Остались лишь желания

Юля вылетела на улицу как ошпаренная, а толку-то. Погорячилась как обычно, как это всегда происходило, но почему в этот раз убежала, а главное куда убежала. Хорошо хоть мозгов хватило с тумбочки ключи взять от машины. На улице хоть и апрель, но ночи еще по-настоящему холодные. Доказать мужу решила, почти получилось. Только он в теплой квартире стоит и смотрит на тебя с окна, сама довела человека, до такого состояния. Он же добряк, он же к тебе всегда с благими намерениями, абсолютно всегда. — И куда ты теперь, товарищ майор? — про себя проговорила девушка. — Нет, чтобы в комнате закрыться и лечь спать. На подвиги потянуло, теперь придется в машине сидеть. Хотя, — Юля улыбнулась отражению в окне, — какая машина, мы же работаем в замечательной теплой конторе. Дежурит сегодня Круглов, а он никогда лишних вопросов не задет, так что девушка поспешила поскорее выехать со двора, пока еще оставалась под пылким взором мужа. Пусть думает теперь, куда это его женушка подевалась. Спустя полчаса машина Лисицыных остановилась возле больших чёрных ворот, за которыми красовалось стеклянное здание. Таким визитам охранники никогда не удивлялись, так как служба в ФЭС — вещь непредсказуемая. Мало ли что случилось, Рогозина могла вызвать и в два часа ночи и в шесть утра. Так что ворота открылись, и девушка спокойно подъехала на их с мужем парковочное место. Оглядываясь по сторонам, Юля быстро поставила подпись в журнале и помчалась в гардеробную, дабы оставить там одежду. Поспать в конторе можно было только в одном месте, но только Тихонов еще умудрялся из лаборатории сделать очень уютную спальню. Но нравилась она только ему. Не торопясь Лисицына направилась в буфет, спать не хотелось, а вот чаю бы выпила с большим удовольствием. На входе в буфет её встретил взглядом Николай Петрович, который не смог пройти мимо и не узнать, что же привело коллегу в столь позднее время на работу. — Юлечка, а что мы тут делаем? — скрестив руки на груди, поинтересовался Круглов. — Николай Петрович, только давайте сразу договоримся, — Юля улыбнулась мужчине, — меня тут нет, если будет звонить Лисицын, то вы не знаете где я. — Это как же вы поссорились, что ты из дому ушла? — Есть немного, но ничего пусть поволнуется. — Расскажешь или просто выпьем чаю? — аккуратно поинтересовался майор, — Пошли, я тут себе купил печенюшек, поделюсь с тобой, так и быть. — Давайте просто чаю с печеньем выпьем. Не хочу думать о нём, — вздохнула Юля. — Не думать, не получится, но я тебя понял, — Круглов налил чаю в кружку девушки. — Расскажи лучше как там родители. — Родители замечательно, — увлеченно начала рассказывать Лисицына, но тут же была перебита Антоновой. — Юлька, ты, что тут делаешь? — из-за двери показалась патологоанатом. — Я думала, мне показалось, а оно нет, твой голос. Ты же сегодня не дежуришь. — Пришлось подежурить, — глухо ответила та. — А ты чего еще не дома? — Да вот пришлось задержаться, вижу не зря. А ну-ка рассказывай, а то я смутно верю в, то, что ты подежурить приехала. — Ладно, девочки, — Круглов встал из-за стола, — я пойду воздухом подышу. А вы тут печенье мне оставьте немного, а то вы домой поедете, а мне еще всю ночь тут караулить. — Обязательно, Николай Петрович, не переживай, — понимающе кивнула Валентина. — Юлька, держись, — майор подмигнул девушке. — Если что зови! Лисицына понимала, что утаить что-то от подруги почти нереально, она как тот рентген аппарат видит насквозь всё. Так что для своего же блага лучше выдать всё как есть, пока она не поставила на уши всю контору. — Сама расскажешь или пытать придется? — Да рассказывать особо нечего, поругались просто, — решив утаить новость о разводе, сказала девушка. — Юль, вы живете в часе езды