Ma belle

Я сидела в кафе и смотрела на мелькавшие за окном силуэты спешащих людей, почти у всех были усталые лица, черты их расплывались от стекавших по окну капель дождя. Его же не было только что. Вдруг меня схватили за руку и потянули на себя, вовлекая в танец. Я подняла взгляд на своего партнёра. Как ни странно, я не могла запомнить его лица, на подкорке отпечатался лишь странный серый цвет волос. Музыка становилась всё громче и интенсивнее, но мы наоборот замедлялись пока совсем не остановились. Незнакомец держал меня за руки, прижимая их к своей груди, лицо его начало приближаться к моему. Я даже не пыталась отстраниться, хотя видела его первый раз в жизни. Музыка уже разрывала барабанные перепонки, незнакомец почти коснулся моих губ своими и тут...я открыла глаза. Моего носа коснулось что-то мокрое и шершавое. Язык. Огромный серый кот пушистым тяжёлым облаком придавливал моё тело к кровати. Говорила же я маме, что надо его меньше кормить. На тумбочке звенел будильник, вибрируя и скользя по лакированной поверхности. Колокольчики быстро ударялись друг о друга, раздражая сознание. Ненавижу этот звук. Я ударила по будильнику, отключая его. Почесав кота за ушком, отчего тот замурчал, я села на кровати и оглядела комнату. Это было обычное обиталище типичного подростка. Знакомая каждодневная картина, от которой меня порой начинало подташнивать. Во мне возникало множество противоречий. С одной , хотелось всё изменить в своей жизни и начать с этой комнаты. Однако, в то же время меня постепенно атаковала паника. Что если мне не понравится и станет только хуже? И так всю жизнь. Порой это действительно нервировало и раздражало. На столе бардак, все завалено книгами и тетрадками. Я даже убирать не любила, боясь всё тех же перемен. Это странно, признаю, но ничего не могу поделать с этим. Бежевые обои без узора и такого же цвета шторы. Ветер врывался сквозь открытое окно в комнату, принося знакомые звуки с улицы. Гудение моторов редких машин, шелест листвы и лай соседской собаки. Я вдохнула полной грудью и поставила на пол босые ступни. Подойдя к высокому, но узкому шкафу, выудила оттуда рубашку и брюки. Надо разобрать вещи, а то каждый день гладить приходится "сложенные" комом вещи. Этим я и занялась, отчаянно борясь со сном и понимая, что если отложу глажку хотя бы до моего выхода из ванной комнаты, то мне покажется, что они итак выглядят прекрасно. Ну, или вообще забуду, что собиралась что-то делать со своими вещами. Приведя одежду в порядок, я направилась в ванную комнату. Взгляд мой сразу зацепился за девушку, смотрящую на меня из глубин зеркала. Под заспанными глазами пролегли тени, практически белые волосы были спутаны и неухоженными прядями ложились вокруг широкоскулого лица. Вообще всё моё лицо казалось мне сплошным бледным пятном, а серые глаза и бескровные сейчас губы способствовали этому еще больше. Единственное, что выделялось на нём-это чёрные как смоль брови и длинные ресницы. Я быстро отвела взгляд от зеркала. Порой если мне приходилось долго смотреть на себя, то начинало казаться, что некрасивее меня нет никого на свете и это вызывало ненависть к самой себе. С каждой секундой я находила в себе всё новые и новые изъяны. Поэтому как можно быстрее почистив зубы, вышла из ванной, не удосужившись кинуть взгляд в глубину зеркала. Быстро переодевшись в приготовленную одежду, я спустилась на кухню. Там мама уже готовила завтрак. Это была светловолосая женщина сорока лет. Она такая маленькая и худая, что порой её принимали за мою сестру. Младшую. Но это помутнение длилось ровно до того момента, пока ей не посмотрят а глаза. Измученные и усталые от прошлых мук, явно повидавшие немало плохого. Мой папа погиб в горячей точке. По крайней мере, мне так говорила мама. Она перенесла смерть родителей, бедность, затем погиб отец и едва не скончалась я ещё в самом младенчестве. Любой бы сломался. Подойдя к ней, я поцеловала ее в щеку. Этим жестом я каждый день благодарила её за свою жизнь, подаренную ею дважды. - Доброе утро, мам!