Наследие

Когда она разглядела, что происходит с небесами, сменивших нежную синеву на кровавое затмение, а демоническое войско, пришедшее в неистовство, окончательно в ней что-то изменило. — «Жизни не только мамы и папы, но и других…» Осознание, что не только судьбы её родителей поставлены на карту, но и иных людей, что если она отдаст Сферу Бенедикту, то всё будет кончено. И это заставило Джессику бросить вызов будущему Властителю Земли. Джесс вцепилась двумя руками в запястье Бенедикта, дабы ослабить его хватку на своей шее. — Прекрати, — глядя в демонические глаза, заявила девушка, почувствовав страх за Персика. Мужчина будто наслаждался, наблюдая, как фамильяр неловко трясёт в воздухе лапками, в тщетной попытке освободиться, высунув язычок. — Так будет с каждым, кто тебе близок. Пелена уже коснулась зрачков кота. — Ты должна усвоить урок: что мне НЕЛЬЗЯ ПЕРЕЧИТЬ! — рявкнул демон, и сжал котика за загривок так, что бедное животное издало всхлип. Чародейку в ту же секунду кольнул гнев, что пробудил в ней остатки магии. Фиолетовые искорки окутали котика, и он исчез, словно спрятался от врага. На самом деле Джесс использовала чары замены одной волей, превратив Персика в небольшой брелок, что легко перекочевал в её карман джинс. Искры же неприятно обожгли демона сквозь латную рукавицу, однако Бенедикт с лёгкостью сдул их на землю, куда они и ушли. — Смеешь мне противиться? — грозно вопросил он, и сделал самое неожиданное, что даже не предположила бы чародейка. Он открыл для неё свой разум, чтобы сломить приёмную дочь. Демон показал то самое помещение для экспериментов, пропитанное безнадёгой, что в своё время отыскали Тори и Джесси. Он дал видение со стороны: как Джессика в детстве, в лёгком, ситцевом комбинезоне жалась к холодной стене, когда к ней приближается Крот со шприцом для сбора крови. — Пожалуйста, не надо! — крикнула девочка, боязливо закрывая лицо длинными, волнистыми волосами. Крот гнусаво захихикал. — Я бы рад, — покривил он душой, прекрасно осознавая наблюдателя-босса за стеклянной стеной. — Но нам нужна твоя кровь. Он подошёл к чародейке. — Ты забудешь об этом моменте, после процедуры, — мужчина показал кривые, жёлтые зубы, точно собирался улыбнуться, но не вышло. Сердце девочки громко заколотилось в груди. Крот уже занёс перед ней шприц, как Джесси вдруг решительно укусила его за другую руку. — Неуравновешенная дрянь! — выругался Крот и замахнулся на ребёнка. Юная чародейка пригнулась и прошмыгнула мимо него к спасительной двери. Девочка дёрнула дверь на себя, и собиралась выскочить в коридор, как кто-то схватил её за левую ногу и поднял вверх. Она завопила. — Смотри лучше за нашей маленькой волшебницей, — Бенедикт держал её вниз головой. — Ты всегда была слабой, и никогда ничего не значила ни для меня, ни для «родителей», что воспитывали тебя, — прокомментировал ректор демонической Академии и добил девушку. — Я даже жалею, что не вышло тебя клонировать, с клоном было бы проще, меньше возни. В его репликах было столько яда и затаённой злобы, будто чародейка одним своим видом нанесла ему оскорбление. — Это ложь, — коротко и решительно возразила Джессика. Путешествие с Виктором принесло ей уверенность, как и множество приключений вместе с возвращёнными воспоминаниями. Тогда он намеренно отправил ей мыслеобраз, как её подавляли, уничтожали то, что ей нравилось, пытались выдавить все привязанности. Как изменили её личность, чтобы она стала орудием. Джессика увидела себя, как она в будущем по его указке в толпе одержимых убивает в подземке смертных своими чарами, и с особенной жестокостью — ведьм с колдунами, погружая на манер феникса ладонь в солнечное сплетение противника, и вырывая их магию. Что послушание демону — её судьба. Последняя мысль вызвала протест у Джессики. — «Он не использует меня, как в параллельной реальности, из которой явился Тори. Я не стану убийцей невинных!» — вскипела магия в крови Джесс. — Нет! — её очи на мгновение сменили оттенок с лазурного на пурпурный. — Я никогда не подчинюсь