отсюда, если просто поругались, то ты обычно в комнату другую уходишь, а не посреди ночи не пойми куда едешь. — Сильно поругались, — та отвела взгляд в сторону, пытаясь скрыть мокрые глаза. — Очень сильно. — Эй, майор, ты что плачешь? — прошептала Валентина. — А ну отставить, это что такое? — Да не плачу я, обидно просто немного. — Обидно что? То, что ты в контору приехала ночью или что? — Да нет, — тихо ответила девушка, — потратила десять лет жизни, чтобы от мужа любимого услышать, что я ему выедаю мозг и сижу в печенках. Где он набрался только этого. — Судя по органам, то у меня в морге, но это не я его учила, может Селиванов, — усмехнулась подруга. — Юль, что происходит? Я же вижу что что-то не так. — Разводимся мы, Валь, — с грустью в голосе сказала Лисицына. — Что делаете? — удивилась та. — Да ты не ослышалась, мы подали на развод. Я предложила, а он даже не был против. Наоборот даже, галстук напялил и костюм парадный. — Я не знаю, что ты такого должна была сделать, чтобы он согласился с тобой развестись. — Ты тоже думаешь, что я виновата? — наблюдая за реакцией коллеги, спросила Юля. — Нет, я думаю, что вы оба с ума сошли. Оба, слышишь меня? А почему ты предложила развестись, если не секрет? — Надоело ругаться, я устала, он видимо тоже. Вот так и произошло. Не получается у нас ничего. — Ага, — осуждающе кивнула Валя, — десять лет получалось, а вот тут что-то пошло не так. Я бы поверила в это, если бы не знала вас так хорошо. За всё это время, я ваши ссоры на пальцах одной руки могу посчитать. — Ну не будем же мы выносить на общее обозрение нашу ругань. Мы обычно дома, под телевизор, с чайком, — улыбнулась Лисицына, — мы мирно выедаем друг другу мозг, миримся и на работу приходим счастливой семьей. — Может не стоит рубить с плеча? — Поздно уже, всё назад пути нет. Да и мы так сегодня поругались, что даже если бы я хотела помириться, то не получится. — Если ты думаешь, что Костя за столько лет не привык к твоему взрывному характеру, то ты ошибаешься. Мне кажется, что хоть он и согласился, но делать этого он не хочет. — Может, я тоже не хочу, но другого варианта нет. Мы если даже и помиримся, то спустя неделю, месяц все будет точно так же. Мы еще молодые, еще можно встретить кого-то другого. Попробовать заново. — Тебе нужно это заново? Ответь мне здесь и сейчас, — но в ответ Валя услышала только тишину. — Что и требовалось доказать. Я бы конечно предложила бы тебе поехать ко мне, выпить по рюмочке чего-то крепкого. Но я хочу, чтобы ты поехала домой и поговорила с мужем. Просто поговорите, не кричите друг на друга, не уходите по разным комнатам, а сядьте и обговорите всё. Нет ситуаций безвыходных, только вот у моих клиентов они безвыходные, а пока вы живы, то всё возможно. — Звучит страшно, как-то. Пока мы живы, — дернула уголком рта Юля, — может, лучше по рюмочке? — Давай по рюмочке потом, а сейчас езжай домой, он ведь волнуется. Это же Лисицын, он же никогда этого не скажет. Не сомневайся в нём. — Ладно, поеду, придется Николаю Петровичу самому тут дежурить. — Я думаю, он не сильно расстроится. Давай одевайся и пошли. — Идём, — девушки прогулочным шагом подошли к стойке охранника оставили там свои автографы и поспешили покинуть ФЭС. — Забираешь её у меня? — из-за угла отозвался Круглов. — Николай Петрович, ты чего пугаешь? — напряглась Антонова. — Да забираю, вернее, возвращаю домой пропажу. — Хорошо, девчонки, до завтра. Только аккуратно там. — До свидания, Николай Петрович, — Юля попрощалась с коллегой. Круглов в свою очередь улыбнулся и провел девушек взглядом. Еще несколько минут Юля сидела в машине у подъезда и смотрела на тёмные окна квартиры. Спит уже, наверное, значит можно спокойно пройти в квартиру и лечь спать, а завтра на