-сказала я. - Доброе утро, Мишель - устало поприветствовала она меня - Садись завтракать. Жаклин не была красавицей по общепринятым стандартам, но она привлекала к себе людей, всем нравилась и внушала уважение одним лишь взглядом. Хотела бы я так же. Обычно мы с мамой не разговариваем во время еды. Наши беседы обычно происходят вечером, в полутьме, при просмотре телевизора или чтении книг. Иногда во время грозы. Я не боюсь её, но так уютно лежать в объятьях Жаклин и слушать тихий мамин голос, перекрывающий шум дождя. Мы расстаёмся на весь день, но тем радостнее встреча. Маму я не вижу по будням приходя со школы, она работает в библиотеке. Меня же нет на выходных, я устроилась официанткой. Немного, но зарабатываю. Доев, я помыла за собой тарелку, поцеловала на прощание маму и вышла из дома. Надев наушники, я включила Queen и легкой походкой, но с тяжелым сердцем пошла в кафе. На работе меня встретил недовольный взгляд управляющего. Я так и не запомнила его имя, так как для всех он был просто Гриф. И это не в переносном смысле. Придирался по каждому поводу, да и внешность соответствующая. Маленький, худой, с длинным носом. Проскользнув мимо него, я зашла на кухню. Там уже было несколько человек. Я со всеми поздоровалась и, взяв униформу, вошла в туалет. Все брали её на дом, но только не я. Поначалу попросту забывала, сейчас уже не брала осознанно. Переодевшись, я вышла в зал. Несколько человек были разбросаны за разными столиками, но у всех на лицах сияло одинаковое выражение. Усталость, сонность, обречённость. Натянув улыбку, я пошла к ближайшему столику. Мне приходилось бегать от одного клиента к другому, разносить заказы и принимать новые. Так прошло полдня. Выдалась свободная минутка и я сидела за барной стойкой, болтая со Сьюзен. Она не только готовила напитки, но и была кем-то вроде охранника. Не то чтобы эта женщина была очень мускулистой или хотя бы плотной, чтобы наводить ужас, но тем не менее могла постоять за себя и за кафе заодно. Раздался звон колокольчика. Я перевела взгляд на дверь и увидела входящую в кафе пару. Через мгновение моё лицо растянулось в улыбке. Наконец-то человек, которого мне было приятно видеть. Я встала и направилась к столику, за которым устроились новые клиенты. POV Питер. Этим прекрасным утром мама выгнала меня из дома, чтобы я немного проветрился. Еще и мою лучшую подругу Эсми подговорила со мной погулять. Которая, кстати, опаздывает. Почему все обычные люди такие медленные? Однако Эсми бьёт все рекорды. Наконец-то рыжая макушка замелькала на горизонте. Обычно когда люди опаздывают, они стараются идти быстро, чтобы успеть, но только не она. Девушка медленной вальяжной походкой направилась ко мне. - Привет, Питер. - протянула она. - Привет, Эсми. - мы пожали руки. - Сколько можно тебя ждать? Ты всегда опаздываешь! - я начал свою обычную тираду. Но ей как обычно на всё плевать. - К твоему сведению, я вообще не хотела приходить и тратить свой выходной на тебя. Но ради нашей с тобой дружбы и твоей мамы я здесь. - произнесла она. Я улыбнулся, всегда любил ее прямолинейность, особенно когда она направлена не на меня. - Чем займемся? - она с интересом посмотрела на меня своими зелеными глазами. Вообще у нее была необычная внешность. Рыжие густые волосы, большие зеленые глаза и веснушки на лице. Она была среднего роста и очень худая. Её французский акцент смешно контрастирует с внешностью, ведь она совсем не похожа на француженку. Да и имя у неё интересное-Эсмеральда. А фамилию я вообще выговорить не могу. Она сказала, что у неё мама любила книгу, в которой так звали главную героиню. Правда девушка не любит своё полное имя, предпочитает сокращения, поэтому для всех она либо Эсми, либо Ральда. - Для начала пойдем есть. - ответил я. - пока ты