Твой/мой мир

Если нарисовать график зависимости предпринимаемых Дереком усилий по завоеванию расположения Стайлза от времени, мы увидим прямую линию, стремительно бегущую вверх. Если нарисовать график зависимости терпения Стайлза от времени, мы увидим прямую, стремительно бегущую вниз.Поясним: Дерек дерзал, Стайлз его костерил. Каждый божий день Хейл приходил в автосалон с несколькими стаканчиками кофе, угощая персонал и Стайлза, в частности. Он был приветлив, мил, дружелюбен и никогда не переходил на личности. Омега прошёл несколько стадий отношения к Дереку: равнодушие, раздражение и ненависть. Он не мог отвязаться от вожделенных взглядов, но и открыто проявлять агрессию права не имел, ведь всё было на уровне допустимого и дозволенного. Стайлз несколько раз пытался донести до альфы, что его старания не имеют смысла, но кто-то слил мужчине информацию о том, что взаимоотношения между ним и Скоттом имеют сугубо дружеский характер. Дерек же наслаждался возможность просто любоваться этим созданием рядом с собой. Он был по-настоящему влюблён — и лишь одной этой фразой можно описать все те чувства, которые испытывал альфа, глядя на Стайлза. Последней каплей терпения для Стайлза стал букет белых лилий, который Дерек вручил ему в какой-то из пятничных вечеров вместе с приглашением в ресторан. — Я сказал, оставь меня в покое! — Омега начинал злиться. — Мы может пойти по сотому кругу и прийти снова к тому, что я буду клясться тебе в вечной любви. — Не отступался Хейл. — Ты меня даже не знаешь! — Потому что ты не даёшь мне себя узнать!.. — Мужчина всплеснул руками от безысходности. Всё чаще они упирались в стену. — Хорошо. — Сдался Стайлз. Он устал пытаться образумить альфу и теперь решил пойти немного иным путём. — Приходи завтра на ужин. Но! — Прервал он счастливый возглас мужчины. — Это не романтический ужин и уж тем более не свидание! Имей в виду и то, что Скотт тоже будет дома. Ты просто наивный дурак, который увидел во мне отражение какого-то идеала. — Стайлз ткнул пальцем Дереку в грудь. — И завтра ты будешь разочарован. — Хорошо. — Улыбнулся мужчина и протянул Стайлзу букет. — Меня вполне устраивает подобная перспектива. Дерек не долго подбирал наряд. Ему дважды повторять не надо: просто приём пищи в компании… друзей? знакомых? эмм… приятелей?.. На альфе был чёрный свитер с неглубоким треугольным вырезом и синие джинсы. — Это ведь подходит под определение «не вызывающая одежда»?! — Истерил мужчина, красуясь перед Эрикой. — Если вместо пальто, которое стоит, как моя почка, и ботинок примерно такой же цены, ты наденешь коженку и кроссовки, я смогу убедить себя в том, что ты одет не вызывающе. — Омега ждала, когда соберётся Дерек уже час, чтобы отвезти того к Стайлзу. Альфа наотрез отказался вызывать такси, а ехать на собственной машине не хотел, потому что намеревался выпить бокал вина за ужином у «друзей». — Дерек, скажи мне, почему я тебя терплю? — Потому что я терплю тебя. — Ввернул альфа, чуть ли не вываливаясь в коридор. — Аргумент. — Закивала блондинка, опустив вниз уголки губ с вызывающе алой помадой. — Дерек, — у Эрики опускались руки от постоянного битья головой о стену. — Почему в твоих руках букет? Нет! Ничего не хочу слышать. Выметайся из квартиры, и поехали уже… Дверь Дереку открыл тот самый Скотт. Мужчина держался уверенно, пожал альфе руку и прошёл внутрь. Букет хризантем Скотт у него отобрал и оставил в коридоре. — Скотт. Скотт Маккол, не рад знакомству. — Безмолвное противостояние имело место быть, но Хейл только дежурно улыбнулся и кивнул