Rainbow kisses

Как обычно, шум голосов наполнил Большой зал, когда горячее исчезло и появились блюда с десертами. Миски с мороженым разукрасили столы каждого из факультетов радугой вкусов и цветов. Драко сидел на конце слизеринского стола, игнорируя окружающий шум. Учёба только возобновилась после Рождества, а он уже скучал по тихим каникулам в пустом замке. Он показательно фыркнул, когда полноватый пятикурсник схватил ложку для ванильного мороженого. Драко нетерпеливо барабанил пальцами по столу, прожигая взглядом профиль мальчишки. К его сожалению, малолетка делал вид, что совершенно не замечал угрожающе разгневанного Малфоя, и у него даже хватило наглости самодовольно улыбнуться Драко, когда он положил ложку и сел на своё место. — Ничтожный болван, — пробормотал Драко, вставая со своего места, откровенно пялясь на будто бы ничего не подозревающего мальчика. Он потянулся к миске, но чья-то рука проскользнула перед его грудью, загородив желанный десерт. — Извини меня, Малфой. Запах лаванды, смешанный с пергаментом и чернилами, окружил его, когда что-то тёплое прижалось к его плечу. Он смог бы узнать этот запах где угодно, и Драко напрягся, когда к нему придвинулось женское тело. Он многозначительно прокашлялся: «Грейнджер», — сказал он. «Что ты, чёрт возьми, делаешь?» Брюнетка не смотрела на него. Её взгляд медленно проскользнул по столу и обратно, пока не остановился на миске мороженого примерно в футе от Драко. «На столе Гриффиндора нет шоколадного». — То есть как это нет? — Драко скорчил гримасу непонимания и опять сел на своё место. Что она имела в виду, когда сказала, что на их столе нет шоколадного мороженого? Это был один из основных вкусов! Он открыл рот, чтоб озвучить свой вопрос, но Грейнджер его перебила. — Не-а, — сказала она, выделяя ‘a’ стараясь достать ложку, торчащую из липкой, сладкой субстанции. — У нас только эти ужасно дурацкие вкусы типа халапеньо, тунца и кошачьего помёта, — она сморщила нос от отвращения и положила себе большую ложку мороженого. Драко моргнул: «Но почему?» Грейнджер пожала плечами: «Обычно мороженое за нашим столом становится поводом для игры в слабо». Она вздохнула и покачала головой, занимая место рядом с ним. Драко уставился на неё. Она была намерена сидеть с ним всё время десерта? Конечно, с возвращения в Хогвартс их отношения сильно изменились. У них не было выбора: профессор МакГонагалл назначила их главными старостами, им пришлось ладить друг с другом. Жить вместе было… интересно, по меньшей мере, но Драко казалось, что они достигли взаимопонимания. Но обедать вместе? Это что-то новенькое. Драко поднял голову, оглядывая зал, но никто, кажется, не обращал на них никакого внимания. Он заметил, что Гриффиндорцы собрались на одном конце стола, дальнем от учителей. Они внимательно наблюдали за одним из учеников, маленьким, робким парнишкой с каштановыми волосами. Его лицо приобрело страшный пурпурно-красный оттенок, а глаза он сильно зажмурил. По-видимому, он что-то ел, его руки, по обе стороны от пиалы с горкой ярко-зелёного мороженого, были сжаты в кулаки. — Васаби, — заключила Гермиона, проследив за его взглядом. Драко промычал в ответ и решил сосредоточиться на своём десерте. Не успел он встать со своего места, как Грейнджер махнула рукой вдоль стола Слизерина: «Передай радужную посыпку, пожалуйста». Драко повернулся и уставился на ведьму рядом с собой: «Ещё раз, что, Грейнджер?» — Разноцветную посыпку, — она повернулась к нему лицом, её глаза ярко блестели, губы растянулись в улыбке. Драко совершил ошибку, посмотрев на них, и сухо сглотнул, следя за их движением во время следующей фразы. — Ты что, никогда о ней раньше не слышал? Он медленно помотал головой. Вроде бы, ‘посыпка’ звучало понятно. «Радужная посыпка?» — повторил он. «Как она—это—она выглядит?» — нахмурился