Пепси вместо романтики

      У них не было романтичной сказки или излюбленного "с первого взгляда". Сначала Билли было просто без разницы. На новую семью, на соседа со странными шутками, на школу и какие-то чувства. Все казалось искусственным, пустым и однотипным. Конечно, эта семья была чем-то лучше предыдущих, возможно, он мог бы даже привыкнуть со временем. Но тогда важнее всего была своя гордость и личное пространство. Он вступился за Фредди у школы, только потому что отморозки сказали то, на что не имели никакого права. Даже если он не считал семьей своих новых сестёр и братьев, никто и никогда не смеет издеваться над человеком из-за отсуствия родной семьи. Он спас не Фредди, он мстил так, будто слова были брошены в его адрес. Просто потому что он слышал. Он не пришел в школу и в столовую, потому что это показалось ему ниже того, чем он мог бы заниматься в облике героя. Да и завоевывать популярность на ютубе можно было посредством посторонних людей, которые хотели сделать селфи или снять его для историй в Инстаграм. Их первый поцелуй, если смазанное касание губами можно так назвать, произошел в спальне. Это был один из выходных вечеров, когда Фредди в сотый раз поражался безграмотности Бэтсона в современной культуре. Он не смотрел почти ни один сериал, ничего не слышал о той самой песне, которая сейчас играет из любого плеера и не понимал отсылок к мировым бестселлерам. У Фредди в голове не укладывалось, как можно прожить подростковую жизнь без топовых новинок массовой культуры. Целый пласт поколения будто прошел мимо этого парнишки, а тому было совершенно все равно. Однако Фредди такое положение дел абсолютно не устраивало: невозможно спать в одной комнате с человеком, который не прочел ни одного комикса. Который, ко всему прочему, еще и является супергероем. Эту проблему стоило срочно решить. Именно поэтому после тучи возмущений сводного брата Билли все же согласился пересмотреть все самые необходимые для своего "культурного просвещения" фильмы и сериалы. - Слава небесам, ты хотя бы Гарри Поттера знаешь! - поторопился тогда воскликнуть Фриман, потому что в следующую минуту выяснилось, что этот дурачок до сих пор считает Снейпа злодеем. Это стоило нескольких фейспалмов и потери дара речи ровно на секунду, потому что следующий поток возмущений было бы сложно воспроизвести и прервать хоть каким-то способом. Но обескураженный Бэтсон, кажется, все же нашел его. Он просто резко, не давая мальчишке опомниться, прикоснулся к его губам. Конечно, можно было бы просто зажать ему рот рукой, все же Билли был явно сильнее. Но Фредди явно бы начал кусаться или пытаться вырваться, а вот губы произвели нужное впечатление. Впервые за полчаса шуток, смешанных с возмущениями, воцарилась полная тишина. Такая непривычная, что даже зазвенело в ушах и стало слышно, как азиат внизу ругается со своим игровым соперником на другом континенте. И это точно стоило широко распахнутых, шокированных глаз напротив. Бэтсон никогда не замечал, что они настолько большие, даже испугался, что Фредди сейчас расплачется или потеряет равновесие со своим костылем. - Надо же, подействовало. Наконец-то ты перестал болтать, - произнес он с довольной улыбкой, - потому что если ты продолжишь свои тирады, я никогда не узнаю, что произошло в Звездных войнах после Атаки клонов. - А... да, точно, - Фредди, кажется, начинал приходить в себя. Развернулся и пошел искать нужный диск среди своих полок. В его груди и голове бушевал настоящий ураган, руки даже начали подрагивать, а лицо пылать, хотелось приложить к ним прохладные ладони и немного посидеть, восстанавливая пульс. Но он просто не мог показать свое состояние Билли. Это было глупо, так глупо. Наверное, он просто не ожидал такой шутки, больше похожей на издевку от своего нового брата. Они стали так близки за время всех своих приключений, что Фредди мог с легкостью сказать, что нелюдимый парень стал его лучшим другом. - Ну что, смотрим Месть Ситхов? - Фриман уже широко улыбался, явно показывая, что обсуждать произошедшее минуту назад не намерен. Билли иногда поражался этой способности резко переключаться с одного на другое и шутить, даже когда над ним нависает суперзлодей, способный за секунду испепелить одним только взглядом. Или с иронией относиться к своей инвалидности и сиротству. Он видел, несколько раз видел, насколько может быть больно Фредди внутри из-за постоянных издевок в школе, из-за того, что никто не хочет с ним общаться, шугаются, будто он заразный, а тот только смеется им в лицо или впихивает коронную фразу какого-то героя. И легче сделать вид, будто все нормально и ничего не происходит. Сейчас, видимо, он принял поступок брата за шутку или попытку слегка поиздеваться. Но это не было шуткой. Билли давно хотел это сделать. Не с первого взгляда, позже. Первые болезненные уколы он почувствовал, когда Фредди угрожала серьезная опасность. Когда он понял, что бросил друга в торговом центре, потому что попросту струсил. Он действительно сожалел об этом. Когда Фриман получил силу, то был действительно счастлив. Он весь сиял от восторга и не мог умолкнуть еще с неделю. И тогда Билли понял, что хочет видеть рядом это счастливое лицо, хочет радовать его и уберечь от всего, что может ему угрожать. Они смотрели Звездные войны и, конечно, Фриман так и