потенциальному сопернику. — Дерек Хейл. — Представился альфа и осмотрелся. Простенькая квартирка: маленькая и… Невероятно странная… Длинный коридор, который вёл вправо и влево был загромождён всяким хламом: начиная от комиксов и коробок с книгами, заканчивая велосипедами, деталями от машин, странного вида картинами и этими странными висюлек между дверьми. Под потолком вообще располагалась кровать, каким-то чудесным образом закреплённая там. Обои на стенах в некоторых местах облезли, некоторые стены были выкрашены в странный сине-оранжевый цвет. Дерек был немного… удивлён. Запахи тоже слегка смущали. Лёгкое веяние аромата сильного альфы, шлейф лилий, свежая краска, табак, пыль и, кажется, подгорелая яичница? — Проходи на кухню. Стайлз уже заждался. — Ехидно усмехнулся Скотт и исчез в темноте одной из комнат. Дерек быстро стянул куртку, судорожно кинул её на тумбочку и с замиранием сердца направился туда, где слышался голос Стайлза. И это был один из тех случаев, когда следовало сбежать, испугаться, затаив призрачную надежду… Кухня была большой с огромным окном, которое было чуть ли не полностью поднято, впуская в комнату прохладный зимний воздух. Из кухни выходил ещё один коридор, который, по всё вероятности, делал просто целый круг по помещению, оставляя в самом центре ванную комнату. Что за планировка?! На табуретке сбоку от большого стола сидел омега. Да, это точно был Стайлз, но… Мальчишка был в длинной размашистой футболке с эмблемой Бэтмена и шортах до колена, что заставляло открыто пялиться на его тонкие лодыжки, подкаченные икры, острые коленки и виднеющиеся из выреза точёные ключицы. На ногах были надеты толстые шерстяные носки с рисунками в виде оленей. И это только полбеды. Обычно совершенная кожа лица, оказывается, была покрыта россыпью мелких веснушек, а на розовых щеках иногда выступали ямочки. Губы не были бледными и безжизненными, сейчас они представляли собой ярко-алые мягкие лепестки роз. На остреньком носу были нанизаны очки в круглой массивной оправе. Волосы были убраны на макушке розовыми заколочками-цветочками. — Не хочу показаться грубым. — Севшим голосом пробормотал Дерек, обратив на себя внимание Стайлза. — Но как-то это слишком сюрреалистично. — Привет. — Не стал реагировать на реплики альфы Стайлз. Его карие глаза светились под достаточно толстыми линзами очков, тонкие пальцы уверенно держали какую-то папку с документами и ручку. Этот омега был тем ангелом, что сразил его в клубе своей непреступной похотливостью? Этот юноша покорил его интеллигентной холодностью в автосалоне? Да на табуретке, задрав на кухонный гарнитур прямые ноги-спички, восседал просто ребёнок! Мальчишка! Негромко тарабанило ТВ, на плите стояли сковородки с горячей едой, на столе — пицца, возле стола — пара разномастных стульев, древний холодильник увешан магнитиками, фотографиями и записками, старенькая раковина была заполнена посудой. — Садись, не стой столбом. — Звонким и ничуть не ласковым голосом прощебетал Стайлз, утыкаясь носом в папку. Дерек потерял дар речи. Он был готов ко многому, но не к… быту? Такой вот простой мир: дешёвая, съёмная квартира со всеми вытекающими эпитетами (разваливающаяся, раздолбанная, старенькая, чмошная), двое ребят, зашивающихся на работе и учёбе, совершенно незаморочная обстановка в доме, ощущение студенческого жилья, ветхие шмотки, наплевательское отношение к тому, как выглядишь в данный момент. — Стайлз, прибавь телик, выключи свой мобильник, отложи документы и начинай поражать меня. — Скотт ввалился в крохотную кухню, чуть