там прохлаждалось, у меня желудок в узел завязался. - Я не удивлена. - улыбнулась она. - Вообще-то тебе тоже не помешало бы больше есть, ходишь как скелет! Она закатила глаза. Каждый раз так делала, когда я заводил тему о её худобе. Ну правда, это уже нездорово. Конечно, в силу тяжёлого детства она ела мало, но сейчас всё по-другому. - Я тебя прошу, не начинай. Мы зашли в ближайшее кафе, сели за столик у окна и стали ждать официанта. К нам подошла милая девушка и вдруг Эсми встала и обняла ее. Я сидел и недоумевал. - Привет, Мишель! - голос подруги звучал на удивление радостно и правдиво, обычно таким он у неё был лишь при разговорах со мной. - Знакомся, это Питер. - Эсми повернулась и представила меня девушке. - А это Мишель, мы с ней в одной школе учимся. Девушка смущенно подняла на меня свои серые глаза и тихо произнесла: - Очень приятно. Я не сводил с нее взгляда. Мишель. Есть песня с этим именем, точно знаю, вертится на языке. Я перебирал все знакомые группы, стараясь отыскать нужную. Пока я это делал. Мишель уже успела подумать, что я псих. В её взгляде читалось смущение и удивление. - Что это с ним? Он всегда так? - спросила она у Эсми. Та лишь усмехнулась. - Не переживай, он просто вспоминает песню с твоим именем. - затем она перевела взгляд на меня и произнесла - Давай, ты её знаешь. И как раз в этот момент я её вспомнил! - Точно! У Битлз есть такая песня! Миииишель, ma belle.- пропел я и улыбнулся. Сама Мишель покраснела и опустила глаза. - Вы будете что-то заказывать? - тихим дрожащим голосом спросила она. Боже, кажется она одна из самых красивых девушек, которых я встречал. Идеально ровная белая кожа, чуть порозовевшая на щеках, по которым расползались тени от длинных, загнутых кверху ресниц. Губы поджаты. Понятно, значит, это ещё один признак смущения. - Да. - ответила Эсми. - Я буду вот этот салат. - она показала на него в меню, а Мишель отметила это в своем блокноте. - И чай. Мишель повернулась ко мне. М-да, у меня по-другому, на одном салате не выеду. - А я буду тройную порцию блинчиков, и полить их кленовым сиропом, салат, два пирожных и кофе. Мишель посмотрела на меня удивленными глазами и записала в блокнот мой заказ. - Спасибо за заказ. - пролепетала она и, развернувшись на каблуках, зашагала к кухне. Я поводил её долгим взглядом. Маленькая, тоже худая как спичка. - Что, понравилась? - ехидно произнесла Эсми. Не люблю когда она делает такое выражение лица, она тогда чем-то змею напоминает. Но отрицать её правоту не имеет смысл. Мне и правда понравилась Мишель. - Вообще-то, да, она милая. - сказал я. - Не такая как все. - Ты-то откуда знаешь какая она? Ты с ней знаком три минуты и к тому же смутил. Обычно она избегает людей, которые заставляют её краснеть. - усмехнулась Эсми. - Кстати, почему ты ни разу мне про неё не рассказывала? - Да так, не было возможности. Так с чего ты решил, что она другая? - По ней видно. - просто ответил я. - Итак, какие у нас на сегодня планы? - Раз уж приходится тратить на тебя этот день, то хочу чтобы было весело. А что может быть веселее чем ограбить супермаркет через два квартала отсюда? У меня на лице заиграла улыбка. Эсми всегда знала толк в веселье. Жизнь её хорошо потрепала. Так что в свои 17 она имела опыт побольше некоторых тридцатилетних. Она из неблагополучной семьи, ей приходилось выживать любыми способами. Мы так и познакомились, воровали в одном магазине. Я по болезни, Эсми по необходимости. Вскоре Мишель принесла наш заказ и пошла к другому столику. Я сразу принялся за еду так как жутко проголодался, но время от времени поднимал глаза на прекрасную официантку. В один такой момент она подошла к столику, за которым сидели какие-то мутные парни. Я сразу немного напрягся. Один из них начал что-то говорить Мишель, от чего её выражение лица начало меняться, и не в лучшую сторону. Потом другой парень потянул свою руку к её ноге. Она тут же