Sun and Moon

Шум столовой, запах еды и разлитый по всему помещению теплый весенний свет. Именно такой атмосферой завораживала учеников университетская столовая. «Пожалуй, сяду туда» — подумал блондинистый высокий парень, направляясь к самому дальнему столу. Толпа оставалась позади, а напряжение внутри парня становилось все меньше. Наконец-то уедененное место обрело своего хозяина и стало для него убежищем. Глубокий вдох вместо приветствия и спокойный выдох вместо спасибо. А после — долгий диалог с самим собой, на фоне суеты всех остальных. — Можно присесть? — прозвучал голос рядом, критически близко. Он стал иглой, которая лопнула шар, сотканный из воображаемой безопасности от окружающего мира. — Да. — последовало в ответ. Скорее, это было сказано с испуга, не подумав, но пути назад не было. Перед парнем появился светлокожий улыбающийся брюнет с разносом овощей и сока. На несколько секунд он увлекся раскладыванием пищи, показывая свою заинтересованность в этом мило приоткрытым ртом. — Ой, прости, я Ким Доен, второкурсник. — парень протянул руку. — Ким Чону. — тихо произнес блондин, медленно моргая. Его рука аккуратно пожала руку нового знакомого, после чего быстро нырнула обратно в глубь рукава мягкого свитера. — Так ты первокурсник? — Да. И так, капля за каплей, Доен вытягивал из младшего короткие ответы, попутно рассказывая о каждой интересной мелочи за сегодня своему новому знакомому, пока тот пытался не утонуть в непривычно большом потоке внимания и речи в его сторону. После короткого «Еще увидимся» Чону как можно быстрее скрылся в толпе, направляясь в свою аудиторию, в надежде больше никогда не встретить этого Ким Доена. «Не сближаться с людьми. Не сближаться с людьми» — повторял себе блондин, поднимаясь по лестнице.

***

— Наконец-то я тебя нашел — произнес голос рядом и Чону неуверенно оторвал взгляд от книги. Напротив него стоял Доен, который буквально блестел в лучах солнечного утра. — О, это ты. — то ли холодно, то ли просто грустно произнес парень. Такой тон явно не подходил его теплой внешности, от чего на лице собеседника появилась неловкая улыбка. — Почему читаешь на коридоре? Здесь же так шумно. Да и вовсе как-то странно. Пойдем лучше в библиотеку, там сейчас никого нет. Не дожидаясь ответа, брюнет схватил своими белыми холодными руками рукав мягкого свитера Чону и потащил на себя. — Ч-что? — промямлил блондин и сделал шаг. Шаг на встречу сближения с этим чудным парнем. Действие, за которое он вновь будет корить себя, но которому он не может противостоять. Податливый в руках Доена, Чону попятился за ним в библиотеку искренне не понимая что он чувствует к нему сильнее: неприязнь или благодарность. За всю свою жизнь Ким Чону научился только двоим вещами: не рассказывать о себе слишком много и не сближаться с людьми. В его жизни были самые прекрасные люди которых он неимоверно ценил и любил, но, начиная от продавщицы местного магазина и заканчивая родной матерью, все так или иначе его предали. Так много людей были с ним долгое время, а, в итоге, сейчас он каждый день возвращается в пустую комнату общежития, раз за разом проверяя ноль уведомлений на своем телефоне. Чону перестал плакать каждую ночь в подушку из-за одиночества. Напротив, это стало его неким личным выбором (как думал он сам). «Не сближайся с людьми.» — начало звучать как правило. День за днем его убежище из отстраненности и хладнокровности становилось все крепче, обеспечивая парню спокойную монотонную жизнь. Он надеялся на свой кокон так сильно, что не заметил, как одним лишь словом «Да» успел буквально разрушить всю конструкцию, будто лопнул мыльный пузырь. — Что ты читаешь? — Жюль Верна. — простой ответ, который становится еще один шагом к одновременно желанному и не желанному сближению. — О, мы тоже это проходили. — улыбнулся Доен, сидя напротив парня за библиотечным столом и в одно мгновение сделав Чону зависимым от этой самой улыбки. — Конечно. — завороженно проговорил он подсознательно понимая, что пути назад уже нет.

***

День за днем, час за часом, минута за минутой проходили в компании этого странного бледного паренька. Чону даже не заметил, как сорвался. Он нарушил свое правило и попал в порочный круг ежедневных прогулок, каждый день встречая закат и считая звезды с человеком, которому он так легко сдался в плен чувств и позволил проникнуть в самое сердце. Чону сорвался и стал зависим от этого сладкого лепета, который звучал как музыка среди тихого, покрытого чернотой вечера парка. — Я нашел Кассиопею! — воскликнул Доен указывая на темное небо, повисшее над излюбленным парнями парком, в который они приходили чуть ли не каждый вечер. Сейчас Чону с ухмылкой вспоминал, через какую силу и неприязнь он волочился за брюнетом в этот парк чтобы «Ловить лучи заката сквозь деревья». — Где? — Смотри прямо за моим пальцем. — восторженно сказал парень в вновь устремил взгляд куда-то за пределы Земли. Чону подошел на шаг ближе. «А я нашел Ориона.» — подумал он, смотря в сияюще-черные глаза Доена, улавливая каждый изгиб его лица, рассматривая с такой жаждой, будто последний раз. И в этот момент его сердце кольнуло, пульс участился, зрачки стали шире, начался ураган. «Нет, нет, нет, этого не может быть!» кричало все внутри. Это стало последним шагом, последней каплей перед безумием чувств, которые вот-вот нахлынут. «Раз… Два… Тр…» — Пойдем? — бросил Доен начиная шагать дальше. — Прости, мне нужно уйти. — невероятно спокойно сказал Чону, сдерживая всю бурю эмоций внутри, натягивая мягкую улыбку и умиротворенно моргая. — Но… Почему? — полетело вслед уходящему блондину, который скоро будто растворился во мраке.

