Scar on shoulder 2: Believe me

Апрель 2007 года       В Катедрал-Хайтс всегда спокойно и уютно. В Катедрал-Хайтс всегда чистые улочки и мало гоняющих машин. И в Катедрал-Хайтс всегда по улицам проходятся самые обычные и миролюбивые жители. Дружелюбные соседи, пожилые мистер и миссис Батлер, выйдя на утреннюю прогулку, умиленно смотрели на молодую семью, живущую в этом опрятном доме чуть больше полтора года.       Мамочка аккуратно укладывала необходимые вещи и подготавливала люльку в темно-синем Форде, в то время как молодой папочка, держа в крепких руках маленькую дочурку, широко улыбался и повторял лепетания за крохой. – Хэй, а у кого тут начали резаться зубки? У кого? – склонив голову, спросил Леон. – Кто сегодня всю ночь плакал и не давал спать родителям? Правильно! Это наша Эби.       Хохотнув, он чмокнул девочку в лоб и взглянул на жену. – Всё, можно ехать, – Клэр подошла к Леону и протянула руки с намерениями забрать ребенка. – Джилл звонила, сказала, что они сегодня к нам заедут, у них какая-то новость, но по телефону она мне ничего не рассказала. – Хорошо, надо тогда после больницы заехать в супермаркет за продуктами, – мистер Кеннеди аккуратно передал Эбигейл матери и сел за руль.       Клэр с дочерью хоть и наблюдалась в обычной больнице, но врач был назначен с работы Леона. Все таки они не обычные граждане. И вот, сидя уже в кабинете, женщина смотрела на макушку Эби с мягкими русыми волосиками, как у отца, и не могла налюбоваться ей. Девочка была особенной, не похожей на остальных детей. Нет, она конечно плакала по ночам, вредничала, невинно глядя на Клэр ясно-голубыми глазищами, с кашей, которая не кушалась и стекала по подбородку на слюнявчик. Но вот развивалась она несколько быстро, и уже сейчас могла сидеть, держа ровно спинку, пыталась ползать, с силой сжимать резиновые игрушки. И, кажется, вчера можно было различить среди детского щебета, как Эби пыталась сказать «мама». Но Клэр это списала на свои материнские ожидания поскорее услышать ее первые слова.       У самой Клэр со здоровьем обстояли дела немножко по-другому. Сразу после родов она словно побледнела, неестественно похудела, и вообще пару недель болела, нося в себе сорок градусов жара. Тот же врач, мистер Торрес, что сейчас осматривал малышку, тогда ей сказал, что, возможно, часть внедренного иммунитета девушки передалась ребенку. Но уже прошло практически полгода с рождения Эбигейл, и Клэр практически восстановилась. – Ну, что я могу сказать? – наконец закончив осмотр, выпрямился мистер Торрес. – Девочка растет быстро. У нее уже начали прорезаться зубки на нижнем ряду. Продолжайте применять мази и гели, которые я прописал. Кровотечения я не наблюдаю, так что можете давать ей массажеры. – Спасибо, мистер Торрес, – улыбнувшись, Клэр поднялась с кушетки. – Заходите через неделю-две.       Оказавшись на улице, Клэр с Леоном договорились, что пока мистер Кеннеди совершает налет на продуктовый магазин, миссис Кеннеди прогуляется по округе с Эби. И когда Леон доставал и раскладывал коляску, Клэр быстро написала список необходимых покупок.       Неспешно прогуливаясь в рядом расположившемся от больницы парке, Клэр изредка поглядывала на малышку. Та же смешно щурилась, когда на ее лицо падали теплые лучики весеннего солнца, и широко улыбалась, когда видела пролетающих воробьев и слышала их чириканье. Это было так безмятежно. Клэр уже перестала думать о том, как их с Леоном жизнь резко поменялась и пошла в другое русло. Наконец поверила, что все наивысшие силы, которые существуют в этом мире, подарили ей спокойное продолжение.       Ее плавные и лениво текущие мысли прервал мелькнувший красный цвет. Девушка сфокусировала свое внимание и немало удивилась, увидев шедшую ей навстречу Аду Вонг. Брюнетка ее явно пока еще не заметила, ибо была задумчивой, что было странно. Очень странно. – Ада! – рыжая даже не поняла, зачем окликнула шпионку.       Вонг больше не тревожила их после того случая в ресторане Сент-Пола, по крайней мере, Леон говорил, что он, что Ада не связывались более. И Клэр верила ему. Не то, чтобы бывшая Редфилд ненавидела Аду, просто она знала, сколько лет мучился Леон, и непонятные мотивы азиатки слегка… раздражали. Но сейчас не было ни злости, ни раздражения, было только чистое удивление от того, что средь бела дня в одном из парков Вашингтона Клэр могла повстречать Аду. – Клэр? – на какой-то миг шпионка стушевалась, но потом, прищурившись, улыбнулась и подошла к девушке. – Вот так встреча! – Здравствуй, – Клэр же пока не понимала свое внутреннее «Я», которое не предупреждало об каких-либо опасностях. – Какими судьбами здесь? – Да так, бегала по делам, – пожав плечами, ответила она. – Ну, ты сама знаешь. – Ну, да. Как я могла не сообразить? – рыжая не смогла сдержаться от сарказма.       Она мысленно одернула себя: «Ну, вот как унять свой противный язык?!». – А девчушка-то на Леона походит, – сделав вид, что не слышала последних слов Клэр, Ада слегка наклонилась, чтобы рассмотреть Эби.       Та неотрывно смотрела на нового ей человека своим детским сверкающим взглядом, крепко вцепившись ручонками в поручни коляски. И опять же Клэр смогла заметить это выражение смятения на лице Вонг. Но, не изменяя своим принципам и навыкам, она тут же натянула свою стандартную улыбку, приподняв уголок губ. – Как зовут? – Эбигейл, – у Клэр чудом не вылетела очередная колкость, типа: «А ты еще разве до сих пор не знаешь? Херовая из тебя шпионка». – Красивое имя, – стандартный ответ. – Ладно, Клэр, мне надо спешить. Время – деньги.       Миссис Кеннеди едва удержалась от фырканья. Однако ее посетила неожиданная мысль. – Ада, – пока шпионка еще не успела развернуться, вновь позвала Клэр, – спасибо тебе, что вытащила тогда меня с Оливером, спасла Леона. Если бы не ты, то сейчас бы не было нас, не было Эби. – Не утруждай себя благодарностями, это моя работа, – эти слова должны были причинить в какой-то степени боль рыжей, но та заметила промелькнувшую грусть в глазах Ады. – До встречи.       Клэр еще долго смотрела вслед удаляющейся Вонг, всё больше удивляясь тому, что шпионка в этот раз вела себя совсем, совсем иначе. Нет, конечно, кидалась парой колких фраз, но эти эмоции, которые никогда не проявлялись, просто сбивали с толку. И самое непонятное было для Клэр, так это то, как на них реагировать. Это плохо или хорошо?       Но мысленную дилемму рыжей прервал телефонный звонок. Это был Леон. Надо было ехать домой, готовить ужин и ожидать, когда явится чета Редфилдов со своей новостью.