дёрнулась, по её щекам потекли слезы и она убежала, бросив свой блокнот с заказами. Кроме меня и Эсми этого никто не заметил, настолько тихо она проявляла даже такие эмоции. Во мне словно взорвался вулкан. Как они посмели оскорбить её? Я подорвался с места и, подбежав к их столу, поднял одного за воротник. Второй тоже вскочил с места и уже должна была начаться драка, все в зале это заметили и напряглись. К нам даже уже стал направляться управляющий, но вдруг остановился. И парень, который уже поднял свой кулак, чтобы ударить меня, опустил его. В зале эхом стал разноситься чарующий голос Эсми. Я развернулся и встретился со змеинными глазами. Зрачки сузились, радужка увеличилась и приняла ярко-зелёный оттенок. Если честно, когда она так делала, мне было не по себе. - Слушайте мой голос, вы ничего не видели и не слышали. Вы сейчас вернётесь к своим делам и по щелчку забудете то, что здесь произошло. Свободный парень сел, а тот, которого я держал, убрал мои руки и последовал примеру приятеля, управляющий тоже вернулся на место и все приступили к еде. Эсми щелкнула пальцами и зал наполнился тихим гомоном. Парни подняли на нас свои головы. - Вы что-то хотели? - спросил один из них. - Нет ничего, извините. - мило улыбнулась ему моя подруга. Затем она под руку отвела меня к нашему столу и сказала: - Ты спятил?! Веселье еще не началось, а ты уже решил всё испортить! А если бы тебя сейчас загребли? Ты итак на учёте. Посадят ещё. - Прости, просто я не могу спокойно реагировать на такое! - С каких пор?! - воскликнула Эсми. - С тех пор, как ты познакомила меня с Мишель. - улыбнулся я с тем дурацким выражением лица, которое возникало всегда, когда мне всё сходило с рук. И это сработало. Эсми выдохнула, улыбнулась и произнесла: - Тогда иди и найди её. Она мне дорога и я не желаю видеть её расстройство. Мне ничего не оставалось кроме как последовать её совету. Во-первых, мне самому хотелось успокоить новую знакомою, а во-вторых, Эсми вытолкала бы меня пинками из кафе. Зачем ей это? Сама могла пойти и найти её. С этими мыслями я выходил из здания и осматривался вокруг. Она не могла далеко уйти. Я нашёл её за кафе сидящей на лавочке и старательно пытавшейся остановить всё льющиеся слёзы. Тут я осознал, что понятия не имею, как успокаивать девушек. Что ж, буду действовать как обычно. Импровизировать. Я сел рядом и приобнял трясущиеся плечи. От такого жеста она слегка напряглась, но не оттолкнула меня. Её всхлипы не прерывались, но стали менее громкими, а жесты вытирающих раскрасневшиеся щёки рук резче. Она явно не хотела, чтобы кто-то видел её слабость. - Эй, - начал я подбирая слова. - ну ты чего? Расстроилась из-за каких-то придурков. Их слова не повод, чтобы ревела такая девушка. - Всхлипы на мгновение стали тише, но потом раздался сухой, надломленный голос: - Не надо мне льстить лишь для того, чтобы я перестала реветь. Уходи. Я непонимающе уставился на неё, вернее на пучок из почти что белых волос на затылке. Что она имеет ввиду под словом "льстить"? - Я успокоюсь сама, а ты иди. Не знаю, как я это понял, но она хотела утешения, хотя и всеми силами отрицала это. Сев напротив неё на корточки, я отнял её маленькие ладошки от лица и вытер большими пальцами продолжающие течь прозрачные капли. Глаза стали почти белыми, отчего ещё сильнее выделялись на покрасневшем лице. Не отдавая себе отсчёта, я на мгновение залюбовался, но понял, что это будет выглядет странно. - Ну-ка хватит реветь! Слышишь меня? Знаешь, что ты сейчас сделаешь? - она вопросительно посмотрела на меня. - Ты сейчас пойдешь в зал и сделаешь вид, что ничего не произошло, будешь работать как раньше. Поверь, те парни больше тебя не тронут, а чтобы ты не боялась, я посижу в кафе пока они не уйдут, идёт? Она улыбнулась и кивнула, однако на мгновение в прекрасных глазах промелькнула борьба, затем вытерла ладошками оставшиеся на глазах слезы, встала, и мы