Магнолия. 1 Золотая клетка

Я с Оскаром и Корделией сидели в беседке и пили чай, когда к нам присоединился Николас. Он подошёл, кинул на стол какое-то письмо и сел напротив меня. — Отец завтра приедет. Я выронила чашку из рук, а Корделия сразу подлетела вытирать. Пролитый чай, слава тебе, Господи, не попал на письмо. Но грозного взгляда Николаса было не избежать. — Вы сегодня рассеянная, моя леди. — сказал Оскар. — Наверно, не выспалась. Я глубоко вздохнула. — Волнуешься? — спросил Николас. На его лице красовались насмешливая ухмылка и озорные ямочки. — Нет! Что в этом такого? Я просто увижу отца!.. — Которого никогда не видела. — закончил он. — Точно завтра? Может сегодня, или позже?.. — Завтра. Он взял письмо и протянул мне.

«Доброе утро. Как дела? Уже подружился с Риной? Я приеду завтра, только Рине не говори, я хочу сделать сюрприз.»

«Люкретиус Ван Гилл»

— Как приходят письма? — Они не приходят. Их телепатируют. — «Телепатируют»? Ты не пропустил букву «Р»? — усмехнулась я. — Она здесь лишняя. — усмехнулся он в ответ. — Письма и посылки отправляют при помощи телепатии. — Тогда всё понятно. В нашем мире придумали такую штуку как «Телепортация». Волшебные кружочки в воздухе под названием «Порталы», войдя в которые появляешься где угодно. — увидев удивлённые и заинтересованные лица я отмахнулась. — но мы ими не пользуемся, так-как их придумали в книгах всяких… — Интересная задумка. Это очень похоже на твоё появление здесь… — Так, подожди! — я ударила рукой по столу. Оскар, в это время евший выпечку Корделии, подскочил немного и чуть не выронил вкусняшку. — Отец написал чтобы ты мне не говорил! Николас хмыкнул и весело ответил. — Прости. — Ты это специально, чтобы я заволновалась?! — Возможно. Он встал из-за стола, взял письмо и напоследок показал язык. — Готовься. Я снова ударила по столу и крикнула ему вслед: — Придурок!