***

      Ада привыкла работать практически на износ. И если когда и появлялось свободное время, расходовалась оно лишь на восстановление физического здоровья и сна, походы в салоны красоты, чтобы вновь привести свой облик в порядок, а так же появляться в апартаментах Леона. Причем последний пункт выполнялся всегда, в отличие от остальных. Но не теперь… На это хватало пару дней, максимум – неделя. А потом снова пускаться во все тяжкие, подробно продумывая каждый свой шаг.       Но сейчас отдых затянулся практически на месяц, что ее более чем не устраивало. Альберт молчал, что, если честно, ее немного напрягало. Уж он-то всегда ей работенку находил, не всегда выгодную для нее, но у такого человека, как Вескер, всегда имелись свои рычаги давления. О которых не стоит забывать…       Свободное время давало о себе знать тем, что с каждым днем контролировать себя было тяжелее. Ибо ни чем не занятая шпионка начала незаметно для себя погружаться в не очень приятные мысли. И главная мысль заключалась в том, что когда всё закончится (закончится ли вообще?), что будет дальше? Дальше-то что? Есть ли после всего пережитого ужаса у нее будущее? Ведь пока есть работа, не преследуют призраки и мертвецы прошлого.       Но Ада Вонг была бы не Адой Вонг, если бы не работала еще на кого-то. И вот, спустя мучительное время внутренних терзаний, раздался спасительный звонок.       Уже хорошо. Лёд тронулся. Хоть и приподнятое настроение было приправлено толикой удивления. В этот раз встреча будет уже не с мистером Беннетом, как это бывало на протяжении практически двух лет, а одним из них.       Она была уже знакома с ними, причем в полевых условиях, что больше давало возможности изучить их. И к встрече Ада была готова.       Вот только ступор, охвативший ее после этой самой встречи, просто буквально выбивал почву из-под ног. Задание, что дал один из них, совсем не укладывалось в голове. И как назло, решив прогуляться в ближайшем парке и хоть как-то осмыслить всё, Вонг услышала, как ее кто-то окликает.       Клэр. И не одна. Час от часу не легче. Улыбнувшись одной из своих стандартных улыбок, она подошла к Редфилд. Ой! Уже Кеннеди. Краткий диалог, что завязался между ними, не особо сильно воспринимался шпионкой. Ее внимание приковала малышка, что выглядывала из коляски. Не стоит даже сомневаться, что это дочь Леона. Точная копия, только глаза ей явно достались от матери. Нет, Вонг знала, что у этих двоих родился ребенок. Но после их, так сказать, последней встречи в Сент-Поле, брюнетка всячески старалась избавить себя от ненужных новостей, фильтруя информацию.       В груди что-то кольнуло. На секунду Ада не могла понять, что это. Но потом осознание обрушилось ей на голову, словно снежная лавина с горных уступов, увеличиваясь в размерах. Осознание этого доселе неизведанного чувства. И имя ему – зависть.       Да, она завидовала. Да, странно испытывать такое для шпионки, которая должна напрочь отключать всякие эмоции и чувства, ибо это очень и очень мешает работе. «Да что же со мной происходит?!» – Вонг еле сдерживала маску равнодушия. Ведь завидовала она не тому, что Леон и Клэр теперь вместе, а тому, что они смогли дать этому никчемному миру что-то такое светлое и мирное, где не надо было биться до последней крови и растрепанных кишок.       Эбигейл. Действительно красивое имя. Сильное. Но об этом рыжей не стоит знать. Пусть думает, что она это на автопилоте сказала. Ада подозревала, что Клэр и так уже много чего увидела. А потом шпионка, как ей самой показалось, позорно сбежала.       Для этого задания нужно было реально морально подготовиться.