он, прикусив губу, продолжая недоумённо смотреть на старосту девочек. Грейнджер откинула голову назад и пронзительный смех эхом раздался вокруг них. Драко осторожно осмотрелся, но никто по-прежнему не обращал на них никакого внимания; удивительно, что неограниченное количество мороженого может сделать с кучкой подростков—даже с самыми язвительными. — Ею посыпают мороженое, — наконец сказала она, как только её смех немного стих. — В Австралии её иногда кладут на хлеб. Это называется эльфийский хлеб, — В её глазах плясали огоньки возбуждения, как бывает у всех невыносимых ботанов, когда они делятся знаниями. Сердце Драко ёкнуло, теплота растекалась внутри. Это ощущение появилось у него недавно, и возникало только когда он был рядом с Грейнджер. Он знал, что у него появились чувства к гриффиндорке после падения Тёмного Лорда, и больше всего боялся того, что она об этом узнает. Он прекрасно понимал, что она была слишком хороша для него. К счастью, Грейнджер не то чтобы ждала ответа, и даже вроде не заметила его жадный взгляд. Драко смотрел, как она встаёт, расправляя юбку сзади руками, и подходит к маленькой стеклянной креманке, полной разноцветных гранул. Она взяла её одной рукой и прошла обратно, потом сунула её Драко под нос. — Видишь? — спросила она. — Радужная посыпка! Драко поморщил нос. Насколько он мог судить, это даже ничем не пахло, только было похоже на пластик. «Ты уверена, что они съедобные?» — спросил он. — Конечно! — ответила она с ноткой удивления в голосе, переставляя креманку поближе к себе и перекладывая это ложками в свою пиалу. Она повернулась к нему, задержав руку с ложкой над своим десертом: «Тебе стоит попробовать чуть-чуть». — Из чего она сделана? — спросил он, наклонившись над радужным украшением. — Сахар, — коротко ответила она. Драко скорчил недовольную гримасу: «Отвратительно». Грейнджер уронила ложку и в возмущении приложила руку к груди. Она посмотрела на Драко широко раскрытыми от удивления глазами, в которых всё же были нотки веселья: «Она вкусная!» — Поверю тебе на слово, — он закатил глаза и положил один ровный шарик ванильного мороженого в свою пиалу. Он услышал странный звук сбоку от себя — Грейнджер фыркнула с набитым ртом: «Не думала, что ты за ванильное, Малфой». — Ого? — он поднял одну бровь, повернувшись к ней, ему нравилось, как она смотрела ему в глаза. — И как ты думала, какое мне нравится? Грейнджер приложила ложку к губам и перевела взгляд на потолок, будто глубоко задумалась. Она размышляла несколько секунд, которые обоим показались слишком долгими и тихими. Драко почти начал ёрзать на скамье, как какой-то мелкий четверокурсник, когда она наконец ответила ему: «Лаймовое». — Лаймовое? Почему лайм? — брови Драко резко поднялись вверх. — Да, — ответила Гермиона, повернувшись к своей тарелке. — Потому что ты немного… — Грейнджер поморщилась в раздумье, и Драко стало смешно от того, как она напряжена. — …терпкий. — С тобой всё в порядке, Грейнджер? Просто, ты себя так ведёшь, будто кто-то наложил на тебя заклятье, — он несколько раз щёлкнул пальцами у неё перед лицом, но она просто оттолкнула его руку. — Ты терпкий! — настаивала она. — Горьковатый, но не в плохом смысле, а освежающий. Не такой едкий, как лимон, но достаточно, чтобы быть необычным и запоминающимся… — Очаровательно, — отрезал он, перебив её. По какой-то необъяснимой причине ведьма его раздражала. — Раз уж мы заговорили об этом, я никогда бы не подумал, что ты за шоколадное, — он многозначительно посмотрел на её пиалу. — Шоколадный — абсолютно нормальный вкус, — огрызнулась она, сразу став серьёзной, защищая свой десерт. — Он не такой скучный, как ванильный, — она махнула ложкой в сторону его пиалы, — но и не такой нелепый, как клубничный… и не слишком сладкий. — Она кивнула, будто этого ей было достаточно, чтобы