Диагностика чувств

      — Мя-яу!       От неожиданности Костя подскакивает на кровати, чуть не скидывая кота на пол. Лексус вовремя отпрыгивает вбок и трясет головой из стороны в сторону. Требовательный взгляд изумрудов, расколотых тонким угольным зрачком ровно на две половинки, утыкается в хозяина, и кот вновь громогласно мяукает.       — Что, уже шесть утра? — Костя лениво потягивается и свешивает ноги с кровати. В полумраке спальни видны лишь очертания пушистого серого силуэта, но зеленое потустороннее сияние кошачьих глаз не скроет даже темнота. — Лексус, тебе совсем не стыдно так рано меня будить?       — Мяу, — кот фыркает и спрыгивает на пол. Взмахнув хвостом, он шествует за дверь спальни, и больше Костя не увидит его до самого вечера. Сработал будильником, и хватит с хозяина — вероятно, в кошачьей голове примерно такие мысли каждое утро, и потому после пробуждения Костя еще ни разу не находил Лексуса в пределах квартиры до самого ухода на работу. И где только кот может пропадать каждый раз?       Костя трет полусонные глаза и наконец встает с кровати. За окном розовая полоска света оповещает о начале нового дня, разгоняя занавес пушистых облаков. Ветер из открытой форточки треплет тонкий тюль, Костя сонной мухой подползает к подоконнику и поворачивает ручку окна вниз, вздрагивая от холода. Из кухни доносится очередное «мяу», требующее завтрак. Ничего себе, Лексус сегодня на месте?       — Голоден? — Костя достает с верхней полки скромной кухни кошачий корм и насыпает полную миску. Пушистый хвост касается щиколотки, кот проходит возле ног и во все глаза смотрит на хозяина, словно так и ждет подачки. — Давненько тебя по утрам не было видно.       Лексус садится возле миски и долго-долго глазеет на него. Изумрудный взгляд неустанно следит за каждым шагом хозяина, пока Костя на скорую руку готовит завтрак из хлопьев и молока. К еде он не притрагивается, впрочем, само по себе появление Лексуса рано утром — новшество.       — Я сегодня дежурю в ночь, — пользуясь случаем, предупреждает Костя и садится за стол. Лексус склоняет голову вбок и тихонько мявкает. — Знаю, но что делать? Миша меня съест сегодня, я забыл назначить контроль крови пациентам на выписку.       Кот отрывает пушистую тушу от пола, садится рядом с ногой хозяина и, жмуря глаза, ласково трется. Словно пытается утешить, Костя улыбается и гладит кота по голове. Пушистая шерсть мягко скользит между пальцами, и на душе тоже становится приятно. Лексус не мурлычет, но теплый взгляд горящих изумрудов действует не хуже успокоительного.       — Спасибо.       Кот взмахивает серым хвостом и уходит из кухни, оставив хозяина в облаках размышлений. Костя подкладывает руку под щеку и сонно жмурится. Пятница, и это немного греет душу. И все же Миша не пройдет мимо его косяков. От недостатка сна Костя совершал наиглупейшие ошибки, за что получал все больше и больше ночных дежурств и пациентов. И так по замкнутому кольцу. Словно порочный круг в патогенезе врачебных ошибок.       Костя поднимается со стула совсем разбитый, но послушно бредет собираться на работу. Умыться, одеться, взять ключи и деньги, закрыть дверь — он повторяет этот ритуал каждый день, как белка в закрытом колесе. В такую рань на улице дикий холод, приходится надевать куртку. Ветер продувает насквозь, Костя зябко кутается в одежду и жмурится, силясь как можно скорее добежать до больницы. Промораживает насквозь.       