вместе с ней пошли в зал. Придя туда, я сел за свой столик, где меня ждала Эсми, а Мишель пошла работать. Как я и сказал, гости её больше не трогали. Я уговорил Эсми посидеть здесь пока они не уйдут, на что она любезно согласилась, предварительно улыбнувшись той улыбкой, которая не предвещала ничего хорошего для моего ближайшего будущего в частности. Когда те парни ушли, мы тоже стали собираться. Расплачиваясь за еду, я впервые оставил чаевые, на что Эсми усмехнулась. Уходя, я обернулся и помахал Мишель на прощание, она смущенно ответила мне тем же, сопровождая тихое покачивание узкой ладони лёгкой улыбкой. Грабить магазин у нас уже не было настроения, поэтому мы с Эсми просто погуляли по улицам болтая о всякой ерунде. Затем я проводил ее до дома и помог забраться в окно. Так она всегда входит и выходит из дома, чтобы не попадаться под горячую руку пьяных родителей. Она ненавидит, когда её жалеют, но это неосознанно делают все, кто знает о её судьбе. Потом я сам помчался к себе. Зайдя в дом, обнял маму. Она была рада, что я проветрился и со мной не заявились копы. Однако и удивлена моим настроением, ведь на этот раз я не отделался сухим "привет", как делал каждый день по возвращении домой. Потом я пошёл к сестре. Это маленькое чудо было похоже на меня. Интересно, у неё тоже будут способности? Девчонка как-то не по-детски посмотрела на меня оценивающим взглядом. Порой мне казалось, что она в этой жизни смыслит побольше моего. И её слова, сказанные вместо приветствия, лишь усилили это впечатление. - Ты прямо светишься. Я усмехнулся и присел рядом с ней на ковёр перед телевизором. Она водила пальцем по строчкам книги и выговаривала прочитанные слова. Порой я поправлял её, за что получал гневный взгляд, точь-в-точь как у мамы. Мне нравилось сидеть с ней, она хотя бы не доставала всякими расспросами. Пока что. Через пару часов я пошёл к себе. Зная, что заснуть не получится, я взял один из тех учебников, которые мама принесла для подготовки в университет. Она всё ещё надеется пристроить меня в хорошее заведение. Для меня это не проблема, экзамены я сдал на отлично. Дело в том, что я этого не хочу. Клептомания играет мне на руку, в доме есть еда. Поначалу мама отказывалась принимать её, но потом смирилась. Я пролистал несколкьо страниц, но не запомнил ни слова, поэтому лишь тяжело вздохнул и улёгся на кровать. Всю ночь я как идиот пялился в потолок и думал о Мишель. Никогда не верил в любовь с первого взгляда, однако пришлось. Иначе как объяснить все эти мысли? Где-то к часу ночи сон всё же взял надо мной власть. Утром я проснулся с мыслью о том, что нужно обязательно увидеться с девушкой. Это было так же очевидно, как то, что нужно дышать чтобы жить. Вспомнив, что она учится в одной с Эсми школе, я решил встреться с ней там. Весь день прошёл как на иголках. Я метался по всему дому, размышляя, о чём с ней можно поговорить. Мама смотрела на меня настороженно, но ничего не спрашивала. Так как я не знал, когда у них заканчиваются занятия, я пришел намного раньше. Не думал, что это возможно, но время тянулось раза в два медленне, чем обычно. Когда в мою голову уже начали заползать мысли о том, чтобы сгонять в ближайший супермаркет, меня окликнул знакомый, но не желанный голос. - Неужели я сплю? Ты меня со школы встречаешь! Наконец-то разглядел во мне девушку, а не соучастницу преступлений - ехидно начала Эсми, прекрасно понимая, что я здесь не ради неё. - Привет. - я потрепал её по волосам. - Вот что ты хочешь от меня услышать? Я никогда не сознаюсь в своих преступлениях. - Да ничего, здесь и слова не нужны. - ответила она все с той же улыбкой, поигрывая бровями. Тут я заметил уже знакомую белоснежную макушку среди толпы учеников. Интересно, она красит или это от природы? - Все, отстань. - сказал я Эсми. Подруга всё поняла, похлопала меня по плечу, попутно пожелав удачи, и ушла по своим делам. А я глубоко