В тёмном тёмном лесу...

Когда всё закончилось, волосы зашевелились на головах деревенских мужиков, картины более жуткой не доводилось видеть ещё никому из них, к трупу Гасса Медира не смел никто подходить, да и трупом эту груду костей и мяса было тяжело назвать. А вот зверь вызывал интерес, огромная волчья туша, лежала на боку и тяжело дышала, чёрная шкура отливала красными всполохами в лучах солнца из него тоже медленно уходила жизнь. -Мужики, айда домой, пока есть шанс остаться в живых, к чёрту этого Гасса, к чёрту этого волка, - сказал кто-то из охотников. -Джентельмены, я понимаю, вы не пылаете желанием исправить ситуацию, ведь вы считаете, что вашей вины тут нет, - произнёс каким-то зловещим и пугающим тоном доктор Саммер, в руках его блеснул резекционный нож. - Но наверное господин дворецкий меня поддержит если я скажу, что ценнее жизни этого омеги вы ещё ничего не видели, если мальчик умрёт, вы все отправитесь следом за ним на тот свет ведь он единственное, что делает зверя человеком гораздо больше, чем ваша хвалёная человечность. -Боюсь вы правы доктор, если молодой хозяин умрёт, господин и камня на камне не оставит, с особой жестокость он расправится со всем городом, - ещё более зловещие произнесла Мейн. Наверное, чтобы в полной мере ощутить желание жить и саму ценность жизни, человек должен лицом к лицу встретиться со смертью, ибо только в миг этой встречи ощущаешь всю полноту жизни. Мужиков дважды просить не пришлось, ведь половина из них изначально выступали против плана Медира об открытии охоты на зверя, так что уже через несколько часов все они приближались к замку. Адама и Эля положили на носилки из еловых лап и аккуратно, но всё же быстро доставили домой. Тело же охотника трогать не стали, этот человек был действительно куда большим чудовищем нежели сам волк.

***

Элю было невыносима жарко, тяжело и безумно страшно, через пелену какого-то невероятно плотного тумана до него доносились голоса, но понять кто это и что ему пытаются сказать омега не мог. Его окутывал сладкий дурман, с той стороны тумана доносились ещё какие-то звуки, но юноша уже выбрал сторону он плыл по на правлению к тишине, мраку и спокойствию. В этой мгле не было ни боли, ни страха ни сожаления, запоздала пришла мысль, что возможно это и есть смерть и Эль так и не увидел своего малыша, но чувство это исчезло так же быстро как и возникло. Флейк смирился с неизбежным, на миг его наполнила радость, ведь если он прожил хорошую жизнь, то там на той стороне он встретит своего папу, и обязательно расскажет ему о прекрасном альфе, хоть и звере, о странной женщине, зовущей себя бетой и о своём малыше, которого ему так и не удалось увидеть... -Прошу вас сделайте хоть что-нибудь! - Донёсся до омеги голос, он был силён и очень приятен к слуху и был единственным кто прорвал эту пелену тишины. Ответа омега уже не слышал, все звуки вновь поглотил туман, он будто отсекал его от внешнего мира. Эль попытался коснуться тумана, вырваться из его объятий, но ни одно его действие не возымело успеха, туман лишь сильнее сгущался и наполнял его какой-то не земной лёгкостью. Подобно пушинке омегу завертело в калейдоскопе картин, это были события его жизни.., но показывали их как бы в обратном порядке, в конце концов проекция слилась в одно слитное неведомо чего и лишь спустя несколько мгновений, показавшихся Элю вечностью, картинка замерла...

***

В полумраке спальни, той самой что Эль и Адам делили столько лун, на постели лежал изящный и хрупкий омега, его бледные руки сжимал молодой альфа, в его взгляду плескалось столько эмоций и больше всего горя. -Папа, не оставляйте меня, - голос, голос этого альфы, был чуть звонче, но почему-то напомнил Элю тот последний голос, что он услышал прежде чем ему явилось это ведение. -Всё будет хорошо, - голос омеги звучал, словно звон серебряных колокольчиков на ветру. - Ты должен помочь отцу, пусть рука твоя будет тверда, как душа твоя чиста... На этих словах омега издал длинный выдох, глаза его потускнели. В этот же миг ведение начало расплываться и меняться, это была уже не спальня в замке, а домик где-то в глубине леса. Всё тот же альфа стоял по средине комнаты и спорил с каким-то странно разодетым человеком. -Ты правда хочешь вкусить это зелье, рокочущим голосом поинтересовался некто. -Моя семья и мои люди достаточно поплатились за всё, что твориться на нашей земле. - Жестко ответил альфа. -А готов ли ты к тому, что вкусив человеческой крови потеряешь не только свой людской облик но и душу? - Спросил странно разодетый человек. -Готов, - всё так же резко и непреклонности ответил альфа. -Что же, воля хозяина закон для меня… Эль видел как альфа принял склянку, со странного цвета жидкостью, и тут же выпил её. Видение новь начало расплываться и теперь перед взором омеги раскинулось огромное поле, поле залитое кровью и усеянное телами бойцов, павших каждый за свою веру. В этой мясорубке всё ещё кипел бой и в его центре выступал буквально человек армия, тот самый альфа, которого Флейк видел ранее, он двигался быстро и точно, успевал не только уворачиваться, но и атаковать своих врагов. Казалось ещё чуть-чуть и он победит, но чем ближе смерть, тем меньше чести остаётся в человеке, ведь всё чего он хочет - это остаться в живых. Один из солдат противника достал длинный серебряный клинок и кинулся со спины на альфы, Эль вскрикнул, но ни один звук не покинул его горла, он как в замедленной съёмке видел как длинный клинок пронзил тело альфы и другого солдата, с которым последний боролся. Кровь солдата брызнула на альфу, в этот самый миг небо затрещало по швам. И с небес раздался голос...

