Кто первый, тот проиграл

      День у Дениса выдался так себе. Вроде ничего особенно плохого, но… Тройка по химии за лабораторную и точка в журнале от географа настроение не улучшали. К тому же на последней физкультуре Гарик, этот орангутанг безмозглый, зарядил ему в лицо баскетбольным мячом, и сейчас, по дороге домой, Дэн чувствовал, как наливается бланш под глазом.       Тоха, деловой, сам свинтил с физры, дескать, у него четвертная пятёрка уже стоит, а Дэну нормативы сдавать. Мог бы и поддержать брата, знает ведь, что Денис со спортом не дружит. От слова совсем.       Вообще, Дэн не знал, с кого надо спрашивать за то, что братья-близнецы, едва ли отличимые внешне, имеют такие полярно разные характеры и интересы. С родителей? С Господа бога?       Нет, они с Антоном были очень дружны, бывало, дрались, конечно, но это мелочи. Все дерутся, даже девчонки. Но в серьёзных делах они друг за друга горой. Дэн делал за двоих домашку, а Тоха помогал брату разбираться с разными «козлами», с которыми он сам, в силу своих ботанических наклонностей, был разобраться не в состоянии. Ещё они частенько подменяли друг друга на уроках, пользуясь тем, что даже мать не всегда могла их отличить. Ну, а что? Любой бы этим воспользовался, будь у него брат-близнец.       Правда, в последнее время с этим пришлось завязывать. Антон стал ходить в качалку, решил, что для привлечения внимания слабого пола нужно добавить фигуре брутальности. Так что общие габариты братьев стали стремительно терять идентичность. И Дэна это очень расстраивало. Он никогда самостоятельно не сдаст ни кросс, ни отжимания, а уж о подтягиваниях речи вообще не шло, всё, на что он был способен на перекладине, — это висеть, как макаронина, изредка подёргиваясь в тщетной попытке хоть чуть-чуть приподнять свое тощее тело. А при таком раскладе не видать ему на будущий год золотой медали.       Нет, Антон, конечно, звал его с собой в зал. И очень настойчиво. Они даже повздорили малость. В результате чего Денису пришлось открыть брату главную свою тайну. Не специально, конечно, просто в какой-то момент разумные аргументы на вопрос, почему он не будет ходить в качалку, закончились, и на фразу брата:       — Ну и ходи задохликом, на тебя ни одна баба в жизни не посмотрит!       Дэн сгоряча ляпнул:       — А мне и не надо, чтоб бабы на меня смотрели!       Не то чтобы фраза так сразу всё объясняла, но Антон за неё зацепился и не отстал, пока не вытянул всю правду. А правда состояла в том, что вот уже два года Денис позиционировал себя как гея, с того самого поцелуя с какой-то девицей на дискотеке, неудачного поцелуя. Правда, «позиционировал» — громко сказано, это всё пока происходило у него в голове. И, надо сказать, страшновато порой становилось.       Но после этого случая он немного успокоился. Спор с братом тогда плавно перетёк в разговор по душам. Антон, слава богу, не стал кидаться в крайности, а просто сказал:       — Этого следовало ожидать, — а на немой вопрос в глазах Дэна пояснил: — Ну нам же всегда нравятся противоположные вещи. Я люблю мясо, а ты пирожные всякие, я спортом увлекаюсь, а ты от книжек мудрёных тащишься, — и, хохотнув, добавил: — Слушай, так это же здорово! Я всегда мечтал познакомиться с геем! Ну интересно же узнать, как у них там…       — Что «у них там»? — не выдержал Дэн.       — Как — что? Ну это… — ухмыльнулся Тоха. — А теперь я всё узнаю из первых уст, так сказать. У меня теперь есть свой личный гей! Дэн тогда только пальцем покрутил у виска и ушёл на кухню. Но в целом Антон, конечно, его поддержал, как и всегда. Денис вообще часто думал, что ему повезло с братом. Только вот сегодня он планировал устроить Антону скандал. Танечку он, видите ли, встречать побежал. Это ж надо было?! Бросить его одного на физре. Если бы не это, не красовался бы сейчас у Дэна фонарь под глазом.       Позвонив в звонок и не услышав из-за двери ни звука, Денис вздохнул: придётся лезть в рюкзак за ключами. Значит, братец где-то шляется со своей Танечкой.       Но, открыв дверь своим ключом, Дэн обнаружил некоторые странности. Начать с того, что дверь была закрыта на цепочку. Это, конечно, не проблема, с его-то «изящными» запястьями. Но дальше — больше: в прихожей стоял душно-приторный аромат каких-то незнакомых духов, а в глаза сразу же бросились женские лакированные туфли ярко-красного цвета.       «Так-та-ак… Интересные дела. И кто же это у нас в гостях?» — размышлял Дэн. Потому что это явно была не Таня. Да, он видел девушку брата всего пару-тройку раз, но этого было достаточно, чтобы сделать вывод: ни удушливый запах, ни кровавого цвета лодочки не могли принадлежать похожей на нежный цветочек Танечке.       Сперва Дэн прошёл в гостиную и распахнул балкон, ибо дышать было просто невыносимо. Если Антон отныне собирается встречаться с этой любительницей парфюма, пусть делает это где-нибудь подальше от дома.       Их с братом комната предсказуемо была закрыта, наверняка ещё и на щеколду, поэтому Дэн направился на кухню, поставил чайник и заглянул в холодильник. Вчерашний борщ, остатки салата. Да, сегодня определённо не его день. Мало ему неприятностей в школе, так теперь ещё его лишили законного отдыха на собственной кровати и даже ничего вкусненького в качестве утешения не оставили. Сделав на скорую руку бутерброд, он уже собрался было спокойно поесть, но услышал из-за двери спальни голоса, и что-то ему в этих голосах не понравилось.       Он потихоньку подошёл к двери и прислушался. И не зря.       — Антон, прекрати! — просила девушка, повышая голос. — Ну не надо, перестань!       — Да ладно тебе, — послышался в ответ хриплый голос брата, — харэ ломаться.       Дальше была какая-то возня, стук чего-то, падающего на пол. Кажется, пора вмешаться.       Денис решительно толкнул дверь, та, как и ожидалось, была заперта. Он отступил на шаг и резко впечатался в неё всем весом. Силач из него был не ахти какой, но хлипкой щеколде этого хватило, от удара она вылетела вместе с гвоздями и, звякнув, отлетела на середину комнаты.       — Ну что тут у вас? — спросил он и растерянно замер. Представшая картина его немного ошарашила. Смутно знакомая блондинистая девица лежала распластанная на кровати. Блузка расстёгнута, бюстгальтер на шее, юбка, длина которой и так не впечатляла, задрана до пояса. А поверх всего этого «великолепия» лежал Антон, пытаясь удерживать руки и ноги девушки.       Блеск!       Увидев Дэна, брат отвлёкся, девица, воспользовавшись этим, вскочила и, поправляя на себе одежду, шустро поскакала в прихожую. Через минуту хлопнула входная дверь.       Дэн долго молчал, глядя на брата. Тот не выдержал первый, буркнув:       — Ну, чего смотришь?       — Да так… — с издёвкой отозвался Дэн. — Думаю, у кого из нас крыша поехала. Потому что, может, это у меня сейчас были глюки?       — Да пошёл ты, — огрызнулся Антон. — Она бы мне дала, если бы ты не вломился и…       — …Не спас тебя от статьи, — закончил за него Денис. — Ты чё?! Совсем ебанулся?! Она завтра заяву накатает, и тебя под белы рученьки…       — Да осади, — махнул рукой Тоха, — эта не накатает. Ты у кого хочешь спроси, она со всеми подряд трахается. И в гости, между прочим, сама напрашивалась. Это Кир мне её подогнал, типа беспроигрышный вариант.       — Ну, не знаю, как со всеми, — Дэн покачал головой, усаживаясь на свою кровать, — но с тобой она явно не собиралась этого делать. А Киру я тоже при встрече пару ласковых скажу.       — Кир-то в чём виноват? — кинулся на защиту друга Антон. — А она просто повыделываться решила.       — Да как бы там ни было — это не выход! — настаивал на своём Денис. — Тебе что, так не терпится расстаться с девственностью, что ты уже краёв не видишь? К тому же, если она такая, как ты говоришь, на кой хер она тебе сдалась?       — Как это на кой? На тот самый! — развеселился брат.       — Ой, да иди ты, придурок, — отмахнулся Дэн. — Вот я как чувствовал, что тебе надо было остаться на физру. И у меня б рожа целей была.       — Чего? — Антон, наконец, обратил внимание на Дэнову покоцанную физиономию, подорвался со своей кровати и потянул его к свету. — Блядь. Кто? Гарик опять?       — А кто ж ещё?       — Что он на этот раз хотел?       — Да ничего не хотел. Мячом засветил. Разумеется, нечаянно! — Дэн сделал выразительные кавычки пальцами.       — Ну ничего, я с ним разберусь, — зло сказал брат. — Он мне ещё за Таньку ответить должен. Представляешь, Танька вчера с подругами по торговому центру гуляла, так он со своими гориллами пристал, хотя знает, скотина, что это моя баба.       — Кстати, о Танечке, — улыбнулся Дэн, — интересно, что она скажет, если узнает? И вообще, я рассчитывал застать у нас в гостях её, а не…       — Да мы поцапались, — скривился Тоха, — а тут Юлька подвернулась. Ну я и решил с ней уйти, прям у Таньки на глазах. Пусть теперь локти кусает.       