потеснив Дерека, который в свою очередь пребывал в полнейшем недоумении. — «Посетителям выставки в США предлагали отказаться от пистолетов в пользу вилки. Чему была посвящена эта выставка?» — Незаинтересованно поинтересовался ведущий какой-то передачи. — Пфф, ну это же моя специальность. — С досадой проговорил омега, взял в одну руку огромную кружку с чаем, а в другую — кусочек горячей пиццы. — Отказу от топливных авто. — «Электромобилям. Пистолет имеется ввиду тот, которым пользуются на заправке автомобиля бензином, а вилка — не столовый прибор, а вилка для вставки в розетку и зарядки электромобиля». — Пояснил диктор, на что Стайлз уверенно закивал, тыкая пальцев в экран. — «Какую пошлину ввели в XII веке в Англии для того чтобы заставить мужчин пойти на войну?» — Пофлина на труфофть. — Пробормотал Стилински с набитым ртом. — «Англичанам приходилось платить налог на трусость. Им облагали всех, кто не желал принимать участие в войнах во славу короля». — Раздалось из телевизора. — Надеюсь, ты голодный. — Вдруг раздался голос Скотта. — М? Что? — Совершенно растеряно произнёс Дерек, с трудом отрывая взгляд от сосредоточенного лица омеги. — Стайлз два часа простоял у плиты… — Зубоскалил мужчина. — Не стоит пропадать его трудам. — Оо, я с удовольствием. — Начал было кивать Хейл, но его перебили. — Да он издевается над тобой. — Ткнул омега куском пиццы в сторону Скотта. — Чувак, голодный пёс понюхает мою стряпню, поморщится и уйдёт. Это не всегда могу есть даже я сам. Просто так неудачно совпало, что сегодня моя очередь готовить. — Поверь мне, я хуже любого пса. — Попытался улыбнуться Дерек. Стайлз только закатил глаза. — Знаешь что, — скептично протянул он и приблизился к лицу альфы. — Владельцы ночных клубов, которые на «ты» общаются с одним из крупнейших авто-магнатов страны, не едят подгорелый омлет с пиццей, которая заказана по скид-талону. «Ну, гори всё сини пламенем, Дер?» — со скрипучим отчаянием подумал Дерек и тоже наклонился немного вперёд. — Знаешь, ведущие менеджеры одного из лучших автосалонов страны, которые одеваются в дорогущие итальянские шмотки, не снимают загаженные квартиры напополам с другом. — Дерек был доволен собой. Ещё бы, колкий, аргументированный ответ тяжело было оспорить. Мужчина откинулся на спинку стула и заулыбался. — Пошёл вон. — Холодный тон, с которым была отпущена быстрая и короткая фраза, резанул по слуху. — Что? Почему? — Растерялся Дерек и бросил взгляд на Скотта, уже ища в этом человеке поддержки и понимания. — Я сказал, уходи. — Ни один мускул не дрогнул на лице Стайлза. Он будто бы говорил что-то достаточно посредственное, просто выдерживая официальную дистанцию. — Объясни, что не так? — Неожиданно для себя взмолился Дерек. Чем он смог задеть этого мальчишку, что взгляд карих глаз моментально переменился с уютного на жестокий и бесчувственный? Омега промолчал и безучастно уставился на окно, словно в комнате никого не было. Скотт медленно поднялся, взял Дерека за руку чуть выше локтя и потянул в коридор. Альфа дождался, пока абсолютно потерянный мужчина натянет куртку, всунет непослушные ноги в кроссовки и выйдет на лестничную площадку. — Ты любишь его? — Спросил Скотт, когда прикрыл входную дверь. В коридоре было холодно и как-то слишком сухо. Где-то наверху шумели соседи. В маленькое окошко у самого пола бился ледяной ветер. Серые стены с потрескавшейся синей краской угнетали. — Я схожу с ума по нему… — Прошептал Дерек, не поднимая головы. — Это плохой, но честный ответ. — Кивнул мужчина. Его голос эхом раздался