Обретя силу зверя будь готов вернуть её к исходу второй луны, Но вкусив человеческую кровь, в обмен на свою душу ты получишь силу и мощь зверя.

Омега видел как тело альфы согнулось в три погибели, его охватила агония, происходившие с телом изменения были чудовищны, вместо ногтей отросли когти, кожа на лице лопалась, кости удлинились образуя волчью морду. Спина изогнулась дугой из под лат стала пробиваться чёрная, как смоль, шерсть. Адский, душе раздирающий крик наполнил всё вокруг, Эль хотел зажать уши лишь бы не слышать всё это, но не мог пошевелиться. Всё это было ужасно. Флейка посетила мысль, неуж-то этот альфа и зверь это один и тот же человек, который когда-то уже защищал эти земли и всё что он получил в ответ это открытая на него охота... Будто услышав мысли омеги, уже другой голос, так похожий на голос того омеги из замка, а вместе с этим на зверя пролился свет...

Я надеялся ты будешь сильнее, но быть может не пойди ты на этот шаг и погибло бы куда больше солдат, я и твой отец можем помочь лишь одним. Забудь всё, что было до того как кровь попала на тебя, и помни Вернуть облик тебе может лишь тот, кто увидит в тебе оставшиеся крупицы человеческой души...

Мир снова поплыл перед глазами юного омеги, но теперь голос пришёл из пустоты, он звучал чётко и уверенно, так говорил его пастор Николс когда пытался поучать своего юного воспитанника. Существует легенда о чудовище, что обитает в наших лесах. И всяк её знающий мнит, что спасение чудовище в том, чтобы в нём увидели человека. Но историю услужливо исключает из памяти людей ещё одно важное обстоятельство. Говорят, что тогдашнему пастору местной церкви был ведение, которое гласило, что бог не может вернуть душу тому кто её потерял, но это может сделать дьявол, руками своей самой верной слуги - дочери Евы. Когда дочь Евы придёт в наш мир, время зверя покатиться к закату и однажды он вновь возродиться как человек. Эль слушал голос «пастора» и не мог поверить своим ушам. Не уж то его альфа на самом деле всего лишь проклятый человек, отдавший свою душу за спасение своей земли, и Мариса… Неужели она и есть дочь Евы, та самая, что способна положить конец времени зверя…