Время неуклонно течет вперед, и с того разговора о переводе проходит не одна неделя. Миша вновь обращается с ним, как с негром на галерах, беспощадно заваливает работой и прикапывается к самой глупой опечатке в истории. И несмотря на понимание его действий, Костя не может отделаться от мысли, что Миша его терпеть не может. Невозможно ведь так донимать человека, который безразличен. Сколько бы времени ни прошло, в нем видят лишь служку.       — Ха-а… А я ведь почти поверил, что особенный, — уныло тянет он, надевая белый халат.       Утро размеренно перетекает в день, и Костя почти не замечает времени, с головой погрязший в дневниках и исправлениях. Спешит, пока Миша не заметил его ошибок. Там доназначить анализы, сям дозаписать к специалистам, опросить и осмотреть каждого, проверить лист инфузий. Каждый день с утра куча работы, и Миша неотступно следит за правильностью выполнения.       Перед взором рябит от бесконечных цифр и знаков, Костя яростно трет глаза и вновь берет со стола ручку, чтобы отменить старые назначения и подписать новые. Медсестры суетятся больше обычного, то и дело снуют туда-сюда, отвлекают от работы вопросами. Голова раскалывается, и надо успеть до прихода заведующего. Ох, как много дел.       — Кость, пойдем кофе выпьем, — Настя склоняется над ним и приобнимает за плечи. Костя поднимает голову, сталкиваясь сначала с пышным бюстом под расстегнутыми пуговицами халата, а затем и с лицом бывшей однокурсницы.       — Кофе? Да мне надо Мишу дождаться, — он зевает, закрывая последнюю историю, и откладывает ручку в сторону. Едва успел все закончить. — Странно, что он задерживается. Сколько сейчас…       Взгляд падает на наручные часы, и Костя чуть на месте не подскакивает от неожиданности. Три часа дня, а Миши до сих пор нет. Ничего себе! Даже представить нереально, чтобы он забыл о своем любимом подопечном. Первое же, что придирчивый заведующий делает с утра — чихвостит Костю на чем свет стоит за дело и без. А сегодня ни слуху ни духу.       — Тогда пойдем. Кстати, кто-то видел Мишу сегодня?       Настя задумчиво пожимает плечами. Заведующий и впрямь отсутствует сегодня все утро. Слишком уж необычно, Миша всегда предупреждает, если ему нужно отлучиться по делам. А сегодня… он исчез без предупреждения, и в голове неосознанно рождаются опасения. Только неприятность может помешать ему позвонить и сообщить об отсутствии. Ответственность — одно из лучших качеств Миши.       — Наверняка он слишком занят, — Настя отодвигает лежащую перед ним историю и хватает за руку, вытягивая из-за стола следом за собой. — Идем, перекусим — и вернешься к своим делам. Голодать тоже вредно.       — Вечером я сам ему наберу, если Миша так и не появится, — сдается он, и Настя радостно улыбается в ответ.       Черт, ему точно нужен перерыв, совсем ум за разум плывет от усталости, уже за Мишу волнуется. Костя нехотя поднимается с места и, наверное, впервые за все время ординатуры идет с друзьями в кафе перекусить. Настя с воодушевлением рассказывает ребятам о проведенных выходных, и Денис весело поддерживает живую беседу. И даже Костя вливается во всеобщую атмосферу веселья и легкости, словно вспоминая это забытое ощущение.       За разговорами время летит незаметно. Вроде только сели, а уже и кофе остыл, и салаты кончились. На редкость долго они тут сидят. Без постоянных дерганий заведующего Костя закончил работу еще до обеда и сейчас вместе с ребятами не чувствует острой необходимости бежать на отделение. Быть может, сегодня он сможет уйти пораньше?       