по подъезду. — Искренне любящий мужчина сможет пройти через ад, чтобы добиться расположения… Хейл тут же вскинулся, приподнял подбородок, наполнил взгляд нездоровым, сумасшедшим блеском: — Я могу пройти через ад. Если понадобится — дважды. — Тогда послушай меня внимательно. — Дерека обдало пламенем открытой угрозы. Он почувствовал запах приближающейся опасности. Альфа напротив был готов убить его, закопать живьём ровно в ту же секунду, как представится такая возможность. Тёмные глаза неожиданно сильно полыхнули. Магически окрасились в цвет крови. Это заставило сглотнуть комок в горле. — Первое, что тебе следует запомнить: я всегда буду на его стороне. Всегда. Каждую секунду. Не смей надеяться на мою помощь. Но… — Скотт вздохнул, перевёл дух, попытался успокоиться. — Но ты не отбитая сволочь — это раз. Стайлз тебя презирает — это два. — Я так понимаю… — Несмело произнёс Хейл. — Это повод для радости? — Ещё какой. — С досадой ребёнка проговорил мужчина и неловко почесал кудрявый затылок. — Впервые за несколько лет он проявил хоть какие-то чувства к постороннему альфе, помимо глубочайшего равнодушия. — Я знаю, что не должен спрашивать, но… Как с ним поладить? Я и понятия не имею, где совершил оплошность? Какое слово так задело Стайлза? Почему? Всё же шло хорошо… — Значит, была причина, понятно? — Снова не очень дружелюбно гаркнул Скотт, после чего Дерек заткнулся и усиленно закивал. — Дважды, говоришь? Как бы этого не оказалось мало… Но он позволил тебе перейти эту черту: пустил в дом, показался в своём привычном образе ботана-задрота. Как думаешь, почему? — Он надеялся, что мой «выдуманный» идеал не совпадёт с реальностью, и я наконец отстану. — Хмыкнул альфа, не без удовольствия транслируя в голове увиденное сегодня. — Неужели, совпал? — Кто? — Упустил нить разговора Дерек, поставив себя в неловкое положение. — Идеал. — Кивнул головой в сторону квартиры Скотт. — Хах, можно и так сказать… — На альфу резко навалилась усталость. Им овладело эгоистичное желание наплевать на всё происходящее, вернуться в квартиру, растечься на табуретке апатичной лужицей и смотреть, смотреть, смотреть… — Приходи во завтра вечером. Поужинаешь с нами. Не доставай его на работе. — Скотт бросил эту фразу, уже заходя в квартиру. Дерек тупо моргнул несколько раз. Ущипнул себя за руку. И попытался не закричать на весь подъезд от восторга. Он уже начал сбегать по лестнице, как его окликнули: — Дерек? — Да? — Счастливо ответил он, обернувшись. — Не дари Стайлзу лилии. Никогда больше. — В этих предложениях заключалось слишком многое: боль, угроза, тоска, печаль, предостережение и до ужаса знакомое альфе отчаяние. Он не стал что-либо говорить, а только лишь уверенно и понятливо кивнул. Скотт зашёл в квартиру, устало вздохнул, прошёл на кухню, где застал Стайлза, сжавшегося в комок, скрывающего своё лицо где-то в коленках. — Ты чего его выставил? — Не знаю… — Пробурчало создание, не спеша поднимать голову с острых кален. Тело немного дрожало, голос стал тихим и неуверенным. — Боишься? Ответа не последовало. — Эксперимент номер два. Мы видим, как подопытный готовится к новому испытанию. — Что ты несёшь? — Поинтересовался Хейл. — Я снимаю, как ты собираешься. На огромной кровати валялась омега, заливаясь звонким смехом. Камера в её руках тряслась, чуть смазывая картинку происходящего: Дерек расхаживал по комнате взад-вперёд, громко ругаясь и паникуя. — Бесишь ты меня. — Улыбнулся мужчина омеге, ткнув в её сторону пальцем. И, уже глядя в объектив камеры, добавил: — А на Эрике идиотская