Проклятие кровавых слёз

Её голос вновь раздается по этому месту. Тьма поглощает, но ты не знаешь что делать. Ты хочешь бежать, но твои ноги и руки вновь связаны. Отсюда не выбраться, но ты устал слушать что происходит снаружи. Ты не так хотел попасть впервые на поверхность. Мысли метаются в разные стороны. Потолок бездонный. Тебе интересно так же ли выглядит ночное небо города. Так же бездонно? Раздумья утомляют, а закрывать глаза ради проверки страшно. Этот сон Микеланджело не раз видел. Он возвращался к нему вновь, когда ему приходилось вновь встречаться с ней. Это было некое напоминание о том, что с ней лучше не иметь дела. Но оно не помогало и он вновь и вновь пересекался с ней. Месяц, год, день-два — ему придется с ней вновь столкнуться. Но пока он мог лишь открыть глаза после этого, по ощущению, почти вечного сна. Тело ломило после вчерашней ночи, так что вставать вообще не было желания. — «Точно, ночь…» — нежеланные воспоминания нахлынули лучше сна, возвращая к тем моментам. Юная черепашка вообще удивлен, как смог дойти до кровати и никого из братьев не встретить. Можно ли было это считать наградой за то, что он пережил или нет? — Надо вставать. — силой попытался откинуть этим мысли подросток и резко сел. Проглотив боль в уставших мышцах он также встал на ноги. Оглядев комнату, дабы понять что дальше стоит делать, Майки в зеркале заметил отсутствие своей повязки. Потребовалось не так много времени, чтобы её найти. Она аккуратно устроилась на прикроватной тумбочке, откуда быстро была взята. — Вот так. — шёпотом проговорил он, смотря в зеркало, — Все хорошо. Это был всего лишь пустяк, не стоит волноваться. Сегодня будет чудесный выходной! К слову, сколько сейчас время? — на часах было 7:04, да и вряд-ли Лео стал сегодня кого-то будить, — Чудесно! Я приготовлю вкусный завтрак. Днем к нам придут Эйприл и Кейси с пиццей. Будем играть в приставку, а вечером никакого патруля. Даже из тренировки у нас только разминка. Чудесно-чудесно-чудесно! С каждой сказанной фразы глаза наполнялись светом, рассеивая темную пелену, а губы неспеша расплывались в улыбке. Подмигнув самому себе весельчак легкой походкой вышел из комнаты. Как и ожидалось в логове стояла тишина. Даже в лаборатории ни единого звука. Микки шел в сторону ванны, напевая какую-то веселую мелодию. Быстро приняв водную процедуры он почти влетел на кухню, надеясь хоть в этот раз заняться одним из его любимых дел — готовка. — Что бы приготовить? — задался вопросом младший. Так много хотелось выбрать. Глаза просто разбегались от разнообразия, но выбрать надо было что-то одно. Спустя мучительных, долгих пол минут раздумья выбор пал на яичную пиццу! Именно она! Неповторимая и величественная! Что может быть лучше этого? Объединение привычного всем завтрака — яичница и самого святого блюда всего человечества — пицца! За эту идею Майки достоин Оскара, если бы не был черепахой. Как бы то ни было он начал готовку. Для яичной пиццы потребуется — яйца, как ни странно, пепперони, томаты, сыр и улучшения вкуса — зелени. Пепперони с томатами следует нарезать и разделить на четыре кучки. Далее стоит в отдельной миске выбить яйцо и перемешать его с одной из кучки начинки в однородную массу, но черепаха все сделал сразу в сковородке. Когда яичница приготовится надо натереть или нарезать на неё сыр, посыпать зеленью и прикрыть крышкой, чтобы сыр расплавился. Вуа-ля! И четыре блюда готовы! Осталось только дождаться братьев, которые должны прийти с минуты на минуту, ведь уже было почти восемь. И вот послышались первые шаги. Они были тихие, еле слышными. Это был Лео. Никто кроме него не ходил так же тихо, даже в домашней обстановке. Как только он вступил за порог его поприветствовали по-детски братскими объятиями. — Доброе утро, Лео! — Доброе, Майки. — обнял он в ответ младшего, — Ты сегодня рано проснулся. — Конечно! — отпустив брата, гордо сказал он, — И все ради того, чтобы порадовать вас своим новым изобретением. Яичная пицца! — Опять на химичил непонятную фигню с пиццей, которую невозможно будет есть. — даже не увидев блюдо сразу дал ему оценку Раф, находясь все ещё за пределами кухни. — А ты попробуй сначала. — уверено