Marauders: Year One

      Выбежав из ванной, Питер вдруг понял, что совершенно забыл, откуда они пришли. В панике — мальчику показалось, что он слышал шаги Малфоя — свернул в первый попавшийся коридор, пробежал его до самого конца, а затем распахнул первую попавшуюся дверь, нырнул внутрь, но запнулся обо что-то и, не сумев удержать равновесия, упал на спину.       Он лежал на полу, глядя в потолок, который почему-то напоминал большой темно-зеленый аквариум. Гигантские водные растения мрачными тенями вились по ту сторону стекла. Из-за этого странного потолка вся комната имела зеленоватый оттенок. Питер перевернулся на живот и огляделся. Вокруг камина с кованой решеткой стояли стулья и кресла. Камин был украшен крупными свернувшимися в клубок змеями. Зеленое с серебром оформление и каменные стены добавляли комнате большей мрачности. Мальчик почувствовал, что у него пересыхает во рту. Он поспешно вскочил на ноги.       Каким-то ему самому не ясным образом Питер очутился в гостиной Слизирина.       Мальчик поспешил к двери, но вдруг кто-то пригородил ему путь.       — Что ты тут забыл? — произнес подозрительно знакомый голос.       Питер пригляделся и наконец понял, кто перед ним. Под тяжелым, испытующим взглядом Северуса Снейпа Питер почувствовал себя очень неуютно. Северус, слышавший, как Люциус Малфой в спешке покидает гостиную, решил сходить выяснить, в чем дело, и чуть не был сбит с ног Питером. Питер весь дрожал, но, похоже, ничего говорит не собирался. Открыть дверь мог только слизеринец. Вместо пароля здесь использовались чары, похожие на те, что были на Распределяющей Шляпе. То, что Питер сумел войти, было крайне удивительно.       — Ну? — спросил Северус.       Питер тряхнул головой и попытался обойти его, но Северус схватил гриффиндорца за руку и пристально посмотрел ему в глаза. Питер отвернулся. После недолгого молчания, лицо Северуса озарилось пониманием. Он посмотрел на дверь, а затем снова на Питера.       — Где твои друзья? — глухо спросил Снейп.       — Я один, — пропищал Питер.       — Конечно, — мрачно произнес Северус. — Но, когда спускался сюда, не был, так? Куда они пошли?       — Понятия не имею, о чем ты говоришь, — голос Питера дрожал. — Я… Я пришел сюда… Один.       — Ты б не сунулся сюда один, — ровно сказал Северус. — Ты недостаточно смел.       — Я смелый, — возразил Питер. — Я на Гриффиндоре.       — Хотел бы я знать, как, — Северус на секунду задумался. — В любом случае — один ты или нет — у тебя большие неприятности. Ученикам не положено ходить в гостиные чужих факультетов — это раз. Тем более, после отбоя — это два. Думаю, мистеру Филчу будет интересно послушать о том, как ты решил навестить нас.       Питер не мог поверить, что влип настолько сильно. Все из-за Джеймса, Сириуса и Римуса. Это их вина. Если б они не решили отправиться на эту идиотскую миссию… Они ж все равно ничего не смогли б сделать. Они! Первокурсники! А теперь он получит отработки. Или хуже — его могут исключить. А это даже была не его идея. Вот где сейчас Сириус и Джеймс? Наверняка, уже в кроватях, в тепле и безопасности…       Северус мрачно усмехнулся.       — Может, если б тебя поймали не одного, у тебя был бы шанс объясниться и все было б не так плохо.       Питер посмотрел на Северуса с каким-то странным выражением лица. «Он как будто мысли читает», — подумал мальчик. Ему хотелось сказать Северусу, что остальные ребята тоже были здесь. Было бы куда проще свалить вину на других. Но они были единственными другими гриффиндорцами, кроме, конечно, Лили, и питеру не хотелось потерять друзей. Хотя из-за их приключения у него большие неприятности, Питер не хотел следующие несколько лет быть изгоем, к которому все поворачиваются спиной. Поэтому вместо того, чтобы выдать других, Питер мотнул головой и произнес:       — Я же сказал уже, что пришел один.       — Ладно, — сказал Северус. — Не хочешь, не говори.       Он открыл дверь и потащил Питера за собой по коридору, мимо ванной старост, а затем вверх по лестнице в холл первого этажа.       