не смог заткнуться и комментировал каждую вторую реплику. Все было так, будто ничего не произошло. Ничего такого, что не могло произойти между двумя братьями. Пускай и не родными. С одной стороны это ужасно раздражало, но с другой, Билли знал, что должен дать время Фриману, и тот имеет полное право игнорировать этот случай. На следующее утро нужно было идти в школу. Даже супергеройская сила не позволяла прогуливать математику или биологию. - Это ведь был поцелуй? - слышит Билли за своей спиной, пока запихивает учебники в рюкзак, и поэтому до него не сразу доходит смысл сказанного. - Что? - разворачивается и видит те самые большие глаза напротив. - Вчера. Это был поцелуй, - почему-то уже не спрашивает, а утверждает. - Фредди, если... - он просто не мог подобрать слова из-за страха отпугнуть и подвести то доверие, что с трудом выстроилось между ними, - мы можем просто забыть это и все, если ты хочешь. Его собеседник молчит. Ему будто впервые нечего сказать, и он может лишь пялиться на собственные ботинки. А потом что-то мямлит. Совсем не слышно и настолько не похоже на быструю речь Фредди, что Билли сначала думает, что ему показалось. Но нет. - Это был мой первый поцелуй. Я не целовался до этого. Ни разу, - и Бэтсон просто не знает, что ответить на это, - поэтому, если это шутка, то больше не делай так. - А если нет? - на этих словах голова с кудряшками поднимается, а отчаянный взгляд пытается найти ответы в лице напротив. - Тогда..., - подходит ближе, - сделай так еще раз. Билли чувствует, насколько сбивчивое дыхание у Фредди. Он будто только что минимум лестничный пролет преодолел, а не сделал пару шагов в их комнате. И телом чувствует пульс и сердцебиение парня напротив, должно быть, такое сильное, что тот слышит шум в собственных ушах. Билли знает, что от промедления Фредди ужасно некомфортно, через секунду, возможно, он уже будет проклинать себя за несдержанный язык и сбежит. Поэтому он слегка улыбается, а потом приближается губами к замершему лицу и аккуратно касается рта. Зарывается рукой в кудрявые волосы, немного придерживая его голову и не давая ускользнуть от поцелуя. Губы шершавые, обветренные и совершенно деревянные, но сейчас они кажутся лучше всех мягких и пухлых губ девчонок. У Билли сносит крышу от осознания того, что Фредди действительно никогда не целовался, потому что даже не может ответить ему. Но он сдерживает себя, сминает губы по очереди и не лезет языком. Конечно, у него тоже было не особо много практики, но из-за своей внешности и характера он часто становился объектом воздыхания девчонок как в приюте, так и в новых школах, чем иногда грех было не воспользоваться. Когда Билли отстраняется, Фриману кажется, что он сейчас упадет, потому что костяшки, сжимающие костыль уже побелели, а ноги начали дрожать от волнения. Целоваться было странно, почему-то в его голове это должно было быть как-то иначе. Мягко и мокро - вот что он бы ответил на вопрос типа: "И как тебе?". Ему было стыдно от собственной неумелости и неопытности. Он множество раз видел поцелуи на экране и даже в живую, но кто захотел бы поцеловать такого, как он? Он был неудачником, приемным калекой, с которым даже разговаривать не хотели. Ни одна девчонка не села бы с ним за один стол на обеде, не то что пожелала бы целоваться. А Бэтсон захотел. Со своей почти идеальной внешностью и милой улыбкой. Со своим ужасным характером и закрытостью. Фриман только собрался хоть что-то сказать, как мама прокричала снизу о завтраке. А Билли, опережая его, подмигнул и с улыбкой сказал что-то вроде: - Продолжим вечером, ага? - и, закинув рюкзак на плечо, вышел из комнаты. Фриману оставалось только кивнуть самому себе и тоже пойти к семье. А потом был вечер. Много вечеров. Когда они смотрели фильмы и обсуждали их, а потом целовались. Все дольше и дольше. Помещаясь вдвоём на одной кровати или на пледах на полу, пока губы не уставали и дышать через нос становилось совсем неудобно. Это кстати первое, чему Билли научил Фредди в поцелуях. - Хей, перестань задерживать дыхание, ты разве не знаешь, что без воздуха ты задохнешься, дурачок? - сказал он ему тем же вечером, когда понял, что Фредди в который раз отрывается от него просто потому, что хочет глотнуть воздуха, - дышать нужно через нос, вот и все. Потом были поцелуи в шею. Аккуратные, чтобы не оставить следов и не вызвать лишних вопросов. Билли сначала прикасался к нижней губе, потом к подбородку, плавно переходил на шею, не забывая пройтись влажной дорожкой до мочки уха и заставить Фредди сильнее запрокинуть голову и дышать чуть чаще. Затем зарывался носом в кудрявые волосы и просто наслаждался любимым человеком, лежащим рядом, близко-близко, так, чтобы переплетались ноги и воздуху было негде протолкнуться между их телами. После у них будет еще много вечеров. С семьей, с друзьями, даже с злодеями, которые снова попытаются захватить мир. А главное, наедине: в комнате за просмотром фильма и чипсами, на крыше при летнем звездопаде, у костра в лесу во время похода и в полете над сверкающим городом после произнесения заветного "Шазам!". И теперь Бэтсону было не все равно. У него была настоящая семья, дом, где его всегда ждали, и любимый человек, с которым у него не было идеальной сказки, но Пепси в жестяных банках и стопки комиксов прекрасно ее заменяли.