Всему свое время

«Ещё один раз, моя Леди. Ещё один раз. Я вкладываю в него все свои надежды и силы».

Кот Нуар смотрит на неё слишком пристально, выжидающе. В его глазах плещется лодка надежды, веры в чудо, но было там что-то ещё. Такое бушующее, крушащее все на своём пути нетерпение. — Моя Леди, — под таким напористым взглядом девушка не знала куда себя деть. Леди Баг неуверенно глянула на напарника, внутри колебаясь с выбором: либо оставить его и уйти, так как работа выполнена, либо немного задержаться, чтобы выслушать. Все-таки она с тяжёлым сердцем осталась стоять на месте, стараясь не смотреть на прямую ему в глаза. — Я хочу сказать, что очень люблю тебя, — с нежной, открытой улыбкой произнёс Кот, вставая перед ней на одно колено и протягивая руку, облаченную в чёрный латекс. — ты пойдёшь со мной на свидание? Девушка прикусила губу и виновато глянула на Нуара, чувствуя сильное жжение в груди. Стоило Коту посмотреть в её глаза, как они стали тянуть его на морское дно. Он все понял: её выражение лица говорило само за себя. — Кот, я не могу, прости меня. Мне нужно идти, наша работа закончена, а меня ещё ждут дела, — он её уже не слушал, его взгляд приклеился к полу. Герой опустил руку, сжав её в кулак, после чего он кое-как встал на ноги, почти их не чувствуя. В глазах калейдоскопом закрутились разные воспоминания с ее бесконечными отказами. И если тогда он считал её своей леди, то сейчас он думает, что она его самый ужасный ночной кошмар, от которого сердце раздирает в клочья. — Я все понял, — как можно безразличнее бросил Нуар, пробуя слова лжи и горечи на вкус. Девушка доверчиво помотала головой и кивнула, после чего помахав на прощанье, исчезла за крышами домов. «Наша последняя встреча». Нуар запрыгивает через окно к себе в комнату, медленно плетется к кровати, ничком падает на неё и последний писк забирает с собой трансформацию. Только чёрный кот появляется перед парнем, как сразу же исчезает, стоит ему резко снять кольцо и отбросить его в сторону. — Прости меня, Плагг, — Адриан переворачивается на спину и смотрит в потолок, горячие слезы текут по его лицу. Говорят, что мужчины не плачут? Это выдуманный миф. Ещё как плачут, только там, где никому не слышно и не видно. «Прости меня, я не могу»  — ему казалось, что эти слова доносятся ему со всех сторон. Кто-то шепчет их на ухо, кричит с далека, проговаривает в сердце, и тут её образ, от которого внутри начинается самый настоящий пожар. Не тот тёплый огонек, но уничтожающее все на своём пути пламя боли и отчаяния. — Делай что хочешь! — не узнавая своего голоса, говорил Агрест. — К тебе я больше не вернусь! Чтоб тебя с твоими отказами! Он с горячностью уронил кулак на кровать. «У тебя будет другой напарник, который будет лучше меня и никогда не будет надоедать тебе своими чувствами, Леди Баг!

***

— Тикки, скажи мне, я поступила неправильно? — девушка закрыла лицо ладонями, тихо простонав. — Маринетт, ложь доставила бы ему ещё больше боли. Ты не можешь заставить себя полюбить, — с чувством поддержки отозвалась квами, опускаясь рядом с хозяйкой, на подушку. — И то верно, — это её немного успокоило, но глубоко внутри все равно осталось какое-то переживание. Ещё это противное предчувствие: уж больно червячок на душе сильно копошился. — Тебя что-то беспокоит? — Я не могу понять, Тикки, — Маринетт металась на кровати. — У меня плохое предчувствие. И мне очень страшно. Что мне делать? — Успокойся, Маринетт! Плохой настрой ещё никому не помогал, — квами умудрилась натянуть плед на свою хозяйку. — Лучше поспи. Утро вечера мудренее. — Ты права, Тикки, — девушка подтянулась выше и натянула плед до самого носа, после чего повернулась на бок. Она невесомо коснулась ладонью доски, на которой были прикреплены гвоздиками фотографии Адриана Агреста. В груди больно кольнуло. «Прости меня, Кот». Маленькая капля скатилась по девичьей щеке. «Прости».