***

Мучительно ожидание неизвестного, воистину самая настоящая пытка. Ситуация между тем осложнялась вновь открывшимися обстоятельствами. После того как Саммер Валиа обработал все раны Адама Варго, настала пора перейти к беременному омеге дабы произвести экстренное иссечение маленького наследника или наследников… В любом случае нужно было провести достаточно сложную операцию в условия максимально приближённых к родильням, где доводилось бывать доктору. Единственным удачным фактом было то, что Эль уже практически погрузился в родильный бред, а значит сильная боль просто перегрузит его сознание и погрузит в глубокий сон. Вот тут то и явилось неожиданное обстоятельство. Дверь в комнату открыл с ноги альфа, на вид лет двадцать пять, ну край тридцать, иссиня чёрные пакли, назвать это волосами ну никак нельзя, торчали во все стороны, он держался за перемотанный бок и взирал на собравшихся ошалелыми глазами. -Прошу вас сделайте хоть что-нибудь! - Произнёс альфа. -Кто вы такой?! - Прокричал доктор. - Покиньте помещение! -Да как ты! - Попробовал возразить альфа, но лицо его в миг исказилось в гримасу боли и он затих. -Саммер, я даже не знаю с какой стороны начать, но этот альфа, если я всё ещё в своём уме и есть мой начальник, владелец этого замка Адам Варго, - произнесла Мариса, пристально изучая метаморфозу своего босса. -Что ж это не меняет сути дела, - отрезал доктор. - Папаша, подождите за дверью, Мариса, помогите ему и потуже затяните бинты, всё же зверь в обхвате по шире, нежели ваш хозяин. Девушка не проронив ни слова направилась к альфе и помогла тому покинуть помещение, на все возражения оного она ответила только одно: "Саммер врач, он давал клятву, и он сделает всё чтобы молодой хозяин выжил и родил, поэтому просто доверьтесь ему и ждите". Адам всем своим видом выражал недовольство, об это свидетельствовали насупленные брови, гулящие желваки, да и вся поза тела, словно зверь перед прыжком, в этот момент Мейн подумал, что если бы перед ней всё ещё был зверь он бы ещё и хвостом нервно дёргал из стороны в сторону. Однако стоило отметить, что сам Варго, за годы проведённые в зверином теле значительно изменился. На том портрете, что Мариса однажды нашла и восстановила, Адам был несколько юнее, взгляд живее и ярче, и волосы светлее, с полотна на девушку смотрел Красавец с каштановыми волосами и яркими почти изумрудными глазами. Теперь же на месте того мальчишки, если так можно было сказать, седел повидавший жизнь мужчина, тело его было усыпано шрамами от стычек с деревенскими жителями, взгляд ожесточился, поди столько лет в гордом одиночестве, волосы потемнели. Одним словом, перемены разительные. Ожидание заполнило собой, казалось, каждый уголок замка. Адам всё больше мрачнел, да и Мариса просто не представляла, что делать в такой ситуации, всё же она рассчитывала на несколько иной исход. Спустя пару часов, которые будущему отцу показались вечностью из спальни вышел доктор Саммер, держа на руках маленький свёрток. Бета взглянул на собравшихся измученным взглядом и наконец выдохнул с облегчением, наконец самое трудное миновало. -Мариса, ты не могла бы взять ребёнка, а то мои силы уже на пределе, - выдохнул доктор и, прежде чем от усталости осесть на пол, передал маленького наследника верной слуге семейства. -С Элем всё хорошо, я должен пойти к ниму, - подал голос отец. -Папаша, с вашим сыном и мужем всё в порядке, - пробубнил Валиа, - Ребёнок линяет, я полагаю это как-то связано с изменениями произошедшими с Вами, а вот его папочка пока спит, много сил и нервов потратил, но жизни ничего не угрожает, так что лучшее, что Вы сейчас можете это позаботиться о себе, - произнёс свою тираду доктор и заснул всё же он человек из плоти и крови. Мариса, удивлённая словами о линьке младенца, такое вряд ли было в её родном мире, немного развернула одеяло в которое тот был завёрнут. В действительности всё оказалось более прозаично, местами младенец действительно был покрыт шёрсткой, и это действительно могло было быть связано с отцом, но в остальном это был обычный человеческий детёныш. К тому же, стоило провести по этой шорстке, как она липла к руке и действительно отваливалась от малыша, может из-за этого доктор и назвал это линькой... Девушка, наконец вынырнула из своих раздумий и направилась к отцу, Адам должен был увидеть своего сыночка. Стоило только Варго взять своего малыша на руки как взгляд посветлел и на губах заиграла блаженная улыбка. -Эй, здравствуй детка, как я рад, что ты цел, - прошептал он склонившись к сыну и немного потираясь об его лобик кончиком носа. -Теперь когда его папочка проснётся нужно принять решение об имени для юного хозяина, -тихо произнесла девушка, боясь разрушить эту хрупкую идиллию. -Ты права, имя ему нужно дать, но я хочу сделать это вместе с Элем, - ответил альфа и бросил печальный взгляд на двери спальни. -Он сильный, скоро он проснётся, - ответила Мейн.

***

Пробуждение оказалось тяжёлым, Флек с ужасом подумал, что даже в те времена, когда у него был горб ему не было так тяжело. Болело всё тело, будто каждая мыца налилась свинцом, но больше прочего болел низ живота, боль была такая, что и дышать было тяжело. Эль немного приоткрыл глаза, и хоть в комнате источником света выступало приоткрытое окно, в глазах началась жуткая боль. Постанывая и покряхтывая* омега вытащил из под одеяла руку и потёр глаза, чтобы окончательно согнать боль, а вместе с ней и сон. В этот момент в поле зрения проснувшегося попал альфа. Тот сидел на краю кровати держа что-то в руках. -Кто вы? Где..? - Прохрипел Эль осипшим голосом, тем самым привлекая внимание своего гостя. -Эль,слав богу, ты очнулся! - Воскликнул альфа поворачиваясь к оному и озаряя его лучезарным взглядом. - Солнышко моё, смотри папочка очнулся, - уже тише произнёс альфа обращаясь к свёртку в свои руках. И тут как гром среди ясного неба, Флек понял, что свёрток в руках альфы, это его, Эля малыш, с которым он уже успел попрощаться, а альфа... Неужто это зверь в человеческом обличии... Тогда всё то, что Эль видел, не было бредом воспалённого сознания... Но почему этот альфа кажется таким далёким и близким одновременно, или дело в том, что Элю за всё это время более близким стал зверь... -Эль, я так рад, что ты очнулся, - произнёс альфа, он уже успел уложил малыша в колыбель, стоящую возле кровати и теперь был полностью сосредоточен на омеге. - Во-первых, я долен представиться, я Адма Варго, сын командующего, которому много веков назад были переданы эти земли, тогда здесь была война и разруха... Последнее наверное было лишним. Во-вторых, ты спас меня от вечного забвения в шкуре зверя, но даже без этого всего я должен много много раз сказать тебе то, что должен был говорить с того самого момента как ты принял меня.

Эль, я люблю тебя!