доказать своё мнение. — А я думал, ты за фисташковое, — Драко пожал плечами и вернулся к своему десерту, стараясь вести себя как обычно. — Фисташковое? — Грейнджер аж подавилась. — Отвратительно! С чего ты взял? — Просто у меня оно ассоциируется с душными залами заседаний, кофе и плохо подогнанной по размеру одеждой, — он шмыгнул носом, зачерпнул немного десерта из своей тарелки и поднёс ложку ко рту. — Вообще-то, оно так и кричит «Грейнджер». Некоторое время Гермиона пялилась на него с открытым ртом. Он наблюдал за ней боковым зрением, притворяясь, что смотрит в свою тарелку, медленно глотая холодное угощение. Но потом, не успел он подумать, что пора сдаться и спросить, на что, во имя Мерлина, она уставилась, как Грейнджер опять откинула голову назад и засмеялась. — Что здесь смешного? — спросил он. — У тебя очень интересное мнение обо мне, Малфой. — Да? Почему это? — он изогнул бровь в недоумении и, слегка развернувшись к ней, чтобы она это заметила, продолжил есть своё мороженое. — Боюсь, ты думаешь, что я такая же ханжа, как и ты. Драко подавился своим мороженым, уронив ложку в оставшийся тающий десерт. «Извини, что? — смог выдавить он со слезящимися глазами. — Я? Ханжа?» Если бы он не был воспитан в богатой чистокровной семье, он бы расхохотался во весь голос. — Да, — серьёзно ответила она. — Ты так напряжён, и ванильное мороженое… — она махнула рукой и покачала головой. Некоторое время никто из них не двигался, но потом Грейнджер потянулась за креманкой с радужной посыпкой и подняла её со стола. Она поймала взгляд Драко, двигаясь медленно, пока её рука не зависла над его пиалой. — Нет! — только и успел крикнуть он, а Грейнджер уже опрокинула все сахарные шарики в его пиалу. — Что за чёрт возьми! — Упс, — Грейнджер миленько улыбнулась. Она всё ещё внимательно смотрела на него открытым, испытующим взглядом. Драко сухо сглотнул, скрывая свои эмоции под маской безразличия. «Это было очень глупо с твоей стороны, Грейнджер», — прошептал он. — Да? — ответила она с огоньком в глазах. — Да ладно тебе, Малфой. Докажи, что ты не ханжа, съешь это! Драко посмотрел в свою пиалу. Его десерт превратился в смесь из разноцветных шариков, плавающих в лужице растаявшего мороженого. Однако, Малфой никогда не пасовал перед вызовом, поэтому он взял ложку и опустил её в эту массу. Он поёжился, когда шарики хрустнули под металлическим прибором, но всё равно зачерпнул полную ложку. Он медленно поднёс её ко рту, прекрасно зная, что Грейнджер наблюдает за ним. Боковым зрением он видел её широкую улыбку и огоньки веселья в глазах; она смеялась над ним — он не мог проиграть. Показать Грейнджер, что он — ванильная ханжа, как она и думала? Ни за что! Драко сомкнул губы вокруг ложки, стараясь не подавиться, пока вынимал её, и сладкая субстанция оседала у него на языке. Он начал пережёвывать, сначала медленно, а потом быстрее, отчаянно пытаясь приблизить конец этого эксперимента. Его вкусовые рецепторы кричали; он никогда не был сладкоежкой, не заходил дальше шарика ванильного мороженого раз или два в неделю. Он с усилием проглотил, проведя языком по зубам в тщетной попытке вынуть из них радужный сахар. В это время Грейнджер хихикала, прикрывая рот рукой. У неё в уголках глаз собрались слёзы, и Драко преодолевал желание встряхнуть её. «Тебя бы тоже тошнило, если б ты съела кучу этой белиберды». Стараясь быть убедительнее, он оттолкнул свою пиалу и резко встал. «А теперь, если ты не против, мне надоела эта игра. Пойду почищу зубы». Сказав это, он перешагнул скамейку и развернулся на пятках, оставив Грейнджер сидеть за столом Слизерина с исчезающей улыбкой. Он уже был за тяжёлыми дверями, когда услышал быстрые шаги у себя за спиной. Он их проигнорировал, намереваясь успеть дойти до спальни, пока зубная эмаль окончательно не разрушилась. — Малфой! Он