***

— Доброе утро, мам! — спускаясь по лестнице, бодро кинула Маринетт. — Можно мне шоколадных печенюх? Хочу в коллеж взять, да Алью угостить. — Конечно, милая, можешь взять для всех, — с любящей улыбкой ответила мисс Дюпэн-Чэн. — Может ещё круассанов? Только с духовки, свежие! Ты недавно носила их по вечерам в комнату. — между тем заметила Сабин, для Маринетт это было ударом ниже пояса. Девушка замедлила шаг и остановилась на последней ступеньке.  — Какие вкусные круассаны, принцесса! — воскликнул Нуар, потянувшись за добавкой. — Ещё бы, Котик! Это булочные изделия лучшей пекарни в Париже. — с гордостью произнесла Дюпэн-Чэн, вскакивая на ноги на самой кровати. Нуар довольно улыбался. — Интересно. Леди Баг тоже пробовала эти круассаны? — мечтательно проговорил Кот, смотря на полную тарелку вкусностей. — Может быть, — как-то уверенно прозвучало из уст девушки. Она села на кровати. — Очень самоуверенно с твоей стороны, принцесса, — хитро прищурился герой Парижа. — Я же не говорила абсолютное «да», — тут же оправдывалась она. — просто да, она пробывала, точнее нет, то есть возможно… Девушка уже хотела прикусить себе язык, заметив любопытный взгляд кошачьих глаз. — Маринетт, может быть, ты и Леди Баг, — он сделал задумчивый вид. — знаете друг друга? — Кот резко посмотрел на неё и улыбнулся. — Ешь круассаны! Они остынут! Я пока вот это отнесу, и это. Мама будет потом искать эти тарелки! — с этими словами девушка выскользнула из комнаты. Сердце пропустило болезненный удар. Второй, третий. — Милая, тебе конвертик лежит, — удивлённо произнесла мисс Дюпэн-Чэн. — К-какой ещё конвертик? — настороженно поинтересовалась она. — Держи, — быстро подоспела Сабин, вручив послание в руки дочери, после чего женщина убежала на кухню. «И подписи нет…» Руки тряслись, почему неизвестно, а червячок закопошился ещё больше. Вся бодрость и хорошее настроение иссякли сразу же. Она открыла конверт, достала сложенную пополам бумажку, вместе с ней на пол упало серебряное кольцо. До боли знакомое. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. Сердце ухает вниз. Бумажка раскрывается. «Принцесса, я попрошу тебя об одной услуге. Я знаю, что ты знакома с Леди Баг. Мне нужно отдать ей одну важную вещь. Это кольцо. Я хочу, чтобы моя Леди выбрала себе достойного напарника. Отдай ей мой талисман, принцесса. Это все о чем я прошу. И спасибо тебе за теплоту и принятие. Те круассаны были очень вкусными. Твой Котик.»

