Ш.Х. (Режиссерская версия)

— Джон, дорогой, я так рада тебя видеть! — миссис Хадсон радостно открывала дверь, не уставая отметить, что Ватсону всегда рады на Бейкер стрит. — Как твои дела?       Ее улыбка неожиданно спала. — О, ты не один. Добрый день, мисс. А вы…? — Ирэн Адлер, спасибо за такой теплый прием. Джон проводил меня, я давно здесь не была.       Миссис Хадсон, кажется, вспомнила их мимолетные взаимодействия, когда Ирэн слишком долго оставалась у Шерлока дома. Они никогда не общались много, но сумели произвести взаимное приятное впечатление. Миссис Хадсон была очень удивлена, когда в один день перестала встречать эту девушку утром на лестнице. И каким было ее удивление, когда она увидела ее вновь после такого значительного перерыва. — Вы пришли к Шерлоку, ведь так?       Ирэн лишь слабо кивнула. — Хорошо, тогда поторопитесь. Он, кажется, куда-то собирается сегодня, — из глубины дома как раз послышался характерные шаги. — Джон, дорогой, давай пока с тобой выпьем чаю. — Конечно, миссис Хадсон. Но на вашем месте, я бы сходил в кафе. Не хочу быть рядом с этими двумя буйными характерами в момент воссоединения.       Миссис Хадсон улыбнулась и, быстро обувшись, пропустила Ирэн внутрь, а сама, взяв Джона под руку, отправилась в ближайшее кафе. К ее счастью, долго идти не пришлось, оно было в следующем доме.       Ирэн закрыла за собой дверь, не веря, что снова оказалась в этом доме. Все казалось таким знакомым. Будто бы и не было никаких двух с половиной лет. Боже, ей нужно было здесь остаться. Она никогда не должна была уходить.       Старая лестница все также скрипела под ее шагами. Ирэн старалась наступать мягче, чтобы не выдать свое присутствие. Никто не мог ей гарантировать, что Шерлок не слышал их диалога у входной двери, но надежда еще теплилась внутри. Она не хотела, чтобы он так узнал о ее визите.       Почему-то ступеньки закончились слишком быстро. Дверь в спальню Шерлока была закрыта, но не заперта на ключ. Наверное, он не видел в этом необходимости, раз в этом доме не было никого, кроме него и миссис Хадсон.       Она остановилась перед дверью, не решаясь идти дальше. Она не могла просто так толкнуть дверь вперед. Это было бы так невежливо с ее стороны. Хотя, пожалуй, у любого другого человека было больше прав на рассуждения о вежливости, чем у нее. Никто, кроме нее, не собирался начинать самый тяжелый диалог в их жизни, который точно повлечет много неприятных слов с обеих сторон.       Выход из этой ситуации все же нашелся. Ирэн занесла руку и осторожно постучала дважды. Установилась гробовая тишина. Шерлок, похоже, сидел в своем кресле. Она услышала, как он поднялся и сделал несколько шагов к двери. Его рука легла на ручку и потянула ее на себя. Дверь удивительно быстро отворилась. И тут же время остановилось.       Во всем мире не существовало ничего, кроме его глаз. Этот удивительный оттенок зеленого, голубого и серого. Она не могла остановиться, всматриваясь с них все глубже. Ее собственная фигура отражалась в его зрачках. На секунду показалась, что она смотрит на себя его глазами. И сердце предательски сжалось, будто вся его боль передалась ей.       Его губы были плотно сжаты. Он очень редко так делал, она знает. Он не знал, что ему делать, и страдал в этом незнании. — Ты позволишь мне войти? — прошептала Ирэн, пытаясь произносить слова без дрожи в голосе.       Шерлок вышел из своего оцепенения и едва кивнул в ответ. Ирэн не знала, что ей делать дальше, но она прошла вглубь комнаты, разворачиваясь к Шерлоку спиной. Ей нужна была секунда, чтобы перевести дух. Его присутствие влияло на нее совершенно неповторимым образом.       Казалось, что прошла целая вечность, но ни один из них так и не начал разговор. Так нельзя было продолжать. Ирэн сделала глубокий вдох и развернулась к нему лицом, уставившись прямо в душу. — Мы обязаны поговорить сегодня, и я сделаю первый шаг, — на одном дыхании выдала она, чувствуя, как все внутри переворачивается. — Мне очень жаль, что все произошло именно так. Я не знаю, как ты узнал о девочке, но это совсем не входило в мои планы. Я сожалею, что все сложилось так, как сложилось. Когда я только узнала, я была очень напугана. И приняла неверное решение. А после просто не смогла набраться смелости рассказать о такой большой лжи. Мне правда очень жаль.       Шерлок внимательно слушал ее, чувствуя, как все внутри разрывается на кусочки. — Я был уверен, что ты ненавидишь меня. Это правда?       Ирэн выглядела ошарашенной. Женщина часто заморгала и помотала головой. — Нет. Боже, конечно, нет. — Но ты все равно ушла от меня, не думая, что я смогу стать отцом этого ребенка? — Мы никогда не говорили о детях. Мы не планировали ее появление, мы даже не были вместе столько, сколько обычные люди проводят перед рождением детей. Я даже не знаю, в каких именно мы были отношениях. И просто представь себя на моем месте. Ты прекрасно знаешь мое прошлое. Кем я была, чем я занималась, в какой опасности жила. Я никогда даже не думала о вероятности рождения ребенка. И ты, социопатичный детектив с непомерным эго. Я не знала, чувствовал ли ты что-то ко мне, потому что ты никогда не говоришь о чувствах. Между нами что-то было, но мы никогда не давали этому имени и не разговаривали о том, что ждет нас в будущем. Но почему-то ты не был похож на человека, кто бы повел