С другой же стороны, в груди до сих пор ворочается неясная тревога, пропадать не в духе перфекциониста-заведующего. Хоть кто-то на отделении должен бы знать о его отсутствии, но нет. И звонить как-то неудобно, если Миша занят делом, потом проблем не оберешься. А если нет… Костя мотает головой и прислушивается к разговору за столом. Перед уходом он обязан позвонить заведующему.       — Слушайте, а завтра же выходной! — Настя склоняется над столом и заговорщицки улыбается. — Идем в бар вечером?       — Сегодня? — Костя задумчиво скользит взглядом по пустеющему больничному кафе. Когда он там в последний раз тусил с друзьями? — А почему нет, я в деле.       — И я с вами! — радостно поддерживает Денис, вскинув кулак вверх. — Наконец мы соберемся все вместе!       — Планируете попойку?       Костя вздрагивает от звука голоса, знакомого до последней нотки. Будто так и нужно, Миша садится рядом с ним и залпом осушает стакан воды. За столом воцаряется гнетущая тишина. А что сказать? Заведующий свалился как снег в мае, да и вид у него, словно его весь день собаки драли. И где это он был полдня?       — Мы ж в нерабочее время, — подает слабый голос Денис. Миша косит взгляд в его сторону и хмыкает.       — А ты куда собрался? — Михаил оборачивается к Косте и с подозрением щурится. — Ты дежуришь со мной сегодня. Я тебя не отпускал.       — Оу, точно, — Костя спешно допивает кофе и собирается встать, но заведующий хватает его за руку, удерживая на месте. Изумрудный взгляд цепляется с призраком надежды, и нечто внутри откликается на его зов. — Михаил Николаевич…       — Завтра идешь со мной на конференцию в десять утра, — он протягивает брошюру с адресом и наконец отпускает запястье. — Тогда сегодня можешь идти, куда хочешь.       Костя опускает глаза в текст, и взгляд тут же цепляется за фамилию заведующего в списке докладчиков. А, так вот чем он занимался весь день! Неужто подготовка так заняла его? Мог бы и выделить минутку для звонка. Бросить отделение из-за такой ерунды… угх, даже злости не хватает! А Костя еще беспокоился о таком безответственном типе!       Но что хуже всего — когда Миша схватил его за руку, от его прикосновения по запястью будто пролетели молнии. Все тело трепещет, как у впервые влюбившегося юнца, и не скажешь, что именно Костя любитель играть сердцами. Ух, в этот раз недотрахом не отмажешься. Одна похоть не рождает беспокойство, если Миша вдруг исчезает.       — Вы так пропали сегодня, — Настя улыбается заведующему, хотя он даже не смотрит в ее сторону. Денис осторожно придвигается к ней (подальше от Миши) и убирает телефон со стола в карман.       — Подготовка заняла больше времени, чем я рассчитывал, — он откидывается на спинку стула и медленно выдыхает. — Завтра я один не справлюсь.       — Так что я должен буду делать? — Костя убирает листок в карман и облокачивается о стол.       — Узнаешь завтра, ничего сложного, — Миша отставляет стакан в сторону и вновь хватает своего ординатора за руку. Костя невольно вздрагивает. — Пошли, у тебя поступление сегодня.       — Что?! В пять вечера?       — Работай, и без пререканий!       Костя поднимается со стула и уныло следует за заведующим под сочувствующие взгляды Насти и Дениса. Ночная попойка, конечно, хорошо, но вот приемка под вечер — сущий ад. И ведь сказать нечего, он один дежурит сегодня с Мишей. А принимать пациентов — удел ординаторов, никак не врачей. Не царское же дело.