***

— Самый настоящий балбес! — девушка с чувством пинает воображаемый камень, зло хмурится, меряя шаги около двери. Цитирует слова кота и бурчит себе что-то под нос. "Достойного напарника. Ха-ха-ха". Тут дверь неожиданно распахивается. Перед ней показывается пожилой мужчина невысокого роста. Сначала он смотрит ей в душу, отчего у девушки мурашки по телу бегут, после чего гостеприимно улыбается и пропускает её внутрь. — Проходи, Леди Баг, — спокойно отзывается он, держа в руках китайскую чашку без ручек с чаем. Хранитель садится на колени, в позу цзи*. — Рассказывай. Девушка чувствовала себя неуютно, сидя на коленях, но выбора особого не было. Она сжала ткань на своих бриджах. — Кот Нуар оставил свой талисман, — Маринетт положила кольцо на стол и опустила голову. — Он сказал найти себе нового напарника. Что мне делать, Мастер Фу? Хранитель неопределенно пожал плечами и переглянулся с Тикки. — Тот мальчик подходил лучше всего на роль Кота Нуара, но ничего не поделаешь. Леди баг, — он посмотрел на неё. — ты должна найти нового хранителя. Маринетт застыла, осознавая смысл произнесенных им слов. «Без прежнего Кота Нуара?» Девушка со стеклянными глазами молча вышла на улицу. — Как я буду без него? Что мне теперь делать? Никто не подойдёт на эту роль, — Дюпэн-Чэн была в полной растерянности. — Маринетт, — начала Тикки, устроившись у неё на плече. Квами все равно никто не видит, кроме чудесных, а потенциальный Кот Нуар отдал свое кольцо, потому Тикки без страха разговаривала со своей подопечной. Единственное, чего можно было бояться — это то, как воспримут прохожие девушку, разговаривающую сама с собой. Впрочем, на этой улице не было многолюдно, да и Маринетт это заботило сейчас меньше всего. — Тебе стоит оглянуться и присмотреться к своим близким и друзьям, вдруг там все-таки найдётся подходящая кандидатура? — уклончиво говорила квами. — К кому, Тикки? К Алье? К Нино? А может к Адриану?! К кому мне присмотреться? — вспылила она, чуть ли не хватаясь за голову. Тикки смотрела на неё долго, отчего-то её глаза подозрительно сверкали. — Неужели к Алье? Да, она моя лучшая подруга, но я бы не хотела отдавать ей талисман. Она слишком… Слишком любопытная… И её всегда тянет ко всему опасному, — рассуждала Дюпэн-Чэн, тяжело вздыхая. — Нино? Не знаю почему, но я точно уверена, что нет. А Адриан? Адриан… Я даже не знаю как он к этому отнесётся… — Не узнаешь, пока сама не проверишь, — с улыбкой ответила Тикки. — Маринетт, доверься сердцу и действуй! — Сердцу? — девушка прикрыла глаза и стала прислушиваться. — Моё сердце… Моё сердце ничего мне не говорит, Тикки! Ах… Я попробую, не думаю, что из этого выйдет что-то хорошее. В любом случае, либо город будет справляться без Кота Нуара, либо к вечеру у меня появится новый напарник. И от этого легче почему-то не становилось.