В холле же происходило следующее: со второго этажа спускались Малфой, тащивший упирающегося Джеймса, и Филч с брыкающимся Сириусом.       — От-пу-сти меня! — кричал Джеймс, силясь вырваться из малфоевского захвата. — Я и сам могу идти. Спасибо тебе огромное!       Но Люциус не разжимал руку, лишь сильнее стискивал локоть мальчика.       — Ученики не в постелях, шатаются по замку, как по ярмарке… — бормотал Филч, явно довольный возможностью кого-нибудь наказать.       Северус поспешил к ним, увлекая за собой Питера.       — Я нашел еще одного, — объявил он, и эхо разнесло его голос по всему этажу.       Малфой посмотрел на них и улыбнулся.       — О, замечательно, — простонал Сириус. — Это Нюньчик.       — Третий? — прошипел Филч, тоже глядя на Питера и Северуса. — Совсем страх потеряли! Правила нарушают только так. Ставят себя выше порядка… Будете сожалеть, верно? — добавил он, глядя на хмурого Сириуса. — Когда понесете заслуженное наказание. Повезло вам, что Дамбладор упразднил старые наказания… Если бы я мог, с удовольствием выпорол бы вас.       Вдруг откуда-то со стороны раздался еще один голос.       — Никто сегодня не будет выпорот, мистер Филч.       Все шестеро повернулись к источнику звука и обнаружили Альбуса Дамбладора, спускающегося по лестнице в компании Римуса Люпина, которому приходилось практически бежать, чтобы поспевать за старшим волшебником.       — Ученики не в постелях, — с готовностью сообщил Филч.       — Но все же это не причина для рукоприкладства, — ответил Дамбладор.       Филч неохотно отпустил Сириуса. Поморщившись, мальчик принялся потирать передавленное завхозом место. Малфой и Снейп с неменьшей неохотой тоже отпустили свою добычу. Дамбладор улыбнулся.       — Очень хорошо. Теперь пойдемте присядем и обсудим, что произошло этим вечером, ладно? — директор жестом указал на двери Большого Зала, и все тут же вошли в пустое помещение.       Они разместились напротив друг друга за ближайшим столом — столом Когтеврана. Дамбладор наколдовал обитый ситцем стул и занял место во главе стола.       — Чаю? — предложил директор и — прежде, чем кто-нибудь успел что-то ответить — взмахнул палочкой.       На столе появилось восемь чашек горячего чаю. Дамбладор улыбнулся и сделал небольшой глоток из своей.       — Итак, — сказал он. — Кто сможет объяснить мне, почему так много учеников бродит по школе в столь поздний час?       — Неуважение! — воскликнул Филч. — Совсем страх потеряли! Думают, им все сойдет с рук…       Завхоз грозно посмотрел на ребят.       Дамбладор сложил пальцы домиком.       — Возможно.       — Я услышал какой-то шум, доносившийся из коридора рядом с нашей гостиной, — сказал Малфой. — И, как староста, решил, что это мой долг убедиться, что никто не нарушает правила. Я вышел, думая, что наткнусь на кого-то из слизеринцев, чтобы найти нарушителей и обнаружил этих первокурсников.       — Это вранье! — взорвался Джеймс.       — Да! Он позвал тебя! — поддержал друга Сириус.       Малфой посмотрел на первокурсников. Его глаз едва заметно дернулся.       — Я не имею ни малейшего представления, о чем вы говорите.       — О Темном Лорде! — крикнул Сириус.       Дамбладор выглядел слегка удивленным. Он пристально оглядел всех собравшихся за столом Когтеврана.       — Давайте не будем использовать титулы, говоря о тех, кто их не заслужил, — наконец сказал директор. — У человека, о котором вы сейчас говорите есть имя. Правда, сейчас он предпочитает, чтобы его звали Воландеморт. И в этой школе мы будем звать его так.       — Ладно, Воландеморт, — согласился Сириус. — Малфой работает на него. Он — Пожиратель Смерти.       Малфой только усмехнулся, мрачно глядя на мальчика.       — Как легко можно отказаться даже от родни, чтобы избежать наказания, — слизеринец повернулся к Дамбладору. — Разумеется, это просто абсурдно.       — Конечно, — кивнул Дамбладор, но вид у него был какое-то мрачно-печальный.       — Эти четверо перешли все границы. Посреди ночи вместо того, чтобы спать, шатались по слизеринским коридорам, — перешел в нападение Малфой. — Одному Мерлину известно, чего ради… Это же известные хулиганы. Они с самого первого дня задирают Северуса.       