***

      Что ж, сегодня Косте относительно повезло. Новичок с лихорадкой, головной болью и тошнотой отнюдь не входит в разряд суперинтересных случаев. Либо банальная инфекция, либо аутоиммунное. Скорее даже первое, температура выше сорока характерна для бактериального поражения больше, нежели для реакции собственной иммунной системы. Да и при опросе больной ничего интересного не рассказывает, обычный трудяга, живущий за городом в собственном доме. Животных нет, за границу не выезжал, клещей с себя не снимал. В общем, простыл, видимо.       К восьми вечера Костя дописывает последнее назначение в историю и собирается на отчет к Мише, как замечает его входящим в ординаторскую с чашкой кофе в руках. Удачно. Подхватив истории, он вскакивает с места и спешит к заведующему, как вдруг останавливается на полпути. Миша поднимает глаза на него и отрицательно качает головой. Что? Костя трясет истории, как бы намекая куратору на его непосредственную работу. Миша вздыхает и кивает в сторону ординаторской.       — Михаил Николаевич, там… — Костя вытаскивает историю новичка, но Миша его тут же перебивает:       — Завтра после конференции посмотрю. А сегодня я устал. Весь день улыбался идиотам, голова трещит.       Улыбался… Что? Миша бесцеремонно хватает его за руку, и все мысли из головы растворяются под натиском окутывающего жара. Он бесцеремонно тащит Костю за собой в ординаторскую и отпускает только у дивана, куда с удовольствием заваливается, отставив пустую кружку на столик. За окном темень, и без света покрытое полумраком помещение напоминает так любимую Костей комнату в отеле. Миша прикрывает глаза, подложив руки за голову. И в тишине ординаторской слышно лишь его размеренное дыхание.       — Михаил Николаевич…       — Тихо, — едва слышным голосом шепчет он, роняя голову набок. — Не пускай сюда никого, хочу поспать пару часов. В десять можешь уходить на свою попойку, а пока следи, чтобы меня никто не дергал.       Да уж, Миша всегда творит то, чего от него и не ждешь вовсе. Костя тихонько присаживается на край подлокотника, не отрывая взгляда от сонного лица заведующего. Раньше не выдавалось возможности так тщательно рассмотреть Мишу. Обалдеть, для мужчины у него длинные ресницы, повезет же его дочке, если она унаследует такие. А еще губы: хоть Миша и не женственен, у него по-детски маленькие губы. И если приглядеться к рукам, пальцы его тоже похожи на детские, такие тоненькие. Недаром своим дурным поведением он напоминает малое дитя.       Необычное чувство. Костя закидывает ногу на ногу и откидывается на спинку дивана. Как странно наблюдать за Мишей вот так, в полумраке ординаторской. В тишине слышен лишь мерный ход настенных часов и в тон ему тихое дыхание заведующего. Сильно же он вымотался, если позволил себе запросто уснуть рядом с подчиненным, которого то и дело третирует по делу и без. Неужто не боится? Костя склоняется к нему и осторожно щелкает по носу, про себя усмехнувшись. И впрямь спит без задних ног. Непредусмотрительно.

***

      Без пятнадцати десять Костя уже и сам почти засыпает. Мерное дыхание над ухом усыпляет хлеще снотворных. Зевнув, он выпрямляется и садится на край подлокотника, как вдруг ощущает приятную мягкость в левой руке. Взгляд незаметно падает на заведующего, и Костя с удивлением замечает, как в забвении поглаживает чернявую макушку Миши. Ох, пальцы так глубоко зарылись в мягкие пряди, как он только не проснулся?       Осторожно, чтобы ненароком не разбудить заведующего, он отнимает ладонь и сжимает в кулак. Как странно, словно он гладил Лексуса — ощущение его тонких волос до безобразия похоже на шерсть кота. Может, именно потому его так и увлекло это нехитрое занятие.       