футболка с Микки Маусом. — Неправда. — Раздался бубнёж из-за камеры. Блондинка же окинул ярко-красную футболку скептичным взглядом. — Правда-правда. — Покивал Дерек, продолжая собираться. На нём уже были джинсы, серая самая обычная футболка и клетчатая самая обычная рубашка. В голове набатом звучало одно: не накосячить, не накосячить, не накосячить. — Не накосячить… — Вслух произнёс Хейл и выдохнул, смешно раздув щёки. — А так же: не быть полным придурком, лицемерной скотиной, наглым боровом, не выглядеть зажравшимся мажором, богатеньким мальчиком и избалованным хуйлом. Короче говоря: не быть собой. — Проштудировала Рейес на камеру. — Что подарить человеку, который тебя ненавидит? — Проигнорировав комментарий омеги, спросил Хейл. — Ствол? — Вопросом на вопрос ответила Эрика и откинулась на матрас. Дерек зло рыкнул и сгрёб с тумбочки ключи и какую-то мелочь. — Но уж точно не цветы. Будь я на месте этой сладенькой конфеточки, давно бы в жопу тебе эти букеты запихала. — А есть варианты? — Отчаялся Дерек. — Что-то дорогое мальчишка не примет. Чем он увлекается, я не представляю… — Украшения? У этой кисоньки шикарные серебряные клипсы, которые он потерял. — Всё ещё валяясь на кровати, бормотала Эрика, занятая чем-то своим. — Откуда ты знаешь, что Стайлз потерял серьги?! — Растерялся альфа. Эрика молча поднял вверх пару клипс, не шевелясь и не произнося ни единого звука. Дерек зло клацнул зубами, выхватил из тонкой ладони украшение и направился к выходу. — Шарф не забудь, тормоз! — Крикнула вдогонку Рейес и перевернулась на живот, просматривая отснятый материал. — Баран влюблённый. — Стайлз, открой дверь! Омега слез с табуретки, на которой торчал вот уже минут тридцать, тщетно пытаясь собрать всю пыль с потолка, прошёл в коридор, всё ещё залипая на потолок. Он открыл дверь, к своему огромному сожалению, даже не взглянув в глазок. — Привет! — Раздался счастливый возглас с порога. — Какого..? — Вопль возмущения был задушен криками негодования, что бессвязным потоком вырвались из горла мальчишки. — Опять?! — Воскликнул Стайлз, отшатнувшись назад. — Кажется, я высказал свою позицию более чем чётко. И если я ещё не сошёл с ума, произошло это вчера вечером. Ты не рыбка гуппи, а значит, точно помнишь, что было двадцать четыре часа назад. Возникает вопрос: какого чёрта ты делаешь в моей квартире? — Серьги. — Спокойно произнёс Дерек и протянул украшение Стайлзу. — Ч-что?! — Задохнулся от негодования омега. — Пошёл вон! Плевать мне на них, убирайся отсюда! — Стайлз, послушай меня… — Начал было Дерек, но точёный пальчик упёрся ему в самую грудь. — Нет, это ты послушай! — Зарычал омега и резко поджал губы. — Мы просто переспали. И я уже пиздец, как жалею об этом… — И зачем тогда всё это было нужно? — Что «всё»?! Дерек, пойми же ты, ничего не было! — Взгляды, Стайлз! Вздохи, движения, слова, стоны… — Мне нужен был секс! Просто обычный трах и никакой грёбаной романтики! Я играл и соблазнял, чтобы переспать, окей?! Гони мои серьги и уползай обратно в свою роскошную нору. Забудь всё, что произошло в ту ночь! — Забыть?! — Вскипел Дерек, выпуская своего волка. Его глаза налились алым, запах силы и мощи наполнил весь третий этаж, а руки, упёршиеся в косяк, чуть было не разломили его в щепки. — Я не забываю свои вещи, в отличие от некоторых! Звонкая пощёчина стала неожиданностью для мужчины. Он поднял изумлённый взгляд на совершенно невозмутимого мальчишку. — Негодуешь из-за того, что я не валяюсь в твоих ногах? — Спокойно поинтересовался омега и чуть приподнял бровь. — Не