заявил голубоглазый, ничуть не задетый этой фразы. Привычное явление для Рафа судить о чем-то раньше времени. — И вообще, — бунтарь неожиданно резко вломился в комнату, налетев на младшего с искажённым от гнева лицом, — где ты вообще вчера был?! Мы весь город отыскали в поиске тебя! Где ты был?! Микеланджело попятил назад от разозлённого братца, пока не столкнулся со столом панцирем, но темпераментный не останавливался. — Раф, успокойся! — вступился за весельчака Лео, вставая между ними. — Но ведь… он…! — Раф, я не хочу начинать конфликт с утра. — Ага, согласен. — за крепким панцирем брата стал храбрее проклятый, — Да и я вчера был не особо много вне логова. Когда я очнулся, то подумал, что все ушли на патруль и пошёл следом. Но на улице был такой страшный туман, а Че-фон я дома забыл… так что вернулся обратно, надеясь, что вы не пошли на патруль! Но дома вас не оказалось. Я вас ещё немного в канализации поискал, а потом пошёл спать. Микеланджело очень надеялся на то, что эта ложь сработает. Глупая, придуматая за несколько секунд ложь спасёт его сейчас. — А позвонить?! — Эмм… забыл? Наступило молчание. Каждая секунда казалась шла бесконечно. Сердце упало в пятки. В голове было много мыслей и при этом не одной. Рафаэль мучительно медленно отошёл. Его лицо было нечитаемым, частично скрыто в тени. Не желая принимать такую правду бунтарь что-то невнятное буркнул по пути в ванную. Лишь после этого конопатый мог вздохнуть спокойно. Его не допросят. Никто ничего не узнает. — Майки, ты в порядке? — повернулся к нему Лео, обеспокоено заглядывая в глаза. — В полном! — наполненный позитивом с недавнего факта, Микки, как ни в чем не бывало, сиял своей фирменной улыбкой. — Хорошо. — улыбнулся ему в ответ брат, садясь за стол. Брат последовал за ним, сев перед ним. На этом разговор мог и закончиться, если бы мечник, по непонятной весельчаку причины, не решил добавить: — Ты только не злись на Рафа. Ты же знаешь — У него сложный характер. — закончил за его Майки, — Лео, я знаю. Мы живём все вместе с самого рождения, так что не переживай из-за этого. — Я знаю, но это сложно. Спринтер говорит, что мы должны быть единой командой, но мы все такие разные и я волнуюсь из-за этого… Немного. Леонардо, как всегда, был в своём репертуаре. Ответственный лидер на чьи плечи возложена огромная ноша как команды, так и семьи. Но бывают ситуации где он в одиночку бессилен. Таких ситуации бывает много, пусть они и скрыты, и эта одна из таких — момент, когда кому-то, очень близкому, кроме отца, просто хочется поведать свои переживания, страхи. И этим кем-то оказывается Майки. Почти всегда, в любом случае именно он. Тот, который и без всяких слов прознает обо всём, что у тебя на душе, своей проницательностью. К тому же он всегда был готов внимательно выслушать. — Бро, ты слишком накручиваешь себя из-за этой мелочи. — воодушевлённо заговорил голубоглазый, — Мы отличная команда! И поверь — никто более не будет спать дольше двенадцати часов. Даже я! Последняя фраза, непонятно зачем брошенная младшим, заставила некогда опечаленное лицо брата разойтись смешном. — Спасибо, Майки. — Обращайся, бро~о. — этим растянувшимся словом Микеланджело ознаменовал окончание их короткого диалога и прихода двух оставшихся братьев. — Доброе утро. — поздоровался со всеми Ди, в то время как Раф, всё ещё недовольный, пробурчал «Доброе». Носители синей и оранжевой бандан поздоровались в ответ и все четверо начали завтракать. Атмосфера была чудесная, пусть и с некоторыми изъянами. Кроме Рафаэля было ещё кое-что, что настораживало Майки. — Лео, всё хорошо? — тихо спросил весельчак у внешне спокойного брата. Того явно что-то тревожило, и точно посильнее обычной сплочённости команды. — «Надеюсь, что это не из-за… меня.» — мысленно понадеялся спрашивающий, ожидая ответа. Сам сапфировоглазый думал как ответить. Это не то, о чем стоит разговаривать с братьями, особенно с младшим. Для Майки же будет лучше никогда с этим не сталкиваться, хотя бы пока. К этому моменту уже и рослый смотрел на Лео, но то ли пытаясь понять где брат увидел здесь беспокойство, то ли тоже ожидая ответа. — Да, всё хорошо, Майки. — наконец прервал молчание