Усмехнувшись собственным мыслям, Костя поднимается с дивана и садится за стол, ставя беззвучный таймер на телефоне и заново пролистывая историю болезни новичка. Четырнадцать минут, тринадцать. Десять минут. Костя тщательно следит за каждой минуткой: просрочь он хоть на секунду — и Миша его закопает. Пять минут. Костя оборачивается и вновь ощущает знакомые мурашки по телу: заведующий разворачивается на бок и глубоко вздыхает, приоткрывая тонкие губы. Ох, такой маленький ротик, интересно…       Две минуты. Черт, и почему рядом с ним Костя теряется. Когда это вообще началось? Минута. Стоячий воздух ординаторской отдает духотой, но если приблизиться к дивану, можно ощутить окутывающий Мишу запах волн. Тридцать секунд. Костя опускается на корточки возле лица заведующего и улыбается. Десять вечера.       — Михаил Николаевич… — он хватает заведующего за нос, и тот мигом открывает глаза. Костя весело смеется и опускает руку. — Десять, вы просили разбудить. Я могу идти?       — Иди, — Миша потягивается и широко зевает. Костя выпрямляется и уже собирается уйти, как заведующий хватает его за руку. — Оставь истории, я погляжу и оставлю метки.       — Они на столе, — от его холодных пальцев мурашки, надо быстрее уходить. — Руку отпустите. Пожалуйста.       — М? — Миша опускает озадаченный взгляд и хмурится, но пальцы разжимает. — Извини, задумался.       — Ничего.       Мыслей круговорот, но, похоже, для Миши такие контакты в порядке вещей. Костя снимает халат и украдкой косится на заведующего: тот вновь зевает и садится за стол, по пути нажимая кнопку кофейной машины. Ординаторскую заполняет глухой шорох работающего аппарата и аромат молотых кофейных зерен. Словно секунду назад ничего и не произошло, снова атмосфера приобретает рабочий оттенок. Заведующий и его ординатор. Костя вешает халат в шкаф и надевает куртку. Нужно развеяться. Дурацкие мысли совсем одолели, алкоголь должен их заглушить.       — До завтра, Михаил Николаевич, — он машет на прощание и в ответ получает лишь тихое «увидимся». Ну теперь уж очевидно, что его интерес к Мише не более чем любопытство, ведь будь это чем-то большим, обязательно бы в груди нечто отозвалось на его слова. А реакция тела — это… всего лишь реакция неудовлетворенного тела.

***

      Блеск, сияние огней в полумраке клуба и тяжелый такт оглушающих битов. Грубый ритм клубной музыки отдается в груди молотом по наковальне, затрудняет дыхание. Костя затягивается, взглядом скользя по сидящим за барной стойкой ребятам, и оранжевый уголек сигареты прижигает пальцы. Черт! Он спешно кидает окурок в пепельницу. Надо ж так задуматься. На коже остается небольшой ожог, но в замутненный разум не проникает ноющая боль. Голова кружится, он слишком много выпил. Пора домой.       И в то же время уходить никуда не хочется. Дома мысли вновь одолеют разум, лучше здесь залить их спиртным. Костя подхватывает стопку с водкой и залпом осушает. Рюмка со звоном приземляется на стол, в глазах окончательно мутнеет. Костя откидывается назад, мягко стукнувшись головой о стену. Что с ним вообще творится? Секс, безусловно, всегда был для него на первом месте, и все же так заводиться при виде заведующего ненормально. Не так этот Миша и хорош, чтобы желать его до помрачения рассудка.       — Кость, айда с нами танцевать! — Настя вихрем возникает из толпы и тянет его за руку, задорно смеясь.       Костя улыбается и следует за ней на танцпол. Озорной пьяный блеск карих глаз соблазняет поддаться веселью. Неважно, до утра еще так долго. Денис встречает их в толпе танцующих, и его мутный взгляд тоже опьянен алкоголем. Костя вливается в их неуклюжий танец, позволив отбросить все ненужные мысли. Ноги наполняются легкостью, и остановиться кажется невозможным. Танец захватывает с головой, смазывая толпу перед глазами. И Костя танцует, все больше, все быстрее, забыв обо всем, кроме танца.       