***

Наступило утро. Я всю ночь думала о предстоящей встрече… Корделия заходит в комнату и приносит завтрак, отзанавешивает окна и смотрит на меня с улыбкой. После улыбка меняется на обеспокоенное лицо. — Госп… — она успевает только потянуть руки ко мне. — Отец уже прибыл? Она помотала головой. — Господин прибудет к обеду… Я промычала и уткнулась лицом в подушку. Корделия аккуратно садится на край кровати и поглаживает меня по спине. — Госпожа, я понимаю, вы волнуетесь, но вам стоит перекусить. Господин Николас тоже волнуется, он тоже практически не спал. Всё таки он не часто видит отца. — У него ведь каникулы только зимой и летом, а остальное время он проводит в школе, почему он тогда приехал только недавно? На тот момент уже почти пол лето прошло. — У господина очень много дел, поэтому господин Николас почти всё время проводит в академии. — Ой! Он же скоро уедет?! — Да, пять дней осталось… — она задумчиво взглянула в окно. — Я слышала вы познакомились с леди Авией? — Гм… Да. Но она не произвела на меня хорошего впечатления… — Почему же? — Ну-у, Николас сказал что она плохая… Корделия рассмеялась. — Моя госпожа, у каждого человека должно быть своё мнение. — Ну ладно… — я надулась. Нежно фиолетовое платье: белые рукава фонарики, бант на поясе, юбка чуть ниже колен с оборками. Лёгкие фиолетовые балетки. Я шла по коридору. Около выхода из особняка меня должен встретить Николас. Сердце стучало как бешеное! Я наконец увижу отца! Но оправдаю ли я его ожидания? Хочется просто провалиться сквозь землю… — Не нервничай ты так. — вблизи раздался голос. — Ну, а что мне ещё делать?! Николас пожал плечами. Он взял меня за руку и подвёл к себе, наклонился и указал на большие забор-кусты какого-то колючего цветка. Сегодня было солнечно, но дул сильный, прохладный ветерок, поэтому я зажмурилась чтобы что-то увидеть. Было видно, что за этим забором что-то быстро движется к особняку. Верхушка кареты была видна. — Это карета отца. Ехидно ухмыляясь он выпрямился, поправил пышную отделку воротника и повёл меня к лестнице. — Нет, стой я ещё не готова! Он сильно тянул меня вперёд. — Если мы опоздаем будет ещё хуже! — Ну нет! Подожди! Протрубили трубы и подняли флаги нашей семьи, ворота на участок отворили и на дорожку выехала большая карета, а за ней несколько небольших. Кортеж, так сказать. — Быстрее, идём! — вскрикнул Николас. Мы сорвались с места. Во время нашего забега до дороги, я взглянула на Николаса. Он улыбался до ушей и лицо светилось счастьем. Видимо он очень рад отцу… Мы подбежали к дорожке и встали в самом конце. Прислуга расступилась по сторонам дорожки, а из кареты вышел мужчина. — Это папа? — шепнула я. — Да это он! — восторженно шепнул Ник. Это был высокий мужчина крепкого телосложения. Тёмно синие волосы и фиолетовые глаза. На вид ему было лет 20-30. Он был одет в лёгкое серое пальто, с чёрной накидкой и чёрными штанами. Он шёл прямо к нам. Николас улыбался, а я не знала как реагировать. И снова я опустила голову вниз. Я уже давно хочу избавиться от этой привычки! — Здравствуй, отец. Николас быстро поклонился, а я сделала реверанс и продолжила пялится под ноги. Мм, красивые камушки… Почему он не отвечает? Я сделала что-то не так?.. И тут кто-то меня хватает и поднимает вверх. Папа смотрел мне прямо в глаза. Он держал меня крепко-крепко. — Ты такая лёгонькая, Рина. — он улыбнулся. — Вы хорошо её кормили? — Да господин. Он с подозрением посмотрел на меня. — Я-я много ем! — уверила я. — Вот и хорошо. Он приобнял меня и понёс на одной руке. — Держись за меня. — сказал он и кивнул Николасу. Николас выглядел немного подавленным, но тщательно скрывал это. Мы вошли в особняк и пошли по коридору. — Нравится в Златеусе? — спросил папа. — Эм-м… — Так называется этот особняк. — объяснил Николас. — А, ну да… ЗЛАтеус? — Золото-злато. — Поняла! А меня в другом мире Златой звали, вот так совпадение! — Это тебя так мама назвала? — лицо папы стало немного посерьёзнее. — Другая мама. Моя настоящая мама отдала меня в дет.