лидер, — Спасибо за еду, было вкусно. — Эм, пожалуйста. — проводил его недоверчивым взглядом до раковины удивленный таким ответом повар, в отличии от гения, который спокойно принял данный ответ. Через минуту старший уже ушёл из кухни. Проклятый, последовав его примеру, так же за ним доел свой кулинарный шедевр и помыл свою тарелку, постепенно уходя. — Майки, — перед самым выходом окликнутого, остановил его Дон, — зайди потом в мою лабораторию. Надо будет тебя проверить. — Хорошо! Конопатый вышел из одной из самых лучших комнат в доме и пошёл смотреть телевизор. А тем временем в додзе начинался не из самых простых для мечника разговор. — О чём ты хотел поговорить, Леонардо? — совершенно умиротворено заговорил Сплинтер, пока его сын от волнения перебирал в голове все возможные варианты дальнейших событий. — Я хотел кое-что поведать вам, мастер Сплинтер. — сенсей в ожиданий слегка изогнул бровь, внимательно слушая продолжение, — Мы вчера вышли на поверхность. Я помню, что вы нам говорили остаться дома, но Майки вдруг пропал и мы подумали, что он пошел на патруль и забыл дома свой Че-фон в спешке. — Я понимаю. — одобрительно отнеся к его решению отец, — Продолжай. — Ну, эм, как бы сказать. — замялся лидер, пока не решил сказать прямо, как только это возможно, — Там произошли некие события, из-за которых погиб… человек. Мирный человек. После этих слов наступило молчание. Достаточно долгое. Пока Йоши, прикрыв глаза, обдумывал всё услышанное Лео ожидал своего приговора. Именно его и ничего иного. Он лидер, он должен был быть более внимательнее, проследить, чтобы такого не случилось, но он не справился. — Ты сделал всё что было в твоих силах, Леонардо. — удивил своим ответом отец, продолжая, — В нашей жизни жертв не избежать. Как бы мы не старались спасти всех не в наших силах. Даже сейчас кто-то страдает, молит о помощи, но мы не способны помочь. Лучшее что мы можем сделать — приложить все силы, на уничтожения одной из многочисленных причин этих страданий. Шредер. — Да, мастер Сплинтер, я понимаю. — И всё же, — уловив что-то в душе сына, продолжил отец, — тебя тревожит что-то ещё. Я прав? — Да, мастер Сплинтер, это по поводу этой ночи. — признался старший, — Там происходили странные вещи. Красная луна и туман, какие-то нити и куклы, и, мне кажется, я так же видел силуэт какого-то… зверя. Но что самое важное это аура. Она была угнетающей и будто окутывала весь город. Мастер Сплинтер, вы знаете, что это всё означает? Крыс сдержал паузу на раздумье, а после ответил: — Леонардо, пришло время приоткрыть тебе другую, более темную сторону потустороннего мира. Леонардо кивнул, вникая в каждое слово отца, пока в лабораторию среднего брата входил конопатый. Тот не хотел сильно беспокоить брата, так что сразу по окончанию серии какого-то мультика направился к нему Донни, как всегда, был занят каким-то ультра-супер-крутым-прибором-который-поможет-им-когда-то, так что не сразу заметил гостя. — Так, что мне надо делать? — обратил не себя внимание Майки, садясь на стул возле Донна. Гений отвлёкся от бумаг и перевел своё внимание на брата. — Для начала, как ты себя чувствуешь? — спросил он, подходя к шкафу с тонометром. — Абсолютно хорошо! — быстро и просто ответил он, что удивило брата. — У тебя что-то болит? — мастер бо начал измерять пульс и давление, при этом раздумывая о причинах столь резкого поправления. — Ну… — проклятый задумался над этим. Не считая того, что на пальцах осталась щиплющая, легкая боль, мышцы всё ещё ломило, но терпимо, а на щеках было ощущение засохшей крови, Микки был в полном в порядке. О прежней головной боли не осталось и следа, так что его ответ очевиден, — Ничего, у меня ничего не болит. — Даже голова? — получив в ответ кивок, кареглазый ещё раз посмотрел на полученные результаты. Это казалось невозможным. Лишь вчера Майки весь день провёл в лежку, а сегодня чувствует себя так, будто ничего и не было. — «Ничего не понимаю.» — подытожил свои размышления Донателло, убирая тонометр. — Я могу идти? — Да, конечно. Но если станет плохо, хотя бы немного, то сразу иди ко мне. — попросил рослый и, получив согласие, вернулся к работе.

Продолжение следует...