вздохнул, засунул руки в карманы, натянул улыбку и двинулся на встречу вчерашней знакомой. POV Мишель Сегодня я проснулась в приподнятом настроении, несмотря на вчерашнее происшествие. В доме слышались звуки радио. Странно, мама редко его включала без повода. Из динамиков доносились чарующие звуки смутно знакомой мелодии. Я не могла понять, где её слышала, пока не различила первые слова. Это же та песня, что вчера напевал Питер! Интересно, сколько ещё недель подряд мне всё будет напоминать о нём. Даже этот серый комок шерсти на моих коленях был похож на него. Серым цветом и этим нахальным выражением морды. Уж не знаю, есть ли у котов эмоции, но у этого точно есть. Нельзя думать о парне своей подруги, но я не могла ничего с этим поделать. А он конечно же приходится ей парнем. Кем же ещё? Сделав все утренние процедуры, я спустилась вниз. Мама кружила по кухне и подпевала звучащим из динамиков словам. - В честь чего у тебя такое хорошее настроение? - улыбнулась я, целуя Жаклин в щёку. - Да так. Если день будет прекрасным, я это чувствую. И сегодня нас ждёт что-то особенное, уверяю тебя. И она рассмеялась, так искренне и чисто, как пятилетний ребёнок, которому впервые дали подержать котёнка. Заразившись её настроением, я улыбнулась и села за стол. На тарелке дымились блинчики, расточая чарующий аромат, к котормоу примешивался какой-то новый. Я сморщила нос, пытаясь вдохнуть поглубже и понять, где я раньше его могла чувствовать. - Мам - произнесла я, решив нарушить традицию молчания за столом - а чем это от тебя пахнет? Внезапно улыбка Жаклин из восторженной стала чуть смущённой, она опустила голову ниже над своей тарелкой, однако всё равно было видно покрасневшие щёки и бегающий взгляд. - Миссис Адамс - протянула я, ехидно улыбаясь и прищуривая глаза - кто он? Мама подняла горящие огнём глаза и широко улыбнулась, сразу как будто помолодев лет на 10. - Его зовут Джек и он ходит в нашу библиотеку. Голос её звучал так смущённо и в то же время радостно, словно вот-вот был готов сорваться на звонкий смех, что казалось, будто это она, а не я, пятнадцатилетняя девушка, рассказывающая маме о понраввившемся мальчике. Я поднялась со стула и обняла её. - Даю добро. Она вновь рассмеялась и обняла меня в ответ. День был прекрасен с самого начала и продолжал таковым быть. Солнце ярко светило на небе, дул лёгкий ветерок, уроки прошли без происшествий. Однако я совсем забыла о мамином предупреждении по поводу чего-то особенного и расслабилась. И оно явилось мне в виде седовласой улыбающейся фигуры идущей мне навстречу. - Привет! - громко сказал Питер, подойдя ближе ко мне. Если честно, я была удивлена его обращением, так как считала, что он пришёл к Эсми. Оглянувшись кругом, в противовес его громкому голосу ответила еле слышно: - Здравствуй. Смущение брало своё. Не могла я вести себя свободно с парнями, как и мама. Она рассказывала, что отцу приходилось без перерыва говорить пять минут прежде чем ему удавалось выудить из неё хоть одно слово. Парень улыбнулся, а мои щёки загорелись красным от смущения. - Я... - Питер завёл руку назад и почесал затылок, взъерошив свои серебряные волосы. - Ты можешь мне не верить, - отвечал он - но я здесь для того, чтобы встретить тебя. Мои глаза широко распахнулись. Зачем ему Встречать меня? - Но зачем?!-спросила я. - Просто вчера ты плакала, хотел сегодня узнать как твои дела. - он мило улыбнулся. Выражение лица у него было такое, словно он рад тому, что нашёл ответ на мой вопрос. А я снова смущенно опустила глаза и задала вопрос: -А что на это говорит Эсми? Питер немного удивлённо посмотрел на меня. - А причём здесь Эсми? - ответил вопросом на вопрос он. - Если честно, то мне глубоко наплевать, что она скажет. Я немного опешила. - Но ведь она твоя девушка! Ей должно быть неприятно, что ты встречаешь другую. Глаза Питера широко распахнулись и он начал громко смеяться. Я стояла в