Обыкновенное чудо

                    Гермиона задумчиво стояла перед зеркалом в ванной, разглядывая два крупных красных пятна на левом плече. Стоило вспомнить, в каких обстоятельствах она их получила, как по телу прошла дрожь возбуждения, а в голове зазвучало тяжёлое, сбивчивое дыхание и слабые стоны. Прошло два дня, но она всё ещё ходила под впечатлением от случившегося, чувствуя, как их отношения сделали огромный шаг вперёд, становясь глубже и интимнее. Только проще они точно не стали — теперь желание уединиться было в разы сильнее, но, как назло, перед Рождеством все преподаватели будто с цепи сорвались, решив загрузить перед каникулами по полной. Всё, что осталось Драко и Гермионе — короткие встречи в коридорах. Совместные занятия в библиотеке пришлось отменить, потому что учиться на них не было ни малейшей возможности. Вчера они честно попытались вдвоём подготовиться к трансфигурации, но в итоге доделывать работу пришлось каждому по отдельности…       Драко смотрел на Гермиону голодным взглядом, тщетно пытаясь держать себя в руках. Но то, как он неосознанно втягивал в себя губу, стоило им столкнуться глазами, выбивало обычно сдержанную Гермиону из колеи.       — Знаешь, мне даже завидно, — задумчиво произнесла Джинни за завтраком на следующий день после их свидания в кабинете Заклинаний. — Он так на тебя смотрит, что это становится совершенно неприлично. Но наверняка заводит, да? Признавайся!       Гермиона, не сводившая глаз со слизеринского стола последние три минуты, встрепенулась, с трудом возвращаясь на землю. Голова шла кругом, стоило встретиться с горящим серебряным взглядом, а ноги в буквальном смысле подкашивались, в то время как сердце колотилось, словно она бежала марафон. Как вообще можно заниматься в подобном состоянии? Почему влюблённым не выделяют отдельные каникулы, чтобы… Снять напряжение?       — Мы договорились вернуться с каникул раньше, — с трудом оторвавшись от созерцания Драко, ответила Гермиона. Она обхватила ладонью стакан тыквенного сока и задумчиво провела по нему сверху вниз. — Не представляю, как я доживу.       — Ха! — фыркнула Джинни. — Страдаешь тут явно не ты одна!       Драко напряжённо следил за её рукой, и даже с места, за которым сидела Гермиона, можно было разглядеть, как потемнели его глаза.       — Ладно, — вздохнула Гермиона, — мне пора на Руны.       В следующий раз они с Драко столкнулись в коридоре, когда шли на совместный урок Зельеварения. Он слегка отстал, поймал её руку и потянул на себя.       — Ты что творишь! — испуганно ахнула Гермиона, когда он осторожно положил ладони на её талию.       — Хочу, наконец, поздороваться со своей девушкой, — мурлыкнул Драко, касаясь губами лба. — Лёгкий целомудренный поцелуй, Грейнджер, разве это не невинно?       — Те мысли, которые он у меня вызывает, очень далеки от невинных, — проворчала Гермиона, глядя на его губы, растянувшиеся в самодовольной улыбке.       — Ты так и не сказала вчера, хочешь ли ты меня, — прошептал он, склоняясь к уху. Гермиона вымученно улыбнулась, провожая взглядом идущих на урок одноклассников. Со стороны всё действительно выглядело вполне невинно — они много раз стояли так в коридоре, на достаточном расстоянии, но сейчас от его слов в животе свернулся почти болезненный клубок, а между ног стало отчаянно горячо. Мерлин, от одних только слов!       — У тебя есть сомнения? — Она приподняла бровь и непринуждённо пожала плечами. Драко глухо зарычал, и вибрация его голоса эхом отдалась в её груди.       — Грейнджер! — угрожающе начал он, но коридор уже опустел, вдалеке послышались стремительные шаги профессора Снегга, и им пришлось с сожалением отойти друг от друга.       — После занятий в библиотеке! — сказал он, пропуская её в кабинет.       Оказалось, если не смотреть друг на друга, становится почти легко. Только если бы можно было ещё и отключить обоняние, которое безошибочно выделяло чужой запах из массы других, слух заодно, чтобы не вздрагивать на каждое слово. А ещё вдобавок и осязание, чтобы не ловить его пальцы в коридоре, мечтая о долгожданном уединении.       В библиотеке было привычно тихо: скрипели перья, шуршали страницы книг и студенты шепотом обсуждали работу. Или, в основном обсуждали. Гермиона забилась в дальний угол, у окна, в пятый раз пытаясь вникнуть в смысл одной строчки. Буквы, как назло, совершенно не собирались складываться в осмысленные фразы, а взгляд то и дело возвращался к проходу между стеллажами, откуда вот-вот должен был появиться Драко.       Он примчался всклокоченный, бросил сумку на стол и рухнул на соседний стул. Потом театрально вздохнул и закатил глаза, мученически проговорив:       — Это был просто ужасный день!       — Что-то случилось? — встревожено спросила Гермиона, подаваясь к нему, пытаясь прочитать по лицу, что именно его беспокоит.       — Случилось, — сокрушённо кивнул Драко, опуская голову, почти касаясь подбородком груди. Волосы мягкой волной скользнули вниз, закрыли лоб и глаза, и Гермиона потянулась было, чтобы убрать, но он вдруг резко перехватил её руку и дёрнул на себя.       — Случилось то, что я безумно соскучился по своей невероятно сексуальной девушке, — жарко прошептал он в её губы и поцеловал. От неожиданности Гермиона опешила, но тут же ответила, подаваясь всем телом. Драко потянул её к себе, стул противно скрипнул ножками по полу, и Гермиона, придя в себя, резко отпрянула.       — Знаешь, Малфой, — тяжело дыша проговорила она. — Я, конечно, наслышана о твоём полном пренебрежении правилами норм и морали, но всё-таки здесь библиотека!       — И что? — нахально улыбнулся Драко. — Я не имею права целовать тебя в библиотеке?       — Ты не имеешь права целовать меня так в библиотеке! — вспыхнула Гермиона. — Это же… это же… Это неприлично!       — Почему? — невинно поинтересовался он, кладя руку на её колено. — У меня множество неприличных фантазий, связанных с этим местом, хочешь, поделюсь?       — Я хочу, чтобы мы попытались подготовиться к завтрашнему уроку. — Гермиона постаралась, чтобы стальные нотки в голосе зазвучали как можно отчётливее. На Рона и Гарри это всегда действовало безотказно, заставляя напрочь забыть о любых попытках пререкаться. Но Драко вдруг прикусил губу и обжёг взглядом:       — Даже не представляешь, как меня возбуждает, когда ты начинаешь командовать.       Гермиона смутилась и невольно опустила глаза, Драко же, проследив за её взглядом, вдруг распахнул свою мантию и положил её ладошку между своих ног.       — Чувствуешь? — жарко прошептал он, обводя языком её ухо. — Ты сводишь меня с ума. А сама так и не призналась, хочешь ты меня или нет? — Рука, всё ещё лежащая на её колене, шевельнулась, и Драко довольно выдохнул: — Ты решила надеть юбку?       — Уже сама себя за это проклинаю, — прошептала Гермиона. Утром идея с юбкой показалась забавной. Хотелось, чтобы наряд оценил Драко, который вечно ныл, что не любит девушек в брюках. Она даже надела чулки, плотные, на крепкой резинке. Юбка до колена скрывала детали её гардероба, но само осознание того, что ходит по Хогвартсу в чулках, отчего-то наполняло странной уверенностью.       Длинные горячие пальцы пробежали выше, ныряя под шерстяную ткань, и Гермиона мысленно похвалила себя, наблюдая, как стремительно темнеют глаза Драко, пока он подушечками пальцев касается резинки.       — Ты действительно сомневаешься в моём желании? — Его потрясённый вид и участившееся дыхание придали смелости. На короткое время Гермиона совершенно забыла о том, где они находятся, слегка толкнувшись вперёд, в его ладонь, позволяя почувствовать влажную ткань белья. Драко издал странный звук, схожий со всхлипом, и с силой прикусил губу.       — Здесь библиотека, — напомнила Гермиона, отстраняясь и убирая его руку. — И нам надо заниматься.       — А если я прямо сейчас уроню на пол перо и полезу за ним под стол, — Драко быстро поцеловал её, — и там, в темноте, буду о-очень долго, — снова поцелуй, немного длиннее, — искать его. Может, даже, — он поочерёдно облизнул её губы, — загляну тебе под юбку, вдруг оно там, как ты отреагируешь?       — Ты не посмеешь, — деревянным тоном произнесла Гермиона, с отчётливой ясностью понимая, что остановить его не сможет. Если он захочет, то действительно сделает то, о чём говорит. При мысли о его губах, обжигающих внутреннюю сторону бедра, ей стало жарко. Гермиона кашлянула и укоризненно посмотрела на Драко. — Знаешь, я, пожалуй, официально отказываюсь встречаться с тобой в библиотеке до каникул.       — Почему? — Драко выглядел обиженным.       — Потому что я хочу достойно закончить семестр, и ты, думаю, тоже. А рядом с тобой я совершенно не могу думать и не хочу, чтобы все стали обсуждать мою успеваемость и связывать это с отношениями с тобой.       — Боишься, что станут говорить, будто я плохо на тебя влияю? — Он победно улыбнулся.       — Нет, — покачала она головой. — Боюсь, что станут говорить, что ты… что мы…       — Что? — Драко заинтересованно склонил голову набок.       — Что мы постоянно занимаемся сексом вместо того, чтобы заниматься уроками! — выпалила она, отчаянно покраснев.       — А разве это не так? — из-за соседнего стеллажа появилась голова Блейза. — Я, например, давно так думаю.       Гермиона вспыхнула и бросила возмущённый взгляд на Драко. Он покачал головой и укоризненно покосился на Забини. Но тот, казалось, откровенно наслаждался ситуацией, переводя взгляд с одного красного лица на другое.       — Если честно, — заметил он, — вы можете вообще ничего не делать. Но одного взгляда на вас хватит, чтобы понять, что между вами только что было что-то о-очень горячее.       — Нет, это совершенно невозможно! — всплеснула руками Гермиона и подскочила со стула, принимаясь собирать разложенные на столе принадлежности. — Драко Малфой, я официально заявляю — никаких встреч в библиотеке до каникул! И ты, — палец ткнул в Блейза, — тому свидетель!       — А где можно? — улыбнулся Драко. — Пустые кабинеты всё ещё не под запретом?       — Нет! — взвизгнула Гермиона, одёргивая лежащую идеальными складками юбку. — Никаких встреч наедине до каникул!       — А что будет на каникулах? — С противоположной стороны стеллажа появилась Джинни. В её глазах искрился безудержный, тщательно сдерживаемый смех.       — Мои похороны, — мрачно ответил Драко, провожая Гермиону взглядом. Потом вздохнул и достал учебник. — Ну, что сидишь, иди сюда, будем заниматься, — проворчал он Блейзу, тяжело вздохнув.