Steady as the stars

      Это было не совсем осознанное решение. По крайней мере, всё начиналось не так.       Стайлз всегда носил слишком много слоев одежды: майку, футболку, фланелевую рубашку, джинсы и шапку-бини, если она сходила ему с рук. Это не было намеренно, просто так он чувствовал себя комфортно.       Но после того, как пальцы Скотта коснулись новенькой девушки, когда он передавал ей ручку; после того, как Эрика споткнулась на своих высоченных каблуках, упав прямо в сильные руки Бойда, Стайлз решил, что не хочет знать, каково это. Его рукава стали длиннее, воротники — выше, и, боже упаси, чтобы он надел что-нибудь, кроме джинсов или спортивных штанов.       Его родители были соулмейтами, и когда мама умерла, она едва не забрала отца с собой. Глубина связи, которую многие люди считали романтичной, была, честно говоря, ужасающей. И Стайлз, может, и не помешан на контроле, но его преследовали воспоминания о том, как его отец целыми днями безучастно смотрел на стену.       Кроме того, всё его время занимали чертовы оборотни. На самом деле, у него не было бы времени на вторую половинку, даже если бы они были связаны. И так как образование связи требовало контакта «кожа к коже», Стайлз решил, что он в безопасности.       Не то чтобы это было осознанное решение…

***

      — Привет, сынок.       Стайлз резко дернулся — чуть не заснул за кружкой кофе. Его отец наблюдал за ним почти с таким же беспокойством, как и до того, как узнал о сверхъестественных событиях в Бикон Хиллз.       — Здоров, старик. — Он глотнул кофе, размышляя, сойдет ли ему с рук эта нелепая оговорка.       Но, конечно же, его отец был выбран Шерифом не за красивые глазки.       — Стайлз, я беспокоюсь за тебя. В последнее время было тихо, никаких вторжений единорогов или непредвиденных появлений драконов…       — Единорогов не существует, — заметил Стайлз. Хотя бы в этом он был уверен. Наверху лежала папка, заваленная заметками с его ночных исследовательских загулов.       Отец медленно моргнул.       — Единорогов не существует. А драконы, значит, существуют? Мне придется установить разбрызгиватели вокруг дома?       — Зачем дракону нападать на наш дом? — спросил Стайлз.       — Незачем. Ты бы попытался спрятать его в своей спальне.       Стайлз открыл было рот, чтобы возразить, но отец знал его слишком хорошо. Если бы у него была возможность, он бы точно спрятал дракона в своей комнате. Так же, как скрывал в ней ворчливого оборотня, подозреваемого в убийстве. Что он мог сказать? Та часть его мозга, отвечающая за принятие решений, была явно недостаточно развита. Или, может быть, у него её никогда и не было, если уж на то пошло.       Непрерывное пиканье означало, что отцу пора уходить на работу. Стайлз чуть не свалился со стула от облегчения.       Но, конечно, у него не получилось так легко отделаться.       — Не думай, что я не заметил, как ты сменил тему, сынок. — Шериф закончил надевать рабочую обувь и отключил напоминание в телефоне. — Мы поговорим об этом завтра. Постарайся немного поспать, хорошо?       — Будет сделано, шеф, — сказал Стайлз, направив на отца сложенные «пистолетиком» пальцы и подмигнув.       Он сохранял ухмылку до тех пор, пока не захлопнулась входная дверь, а затем резко склонился над кофейной кружкой. Как же он, черт возьми, устал.       День прошел в тумане исследований, размытых заметок и километрах ниток, потому что Стайлз решил построить что-то вроде филогенетического дерева. Он подробно описал все характеристики, которые мог определить о каждом виде сверхъестественных существ.       Когда он остановился, чтобы перевести дух, за окном сгущались сумерки, а сам он еле стоял на ногах. Может, если он немного вздремнет, ему станет лучше?

***

      Стайлз пришел в себя, ощущая разливающееся по телу золото. Да, это слово — не лучший способ описать то тепло и блаженство, которое он чувствовал, но его сонный мозг ещё не до конца функционировал.       — Дерек? — невнятно пробормотал он. Имя едва можно было расслышать.       Мгновение спустя его глаза распахнулись. Нет. Этого не может быть. Он резко выпрямился, вертя головой, пока не заметил Дерека, робко стоявшего у окна.       В животе начал нарастать страх.       — Что ты сделал?       — Мне жаль.       И дело в том, что Дерек действительно выглядел виноватым. Это было неестественно и точно не могло успокоить панику Стайлза.       На ум приходило лишь одно:       — Ты прикоснулся ко мне.       — Мне жаль, — повторил Дерек. Он колебался, выглядя виноватым и пристыженным. — Ты лежал на полу. Вряд ли тебе было удобно.       Поэтому Дерек, как и подобает заботливому волку, поднял его и уложил в кровать. Предварительно застелив постель, потому что Стайлз вспомнил, что даже простыня была практически на полу.       Нужно было многое обдумать. Стайлз упал обратно на подушку и уставился в потолок.       «У меня есть соулмейт», — подумал он. — «Дерек Хейл — мой соулмейт.»       Дерек Хейл, который в данный момент маячил у окна, словно искал себе пути отступления.       «На случай, если ты отвергнешь его», — предложил голос в голове. Но этого не произойдет.       — Иди сюда. — Стайлз протянул руку, на этот раз он был в майке и шортах.       Была суббота, и единственным человеком, с которым он собирался встретиться, был странный метеоролог из ночных новостей. Но он даже не считается.       Дерек с опаской приблизился, застыв в миллиметре от кончиков пальцев Стайлза.       — Ты… — Стайлз нахмурился. — Ты ведь тоже это почувствовал, правда?       Ему просто повезет, если он каким-то образом обретет первую в истории человечества одностороннюю связь с соулмейтом.       Вместо ответа Дерек сделал ещё один шаг вперед, его запястье наконец оказалось достаточно близко, чтобы коснуться его. Но Стайлз хотел не этого. Он не нуждался в подтверждении своих ощущений.       Он схватил Дерека за рукав — видимо, Стайлз был не единственным, у кого была привычка носить кучу одежды — и притянул его ближе.       — Что происходит? — спросил Дерек, в замешательстве нахмурив брови, и у Стайлза снова появилось это золотое чувство.       — Происходит то, что я хочу спать, — Стайлз ещё раз потянул Дерека за рукав, прежде чем отпустить, — и мне бы очень хотелось, чтобы мой соулмейт ко мне присоединился.       Мириады эмоций сменяли друг друга на лице Дерека: смущение, понимание, надежда. Именно эти эмоции заставили Стайлза пододвинуться к стене и сказать:       — Рубашки в среднем ящике. Там должно быть что-то, что тебе подойдет.       Похоже, это было тем самым разрешением, в котором нуждался Дерек. Только что он стоял напряженный, весь на нервах, а в следующее мгновение уже снимал с себя одежду и вытаскивал из комода поношенную пижамную рубашку. Он стянул через голову футболку, а затем снял джинсы.       Когда он наконец забрался в постель, то оказался самым уязвимым существом из всех, кого когда-либо видел Стайлз. Черт, он никогда не видел Дерека без обуви.       Как только он улегся, Стайлз прижался к его спине, обхватив рукой талию. Дерек слегка напрягся, но потом обмяк.       «Обнимательный волк», — подумал Стайлз. И если бы он в этот момент не засыпал, то обязательно бы подразнил оборотня на эту тему.       Что ж, у них есть весь завтрашний день. И следующий. И вся оставшаяся жизнь.