Египетские страсти

Том закрыл глаза и ждал. Ожидание затягивалось, египтянин удивился и повернулся к хетту. Крисо сам замер в ожидании. Получив шанс, про который мечтал месяцами, охранник струсил. Возникло чувство вины и страха. Архитектор внимательно смотрел в глаза своего избранника, а в них была неуверенность. - Что-то не так со мной? - прикрылся Том. - Со мной. Еще рано, - виновато лег на край Крисо. - Рано? После стольких ночей и обещаний? - возмутился юноша. - Я тебе не нравлюсь? У тебе есть семья? - Нет! Я совсем один! - Что тогда? - Мне хочется взаимности, а не благодарности, - улыбнулся охранник. - Пока мне не за что благодарить. Это будет, когда увезешь из Египта, а сейчас все взаимно, - успокоил его Том. - Я слишком люблю тебя, чтобы принуждать, - был обрадован его словами хетт. - Я тоже... - лег к нему египтянин, проведя ладонью по лицу. - Будешь всегда меня терпеть? - взял его за руку Крисо, целуя ладонь. - Если сейчас возьмешься за обучение... Хетт боялся причинить ему боль и долго целовал нежные губы, стараясь найти баланс в своем желании и неопытности Тома. Прежние романы Крисо было сложно назвать любовью, это был либо секс с доступными женщинами, стремившимися влюбить в себя человека с положением, либо грубый выброс страсти после очередной битвы. Хетт и не запоминал лиц тех парней, брал тех, кто хотел или был слабее. Чувство к Тому было другим. Желание отступало на второй план, когда тот смотрел на него своими доверчивыми глазами. Сердце наполнялось любовью и заботой. Не хотелось быть грубым и жестким. Египтянин давно все решил и, отбросив смущение, стал раздевать охранника. Крисо вернул контроль и сам снял с них одежду. Хетт любовался стройным телом на постели, Том смутился и покраснел, скользнув взглядом по сильному телу. Воин начал ласкать его живот, легко скользя губами по контуру мышц. Юноше хватило пары мгновений, чтобы плоть уперлась в грудь Крисо. Хетт плавно переместил поцелуи ниже, покусывая косточки узких бедер. Архитектор следил за ним, нервно вздыхая. Крисо раньше не дарил любовникам подобные ласки, но решил ориентироваться на опыт своих воспоминаний о желающих доставить воину удовольствие. Охранник лизнул влажную головку и провел рукой по стволу, любовник застонал, и хетт направил его член в рот, стараясь не забыть про зубы. Том сжал руками простыни и толкнулся глубже. Крисо стал действовать быстрее, разрешив партнеру двигаться в его ласке. Египтянин не умел понимать свое тело, раньше Том не ласкал себя, считая это слабостью, от действий хетта кружилась голова, и горело все внутри. Юноша, прокусив губу в кровь, кончил в рот любовника. Крисо не стал отстраняться, подумав, что ему даже понравился вкус Тома. - Тебе хорошо? - вернулся к ласкам тела Крисо, давая ощутить свое возбуждение. - Очень... - наладил дыхание архитектор. - Хочешь дальше? - начал целовать его плечи охранник. - Не сомневайся, - улыбнулся юноша. Стараясь не перейти в процесс раньше времени, Крисо раздвинул египтянину ноги и лег вплотную. Отвлекая поцелуями, хетт дотянулся до флакона с маслом на окне и смазал пальцы. Охранник ласкал рукой внутреннюю сторону бедер, пока парнишка не забылся в сплетении языков и не дал раздвинуть ноги шире. Хетт круговыми движениями ввел половинку пальца, борясь с искушением поторопиться. Шелковое нутро кружило голову представлением о предстоящем. Воин терпеливо вставил палец до конца, растягивая тугие мышцы. Том всхлипнул, в большей степени от смущения. - Потерпишь? - спросил хетт, добавив второй. - Как человеку, понимающему пропорции предметов, сейчас мне страшно... - нервно улыбнулся Том, чувствуя боль и трение об свое бедро крупного достоинства воина. - Все подойдет, - пообещал ему Крисо. - Потерплю, - поджал губы Том. - Я нежно... Осторожно... - шептал охранник, двигая пальцами. - Я знаю... Настал предел терпения, и Крисо начал входить в девственное тело. Том зажмурился, вытерпеть без слез не получилось, архитектор тихо заплакал, впустив в себя головку. В охраннике шла борьба между жалостью и страстью. Он продолжал заполнять собой юного любовника, целуя плачущие глаза. Том громко хныкал и пробовал отодвигаться, но сильные руки держали его в одном положении. Крисо со стоном закончил свой план, оказавшись в любимом до конца. Египтянин сжимал его твердую плоть, вызывая тихое рычание. Хетт, не прекращая поцелуи, стал двигаться. Это оказалось труднее, чем он думал, колечко мышц обхватило его тесным пленом. - Посмотри на меня! - попросил охранник. - Больно... - признался Том, утыкаясь в широкое плечо. - Расслабься, сейчас пройдет, - просил Крисо, получая острое наслаждение. Воин ощутил попытку юноши послушаться совета, стало немного легче, и член стал разрабатывать дырочку дальше. Египтянин терпел осторожные движения, думая, что люди врут про удовольствие от таких вещей, пока Крисо не добился желаемого и тело партнера не начало наполняться ответным желанием. Том подался вперед, наступило чувство наслаждения, ему хотелось происходящего. Хетт закрыл его рот поцелуем, найдя с ним полное единение. Тела стремились друг к другу, дополняя и погружая в вулкан страсти. Том извивался под ним, словно змей перед факиром. Охранник уже без боязни, жестко покорял тело юноши, хрипло шепча его имя, будто оно было тайной молитвой. - Крисо... - застонал архитектор, растекаясь в сладкой истоме. Этого стона хватило, чтобы хетт выгнул спину в сильном оргазме, кончая одновременно с ним. - Мой любимый... Мое счастье... - наполнился нежностью воин, прижимая Тома к себе. - Всегда так хорошо? - уткнулся в его шею юноша, скрывая улыбку. - Будет лучше, - положил пару удобнее Крисо, вспомнив про свой вес. - Это правда приближает к богам... - обнял партнера Том. - Мне не нужны боги, раз есть ты, - гладил стройную спину хетт. - Не говори так! Навлечешь беду! - возмутился архитектор. - Я готов к любой беде. Ради тебя я справлюсь с любой преградой... - Я люблю тебя, - не стал скрывать египтянин, даря воину счастье. - Я сильнее, - усмехнулся тот. - Не будь ребенком! - толкнул его коленом Том. - Не спорь со старшим, - возмутился Крисо, уложив египтянина на подушки. - Старший обещал слушаться, - рассмеялся юноша. - Обещал, когда покинем город. Там и будешь вить из меня веревки...