Une vie dAmour

Наконец в комнате Гаста появилось новое создание. Он достаточно много сил приложил, чтобы найти и выкупить одного из репликантов. Это был индивидуальный заказ, выполненный на высшем уровне. Один в один как молодой Локи. И вот настал тот момент, который мог как сделать сакаарца счастливым, так и обречь на несчастье. Репликант, пока еще не пришедший в сознание и не активированный, был уложен на кровать, а после Грандмастер начал подготавливать все для второй части своего замысла. Опасный, сложный ритуал, но для правителя Сакаара это была надежда. Хрупкая, но надежда, что скоро все вернется на круги своя. Он просто не мог не попытаться… Вскоре все было готово. Эн начал ритуал. Минута, другая, и вскоре в очерченном круге начало появляться сияние. От крохотной блестки оно вытянулось и приобрело облик Локи. Губы скаарца дрогнули в подобии улыбки. Да, он появился, значит… — Прошу, любимый… не надо, — прошелестел призрак, тем самым заставив мужчину замереть. — Но…- его мысли стремительно заметались в поисках ответа почему. — Я упокоенный дух, любовь моя. Меня нельзя снова заставить жить, это неестественно, — призрачная рука ласково коснулась щеки Гаста.- Мне будет больно. Я знаю, что тебе сейчас нелегко, но ты обещал мне… Помнишь? Ты обещал не быть одиноким, когда меня не станет. — Помню, — самое горькое из всех обещаний, которые давал Грандмастер. На его глаза навернулись слезы. Было больно от осознания того, что он только что чуть не сделал больно любимому человеку. Больно от того, что этот человек теперь будет жить лишь в его памяти и на страницах той самой книги. — Я могу дать ему, — дух кивнул на репликанта, — немного своей памяти. Он не сможет заменить меня, но он сможет принести покой в твою душу. Только дай ему шанс, милый. Тогда ты снова познаешь счастье. — Любимый, — тихий всхлип все же сорвался из уст правителя Сакаара.- Ты… Прости, я не был тогда рядом… Я даже не простился с тобой. — Чшшш, — призрак стер со щек любимого слезы.- Ты спокойно спал, и от этого мне было хорошо. Я ушел зная, что ты видишь прекрасный сон и ты спокоен. Не плачь, любимый. И прими новую жизнь. После дух коснулся репликанта. Все, что он мог сделать — дать доступ к той памяти, что у него была. Пара секунд, а после… — Не плачь по мне. Отпусти эту боль, чтобы было место для счастья, — последнее наставление Лафейсона, а после его дух исчез. Гаст опустился прямо на пол. Его затея не получилась… Этот разговор дал мужчине новую надежду — теперь все сложится, просто надо будет привыкнуть… Тем временем репликант начал приходить в себя и открыл глаза. Они были такие же зеленые, как у почившего принца. — Доброго времени суток, — голос был слегка механическим и отличался от привычного голоса Локи. Молодой человек присел, а в его голове укладывались важные моменты из чужой памяти.- Гаст… — это имя показалось таким важным для репликанта. Грандмастер тут же улыбнулся. — Здравствуй… — он присел рядом. Да, у них все получится. Мужчина почему-то был в этом уверен. Все вернется на круги своя, просто нужно немного терпения. — Я знаю, как зовут вас, но… как зовут меня? — такой наивный взгляд нового создания. Он был совершенно чист и невинен. Искусственно созданное совершенство. — Лафей, — отозвался сакаарец, заправив осторожно черную непослушную прядь за ухо.- Тебя зовут Лафей. Это имя было выбрано не случайно. Имя асгардца отзывалось болью в сердце Эна, да и звать тем же именем второго после Него он не хотел. Так что остановил выбор на имени, связанном с Локи, имя его отца — Лафея. — Ты ведь… поможешь мне, да? — Лафею предстояла тяжелая работа — стать личностью и научиться всему, что необходимо. — Разумеется, — после этого последовало осторожное объятие. Гаст был уверен, что той памяти, что ему дал Локи, хватит и все сложится хорошо само. Да, Лафей будет другим созданием, но… Что-то ведь от Лоло останется? Привычки, манеры, те значимые и важные моменты? Все ведь вернется… Лафей осторожно приобнял мужчину. Что-то внутри ему говорило, что это правильно, нужно сейчас. Датчики считывали доступную информацию. Дыхание, удары сердца сакаарца, активность… Данные сразу же записывались в памяти как что-то крайне важное, нужное. — Итак… Может быть ты чем-то хочешь заняться? — поинтересовался Эн, отстранившись немного от Лафа. — Пока что нет, — он чуть опустил взгляд.