Что такое "Новый Год"?...

      Новый день начался ужасно. С утра Рейха разбудил СССР грубым толчком в бок. Pov Рейх:       Нужно было готовиться к празднику. "Новый год.. А что это такое?" - такая мысль пронеслась где-то на задворках моего сознания и тут же получила продолжение, добротно подкрепленное волнением. Я ведь никогда не праздновал этот праздник, как и любые другие праздники вообще. Погрузившись в раздумья, я даже не заметил как Союз достал коробку, из которой торчали герлянды и мишура, и направился с ней в сторону гостиной.       - Так, это на потом. А сейчас одеваться, мы идем за ёлкой. - Бодро сообщил СССР, опустив коробку на пол.       - За елкой? На кой она нам? - Я посмотрел на удивлённое лицо коммуниста и вновь у меня промелькнула мысль, что я сказал что-то глупое.       - Боже, ты серьезно не знаешь такого праздника? - я отрицательно помотал головой и выжидающе взглянул на Совета, желая услышать продолжение его монолога. Кстати, ждать он меня не заставил, - Елку ставят в доме и украшают, а потом под нее подарки кладут. - Сказав это, он посмотрел на меня с таким лицом, будто ждал от меня восторга или хотя бы понимания.        - Да.. ладно.. - В другой раз я бы как-нибудь съязвил, но сейчас лишь согласился и напялил на себя шинель, подготавливаясь к выходу из дома. Союз вынул из-за лестницы сеть и топор. Как мне показалось лезвие его было в крови. "Может это просто грязь?.." - чтож, буду надеяться, что это так. Мы с Совком пошли в лес. Темный зловещий бор, огромный и достаточно сильный мужик с окровавленным топором на одном плече и с сетью на другом, не это волновало меня. Жуткий холод, который проберал до самых костей - вот это было действительно проблематично. Особенно было холодно голове под фуражкой, в какой-то момент я даже начал сожалеть о том, что не надел ничего теплее. Видимо, заметив это, Союз остановился и одним движением стащил с меня фуражку, поменяв на свою ушанку. Она была теплая после его головы, но и большая, поэтому съехала мне на глаза.       - Черт.. - Тихо ругнулся я, на что коммуняга только усмехнулся с непонятным мне умилением посмотрев на меня. Я раздражённо фыркнул и отвернулся, поправил ушанку, уверенно обгоняя русского. Вот уже стали показываться красивые елочки. Выбрав самую красивую из них, Совок срубил ее и сложил в сеть. Было от части неприятно чувствовать себя беспомощным "хвостиком" этого русского и чтобы доказать проклятому коммунисту, что еще чего-то стою пришлось на своем горбу тащить это проклятое дерево домой. У самого порога я отпустил елку и рухнул в снег без сил. Союз бесцеремонно поднял меня за шкирку.       - Не расслабляться.- усмехнулся тот, а я, не ожидая такого поворота событий, больно ударил коммунист локтем.       - Отпусти меня немедленно! - Моему возмущению и негодование не было предела.       - А то что?- глаза этого русского придурка загорелись от любопытства. Как же бесит.       - Я откушу тебе руку... - Сказал я первое, что в принципе придумал. Снова посмеявшись надо мной, Союз отпустил меня и стал затаскивать елку в дом. Я обтряхнул свою шинель и хмыкнув, прошёл за ним в дом.       Выбрав для ёлочки самый подходящий угол, СССР взял коробку и поставил ее передо мной.       - Ну что, давай украшать дом. - Задорно улыбаясь сказал он, а я лишь взглянул на него, как на идиота.       - А как это надо делать?       - Мдам.. все так запущено - удивлённо и с какой-то насмешкой сказал Союз. - Ты вообще никогда не праздновал новый год?       - Никогда. - уверенно ответил я, но на всякий случай решил уточнить, дабы не выслушивать лишних вопросов. - Отец не любит праздники.- Чёрт, и чего он так смотрит на меня. И так отчасти стыдно за отца, хотя, на самом деле ненавижу его всем сердцем.       - Ладно, я покажу тебе как надо, а ты присоединяйся.- Почему-то тихо и даже ласково сказал Союз, начав украшать дом. Неужели он что-то понял, чёрт. Я не смотрел на то, как он вешает мишуру, я смотрел на него, разглядывал со спины и восхищался его физической формой. Я действительно совершил огромную ошибку, оставшись здесь. С каждым днем, да что уж там, с каждой минутной чувствовал что все сильнее и сильнее привязываюсь к нему. Как собака. Вот и я встал рядом, дополняя украшения гирляндами. Через пару часов все было готово. Руки с ногами так устали что вырубаюсь прямо стоя. Я плюхнулся на диван и мгновенно проволился в дремоту. Совок, улыбнувшись, выключил свет и накрыл меня пледом. Я ещё не уснул на тот момент, но и вставать не захотел. Сон затянул меня в свои тёплые объятья.       