скулю, не умоляю, не оголяю шею, из задницы не течёт смазка. Тебе в новинку, верно? — Он скрестил руки на груди. — Да, Хейл, мне плевать на твою альфа-силу. Мне плевать на твои деньги, на твои связи, на твоё самомнение. — Стайлз шагнул немного вперёд, продолжая сверлить Дерека равнодушным взглядом и невольно начиная размахивать своими неуклюжими руками. — Плевать на тебя и твои жалкие попытки подмять всех и каждого под себя. Ты ничто: ни мужчина, ни альфа, ни… — Хей, — Дерек поймал мальчишку за запястье, но прикосновение было совершенно невесомым, — давай попьём пива в следующую субботу в баре неподалёку? Будут играть Метс. — Омега поднял на мужчину растерянный взгляд. — Просто… как приятели. — Стайлз? — Раздался приятный женский голос из квартиры. — Это мистер Манхеттен? Он болеет за Метс?! Пусть заходит! У меня есть для него работа. Стайлз с каменным лицом обернулся к тумбочке, взял с неё влажную, слегка запылившуюся тряпку и швырнул прямо в грудь Дерека. — Заходи, поможешь Лидии. — Рыкнул Стайлз и ввалился обратно в квартиру, тут же принимаясь протирать бесконечное количество полок. — Почему «мистер Манхеттен»? — Усмехнулся Дерек и стащил с себя куртку и обувь, стараясь не анализировать произошедшее и срочно ловить момент, чтобы остаться. — Потому что я никогда в жизни не забуду историю о том, как Стилински в пять утра добирался из Манхеттена в Квинс, после ночи с тобой. — В проходе появилась девушка, заполняя всё помещение умопомрачительным ароматом свободной омеги. Карамель с примесью некрепкого кофе и вишни. — Дерек. — Протянул руку альфа. — Лидия Мартин. — Девушка демонстративно проигнорировала ладонь мужчины. — Мне плевать на твоё имя, Манхеттен. — Надула губки омега и поправила элегантную повязку на своей голове, которая оставляла копну рыжих волос за спиной. — Мне нужен твой рост и мускулы. Стул. Тряпка. Потолок. Уловил цепочку? — И слегка округлила глаза, как бы призывая альфу действовать. — Вполне. — Приподнял брови Дерек и перевёл негодующий взгляд на своё рабочее место. «Ладно, Дерек, о случившемся ты поразмыслишь чуть позже, а сейчас надо сделать всё, чтобы не вылететь из квартиры» — Хейл молча начал протирать потолок, глуша в себе огромное желание истерично рассмеяться. — Господи, Стилински! Клянусь, я выброшу все эти коробки! — Лепетала Мартин, прохаживаясь по коридору, буквально наворачивая круги по всему дому, появляясь то со стороны кухни, то со стороны гостиной. — Не тронь! — Синхронно орали парни, спешно разбирая свои вещи, опасаясь, что гнев Мартин уничтожит всё их любимое барахло. — О, Господи, откуда у вас столько дисков с кантри-музыкой?! — Изумляется Лидия, перебирая хлам на полках. — И закройте кто-нибудь окна! На улице декабрь! — Нет! Не смейте! — Пищит Стайлз откуда-то с кухни, вваливается в коридор, где Дерек старается не сойти с ума, протирая блядский потолок, и бежит в гостиную, где бушует Мартин, пытаясь опустить створку. — Нет-нет-нет-нет! — Тараторит мальчика и перехватывает руку девушки. — Стилински, нас сейчас заметёт снегом! — Если Джон почувствует запах табака в квартире, он убьёт меня! — Чуть ли не истерит Стайлз, попутно сгребает все пепельницы в доме, которых Дерек насчитывает добрый десяток. — Я не хочу быть пристреленным из табельного, поэтому свалю всё на Скотти, и тот мужественно погибнет за меня. — Ты починил джип, чтобы забрать Джона из аэропорта? — Лидия выделяет голосом имя и пристально пялится, именно пялится, на Стилински. — С каких это пор ты называешь мистера… — Скотт выглядывает из коридора, но продолжить