- Мне нужно еще привыкнуть к новому окружению, осознать свое место здесь… Кем я должен приходиться тебе? — Любимым, — не задумываясь, ответил правитель Сакаара.- Ты… не должен, но ты мой любимый. — А что значит это чувство? Вот здесь…- репликант коснулся груди, над сердцем.- Такое теплое и как будто слегка нервное. — Любовь и забота, возможно, нотка беспокойства, — мужчина ласково коснулся щеки Лафея.- Не бойся говорить мне о том, чего не знаешь. Я помогу тебе во всем разобраться. — Хорошо, — чуть кивнул молодой человек. В памяти всплыла песенка, и он начал ее мурлыкать себе под нос. Гаст тут же улыбнулся. Да, это была их с Локи песенка. Шуточная, немного дурацкая, но любимая ими обоими. Эну стало легче, он осмелел. Руки скользнули под легкую рубашку репликанта. Идеально гладкая кожа, без единого изъяна… Это отличало Лафа от Локи, тело которого было отмечено следами его побед и поражений, родинками и прочими несовершенствами кожи. Но это мелочи, к ним рано или поздно Гаст снова привыкнет. Главное, что сейчас в его руках было это милое спасение, способное вытащить его из горя. Лафею же приходили в сознание некие обрывки, связанные с тем, кто его сейчас обнимал. Интуитивно репликант ощущал, что нужен сейчас этому мужчине, важен. Его системы еще не настроились, но постепенно… Он станет таким, как нужно Гасту, вспомнит все, что будет нужно вспомнить. Чистый разум Лафея пока держался за «старую» информацию, принимал ее как данность и не особо фильтровал необходимость того или иного знания или умения. Постепенно все начало действительно возвращаться на круги своя. По крайней мере, так казалось Гасту. Он очень много времени посвящал Лафу, надеясь, что это помогает тому скорее оформить свою личность. Однако… были маленькие загвоздки. Например, иногда с уст Грандмастера срывалось привычное «Локи» вместо «Лафей». Поначалу, репликант не придавал этому особого значения. К тому же, он пока не видел ничего страшного в том, что при обращении к нему у Эна проскальзывает чужое имя. Может быть, схожее имя случайно срывалось с уст сакаарца? Но время шло, а ошибка, хоть и стала редкой, но пока все еще не исчезла. Еще одной вещью, диссонирующей со всем для Лафея, были некоторые порывы Грандмастера. Да, старая память говорила, что Эн любит иногда поиграть и потискать любимца. Но некоторые привычки правителя Сакаара были в некотором роде отрицаемы Лафеем. Руки под рубашкой, пока репликант работает. Совершенно внезапные поцелуи, когда внимание сосредоточено на другом. Маленькие радости для вечного, а для Лафея они были не всегда вовремя. Нет, он любил Эна и старался не разочаровывать его ожидания. Что-то внутри просило делать Грандмастера счастливым и довольным. Но… Отчего же счастье правителя Сакаара и репликанта никак не сходятся? Пусть и в мелочах… Гаст не мог не замечать, что его действия не находят порой тот самый отклик, который так необходим. Это иногда мучило его и не давало покоя. Как же так? Все идет так хорошо. Так почему же раньше любимые действия и знаки внимания вдруг стали приниматься прохладнее? В остальном все было прекрасно, вечный почти верил, что вот, все вернулось в прежнее русло. У него есть любимый, с которым он делит свою жизнь. У него есть любимая забава — бои. Его любят все, хотят и обожают, едва ли не боготворят… И во всем этом эти маленькие надломы, которые так старательно пытался скрывать Лафей, были все равно заметны. Как быть? Что делать? Оставался только один ответ. Любить друг друга и дальше. Вот только если для репликанта это значило стараться меняться, чтобы любимый был доволен, то для Гаста… ничего не менялось. Он любил его и баловал все теми же способами, надеясь, что это станет для репликанта также привычно. Грандмастер успокаивал себя тем, что со временем все совсем уладится. Лафей успокаивал себя тем, что он делает это для того, кого любит. А в воздухе продолжали висеть «но»…