дом, дом никому не нужных детей, а потом меня взяла другая которая и назвала меня Златой. Отец только лишь хмыкнул. Мы дошли до какой-то очередной узорчатой двери. Горничные открыли для нас её и мы вошли. Это было прямоугольное помещение, с небольшим столом, укрытым белой скатертью, и террасой. Стены были увешаны небольшим количеством картин, а стол забит едой. Самый большой стул был расположен спинкой к террасе, а другие два, более меньших, стояли по бокам от большого. Меня усадили за правый стул, Николас сел за левый, а папа сел по середине. Таким образом Николас сидел напротив меня. Как я уже сказала, стол был ЗАБИТ едой. Две жареные птицы, отбивные, стейк, мясо похожее на бекон, розовая субстанция похожая на икру, подливка, варёный овощ похожий на картофель, салаты из трав и овощей мне не известных. — Чтож, вся семья взборе. Почему бы не обсудить то что происходило с друг другом? Мы кивнули. Я посмотрела на Николаса. Он ковырял своё блюдо вилкой. — Рина, мы так скучали по тебе. Ты ведь рада, что ты теперь с нами? — Да, очень! Я заулыбалась и снова взглянула на брата. Он смотрел на меня с грустью в глазах. Но заметив что я смотрю на него, он продолжил смотреть в тарелку. — Николас, как учёба?.. Он наконец посмотрел на меня. — Почему Николас? Просто Ник. Рина, не нужно формальностей! — сказал папа. — Гм… Ну так, как? — я натянула улыбку. — Учителя по демонологии сменили. Прошлый продал душу демону и творил не понять что. — Всё как всегда. Рина, как ты жила всё это время? — снова ко мне обратился отец. — Плохо! Моя мачеха не любила меня! Со мной всё время были нянечки! Мне было так одиноко! — И друзей что-ли не было? — спросил Ник. — Нет! Я была на домашнем обучении, поэтому не ходила в школу. — Тебе и сейчас школа не понадобится, у тебя есть брат и я, ну и конечно же слуги. Ты ещё можешь подружится с Виёной… — Я это уже вроде сделала. По крайней мере мы хотя бы знакомы и она меня пригласила в госте. — Это хорошо. Мы ещё обсудили пару тем и как раз закончили с едой. Отец щёлкнул пальцами и в комнату влетела другая еда, а тарелки с прошлой исчезли. На стол приземлились: пудинги, пироги, кексы с шоколадом, печенье (видимо выпечка Корделии) и 3 чашки ароматного чая. Всё выглядело очень вкусно, но прошлыми блюдами я наелась до отвала. У Ника видимо изначально аппетита не было, а вот папа всё ел и ел. Видимо правду говорят: чтобы быть сильным, надо больше есть… — Отец, что сказали феи? Этот вопрос застал папу в расплох. Он поставил чашку на стол. — Они выгнали нас и запретили въезд в королевство. — сказал он. — Наш император отказался выдать принца за принцессу фей. С этого то всё и началось. Феи отказались давать кристаллы. Да и вобщем сотрудничать с империей. Да ещё и одну из их реликвий украли… — А что за реликвия? — спросила я. — Один из 4 ключей десяти путей гармонии. — Существуют пути: гордыни, зависти, гнева, алчности, уныния, доброты, честности, самопожертвования, бескорыстия и бесстрашия. — сказал Ник. — 5 путей плохие, а остальные 5 хорошие. — сказала я. Папа и Ник кивнули. Это напомнило мне 7 смертных грехов… — Ты сказал 4, а где же остальные 6? — спросила я. — Ещё 3 находятся в императорском дворце под охраной. 1 в соседней империи. Остальные 2 были утеряны. — А зачем вообще они нужны? — Чтобы спасти измерение от конца света. Он наступит в этом десятилетии. Когда именно никто не знает. — Оу… — я замялась. — В моём мире тоже есть всякие предсказания конца света, но обычно это просто ложь. — Не называй тот мир своим, этот мир твой, ведь здесь ты родилась. Я смущённо кивнула. Папа выглядит строгим, но вроде он добрый. — Кста-а-ати… Не вы ли говорили мне о ненужных формальностях? Ник, почему ты зовёшь папу отцом? — Потому что так принято в нашем мире. — сказал мне Ник. — Да и я уже привык… Он отвёл взгляд. У меня такое чувство, будто я обязана хоть что-то сделать с их взаимоотношениями. — Я тоже привыкла называть тебя