не успевает, ведь Мартин стреляет в него многозначительным взглядом и весьма аргументировано поджимает алые губы. — Аа… Оуу… — Тупо тянет Маккол и косится в сторону Хейла. — Нихера я не починил! — Отчаивается Стайлз, падая прямо на пол рядом с горой какого-то мусора. — Ремонт продлили на сутки. Арендую машину в салоне или обанкрочусь на такси… Отстой… — Эм… Хэй, — обращает Хейл на себя внимание, балансирую на покалеченном временем стуле. — Я могу повозить тебя и твоего… — Ухажёра. — Перебила Лидия и бросила в возмущающегося Стайлза подушкой. — Но имей ввиду — он полицейский. Никаких истерик или выходок, как сегодня. — Он шериф, если быть до конца честными. — Влез Скотт, забираясь на ту странную штуку в коридоре под потолком. По всей видимости, это была его кровать. — Прости. — Бросил Хейл в сторону Стилински. Дерек действительно сожалел. Слова, что он бросил в порыве гнева, были не то что жестокими, они были бредовыми. Но Дерек так сильно погряз в чувстве влюблённости и желании обладать, что было неприятно осозновать простую истину: та ночь только для него была особенной, неповторимой. Хейл даже неосознанно притупил чувство жгучей и неуместной ревности из-за гложущей его вины, был готов терпеть чужого любовника в собственной машине целые сутки, только бы загладить этот инцидент. — Вы все здесь конченные идиоты. — Помахал в воздухе руками Стилински и потащил мешок с мусором в сторону выхода. Альфа залип на длинные, худые ноги, которые не скрывали старые шорты, болтающиеся на мальчишеских бёдрах. — Эй, Манхеттен, — окрикнула его Лидия, — там ещё потолки. Продолжай дерзать. — Рыжая макушка кивнула в сторону двери, которая из гостиной вела в ещё одну комнату. Дерек послушно поплёлся покорять новые высоты, прихватив с собой тряпку, ведро и стул. Эта спальня разительно отличалась от других помещений квартиры. Она была совсем небольшой, формы пятиугольника из-за её углового расположения в доме, но уютной и чистой. Здесь пахло чистым бельём, каким-то цветочным кремом, немного духами и новыми книгами, но особенно сильно Стайлзом — лилиями, от аромата которых в горле вставал ком, а во рту копилась слюна. Стены были покрыты новыми обоями цвета мокрого асфальта, их украшали только плакаты со сценами из Марвеловских фильмов, потолок был выкрашен в чёрный цвет. Посреди комнаты стояла широкая кровать, заправленная тёмно-синим бельём, напротив — стол, заваленный кипами бумаг, рассортированных и точно отмеченными цветными стикирами. Сбоку умещалась напольная вешалка с небольшим запасом хорошо отглаженной одежды, среди которой Дерек приметил уже знакомый ему строгий рабочий костюм. На подоконнике стопками лежали книги, корешками вперёд. Рама была украшена гирляндой в виде звёздочек. — Это... мило? — Как-то не к месту обречённо выдохнул Дерек и перевёл взгляд на магнитную доску над столом, где были развешаны разные фотографии и заметки. — Это пиздец. — Рыкнули позади, и альфа обернулся. — Меня не было пять минут, а ты уже сунул нос туда, куда не стоило его совать. Выметайся. — Припечатал Стайлз тем своим тоном, который звучал, как «Сдохни в муках». — Из квартиры? — Хейл поднял табуретку, которую только-только успел поставить на пол. Омега тяжело вздохнул и впервые за день посмотрел Дереку прямо в глаза. Сердце мужчины сжали стальные тиски. Этот взгляд был переполнен безысходностью и какой-то усталой, застарелой печалью. — Для начала из комнаты. Там привезли китайскую еду. Лидс на диете, а Скотт переборщил с количеством лапши и острого соуса. — Мальчишка дёрнул плечом