тебе! Подняв магию с самой своей сути, девушка вырвалась из хватки и нанесла быстрый удар огнём по своему мучителю. Бенедикт увернулся, а его войско отступило, давая пространство для манёвра своего Повелителя. — Ненавижу тебя! — раздался её крик, что снёс ближайших демонов со скалы. Бенедикт же устоял на ногах, спокойно пропуская мимо себя нападение чародейки. И не сгорел в огне, который она на него наслала, как включил невидимую защиту, которую поставил после её искр. — Ненавижу!!! — безумие точно охватило её, вынуждая опустошать свой резерв магической силы, тратя его на энергетические шары. — Ты поплатишься за то, что почти разрушил мою личность и жизнь! За все свои преступления! На месте энергетических шаров появились прожжённые следы. Однако и они не впечатлили и не ранили Бенедикта. Мужчина просто выждал момент, и перехватив девушку за предплечье и швырнул об землю. И не забыл пнуть в живот железным носком сапога. — Жалкое зрелище, — проронил он, а его войско заулюлюкало. — И очень глупое… Эти словосочетания и посторонний шум привели Джесс в большую ярость. Она немедленно исцелила себя, затем поднялась и задействовала свою эмпатию, игнорируя тёмных существ, что прежде доставляли ей неудобство. Бенедикт использовал свою, направив её на чародейку так, что обернул против неё. Коленки у Джессики задрожали от того наплыва силы, что едва не оглушило. Но она собрала волю, и атаковала в третий раз, призвав посох с колдовским камнем. При этом девушка ловко помогла себе ледяными осколками, которые она принялась швырять во врага. Бенедикт играючи парировал её выпады, а также град ударов, что она обрушила на него. Демоны и чудища отступили ещё назад, чтобы не попасть под колдовство, пристально следя за сражением, которому не суждено было долго длиться. — Достаточно, — ректор переместился за спину Джесси и болезненно стукнул её по позвоночнику. Джесс выронила посох, что растаял фиолетовой дымкой и рухнула на траву. И хотя её сопротивление вызвало у него уважение, Бенедикт повёл себя ровно наоборот, привычно давя на ребёнка желаемой женщины: — Ты — ничто, всего лишь моя марионетка. Ничтожество и посредственность, как и твои родители. Тебя даже бросили твои друзья и парень, настолько ты неважна ни для кого… Она молча сплюнула на землю, так выражая всё своё отношение к собеседнику. Бенедикт в ответ дал ей оплеуху так, что у Джесс покраснела щека. Да и пустота с дикой усталостью пробилась к ней в грудную клетку из-за чрезмерного использования собственного волшебства. — Тори… — слетело с её губ невольно имя близкого и любимого человека. И потянулась к нему телепатически, как и к Аманде, Сэм, Джейку и Нику, и даже к родственнице Заннаре, но только встретила некий барьер и всю ту же ноющую боль. — «Друзья! Зана! ТОРИ!» — Он не придёт, — Бенедикт запустил руку в волосы девчонки и больно скрутил светлые локоны на затылке. — А-а! Пусти меня! — слёзы выступили на её ресницах, однако чародейка не дала им пролиться. Мужчина зло снова приподнял приёмную «дочь» над землёй, не обращая внимания на крики, потащил к расщелине, откуда должен был открыться проход к некогда великой крепости чародеев. — Я исполню своё обещание, пора и тебе выполнить нашу сделку. Сфера в обмен на родителей, пока от них ещё что-то осталось, — с намёком прибавил главный демон, ставя Джессику на колени перед расщелиной. *** Ведьмак дёрнулся, точно его что-то ударило током. Он оглянулся назад на пустошь, но никого там не было. — Что-то не так, — произнёс молодой человек. — Ты же не в своём мире, конечно здесь всё не так, — отозвался череп. — Хотя по мне, в этой чудной местности не достаёт готического замка с… Виктор прослушал продолжение речи артефакта, снова оглядываясь. — Мне кажется, что меня кто-то зовёт, — ощутил парень нечто странное. — Родственники небось? — небрежно поинтересовался череп. — Тебе следовало бы обрубить всякие контакты с ними, чтобы они не мешались под ногами и не портили дальнейшие планы. — Нет, это кто-то другой… Он хочет, чтобы я вернулся.