Николасом, но я стараюсь отучиться! Лишь бы не перегибнуть палку. Я ожидающе наклонила голову. — Ну-у? Ник немного засмущался. Его щёки чуть порозовели. Ник вздохнул. — Пап, будет грустно если она так и останется такой тупой. Ей нужен хороший учитель по манерам и изучению истории нашей империи, да и не только! Глаза папы расширились, а мои щёки запалыхали красным. Я вскочила на стул и ткнула пальцем в сторону Ника. — Что ты только что сказал?! — О чём ты? На его щеках снова заиграли ямочки. — Ты только что назвал меня тупой! — А, ты про это? Присядь, на правду же не обижаются. Он снова ехидно улыбнулся. Я не выдержала. — Знаешь что? — Ну и что? — Ты сам тупой! Кто обзывается, тот сам так и называется! Я начала корчить разные рожи и приговаривать: «Тупой, тупой, тупой, тупой!» — Прекрати это ребячество! Тебе уже 10 лет! — он тоже встал на стул. — Нормальные дети на это не реагируют так! — О-о, так я теперь ещё и ненормальная, да? Я взяла со стола небольшой пирог. Выглядел очень аппетитно. Крем, м-м-м… Я замахнулась им на Ника. — Ты что творишь?! Совсем дурная? Поставь на стол! Я потрясла указательным пальцем из стороны в сторону, аля: «Не, не, не, не, не, не» — Поставь на стол не то я!.. — Не то что? Ещё не придумал? — Придумаю! Ну-ка поставь! И я кинула в него этот бедный пирог. Ник пытался увернуться, но я то тоже меткая! Пирог попал прямо в лицо. Белый крем, уже изрядно потрёпанный мной во время тряски пирога, стекал уже по шее моего дорогого братика. На несколько секунд он застыл. Видимо осознавал что противник попался ему хороший. Но после, он одной рукой снял пирог и большую часть крема с лица и посмотрел на меня с азартом. Взяв какой-то кекс со стола он кинул в меня, но я уклонилась быстро перескачив со одного края стула на другой в это же время стабилизируя равновесие. Я уже засмеялась и прокричала: «Промазал!». Как вдруг я ловлю своим лицом огромный пирог, недавно так красиво стоявший в центре стола. Из-за своего веса он соскальзывает с моего лица, но, гори в аду чёртова моя реакция, я ловлю его руками. С рук он соскальзывает на платье и медленно стикает вниз по юбке. Таким образом я оказалась вся в креме. Ник смеялся без остановки, что даже задыхался. Я спасла его от чувства нехватки кислорода прохладным чаем. Ник спрыгнул со стула и продолжил воевать со мной, иногда используя грязный приём как пригнуться. Я последовала его примеру. Оказалось, папа всё это время пытался нас остановить. Ну вот сейчас он не выдержал, ударил руками по столу и нагнулся над ним. Мы с Ником уже успели кинуть пироги. Ну короче говоря, папа оказался сам весь в креме. Мы рассмеялись, но не надолго. От отца нам прилетело по пирогу. Он так сильно кинул что я упала и приземлилась на свою пятую точку, а Ник попятился и облакатился на стену, а после и вовсе рухнул на пол. Тем временем пирогов, да и вообще всей еды на столе, уже не осталось… Оскар появился в проходе в комнату и прокашлялся. — Я надеюсь вы закончили, господин… — Да. Этого вполне достаточно. — сказал отец, вытирая платком шею.

***

Меня переодели и оставили ждать в беседке. Я попивая чай, выслушивала лекцию от Корделии, о том, что настоящие леди так себя не ведут. Она тяжело вздохнула и посмотрела в сторону аллеи. — Ваш отец идёт. Я посмотрела на него. — А где Ник? — Он не придёт. — сказал отец. — Но почему? Без него скучно будет! Он посмотрел на меня. Почему он не хочет видеть Ника? Неужели с той дуэлью мы переборщили? Хотя с самого начала от отца в сторону Ника веело холодом… — Ладно. Он щёлкнул пальцами. Через пару секунд появилась сине-фиолетовая дымка, а после из неё вышел Ник. Если вы так умеете, почему каждый раз так не телепатируетесь? Я подняла одну бровь в недоумении. Телепатия — это круто. — Рина захотела чтобы и ты присутствовал. — сказал папа, беря меня на руки. Ник перевёл взволнованный взгляд на меня. Он благодарно улыбнулся и я в ответ. — Пап, а куда мы пойдём? — спросила я. — Мы прокатимся на ладье.