По непонятным мне причинам я проснулся посреди ночи. Я понял, что больше не усну, поэтому, перевернувшись на спину, я занялся разглядыванием потолка. Сердце заныло от тоски при мысли о Союзе. Я хочу обнимать его, хочу чтобы он был рядом до конца моей жизни. Я не выдержал и, взяв телефон, стал писать сыну. Около мы переписывались. От такого "разговора" с Германией мне стало чуть легче и я, даже не заметив, провалился в сон. Странно, вроде как я уснул я телефоном в руках... End pov Рейх.       Проходя мимо дивана, на котором спал Рейх, Совок наткнулся на его выставленную в сторону руку. В ней мигал телефон оповещая о новом сообщении. Из любопытства коммунист взял телефон и включил его. Сразу за экраном блокировки следовал чат с такой перепиской: ¦ Р: - Привет сына. Не спишь? Г: - Нет. И ты я смотрю тоже. Р: - Да, у меня с этим проблема, и ты наверно понимаешь почему. Г: - Неужели то, чего ты так боялся, случилось? Р: - По-другому и не могло быть. Г: - Отец, у меня для тебя только такой вариант - признаться ему в чувствах. Так будет легче тебе, да и Союз будет знать правду. Р: - Нет. Ни в коем случае. Я не смогу этого сказать. Ты же тоже прекрасно знаешь как он к этому относится.. Г: - Знаю. Но тогда тебе придется мучиться. Р: - Раз это поможет подольше остаться рядом с ним, то я согласен.       ○ непрочитанные сообщения: Г: - Отец, не надо, не мучай себя. Г: - Пап? Г: - Ты куда пропал? Г: - Guten Nacht. ¦       Союз сидел на самом краю дивана и, честно сказать, был в шоке. Неужели нацист молчал о таком все это время.       - Поверить не могу. - Достаточно громко выпалил коммунист, разбудив Рейха. Он приподнялся на локтях и круглыми глазами уставился на Союза, держущего его телефон.       - О-отдай!..- нацист дрожащими руками выдернул у него телефон и спрятал в карман шинели, висевшей на спинке дивана.       - Почему ты молчал?.. - грубо, будто с упреком, прохрипел коммунист не поднимая глаз на Рейха. Тот не ответил, ком застрявший от волнения в горле мешал произнести хоть звук. Тогда Союз поднял на него свой хмурый взгляд, от которого у немца закружилась голова и в груди что-то больно сжалось. Боже, он убьёт его на месте. Но нет. СССР рывком встал с дивана и умчался в свою комнату. Рейх остался сидеть, растерянно пялясь в пустоту. С абсолютно ничего не выражающим лицом он встал, оделся и вышел на улицу, остановился у двери и достал сигарету. Выкурив половину взял телефон и набрал сыну. Длинные гудки, сонный голос сына.       - Ты чего это не спишь до сих пор. Что-то случилось? - В этот момент на глазах Рейха выступили горячие слезы и тот промямлил в трубку трясущимися от волнения губами:       - Н-нет, ничего, Германия, всё хорошо. Я х-хотел сказать, я очень люблю тебя, сынок. - после этих слов он уронил сигарету и телефон в снег. Германия продолжал орать в трубку, но это было бесполезно. Рейх пошел быстрым шагом, перерастающим в бег и скрылся в темноте.       Союз тем временем вышел из комнаты. Он пришел в себя и хотел спокойно поговорить, но нациста не оказалось на диване, как и его одежды и обуви. Союз вышел на крыльцо, предпологая, что Рейх возможно ещё там, но его там не оказалось. Тогда СССР услышал, что в снегу что-то кричит. Это оказался телефон Рейха где в трубку вопил его сын.       - Германия? Что случилось? - спросил коммунист, приложив телефон к уху.       - Беги за отцом пока он не наделал глупостей!!! Быстрее!! - заорал Германия и не мешкая Союз помчался по следам нациста прямиком в лес.       Рейх стоял посредине поляки, в лесу, и не двигался. Союз подберался тихо сзади и чтобы тот не сильно испугался тихо окликнул. Рейх дернулся и повернулся, смотря на него через плечo.       - Зачем ты пошел за мной? Раз тебе противно, просто забудь меня.- он до сих пор рыдал, сжимая в руках нож, направленный на солнечное сплетение. Союз рванул так быстро как мог, перехватил его руки, выбив нож на землю. Большие и крепкие руки обхватили Рейха и Союз прижал его к себе. Немец продолжал рыдать, крепче, теснее, прижимаясь к груди СССР.       - Мне не противно. - Тихонько начал Союз свою речь, - Я хотел тебе сказать что.. ты мне тоже не безразличен. - СССР взял нациста за подбородок и наклонился чтобы было удобней поцеловать.