***

Шаги по ступенькам, поворот ключа в замочной скважине и вот перед глазами родная пустая комната общежития, которая встретила Чону его собственными слезами. Он давно не плакал, давно не испытывал таких сильных эмоций, давно так сильно себя ненавидел. Все будто снова вернулось на несколько лет назад: заплаканные красные глаза, трясущиеся руки, ненависть к себе, успокоительные. «Я же обещал, я обещал себе!» И вновь крик в пустоту. Свет звезд сменяют лучи солнца, а простая валерьянка в руках парня сменяется более сильными успокоительными. Он как когда-то решительно не идет на учебу, вновь обходит стороной зеркало у стены, зашторивает окна и всем сердцем желает забыть Ким Доена. День за днем не приносит никаких изменений, кроме увеличения шансов Чону на вылет из университета. Не то чтобы парень потерял счет времени, скорее он пытался это сделать. Ежедневно он говорил себе, что больше никогда не вспомнит о белокожем парне, который будто пропитан лунным светом, но каждый раз все сильнее понимал, как сильно нуждается в нем. Стук в дверь резко прервал всю идиллию. Чону, будто в сне, открыл ее, ожидая увидеть за ней как минимум свой здравый рассудок. Но перед ним оказался силуэт встревоженного Доена, который окутывал его тысячей вопросов, хватал за плечи, потряхивал, смотрел в уставшие красные глаза, толкая на диван и заставляя рассказать что случилось. — Все хорошо. — спокойно проговорил Чону, даже умудряясь вновь натянуть мягкую улыбку, искренне ненавидя сейчас себя за это. — Не ври, пожалуйста, я же все вижу. — капал Доен словами, как каплями, что и так переполняли чашу сдержанности Чону. — Что случилось? И эти слова становятся ключевой иглой, которая лопнула терпение блондина и он начал рыдать, ненавидя себя с каждой минутой все сильнее, ненавидя за то, что поддался искушению, за то, что позволил себе влюбиться, за то, что позволил себе плакать при нем. Чону метался в своих мыслях как дикая птица в клетке, не понимая, как выбраться из этого ада, пока не почувствовал тепло. Доен спокойно притянул парня к себе, уложив его голову на плече и обняв, как самую ценную драгоценность. — Я буду с тобой во что бы то ни стало. — прошептал он, укрыв все тело Чону мелкими мурашками. «Я так хочу ему верить, я так хочу, чтобы это было правдой» — промелькнуло в голове блондина и он поднял свой взгляд на Доена. Он был неприлично близко, так близко, как не был никто. — Я все еще вижу в твоих глазах Ориона. — прошептал Чону после пяти секундного молчания. — Я хочу тебе поверить прямо сейчас, но… Последнюю фразу словил своими губами Доен, всем сердцем не желая вновь слышать короткие намеки Чону на то, как буквально все его предали. Вместо этого брюнет пробовал на вкус теплый солнечный свет, нежно касаясь губами податливых губ мягкого блондинистого парня, молча давая ему понять, что он правда его понимает. — Я буду с тобой во что бы то ни стало — вновь повторил Доен, оторвавшись на секунду и окрашивая эту фразу в новые краски, после чего почувствовав соленый привкус слез, которые беззвучно начали литься из глаз Чону. Такой искренности и желания поверить человеку Чону не испытывал уже очень давно. Никакие успокоительные уже не могли сдержать все его чувства, поэтому парень хотел разорваться от их обилия. «Я так хочу дать ему шанс. Хочу дать шанс, даже если он тоже разобьет мое сердце, даже если больше никогда не скажет мне приятных слов, даже если посмеется мне в лицо, даже если скажет все забыть. Я хочу дать ему понять, что он значит для меня больше, чем может представить.» Спустя минуту, Ким Чону смог выговорить лишь то, что сломало все долголетние оковы дав ему по-настоящему глубоко вдохнуть: — Я тебе верю. Еще одна фраза, которая изменила его жизнь и стала ключевой. «Я тебе верю» стало их личным «я тебя люблю», один поцелуй заменил все вопросы, один день стал целой историей.

***

«Ты можешь разрешить себе ему доверять.» — сказал себе мысленно блондин, вглядываясь в зеркало, поправляя свитер перед очередной вечерней прогулкой с Доеном. Но эта прогулка станет для них особенной, ведь впервые ее будут сопровождать держания за руки и скромные поцелуи, спрятанные в тени звезд. Глубокой вдох и выдох вместо пожелания удачи самому себе, после которого Чону делает шаг на выход из комнаты, переступая порог своей старой жизни, давая себе разрешение поддаться эмоциям и чувствам и оставить тонну предрассудков в своем прошлом.

Конец.