немом шоке и не понимала, что вызвало у него смех. На нас многие оборачивались, в частности одна из моих одноклассниц показала большой палец за спиной Питера. Она имела привычку подыскивать каждому встречному и поперечному пару и была счастлива, что и я теперь "пристроена". Придётся долго с ней объясняться, чтобы переубедить, это будет крайне сложно. Когда Питер прекратил смеяться, он ответил: - Кто тебе сказал такую ерунду? Эсми моя девушка? Она мне как сестра, просто лучшая подруга! Поэтому ей всё равно, кого я встречаю из школы. Я немного успокоилась. Не хотелось уводить чьего-то парня. Хотя, навряд ли мне бы это удалось с такой-то внешностью и стеснительностью. - Ну что ж, давай сюда сумку. - сказал Питер и протянул мне свою большую ладонь, в которую я по всей видимости должна была вложить сумку с учебниками. Я смотрела на него непонимающе. Зачем он это делает, ведь сумка в принципе не тяжёлая. Понимая этот мой немой вопрос, Питер ответил: - Обычно так делают парни, когда хотят проводить девушку до дома, берут её сумку.- и он вновь улыбнулся. Я сняла сумку с плеча и вручила ему, на мгновение залюбовавшись белозубой улыбкой, но потом резко отвела взгляд, не привыкла я смотерть людям в лицо, кроме разве что мамы. Зачем ему это нужно, провожать меня? У меня не было слов, чтобы передать то, что я чувствовала в этот момент. Это была какая-то смесь эмоций: немного радости, смущение и даже страх. Однако выделялось непонимание. Не могла я постигнуть смысла во всём в этом. Для моих ровесниц это было обычное дело, но не для меня. Отношения-что-то такое особенное и необыкновенное для всех женщин нашей семьи. Почти все они любили одного мужчину на протяжение всей своей жизни и порой это доставляло массу неудобств. Хотя бы мама. Я видела, что она была счастлива, рассказывая мне о Джеке сегодня утром, но в то же время её что-то точило изнутри, это было видно. Тут я заметила, что Питер что-то мне говорит уже несколько секунд. - Что ты сказал? Прости, я задумалась. - Я просил показать дорого до твоего дома. Я встрепенулась и начала подсказывать ему куда идти. В течение всего нашего пути он расспрашивал меня о самых разных вещах и рассказывал что-то о себе. Его голос был очень громким и звонким, мой же тихим и сухим. Мне бы хотелось отвечать нормально, но свободно я могла общаться только с мамой и, пожалуй, немного с Ральдой. Когда я спросила, как он с ней познакомился, Питер сказал, что это была довольно смешная история, но потом осёкся и поправил самого себя. На самом деле они просто покупали еду в одном магазине. При этом он как-то странно выделил слова "покупали", но я особо не придала этому значения. Когда на горизонте замаячил мой дом, я подумала о том, что лучше бы там не было мамы. Обычно в это время она ещё на работе, но зная моё везение всё могло случиться. Пока я об этом думала, мы подошли к моему дому. Я остановилась и повернулась к Питеру. - Ну, вот мы и пришли. - проговорила я. Питер как-то внезапно погрустнел. Он протянул мне мою сумку и сказал: - Жаль, впервые не хочу, чтобы время шло быстрее. Я на эти слова лишь усмехнулась. - Спасибо тебе, что проводил. Было здорово. - Не за что. - он протянул мне свою ладонь. Я пожала её на прощание. Она у него была большая и теплая. Моя рука в ней просто утонула. - Пока. - тихо сказала я. - До завтра. - ответил Питер и отпустил мою руку. Затем развернулся и зашагал прочь. Мне так хотелось его остановить и провести с ним еще какое-то время, но не могла этого сделать. Мою душу грело обещание завтрашней встречи, перебиваемое переживанием, которое лишь усилилось, стоило мне взглянуть в окна дома. Там, окружённая ореолом света, стояла моя мать. Вот черт! Худшее, что могло случиться - случилось. - Привет, мам! Я дома. - сказала я, когда зашла в дом, все еще надеясь, что она не будет задавать вопросов. Но мама не была бы мамой если бы промолчала. - Мишель, а кто