Денис усмехнулся и покачал головой:       — Смотри, как бы тебе локти кусать не пришлось.       — Блин, ну, а что ты предлагаешь? — психанул Антон. — Сидеть в девственниках до седых волос? — и издевательски добавил: — Танечка собралась до совершеннолетия невинность хранить.       — Ой, не смеши меня, — отмахнулся Дэн, вытягиваясь на кровати, — до седых волос… Да нам по семнадцать исполнится только через месяц!       — Ну и что? — возразил брат. — Надо же где-то опыта набираться! А то потом встретишь такую, как моя, «правильную», и что с ней в постели делать? В ладушки играть? Не, сперва надо с такими, как Юлька, а ещё лучше, если бы взрослая баба попалась, ну, лет двадцать пять-тридцать, такая точно всему научит.       — Забавно ты рассуждаешь, — отозвался Дэн. — А мне, в таком случае, сразу пойти и утопиться? Я так чувствую, что мне в девственниках ходить долго придётся.       — Да, братишка, — хохотнул Тоха, — ориентацию для нашей страны ты выбрал неподходящую.       — Вот уж чего я точно не делал, так это ничего не выбирал! — фыркнул Денис.       Но брат, не слушая его, продолжил:       — Хотя, это как посмотреть, мы ведь не в деревне живём, у нас клубы есть всякие, «по интересам», — он поиграл бровями.       — Да пошёл ты, — огрызнулся Дэн. — Ты мне что теперь предлагаешь, по клубам искать себе кого-то? Как проститутке?       — Ну, а что? — с энтузиазмом улыбнулся Антон, похоже, разговор его развеселил. —  Шансы, что ты встретишь себе подобного в обыденной жизни, стремятся к нулю. А в клуб даже я могу с тобой сходить, мне всегда интересно было. Только нужно подругу какую-нибудь с собой подтянуть, чтобы ко мне приставать не начали. Всё, Дёня, решено, я за тебя возьмусь, а то и правда, так и помрёшь мальчиком-колокольчиком.       — Ты бы в своей жизни сперва разобрался, — скептически протянул Денис, — да и боюсь я в клуб, мало ли…       — Так и правда девственником помереть не долго, — не сдавался Тоха. — Спорим, что если я тебя не подтолкну, ты так и будешь сидеть! А у меня уже и дети будут, и внуки.       — А что? Давай и правда поспорим, — улыбнулся Дэн, зная, что брат большой любитель всяческих пари, — только спорить, кто первый, бессмысленно, ты выиграешь, не напрягаясь. Лучше — кто дольше продержится. Это, кстати, может стать хорошей отмазкой для твоих дружков, подбивающих тебя на всякую херню.       — Ага, — покивал Антон, — тогда ты выиграешь, не напрягаясь! Хитрый какой! У меня вон сколько соблазнов вокруг!       — Ну, во-первых, я секса хочу не меньше твоего и каждый день вижу симпатичных парней так же, как и ты — девушек, а во-вторых, можно уравнять шансы. Ты — поменьше ходи тусить, а лучше учёбой занимайся, ну, а я, так и быть, схожу в гей-клуб, чтобы и у меня были соблазны. Только с тобой, ты сам обещал. Что скажешь?       — Скажу, что это всё равно нечестно, один раз в клуб, — проворчал Тоха, но потом вдруг обрадованно добавил: — Придумал! Ты будешь ходить со мной в качалку! Вот где настоящие соблазны! Там иногда такие парни встречаются, даже я глаз оторвать не могу. К тому же тебе это пойдёт на пользу, а то ходишь задохликом.       — И ничего не задохликом! — огрызнулся Денис, поднялся с кровати, подошёл к зеркалу и, скинув майку, стал разглядывать себя.       Конечно, слова брата были справедливыми. Он был слишком худой для своего роста, да и ростом тоже не мог похвастать. Тоха вон уже на пять сантиметров его обогнал.       — А теперь сюда смотри, — Антон тоже снял рубашку и встал рядом с ним. И это, пожалуй, стало решающим аргументом. Дэн никогда не мечтал быть похожим на качков из журналов, но не мог не согласиться, что его телу следует добавить немного фактурности.       — Что ж, — вздохнул он, — я согласен. Только на что мы спорим?       — Н-ну… — задумался брат. — Пусть придумает тот, кто выиграет.       — Хорошо, — кивнул Дэн. — Только без всякого идиотизма вроде прыжков с парашютом, договорились?       — Договорились, — рассмеялся Антон, который занимался парашютным спортом под руководством школьного ОБЖешника и к своим неполным семнадцати уже насчитывал одиннадцать прыжков.       На этом они и договорились. И Денис даже не предполагал, куда может завести его этот невинный, в сущности, спор.