Музыка гремит со всех сторон, заглушаемая лишь стуком крови в висках. Воздух накаляется от жара тысяч танцующих тел, вытравливает живительный кислород. По спине стекают горячие капли пота, слишком жарко, невыносимо. Костя прикрывает глаза, дышит открытым ртом, глотая стелящийся по танцполу сигаретный дым. Перед взором плывет, силуэты сливаются одним ярким пятном. Слишком много алкоголя. Костя переводит взгляд на танцующих ребят и цепляется за Дениса, на миг потеряв равновесие. В животе скручивается тугой ком, подкатывает к горлу. Угх, кажется его сейчас стошнит.       — Эй, ты чего? — Денис закидывает его руку на плечо и прижимает за талию. Костя жмурится, неуклюже машет в сторону столиков. Друг кивает Насте, и они вместе помогают ему добраться до дивана.       — Кость, ты как? — Настя передает ему стакан воды, и тот с благодарностью принимает его, залпом осушая до дна. — Может, тебя проводить?       Костя отрицательно качает головой. На такси он доберется и сам, но уходить еще слишком рано. Гнусные мысли по отношению к Мише порядком осточертели, и хотелось навсегда избавиться от них. Ему нужен партнер. Ему нужен секс. Неважно с кем и где, только бы снять это напряжение, иначе в один из дней он реально завалит Мишу. Хоть и заманчиво, однако проблем тогда не оберешься.       — Оставьте меня здесь, — он откидывается на спинку дивана, раскинув руки в разные стороны. — Забейте, со мной все ок будет. Веселитесь.       — Уверен? — Настя наливает ему еще один стакан воды и протягивает. Костя мгновение смотрит на нее, но предложенную воду принимает. — Плохо выглядишь.       — Уверен, идите уже. Посижу немного, и все пройдет.       — Звони, если плохо себя почувствуешь, я услышу вибрацию, — Денис тянет Настю за руку, и они вдвоем возвращаются на танцпол. Костя провожает их взглядом и усмехается: они бы неплохо спелись.       В животе неприятно урчит, а перед глазами все еще вращается потолок. Костя жмурится и отпивает несколько глотков холодной воды. Ужасно, давненько он так не напивался. Телефон вибрирует в кармане, Костя достает сотовый и минуту вглядывается в экран, щурясь от яркой подсветки. Ого, даже посреди ночи заведующий умудряется его отчитывать за косячные приемки в истории. Ну что за человек!       Вскипев от гнева, Костя нажимает кнопку звонка и прикладывает телефон к уху. Да сколько ж можно, он вообще-то отдыхает, на кой черт писать смски именно сейчас?! Подождет же до завтра, раз Костя все равно в свой собственный выходной тащится на эту занудную конференцию. Гудки в телефоне злят до безумия, экран несчастного смартфона чуть не трескается в сжатой руке. Да чтоб ему там!..       «Да?» — слышится сонный голос в динамике, и запал мигом пропадает. Костя распахивает глаза и выпрямляется, только осознав, что пытался сделать.       — Эм… я получил сообщение… — мямлит он в трубку. В голове выветрились все мысли, зачем он звонит?       «А до завтра не подождать?»       — А вам?       Точно, его же довела эта смска. Но почему усталый голос Миши вдруг отрезвил его? Даже кричать уже не хочется. На мгновение ему стало так жаль бедного Мишу, вынужденного дежурить за двоих, пока он тут напивается. Три часа ночи, давно пора спать, чем же он так занят?       «Я боялся забыть. Не вижу проблемы, прочитал бы завтра».       — Почему вы не спите?       Вопрос срывается с губ раньше, чем Костя успевает осознать. За шумом музыки он едва слышит голос заведующего, да и ему наверняка неудобно говорить в таком шуме, но все же… он хочет узнать причины. Миша всегда выдергивал его, если случался аврал, так почему сейчас не так?       «А тебе какое дело?»       Словно ледяной водой облил. И впрямь, какое ему дело? В кои-то веки дали спокойно бухнуть, не все ли равно почему?       — Да никакого. Простите.       В трубке звучат гудки. Сбросил. Костя отключает вызов и блокирует экран, вновь зажмурив глаза. Как-то глупо вышло. От его голоса даже в голове просветлело, а злость разлетелась на осколки о понимание, что заведующий работает даже глубокой ночью. Костя приоткрывает глаза и смотрит вперед на танцующих. Нет, в груди до сих пор тишина, волноваться не о чем. Он лишь по-человечески его понимает и сочувствует. Тяжко работать вот так почти без выходных и сна, Костя лучше всех понимает его.       А, между прочим, за барной стойкой глазеет по сторонам очень неплохой вариантец. Не раз он бросал взгляды в сторону Кости и соблазнительно улыбался. Хороший мальчик, полностью в его вкусе. Можно и развлечься. Друзья погружены в танец, хоть и не имеет значения, заметят они или нет. Костя поднимается с дивана и идет прямиком к мальчику. Тот быстро замечает пристальный взгляд серых глаз и растягивает губы в порочной улыбке. Замечательно.       — Один? — Костя подсаживается рядом и протягивает руку. — Скучно, не находишь?       — Есть идеи? — он пожимает ладонь и скользит пальцами по запястью, потупив взгляд. — Я не прочь развлечься. Тет-а-тет.       Костя ухмыляется и тянет податливого мальчика в сторону туалетных кабинок. Неромантично, зато привычно. Жаль, сигареты кончились, но и так прикосновения тонких пальцев приятны. Костя склоняется к нему и целует, грязно, развратно, втолкнув большой палец в рот. Не сопротивляется, какой послушный. Надавив на плечи, Костя заставляет его опуститься на колени и окончательно забывается в умелых ласках. Позже он отблагодарит мальчишку, пока тот не начнет отключаться от оргазмов. Но сейчас… сейчас так хорошо.

***

      Зевнув в миллионный раз, Костя подпирает щеку рукой и нажимает клавишу на клавиатуре ноутбука, переключая следующий слайд. Честно говоря, он до сих пор слабо понимает смысл своего присутствия здесь, если Миша и доклад подготовил, и презентует сам, а Костя всего лишь слайды переключает. Неужто нельзя было попросить сидящих здесь ассистентов, как это сделали остальные докладчики? Так глупо тратить выходной, что может быть хуже?       — На этом слайде вы можете увидеть, как зависит скорость…       Ну, стоит признать, что Мишин доклад построен блестяще. Подробно, доходчиво, не перегружен излишним формализмом и легок для восприятия. Даже ординаторам и студентам не грех послушать такой. Не то что некоторые профессора так закручивают в универе, что и сами, небось, половины не понимают. Что говорить о простых студентах. Научность полезна, но важнее доносить мысль понятным языком, чем выпендриваться терминами. Впрочем, это касается и бесед с пациентами.       Костя поднимает взгляд на Мишу, рассказывающего подчас жестами и фигурами в воздухе, и тихонько смеется себе под нос. Из него вышел бы прекрасный учитель в школе или универе, недаром в своем возрасте он занимает настолько высокое положение. Засмотревшись, Костя пропускает момент, когда нужно переключить слайд. И только когда Миша пинает его ногой по стулу, он вспоминает о своей прямой обязанности.       Ох. Надо же. Вчера казалось, что бестолковые мысли по отношению к заведующему канули в Лету, а теперь все возвращается на круги своя. Или это иллюзии потрясенного разума? Миша с первой встречи восхищал талантом и знаниями. И не будь он придирчивой сволочью, Костя мог бы уважать его как руководителя. Так не запутался ли он из-за своей ориентации? Не подменяет ли страсть быть похожим на идеал специалиста обычной похотью? Что ж, видимо, он и вправду просто ошибся.       Аудитория хлопает стоя. Доклад превосходит все ожидания, Миша сегодня на высоте. Впрочем, ему хватает скромности только ответить на некоторые вопросы и вежливо попрощаться. С другими людьми Миша так любезен, чем же ему не угодил какой-то ординатор? Костя закрывает программу и поднимается с места, протягивая ему руку.       — Впервые слушаю такой отличный доклад, — он улыбается, и Миша неохотно пожимает его ладонь. — Я могу идти?       — Нет.       Что? Костя опускает взгляд на их руки и чувствует усиливающуюся хватку тонких пальцев. Больно, сколько же силищи в детских на первый взгляд ладонях. Скривившись, он выдергивает руку и прячет за спину. Миша не сводит с него подозрительно-враждебного взгляда прищуренных изумрудов, и по спине пробегает холодок. Когда это он успел накосячить?       — За истории отчитаться не хочешь? — напоминает заведующий, и тут до Кости наконец доходит. Упс, а он успел позабыть о вредной натуре объекта восхищения. Разгромное же ночное сообщение так и вовсе выпало из головы.       — Ну… Разве их не пора выписывать? — он отводит глаза, потирая вспотевшие ладони о штанины брюк. — Кроме новичка.       — О нем и речь! Ты его всего посмотрел?       — Всего.       — Да ну?       Изумрудный взгляд вонзается с недоверием. Костя незаметно сглатывает и крутит в голове момент, когда он стянул с больного даже носки, чтобы все проверить. Клещей искал или еще какие укусы. Не было на нем ничего такого. Ни пятен, ни сыпи, ни царапин. Единственное, он не заглядывал…       — Может… Трусы не снял. Но он был пару дней назад у венеролога на плановом осмотре для санкнижки. Здоров.       Миша хмурится, и Костя потихоньку начинает жалеть о своем опрометчивом поступке. Повернулся же язык подумать о нем как о блестящем специалисте. Нет, это, безусловно, так, но как человек… какой же он говнюк.       — Ты идиот. Его кошка неделю назад поцарапала. А теперь в паху лимфоузлы с апельсины! Хотя терапевт же не обязан заглядывать так глубоко, не так ли?       Костя краснеет и опускает голову. Пропустить такую очевидную ерунду! Еще и причина идиотская, не отмажешься никак. Миша проходит мимо, хлопнув по плечу, и хватает за руку. По коже летит знакомая дрожь, Костя сжимает кулак и без слов следует за руководителем.       — Отвезу тебя, скажи адрес.       — М? — предложение настолько потрясает неожиданностью, что даже чувство вины отпадает на второй план. Ослышался, что ли?       — Домой. Или хочешь ехать на метро с пересадками? — Миша оборачивается, и Костя отрицательно качает головой, завороженный резкими перепадами его характера. — Тогда говори адрес.       Надо же! Костя диктует номер дома и улицу, на что Миша кивает и дальше тянет его в сторону выхода. Щеки обжигает жаром, а по коже вновь бегут мурашки. Странное влечение никуда не исчезает, сколько бы партнеров Костя ни менял. Миша подходит под его критерии, тогда это может быть желанием отомстить за постоянные издевки. Костя не настолько благороден, чтобы не пожелать отодрать заведующего за каждый его отвратительный упрек.       Хм, похоже на правду. Костя в упор смотрит на Мишу, пока они неторопливым шагом спускаются по лестнице на первый этаж. Как по-детски заведующий держит его за запястье, словно мамаша нерадивого сыночка. Как же бесит подобное отношение. Сколь сильно Костя бы ни старался, все идет прахом, Миша не видит в нем человека. Только бестолкового ординатора, и сегодняшний жест как нельзя лучше доказывает его отношение.       Что же, в этот раз Костя не будет пытаться сбежать. Нет-нет, легче всего сменить руководителя. Но что действительно удовлетворит натуру Кости, так это признание Миши, что и он достоин стать врачом. Сколько бы сил и времени на это ни ушло, Костя докажет ему! Страх, злость и неуверенность — все это и стало причиной странной реакции тела. Гадать больше нечего, потому и сердце молчало. Ошибочно Костя принял нервную дрожь за похоть, так глупо. Как же хорошо, теперь ничто не помешает ему завоевать уважение придирчивого заведующего Миши.