это был? - спросила она, улыбаясь и все ещё глядя в окно. Что ж, буду отвечать на её вопросы кратко, чтобы они поскорее закончились. - Это мой знакомый, его зовут Питер. - просто ответила я. - И давно ты с ним знакома? - последовал второй вопрос. - Со вчерашнего дня. - И только? А он уже провожает тебя до дома, это очень интересно. - каким-то странным тоном произнесла она. - И кто он вообще такой? Раздражение постепенно начало овладевать мной. Я, конечно, люблю маму, но иногда она может бесить меня своими расспросами. Жаклин всегда переживает, потому что у меня нет друзей. И если она увидит меня с кем-то, то всё, целый вечер у нас будет посвящён допросам с пристрастием. - Мам, я познакомилась с ним только вчера и еще ничего о нем не знаю. - сказала я. - Тебе надо было пригласить его на чай, а не отпускать просто так. Кстати, у него такие необычные волосы, седые. Это так странно. - она призадумалась, но быстро пришла в себя. - Впрочем, не важно, в следующий раз не допускай таких очевидных ошибок. - Не волнуйся, врядли будет следующий раз. - сказала я - кстати - наступил мой черёд задавать вопросы - а как прошёл твой день? Мама посмотрела на меня сверкающими глазами и улыбнулась так, что мне сразу стало понятно, что хотя бы у одной женщины в нашей семье всё прекрасно. На следующее утро сделав все свои ежедневные процедуры, я спустилась на кухню. Ещё на лестнице до меня долетел запах маминых блинчиков, которые она готовила по особым поводам. После вчерашнего я даже боялась предположить, что случится сегодня. - Доброе утро, мам! - крикнула я на последней ступеньке. - Доброе утро, милая. - ответила мама очень уж радостным голосом. Я вошла на кухню и не могла поверить своим глазам. За нашим столом сидел Питер. Этого просто не может быть! Я не верю! - Привет! - он улыбнулся. - Я хотел подождать тебя, но меня засекла твоя мама. Она пригласила меня на завтрак. Прости, что так неожиданно. - впервые Питер сам смутился. Я же всё еще стояла в немом шоке. - Милая, отомри. Ты меня так пугаешь. - сказала мама. - Извини - произнесла я и села за стол напротив Питера. Для меня это был самый необычный завтрак в жизни, но я старалась вести себя так же, как и всегда, но вот мама сегодня была как никогда разговорчивой. Они с Питером мило беседовали на разные темы и смеялись. Давно я её такой не видела. Питер же справлялся с маминой атакой гораздо лучше меня. Но один вопрос все же заставил его напрячься, хотя он все равно выкрутился. Мама спросила про возраст. - Питер, милый, а сколько вам лет? То, что она называла его милым, уже о многом говорило. Он ей явно нравился. На долю секунды лицо Питера лишилось улыбки. Он нервным взглядом скользнул по мне, но все же нашёл, что ответить, хоть и без конкретики. - Не важно, что написано в документах, главное сколько тебе в душе. А в душе я, возможно, даже младше вашей дочери. Это прекрасно видно по крашеным волосам. Мама засмеялась, а Питер облегченно выдохнул. Все это не укрылось от моих глаз. Теперь я хочу выяснить его возраст, причем не душевный. Питер проводил меня в школу, на последок тепло попрощавшись с моей мамой. Мы вновь болтали о всякой ерунде. Вернее, он болтал. Я задала лишь один вопрос, всё тот же, про его возраст и опять же получила лишь туманные объяснения. Под конец нашей прогулки я заметила за ним странную привычку прикасаться к моим волосам. Порой он зацеплял одну прядь и проводил по ней до самого конца, иногда ерошил макушку, но потом вновь расчёсывал пальцами. Так прошло две недели, на протяжении которых я была абсолютно счастлива. Питер встречал и провожал меня, познакомил со своей семьёй, часто вытаскивал на прогулки. Каждый раз при виде него у меня переворачивался желудок и задерживалось дыхание. Но счастье имеет свойство кончаться. И моё не исключение. В один "прекрасный" день в кафе произошёл случай, который в корне изменил дальнейшее моё существование.