и вернулся в гостиную, падая на старый пружинистый диван, подгибая ноги-спички в носках с оленями. Оленем, однако, чувствовал себя Дерек… — Метс не выстоит против Атланты. Они по-кой-ни-ки! — Прервал глубокие раздумья Хейла Скотт. Альфа усиленно запихивал в себя лапшу, становясь похожим на растрёпанного подростка, а не на жестокого палача-охранника. — А что насчёт Никс в этом сезоне? Мы обязаны сходить на игру. — Вклинилась девушка, с волшебной грацией поедая салат из каких-то водорослей. — Ооо, нет! — Крикнул Стилински и вскочил на диван, размахивая руками, в одной из которых была зажата коробочка с едой. — В баскетболе я болею только за Уорри! — Ой, да брось, мы свалили из Калифорнии почти семь лет назад. — Пнул Маккол пяткой друга. — Ты, презренный смерд, — зашипел Стайлз, нагибаясь к Скотту с прищуренными глазами, — будешь молить о пощаде, когда Уорри разобьют в пух и прах Никс, и Нью-Йорк с позором упадёт на дно турнирной таблицы, не попадая даже в плей-офф. Калифорнийцы почти так же круты, как нолановский Бэтмен! Они почти, как картошка спиральками, бро. Как хенли в ветреный день. Эти ребята вне конкуренции! Они… — Стайлз, — Скотт и Лидия переглянулись и одновременно протянули: — Заткнись. — Кстати, о матчах. — Вдруг опомнилась Мартин. — Ты собираешься сходить с Джоном на бейсбол? — Он приезжает всего на одну ночь. Не думаю, что получится выбраться хоть куда-нибудь. — Печально улыбнулся Стайлз, усаживаясь обратно. — Но мы обязательно заглянем в тот ресторанчик здоровой пищи на тридцать шестой-авеню и ко мне на работу, само собой. Иначе он никогда не поверит, что я нашёл-таки место по специальности. — Запоминай, мистер Манхеттен, — пощёлкала пальцами Лидия перед лицом залипшего Хейла, — завтра тебе возить эту парочку по всему Нью-Йорку. — Я как-то упустил тот момент, когда дал согласие на эту поездку. — Возмутился омега, отводя взгляд в сторону окна. — Ты согласился на неё, когда вхлам раздолбал джип, Стилински! — Вспыхнула Лидия, тряхнув медными локонами. — Эй, моя детка просто устала от грёбаных Нью-Йоркских пробок! — Садись на велосипед, и это перестанет быть проблемой. — Ох, отлично, топ-менеджер ведущего автосалона страны на велосипеде! Как ты себе это представляешь? — Не сложнее, чем топ-менеджер на ржавом корыте. — Как ты назвала мою детку?! — И омега снова вскочил на диван, всем своим видом проявляя крайнее недовольство и решимость идти до конца. — Моя крошка… — Во сколько мне заехать за тобой? — Тихо спросил Дерек, боясь, что вновь разрушит хрупкий мост между ним и Стайлзом, построенный, будем честны, на игнорировании со стороны последнего. — В семь. — Тут же отозвался омега, ледяным тоном. — И только попробуй начать сверкать глазами — я тебя покалечу, Хейл. Дерек кивнул и продолжил безмолвно есть дешёвую лапшу из картонной коробочки. Он впервые оказался в той компании, где не нужно держать лицо, где можно просто наслаждаться едой на вынос, споря об исходе грядущего матча, или кидаться друг в друга подушками, решая, какой фильм посмотреть в выходные. Здесь всем было плевать на марку его машины, размеры лофта и количество прибыли за прошлый месяц. Эти ребята улыбались искреннее и беззаботно, для них не существовала того мира, где всегда нужно быть готовым к интригам и заговором. Ему нравился этот мир. А ещё… Ему безумно нравился Стайлз: мальчишка с забавной спешной речью и алыми губами, не скрытыми танальником. Он был безумно влюблён в широкую улыбку, в медовые глаза, тонкую шею, усеянную родинками, а главное, в живые, неподдельные эмоции.