свежую голову уже поговорить. И окончательно решить, что же делать дальше. В квартиру Юля заходила как настоящий сыщик, не издавая никаких звуков. Лишь легкий стук закрывающейся двери, мог выдать девушку. Она медленно, но очень тихо освободилась от верхней одежды и в темноте пошагала в спальню. Но её такой гениальный план разрушил одним лишь, словом, сидящий в темноте муж. — Пришла? — томным голосом отозвался Лисицын. — Костя, ты чего пугаешь, — растерянно ответила Юля. — Так и до сердечного приступа недалеко. Почему ты не спишь? Ночь же на дворе, сам говорил. — Тебя жду. — А если бы я не приехала домой? — Завтра бы приехала, рано или поздно вернулась бы. У тебя же вещей совсем никаких с собой не было. — Всё-то ты замечаешь, — ехидно улыбнулась супруга. — Не забывай, где мы работаем. Ну и в принципе то, что мы с тобой пять лет вместе живем, не стоит сбрасывать со счетов. — Забудешь тут с вами, — Лисицына включила свет в комнате и будто, не замечая мужа, начала переодеваться. — А ты почему не спрашиваешь, где я была, — откинув брюки в сторону, спросила та. Не волнуешься совсем что ли? — У нас в машине видеорегистратор с навигатором, так что я сразу увидел, куда ты поехала. Я, конечно же, волновался. А как по-другому. — Вот же блин, — Юля присела на кровать возле мужа, — я совсем забыла него. А если бы я поехала не на работу, а куда-то в другое место? — Если бы — не бывает, — всё так же спокойно отвечал Лисицын. — Так что? Говорить будем или так, и собираешься тут сидеть возле меня в одном белье и соблазнять меня? Это вторая часть твоего плана? — Может, завтра поговорим, на свежую голову? — Нет, так не пойдет, — внимательно рассматривая жену, ответил Костя. — Мы должны поговорить, разве не так тебе посоветовала Валя? — Ты что жучок на меня прилепил или что? — со злостью выпалила Юля. — Откуда ты всё знаешь? — Да нет, просто я знал, что Валентина еще в конторе, мне Федор Михалыч сказал. Я подумал, что Круглов тебя не сдаст, и не признается, что ты была в ФЭС. А вот охранник на вахте мне изложил всё от и до. — Тебе прямо вот уже подполковника за это нужно дать. Всё-то ты знаешь, и куда надо позвонить, и где надо посмотреть. И вообще, — девушка прикрылась лежащим рядом пледом, — ты чего на меня таращишься? — Юлька, ну ты удивительный человек, не перестаю тобой восхищаться. Сама пришла, разделась тут, села почти голая возле меня. Я что должен в окно, по-твоему, смотреть? — Ради приличия можно было бы и в окно. — Ради приличия было десять лет назад, а сейчас имею полное право смотреть на свою жену. — Бывшую жену, — уточнила супруга. — Нет, Лисицына, на жену. Бывшей ты станешь двадцать второго мая. — Где тот аквариум с бумажками? — Юля глянула на мужа ласковым взглядом. — Давай попробуем. Это как минимум должно быть интересно. — Не знаю, куда ты там его швырнула, там и надо искать, — Костя нежно коснулся щеки жены своей грубой рукой. — В гостиной где-то. Ладно, начнем с завтрашнего дня. Так и быть, ты меня уговорила. — Чего? — воскликнула девушка. — Ну, ты Лисицын и гад. Это я его уговорила, придумал же такое. — Не заводись, это вообще сейчас ни к чему, — Костя поднялся с кровати и направился в сторону своей комнаты. — Спокойной ночи, Юленька! — Стой, — Юля вскочила вслед за мужем, — нам же спать вместе нужно, ты куда? — Я же сказал с завтрашнего дня, — Лисицын наклонился к жене и легко коснулся губами её щеки. Костя прекрасно знал свою жену, и понимал сейчас её состояние. Он разбудил в ней кошку, которая осталась сегодня без вкусного ужина. Он еле сдерживал себя, чтобы самому не накинуться на неё, как голодный зверь. Но раз она решила играть, значит, игра состоится. — Ну, Лисицын, — возмутилась про себя Юля, — с завтрашнего так с завтрашнего.