Северус почувствовал, как его лицо начинает краснеть от гнева. Мальчик чувствовал себя преданным. Он никак не ожидал, что Люциус расскажет о его проблемах с Гриффиндорцами вот так — во всеуслышание.       — Он тоже нас задирал, — пробормотал Сириус.       — Брехня! — воскликнул Снейп. — Я вас не трогал.       — Да ладно! — крикнул Джеймс. — А Лили против нас не ты настроил?       — Не смей говорить про Лили! Ты ее даже не знаешь! — взорвался Северус.       — Он тебе не принадлежит! — сказал Джеймс. — Она не твой домовой эльф. Ты не имеешь права так к ней относиться.       Сириус фыркнул.       — Джеймс, пожалуйста, Северус понятия не имеет о том, как относятся к домовым эльфам. Его семья слишком бедна для такого.       — Видите? — воскликнул Северус. — Это они начали! Как и всегда!       Северус, Джеймс и Сириус принялись кричать друг на друга, выясняя кто, когда и как начинает. Дамбладор встал из-за стола.       — Довольно.       Все стихло.       — Я полагаю, все собравшиеся за этим столом виновны в нарушении комендантского часа по той или иной причине, и… — Дамбладор поднял руку, не давая Сириусу перебить себя. — Я не думаю, что услышу от кого-то из вас всю историю. Только обвинения и тыканье пальцами друг в друга. Я верю, что с обвинениями в чей-либо адрес всегда нужно быть очень осторожными и всегда помнить, что, указывая на кого-то пальцем, четырьмя остальными ты указываешь на самого себя. А сейчас я скажу так: мы все разойдемся по своим спальням, а я приму во внимание все, что сейчас услышал, и буту пристально следить за каждым из вас. Настоятельно рекомендую соблюдать правила, принятые в этой школе, и относиться к ним с уважением.       — Что? — в голосе Филча слышалась неподдельная тревога. — Никаких наказаний?       — Не сегодня, мистер Филч, — сказал Дамбладор. — Мне очень жаль вам это говорить. А сейчас, мистер Филч, проводите, пожалуйста, Северуса и Люциуса обратно в подземелья Слизерина, а я отведу Римуса, Джеймса, Сириуса и Питера в башню Гриффиндора.       Филч выглядел весьма подавлено.       — Да, директор, — пробормотал он.       — Замечательно, — сказал Дамбладор. — Тогда вперед.       Он махнул палочкой и чашки со стулом пропали. Директор жестом велел гриффиндорцам следовать за собой, Филч же, что-то бормоча себе под нос, повел слизеринцев в подземелья. Северус недовольно зыркнул через плечо прежде, чем скрыться за поворотом.        Дамбладор шел впереди, ребята — следом за ним.       Поднимаясь по лестнице в башню, Сириус думал, как убедить директора поверить в то, что они обнаружили. Только у портрета Полной Дамы, когда все остальные уже прошли внутрь, мальчик повернулся к директору.       — Он как-то оказался в зеркале, — сказал он.       Дамбладор явно заинтересовался.       — Я имею ввиду Воландеморта, — пояснил Сириус. — В ванной старост. Мы его видели. Там зеркало, которое почему-то отражает не то, что перед ним, а что-то еще. — Мальчик сунул руку в карман и вытащил найденный Джеймсом осколок. — Это от него кусочек. — Он остановился, внезапно испытав сильное чувство стыда перед Дамбладором, а потом медленно продолжил. — Я не знаю. Мы просто хотели проверить. Вилиус тоже что-то подозревает. Он думал, что на профессора Тутмана наложили Империус. Малфой. Мне очень жаль, сэр.       Дамбладор кивнул.       — Я очень ценю то, что ты решил рассказать мне правду, Сириус, — сказал он, осторожно беря осколок. — И, как я уже говорил внизу, приму услышанное во внимание. Но вот тебе совет на будущее — в следующий раз лучше сначала поделитесь со мной своими подозрениями, а не лезте расследовать. Понял?       — Да, сэр, — кивнул Сириус.       Дамбладор пристально посмотрел на него, затем вздохнул, поправил очки и сунул осколок в карман.       — Очень хорошо. Теперь иди в постель.       — Спокойной ночи, сэр, — пожелал Сириус.       — Спокойной ночи, — ответил Дамбладор.       Директор проследил за тем, как мальчик заходит в гостиную, и закрыл за ним проход. Он что-то пробормотал себе под нос, вытащил осколок и, разглядывая его, пошел к себе в кабинет.