***

— Дождь, — безразлично произносит Агрест, после чего оглядывает свою комнату, которая прямо сейчас была полностью в тёмных оттенках. Во-первых, потому что на улице мрачно и небо заволокло тучами, во-вторых, выключен свет. Адриан вымученно вздохнул, после чего стал прислушиваться к мерному постукиванию дождя по окну. Тут он услышал что-то ещё и обернулся, после чего обомлел от неожиданности. В его окно стучалась сама Леди Баг. Она, словно снизошедший с комиксов Человек Паук, свисала на своём йо-йо вверх тормашками. Героиня виновато улыбалась. Парень, отойдя от увиденного, наконец-то открыл окно, пусть и с большим нежеланием. В груди разошлось предательское тепло от одной мысли о том, что она пришла именно к нему, да и ещё в такую погоду. Адриан тут же взял себя в руки и, собрав все свои силы, посмотрел ей в глаза. — Привет, Адриан, — неуверенно начала она. — Я тут по делу, очень важному. — Привет, — буквально выплюнул он, стараясь вложить в слово все свое безразличие. — И что привело героиню Парижа в мой дом? — Вообщем, — она глубоко вздохнула и посмотрела на него в ответ уже уверенно. — Это тебе, — она разжала ладонь и протянула руку. Какая ирония судьбы. Леди Баг держала кольцо Нуара, предлагая ему снова стать её напарником. — Адриан Агрест, ты избран быть моим напарником, — Адриан смотрел удивлённо, хотя внутри и проскочила нотка горечи. Он глядел на знакомую протянутую ему руку. И думал: «а может?», «а стоит?», «а вдруг?» Сердце выворачивало наизнанку. Хотелось плюнуть ей в лицо, как это когда-то сделала она и сказать: — Я не могу, прости. Но ее глаза смотрели так доверчиво, с такой надеждой, верой. Они были такими синими-синими, такими родными и близкими, невыносимо болезненными, но от этого ещё любимей и желанней. Он не мог себе представить, как эта вера разобьётся на тысячу осколков, как потухнет этот искренний блеск морских глубин. И как это все с нею сделает именно он. Адриан смотрел на неё с таким отчаянием, потому что опять был готов довериться и наступить на те же грабли. А вдруг, вдруг его время наконец-то пришло? И это сама судьба послала ему подарок в виде этой девушки? А вдруг? Адриан ругался на себя, когда взял кольцо, Адриан ломал себя, когда увидел её до боли счастливые глаза, но ему было так необычайно легко уже потом, когда он одел на себя талисман. Сердце подсказывало, что все, что сейчас происходило — было правильно. И знаете, каким бы дураком он не был, он поверил в ещё один шанс, он позволил приютится вере в своей разворованной сокровищнице. Адриан позволил ещё один раз, еще один последний раз войти в свою жизнь этой девушке, которая до коликов делает его счастливым, и в то же время самым несчастным. — Привет, Плагг, — Агрест смотрит на квами виновато. Чёрный котенок хмурится, но с пониманием относится к своему недо-хозяйну. — Ты задолжал мне с десяток коробок камамбера, а за швыряние ещё один десяток, противный мальчишка, — последние слова он пробурчала себе под нос. Леди Баг смотрит на всю эту картину недоуменно. Героиня еле держится на ногах, шагает, шатаясь, голова кружится, как на карусели. Адриан, видя, как заплетается одна и вторая нога у девушки, моментально реагирует и ловит её в свои объятья. — Ты в порядке?! — с волнением произносит он. Маринетт же подмечает, насколько ей тепло в его руках. — В пол… — девушка чихает первый раз, второй, третий. Адриан впивается в неё своими изумрудными глазами с волнением, после чего аккуратно помогает ей перебраться до кровати, там и усаживая её. Он накидывает на её плечи плед, Дюпэн-Чэн в свою очередь посильнее укутывается в него. — Апхчи, — с этим чихом происходит решающий писк серег. Розовая вспышка озаряет комнату и изнеможенная квами опускается на кровать, рядом с хозяйкой. Маринетт смотрит куда угодно, только не на Агреста. Сейчас для неё это страшнее всего. Слышит хихиканье и непроизвольно поднимает свои глаза, чтобы увидеть лицо возлюбленного. — Знаешь, Маринетт, — он нежно улыбнулся. — я отчего-то совсем не удивлен. Девушка повторно чихнула, щеки же её покрылись румянцем. — Действительно, я сделала тебе больно, — сквозь плотно сжатые губы бормочет она, чувствуя сильное покалывание в носу. — чего тут удивительного. Обычная девушка с набором больших недостатков, которая не думает о чувствах других. Маринетт срывается, плачет, кусает солёные губы, опускает взгляд, сильнее кутается в плед, словно это её единственное спасение. — Всему свое время, принцесса, — он улыбается, откидывает плед с её лица, который она так старательно натягивала на себя. — и моё наконец-то пришло. Прости меня, что был так нетерпелив, моя Леди. Ты самая прекрасная девушка, которую я знаю. И я готов любить твои недостатки. Он целует её аккуратно, нежно, по-настоящему, а после лишь мягко притягивает к себе, согревая своим теплом. — И теперь, моя милая, ты задолжала мне очень много свиданий. Одно из них мы можем начать прямо сейчас. — улыбается по кошачьи, а она тихо хихикает ему грудь. Вот, что значит дождаться лакомого кусочка. В этом мире всему нужно свое время.