постарался не улыбнуться, когда голос Грейнджер донёсся до него. Потом он услышал раздражённый вздох, и шаги ускорились. Вскоре она поравнялась с ним. — Зачем ты устроил этот спектакль? — спросила она, стараясь отдышаться. — Я устроил? — он ткнул себя пальцем в грудь, смотря прямо перед собой. — А что насчёт твоих фокусов с посыпкой? — Радужная посыпка вкусная, и мороженое нельзя есть без неё. Я пыталась предотвратить ужасное преступление. Драко почти рассмеялся: «Ты слишком много о себе думаешь, Грейнджер». — В этом мы похожи. Драко вздохнул и внезапно остановился. Он провёл рукой по волосам, прежде чем посмотреть на ту, что отравляла его существование. «Что тебе нужно?» — спросил он. Грейнджер пожала плечами: «Убедиться, что ты в порядке. Я всего лишь хотела немного повеселиться». — Ну что ж, ты действительно немного разбавила скучный вечер. — Он не смог удержаться от улыбки и убрал руки в карманы. Грейнджер усмехнулась: «В самом деле». Она шагнула к нему, и Драко почувствовал, как сердце замерло в груди. — Грейнджер, что…? — Тсс, — Грейнджер сделала ещё один шаг вперёд, подошла почти вплотную и приложила палец к его губам. Драко был так шокирован, что послушался. Его зрачки расширились от её прикосновения, и ему пришлось напомнить себе, что эта ведьма заколдует его яйца к чёртовой матери, если он высунет язык. — Знаешь, — сказала она тихим соблазнительным голосом, — в каком-то смысле есть такие сладкие штуки даже полезно. Драко вздрогнул, всё ещё не улавливая, к чему она клонит. «Мм?» — всё, что он смог произнести, палец Грейнджер всё ещё был на его губах. Она кивнула, медленно и грациозно наклонив голову. «Да», — прошептала она, отнимая палец от его губ и смотря на них так, будто они были сделаны из шоколадного мороженого и её любимой радужной посыпки. Прежде чем он смог ещё что-то заметить, Грейнджер придвинулась к нему. Её губы накрыли его, тёплые и отвечающие, она обвила руками его шею, притягивая ближе к себе. Драко инстинктивно обнял её одной рукой за талию, а второй зарылся в волосы. Он завёл её в нишу и взял контроль на себя, прижав её спиной к кирпичной стене. Он зарычал от удовольствия, когда за закрытыми веками взорвались звёзды. Его язык скользнул по её губам, и она на выдохе впустила его. Мерлин Всемогущий, она была права! подумал он, сдерживая стон; он почувствовал вкус радужной посыпки, когда их языки сплелись в танце, и он прижал её к себе покрепче, чтобы насладиться вкусом. Он таял перед ней, и не мог больше ни о чём думать в этот момент. Это было так же прекрасно, как он себе представлял, и даже лучше. Несколько месяцев он думал о том, каково это, обнимать девушку из Золотого Трио, как она будет к нему прижиматься, какие у неё губы на вкус. Теперь он знал — это божественно. Он не хотел, чтобы это заканчивалось, но без кислорода жить невозможно, так что он отстранился, напоследок чмокнув её в немного припухшие губы. У неё на лице появилась лёгкая улыбка, когда она медленно открыла глаза. Когда их взгляды встретились, она закусила нижнюю губу, и Драко еле сдержался, чтобы снова не прижать её к стене. — Видишь? — сказала она, выровняв дыхание, и провела руками по его груди, опуская их вниз. — Это вкусно. — Да, — кивнул Драко, нехотя отпуская её талию и выпуская пальцы из волос. — Я понял. — Может, найдём более… уединённое… место? — Грейнджер подняла одну бровь и показала головой в сторону Большого Зала. За углом послышалось шевеление; кажется, десерт закончился и через несколько секунд до них дойдёт волна учеников, направляющихся в свои гостиные. Драко кивнул в знак согласия: «Да, давай». Он схватил Грейнджер за руку и поспешил дальше по коридору, намереваясь затащить ведьму назад в их общую гостиную и продолжить то, что они только что начали, как только они останутся одни перед камином.