ветка магнолии

ㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤ ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ ㅤ ㅤㅤㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤ ☼ ㅤ ㅤ ㅤ июльское солнце растекается надеждой в сердце, оставляя пометки в виде имени, которое более не вмещается в строчках песен. выученная наизусть дорога ведёт в место, неизбежно ставшее любимым и единственно верно-необходимым. небольшой цветочный магазинчик, который не покидал мысли чанёля ни на минуту, ждал его за углом следующей улицы, приветливо улыбаясь светлыми окнами витрины и замирая в немом предвкушении колокольчика, что разразится особой мелодией конкретного посетителя, который не ленился приходить практически каждый день. в эти мгновенья цветы пахли чуть сильней, а улыбка парня за прилавком расцветала нежными пионами, которые стояли возле входа. — я рад, что ты заглянул! — ждало чанёля каждый раз искренне, снова и снова проносясь в голове чем-то необъяснимо светлым и приятным. — не поможешь расставить фиалки? — конечно, сейчас! рабочий день проходил размеренно и неспешно, словно ожидая появления частого гостя, который не уходил до самого закрытия, иногда провожая до автобусной остановки. чондэ понимал, что начинал просыпаться с ожиданием в сердце, решая, какими цветами встретить его постоянного посетителя сегодня, воссоздавая в голове букеты из самых разнообразных комбинаций. — чондэ, а какие ты любишь цветы? — не думаю, что у меня есть любимые… мне нравятся все, — парень нежно окинул взглядом свой уголок, вспоминая, как только начинал загораться идеей открыть собственный цветочный магазин. бабушка ещё в детстве учила маленького чондэ выращивать цветы в их семейном саду, подмечая, что из него вышел бы чудесный флорист, ведь мальчик украшал выращенными цветами весь дом, таская букеты и оставляя в вазах по всем комнатам, чтобы порадовать близких. — а мне очень нравятся гортензии! — чанёль улыбается, и чондэ внезапно оказывается слишком близко, за ушком оставляя нежно-голубой бутон лепестков. — тогда тебе повезло, что они у меня есть. парень смущается, прячась за стеллажом с гибискусом, пальцами перебирая цветы в волосах, старательно избегая взгляда чондэ, который смотрит прямо на него и тихо смеётся. — тебе идёт. ㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤ ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ ㅤ ㅤㅤㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤ ☼ — можно я возьму ветку магнолии? — конечно, — чондэ тянется за лентой, собираясь упаковать, но получает лишь отрицательный кивок головой и лёгкую улыбку, когда чужие руки поспешно забирают цветок из его ладоней. — собираешься кому-то подарить? — да, я… хочу сегодня признаться в своих чувствах одному человеку. — ох, удачи тебе! надеюсь, он примет твои чувства. — да… я тоже, — чанёль дарит последнюю улыбку парню и скрывается за дверью, исчезая в толпе. ㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤ ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ ㅤ ㅤㅤㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤ ☼ закрыв магазин, чондэ решает побродить по вечернему сеулу, наблюдая за началом цветения в городе. уже совсем скоро в его уголке не будет надобности, потому что цветы всех оттенков будут цвести по всей стране, притягивая к себе самых разных людей. эта мысль согревала теплом: чондэ любит те мгновения, когда, казалось бы, обычные цветы меняли судьбы, ведь люди, питаемые атмосферой поры цветения, даже не замечали, как становились ближе к друг другу, приходя посмотреть на начало весны и загадать желание. и если кто-то рядом загадал точно такое же — оно обязательно сбудется. чондэ и не замечает, как добирается до дома. он оглядывает знакомый дворик, когда в поле его зрения попадает парень, задремавший на скамейке. он решает подойти и узнать, всё ли с ним в порядке и не нужна ли помощь, и узнает в незнакомце чанёля, что крепко прижимает к себе ветку магнолии и мирно посапывает. присаживаясь на корточки и оказываясь совсем рядом со спящим лицом, чондэ улыбается, обводя пальцами лепестки и улыбающиеся сну уголки губ, на секунду забыв, в каком они оба положении. — неужели тебя отвергли?.. — шепчет он чанёлю, поднимая глаза на чуть подрагивающие веки, и улыбается шире, когда пак хмурится, сводя брови к переносице, и открывает глаза, обиженно и недовольно насупившись на чондэ. — никто меня не отвергал… — почти оскорблённо восклицает чанёль, моргая, чтобы прогнать остатки сонливости во взгляде, и садится, оглядываясь. уже давно вечер, но признаваться, что он прождал чондэ на жёсткой скамейке весь день малодушно не хочется. а может, все дело в том, что чанёль трусит перед тем, что собирается сказать. между ними повисает неловкое молчание. чондэ всё также сидит перед ним на корточках, обеспокоенно вглядываясь в лицо чанёля, и от этого под сердцем распускаются ветви акации. набравшись смелости и шумно вздохнув, чанёль долго смотрит на цветок в своей ладони, будто видит впервые в жизни, мучительно оттягивая момент, и, наконец, говорит: — просто… эти цветы, они, ну… они твои, — он резко вытягивает руки перед собой, сжимая магнолию, и опускает взгляд вниз, боясь встретиться с глазами напротив. — ох… — вырывается из груди чондэ. и прежде чем он успевает осмыслить, его руки обхватывают ладони чанёля, стараясь не сломать ветку. — это… это значит, что ты принимаешь мои чувства? — большие глаза чанёля полны удивления, смотрят на чондэ в нетерпеливом ожидании, пока в улыбке скользит неприкрытая радость от того, что их ладони держатся друг за друга дольше, чем когда-либо в случайных касаниях в уютном магазинчике. чондэ только улыбается, рассматривая цветок. — думаю, у меня нет выбора? — ну, я ведь знал, какой цветок дарить*, — ответно улыбается чанёль, запрокидывая голову к небу и облегченно выдыхая. чондэ мягко смеётся и тянет его за руку, чтобы больше никогда не отпускать. ㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤ ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ ㅤ ㅤㅤㅤ ㅤ ㅤㅤ ㅤ ☼ * магнолия, как подаренный от возлюбленного цветок, означает, что человек в своих ухаживаниях будет настойчив и ни за что не отступит.