меня под венец и держал бы за руку в роддоме, пока я рожала тебе наследников. Мы просто не были этими людьми. И мне было страшно знакомиться с Шерлоком Холмсом, который только что узнал, что станет отцом. — Весь мой мир встал с ног на голову, когда я узнал о ее существовании. Думаешь, я бы никак не отреагировал на ее появление тогда? — Я не знаю. Честно, я не знаю. Тогда мы были другими людьми. Я не могу говорить за тебя, но я точно изменилась с рождением дочери. Моя жизнь перестала быть прежней, когда я увидела две полоски. А сейчас я и вовсе чертов маркетолог, который работает днями и ночами, лишь бы обеспечить ребенку беззаботное детство. Мне было невероятно тяжело привыкнуть к этой жизни. К материнству. Это не то, что можно принять за один день. Но я справилась. Мне было страшно требовать от тебя это тогда, и я нисколько не требую сейчас. — Что ты хочешь сказать? — Я могу вырастить ее сама. Мне не нужна помощь, я справляюсь. Я не буду запрещать тебе принимать участие в ее жизни, но, пожалуйста, помни, что она ребенок. Я не хочу, чтобы у нее был папа, который шатается ночами черт знает в каком жарко притоне в поисках черт знает кого. Я не хочу, чтобы ее отец стал мифической фигурой, которую она видит только на Рождество. Сейчас она вообще ничего о тебе не знает, и ей будет не о ком грустить. Но если вы познакомитесь, она будет скучать по папе. Папе, который редко появляется и быстро пропадает. — С чего ты решила, что я буду именно таким отцом? — С того, что ты никогда не доказывал обратного.       Комната вновь окунулась в тишину. Напряжение витало в воздухе, отражаясь от стен. — Я знаю, что не был эталоном хорошего человека, когда мы были вместе. Я ничуть не претендую на святость сейчас. Но все изменилось. Я не могу больше жить как раньше, зная, что где-то есть маленькая девочка, которая даже не знает о том, что я ее отец. Я хочу, чтобы она знала. Я хочу быть в ее жизни. — Я хочу тебе верить. Но мне страшно. Я не могу ничего сделать с этим страхом. Все это время я задавалась вопросом, почему же я тогда ушла. Но сейчас я вижу. Мы просто не были взрослыми людьми. Мы не были готовы к какой-либо ответственности в этих отношениях. Я не доверяла тебе, я не была готова на тебя положиться. Мы были одурманены чувствами, но на них одних невозможно построить ничего крепкого. А мы даже и не пытались. И когда ответственность наступила… Я просто не смогла довериться тебе. — Мне очень жаль. Мне правда очень жаль. Я не должен был так поступать. Я должен был сразу же тебя найти. Хотя бы как-то связаться, поговорить, пока не стало поздно. Но ты права, я и правда не был готов ни к чему. Я просто не знал, к чему мне стоило быть готовым. Наша связь была такой неожиданной и бурной. Мы действительно потерялись в ней, пока все не случилось. Ты хотела этого ребенка? — Я очень долго не могла понять, что чувствую. Но я с самого начала знала, что я ее выношу. Только к середине беременности я поняла, что точно хочу родить ребенка. Я думаю… Если бы на месте ее отца был кто-то другой, я бы даже не задумывалась над сохранением беременности. Но здесь я очень быстро все поняла. Мне понадобилось время, чтобы окончательно оформить свои чувства и принять их, но по итогу я не могла дождаться ее рождения. — Ты ее любишь, правда? — Больше жизни.       В ее глазах стояли слезы. Она и правда любила Шарлотту больше, чем что-либо еще в этом мире. Она была безусловно лучшим созданием. — Мне так жаль, что я не был тем человеком, кому ты могла бы довериться тогда. Но я хочу попробовать сейчас. Мы больше не те люди. Я хочу быть в ее жизни. Я готов к этой ответственности. — Мне нужно немного времени, чтобы все это переварить. Я сообщу, когда ты сможешь с ней встретиться.       Ирэн снова хотела сбежать. Чувства накопились до предела, ранее ей неизвестного. Куда угодно, лишь бы перевести дух. — Подожди! — произнес он, аккуратно хватая за запястье. Все тело прошибло током. Он так долго ее не касался. — Я многое услышал о своей дочери. Но ты так мало сказала о себе. — У меня мало новостей, Шерлок. Я обычная мать-одиночка из лондонского пригорода. Таких, как я — сотни тысяч. — Таких, как ты, больше нет, — прошептал он, не в силах отпустить ее руку.       Ирэн смотрела ему в глаза, сдерживая свои слезы. Он продолжал держать ее запястье и она совсем не хотела, чтобы он его отпускал, но она не могла ничего не сказать. — Шерлок, я постоянно плакала ночами, виня себя в том, что все разрушила. Что у нас были идеальные отношения, которые были уничтожены мной. Я не хочу снова оказаться в этой петле самобичевания. Отпусти меня. — Я прошу прощения, — пробормотал он, опуская руку. — Мне жаль, что ты так некомфортно чувствуешь себя со мной.       Она не собиралась ничего отвечать, но слова сами вырвались. — Я скучала. Ужасно скучала. И, стоя перед этой дверью, я совсем не так представляла наш разговор. Я не знаю, что я чувствую. Я хочу тебе доверять, я стараюсь. Но мне нужно время. Я понимаю, что тебе тоже тяжело от этой ситуации. Но я растила этого ребенка два года. Если я что-то сделаю не так в ее воспитании, я просто себе не прощу. Мы не можем повторять ошибок прошлого. — Ты права во всем. Мне жаль, — в тысячный раз за вечер произнес Шерлок. — Я не хочу повторять ошибок. В этот раз я хочу сделать все правильно. — Что ты предлагаешь? — Поужинаем?