Кокосовый пирог

      Мейсон накинул на тело кожаную куртку, что была ему велика на два размера — всё же, Сайфер в плечах был шире. Обувь высохла за сутки, но вот одежду так и не удалось забрать из стиралки, так что одет был шатен в футболку и брюки Билла. И всё было бы хорошо, если бы всё это не висело на нём мешком. Он уже собрался открыть входную дверь, как вдруг чужие руки обвились вокруг его талии, а губы прижались к нежной шее в сладком и ленивом поцелуе. — Может, всё же останешься? — послышался утробный голос прямо над ушком. — Мало ли, когда к тебе там слесарь придёт… Поживёшь пока у меня, м-м-м? — Мы уже обсуждали это. Не хочу обременять тебя своим нахождением здесь, — устало произнёс Диппер. Билл явно не хотел отпускать его ни из объятий, ни из дома. — Раздражаешь. Какая же ты задница, Сосна. — Сайфер уткнулся носом в его плечо, хоть для этого и пришлось не особо удобно извернуться: разница в росте — дело коварное. — Когда ты уже сдашься и признаешься, что не хочешь разводиться со мной? — Никогда, — фыркнул Пайнс. — Тема закрыта. Дай мне уже уйти, Господи! — Он сбросил с себя руки блондина, одним движением открыл дверь и буквально через секунду оказался в подъезде. — Я тебе верну одежду завтра утром, хорошо? И не забудь, что в пятницу утром нужно явиться в ЗАГС, а то я подам в суд. — Противный какой, — засмеялся блондин. Он опёрся одним локтем о косяк, прикрыл веки. Волосы спадали на правую сторону лица милыми лохматыми перьями… Из одежды на нём были только чёрные спортивные штаны, суженные книзу. От него пахло молоком с мёдом — такой простой сладостью они позавтракали… Диппер старался на него не смотреть, чтобы точно не пожелать остаться рядом с ним. — Возьму и специально не явлюсь. Лишь бы подольше побыть с тобой в браке, Сосенка. — Я не куплюсь на твои сладкие речи, Сайфер. Ты знаешь, что я не шучу с такими вещами. — Мейсон застегнул на себе куртку, опустил глаза в пол. — И не приходи в кафе, пожалуйста. Правда, хватит. — А давай я сам решу, что мне делать? — усмехнулся Билл. — Ладно уж, коротышка. Строй из себя недотрогу и дальше. Увидимся позднее, верно? — Он перехватил Пайнса за собачку на молнии, притянул к себе и после поцеловал его в приоткрытые от удивления губы. Шатен от такого действия даже растерялся. Это длилось всего несколько мгновений. — До встречи, малыш, — выдохнул он горячий воздух из легких.       Диппер быстрыми шагами пошёл к лестнице — просто лифт пришлось бы ждать, а так можно было сбежать от блондина и не видеть его чуточку дольше. Он спускался по ступенькам и потирал указательным пальцем левой руки и без того зацелованные за последние чуть ли не полные сутки губы. Он ведь почти отстранился от Сайфера за месяц, и вот опять…

***

      Слесарь пришёл часов в семь вечера, из-за чего Пайнсу пришлось некоторое время просидеть в подъезде. Но так было лучше, чем оставаться у Билла еще на пару часиков. Только попав в квартиру, Диппер закрыл дверь на внутренний замок, пошёл к кровати и устало упал в постель, уткнувшись лицом прямо в подушку. Он устал от своего семейного положения, от своих неопределенных чувств и навалившихся проблем. Повезло ещё, что деньги были благодаря Венди и клиенту. Шатен перевернулся на спину, упёрся взором в потолок, на котором были разводы оранжевого заката. Слишком много всего произошло за последнее время.       Утром понедельника он уже был на своём привычном рабочем месте и обслуживал захаживающих в кафе клиентов. Лицо болело от слишком частых улыбок — всё же, нужно было оставаться дружелюбным. Сайфера не было ни с утра, ни в обед. Первое время Диппер радовался, что его главная напасть наконец от него отстала, но ближе к вечеру становилось грустно: Билл ведь просто отступил, хоть обещал так не делать. Пайнс даже со своими друзьями почти не общался. Солнце клонилось к горизонту, сумерки спускались на город, а Билл так и не появлялся. — Чего такой грустный? — послышался голос Венди за спиной Мейсона, когда он присел за угловой столик, излюбленный Сайфером. — Просто забегался, — отмахнулся шатен. Девушка присела на диванчик напротив. В её руках было две тарелки с полноценной едой — Зус для них прям расстарался. — Оу, что за повод для ужина? — Обыкновенный прием пищи, Диппер, — засмеялась рыжая. — Ты ведь целый день ничего не ел. А так у нас появился шанс посидеть вдвоем, нормально покушать и поговорить.       Пайнс улыбнулся ответ, опустил взгляд к стейку из рыбы с нежным пюре, а после сделал глубокий вдох. Можно ведь было расслабиться? Тем более, когда Кордрой была рядом и это всё походило на свидание. Мейсон уже думал цепляться за любой шанс отцепиться от Сайфера окончательно и начать новую жизнь без глупых встреч по ночам. Кафе закрылось на ключ, а свет остался только в одной части, где и стоял столик. На улице становилось спокойно… Машины проезжали мимо совсем редко.       Диппер говорил с Венди на любые темы, но каждая попытка нормально пообщаться оборачивалась странными ощущениями и чувством отсутствия уюта. Улыбка на лице Мейсона была скорее натянутой, чем настоящей. Кордрой была классной. Всё такой же сильной пацанкой, как и в школе, но к этому примешались черты взросления и более-менее устаканившийся характер. В конце концов, она была красивой и веселой, что еще нужно было любому среднестатистическому парню? Только вот Пайнс всё равно видел в ней только собеседника и больше никого. Он старался отвечать на флирт, но выходило до того неловко и стыдно, что всё закончилось слишком быстро. В конце концов, эта попытка свидания завершилась тогда, когда в тарелке девушки остались только рыбьи кости.

