ноги на ногу и не решаясь поднять взгляд на Чимина. — Успокойся, Чонгук-и. Всё будет хорошо. Сделай вдох и выдох, а потом говори, — успокаивает Чонгука парень, нежно проводя по его руке и сжимая тёплую ладонь в своей, холодной. Принц поступает так, как ему посоветовали, и немного успокаивается, наконец поднимая взгляд и сталкиваясь с глазами Чимина. — Мне кажется, я люблю тебя, хён, — выдыхает Чонгук и хватается за руку парня, боясь, что тот сейчас отпустит и уйдёт. — Я тоже тебя люблю, — спокойно говорит Чимин, сплетая их руки в замочек. Чонгук вздрагивает, внутренне радуясь ужасно, но быстро себя отдёргивает, возвращаясь в реальность. — Нет, Чимин, ты не понял. Я люблю тебя не как друга, а как парня… Как своего возлюбленного. — Я понял, Чонгук-и. И я уже ответил, я тоже тебя люблю, — Чимин широко улыбается, видя вытянувшееся лицо Чонгука, и еле сдерживает смех, чтобы не портить момент. — Тогда… Можно я тебя поцелую?.. Знаю, я сказал, что мне не нужен от тебя подарок, но если ты сейчас разрешишь, то это будет самым лучшим моим днём рождения, — тараторит принц. Наверное, он так и продолжал бы говорить, но Чимин тянется сам за поцелуем, и нежно касается желанных губ своими, не позволяя сказать больше ни слова. Чонгук рвано выдыхает, чувствуя прохладу от тела парня, и притягивает его ближе к себе, укладывая руку на талию. Они целуются неумело, сминают губы друг друга и учатся вместе любить, растворяясь в своём первом, таком невинном, поцелуе. В животе бабочки порхают, пробуждая своими мягкими крыльями то, что дано не каждому. Они скрыты ото всех глаз цветами, и им всё равно, что Чонгука уже ищут, ведь он сбежал со своей поздравительной церемонии к любимому хёну. — Чимин… Ты будешь моим парнем? — шепчет принц, не открывая глаз. — Прости, Чонгук-и, — тихо всхлипывает парень, упираясь ладошками в грудь Чона и чувствуя, как они проходят сквозь него. Принц это чувствует тоже, поэтому распахивает глаза и неверяще смотрит на парня перед собой, видя сквозь него оранжевые лучи уходящего солнца. — Что?.. Хён, что это? Почему ты… — Прости, что не сказал раньше, Чонгук-и. Помнишь я рассказывал тебе легенду об одиноком призраке принца? — грустно улыбается Чимин, а по его щекам скатываются солёные капельки слёз. — Я и есть тот принц. Когда ты меня увидел, то я очень удивился, но подумал, что это просто совпадение… А потом я начал взрослеть и всё встало на свои места. И сейчас… моё время подошло к концу, Чонгук-и. Я рад, что смог почувствовать это чувство, которое называют любовью, благодаря тебе. — Хён… Чимин, прошу… не уходи, — мотает головой Чонгук, делая шаг вперёд и хватаясь за парня. Но рука проходит сквозь него, не позволяя принцу даже обнять в последний раз Чимина. — Так не должно быть. Я ведь только нашёл своё чудо… Я ведь… только понял, что люблю тебя. Что хочу провести с тобой остаток жизни и изменить законы этого королевства… — Ты будешь счастлив, Чонгук-и. Я верю в это. Ты будешь счастлив, найдёшь своё чудо, и полюбишь его так же как и меня. Даже ещё сильнее. Но моё время подошло к концу. Прости, что оставляю тебя, — голос Чимина становится всё тише, а лучи солнца уже свободно проходят сквозь него, освещая лицо Чонгука. Парень улыбается в последний раз и встаёт на носочки, слегка касаясь любимых губ, оставляя на них лёгкий холодок. — Моё чудо — ты, Чимин, — шепчет Чонгук в пустоту. — И другого такого больше не будет, — принц не сдерживает слёзы, что скатываются по его щекам, и оседает на пол. Сердце разбивается на части и хочется кричать от бессилия. Хочется, чтобы Чимин вернулся, улыбнулся, и сказал, что он пошутил, а потом обнял крепко-крепко. Взгляд невольно падает на место одинокой незабудки, около которой они познакомились, откуда теперь пробивается совсем маленький росточек, порождая новую жизнь, без наказаний и проклятий. Теперь Чимин будет счастлив.