***

      Мейсон сделал глубокий вдох, повернул ключ в замке. Всё же, Венди ушла раньше него, а лично ему нужно было выключить все приборы на ночь и включить сигнализацию. Настроение было просто отвратительным. Фонарь недалеко от кафе так и не починили, поэтому пришлось идти по темноте. Шатен прошёл мимо небольшого переулка, в котором вообще не было света. Вдруг его перехватили за руку и затащили прямо в темноту. Диппер уже хотел разразиться гневной тирадой, ведь думал, что это снова Сайфер его так пугает, но вдруг к горлу прислонили что-то острое и холодное, скорее напоминающее разбитую бутылку. — Конфеты или жизнь, — послышался грубый смех. — Я сейчас закричу, — прищурился Пайнс. Всё же, можно было попробовать спугнуть грабителя… — Попробуешь — и больше никогда не закричишь, — прошипели ему в лицо. Почувствовался явный запах дешевого алкоголя из какого-то подпольного магазина.       Дипперу уж точно нельзя было отдавать и цента. Для него каждая монетка была на счету. Ещё повезло, что крупные суммы он с собой из кафе не выносил, но и сто баксов в кармане имели большое значение для него. Он зажмурился, отвернулся. Если бы его избили, на работу официантом точно можно было не идти — нельзя ведь сверкать синяками на лице перед клиентами. В любом случае тупик. Мейсон решил подождать какого-либо чуда, но время шло, а бутылка давила на горло всё сильнее. Вот так и столбняк со СПИДом подхватить недалеко, если что-то попадёт через порез в кровь.       Недалеко послышались шаги, так что грабитель заткнул рот Мейсону ладонью, прекращая любую попытку позвать на помощь. Шаги будто удалились и стихли, был слышен только стук быстро бьющегося сердца в груди шатена. Страх наконец окутал его полностью, ведь у него запросто могли и жизнь отнять. Секунды тянулись бесконечно долго. Вор полез шариться пальцами по карманам, ведь Пайнс словно оцепенел. В темноте было мало что видно… Для профилактики ему хорошенько дали коленом в живот, а затем и остатками от бутылки по голове… Темнота сгустилась, по виску распространилось тепло…

***

      Пробуждение явно было не из приятных, хотя бы из-за того, что шатен открыл глаза и увидел перед собой мусорный бак. Вторым не особо приятным ощущением было то, что за штанину от джинс его тянула беспризорная собака, а уже от неё исходило характерное рычание. Он попытался отогнать псину от себя, но голова напомнила о ночном происшествии ужасной болью в затылке — падал ведь Диппер не на мягкие подушки в райском саду, а на асфальт в тёмном переулке. Ещё повезло, что ничего особо страшного с ним не произошло: память осталась на месте, как и одежда, серьезных повреждений не обнаружилось, кроме раны на виске.       Время уже было выходить на работу, так что Пайнс собрался силами и поплелся обратно в кафе — повезло еще, что там была рабочая одежда и душ в укромном уголке. От головной боли, как он надеялся, могла помочь таблетка. Нельзя ведь было оставлять ребят на работе одних… Да и ответственность за всё лежала на шатене. Он почувствовал слабость почти у самых дверей — не хватило нескольких шагов. Ноги ослабели, глаза закатились, а тело снова встретилось с не таким уж дружелюбным асфальтом…