Хроники снов

      — Так, значит… — Парень в задумчивости нервно перебирает пальцами по столу, хмурясь, смотрит в свой ноутбук. — Иск. — Кивает он сам себе и, простонав, кладёт голову вниз, лицом к столу. — И вот надо же так облажаться, Крис… Сейчас все планы пойдут под снос. — Он поворачивает голову и смотрит уже в экран телефона, на электронный календарь.       Когда он перевозил определённые препараты и столкнулся с машиной Гено Афтера… Вот же чёрт. Он и подумать не мог, что это будет автомобиль чёртового судьи, и свою тачку он сможет вычислить чуть ли не из любой точки мира, и о любых повреждениях и неисправностях ему приходит сообщение на телефончик. А уж тем более того, кто спровоцировал аварию, ему найти труда не составит.       И вот, в тот же вечер его остановил довольно необычный патруль, обыскав автомобиль и запросив документы. Он им предоставил фальшивый паспорт, ведь в любом случае пусть лучше обвинят некого Саймона Нотра, кем он был по этим документам, а не Криса Харрисона. Подмену опознали сразу и горе-курьера повезли в участок.       — Хей, босс, меня тут задержали, пока твою дурь перевозил, не подскажешь, что делать, а то я на допросе перед федералами? — Вскидывает тот руки и направляет хмурый взгляд в потолок. Сейчас он один, поэтому волноваться о том, что его разговоры с самим собой кто-то из друзей примет за шизу, не стоит. — Конечно нет, ведь под тебя подрыли раньше, и сейчас нас обоих закинут судиться куда-то на курорт. Понимаю, у тебя там своя вилла, и всё такое, но мне-то на какие бабки туда лететь?       Понимая, что ≪разговор≫ зашёл в тупик, Крис недовольно вздыхает. Положение дел обстоит хуже некуда. Денег, чтоб поехать в другую страну ради того, чтобы тебе проклевали мозги, — нет, а не явишься — взымут штраф раза в три больше. А, ну, ещё у него будет судимость или срок, из-за чего любые мысли поступить в университет или ещё куда летят в мусорку. Ровно как и попытки Криса придумать, что с этим делать. Попросить занять денег у Кросс, Дина или Хьюго? У двух последних финансовая ситуация явно не лучше, а тащиться к Кросс через половину города?.. В двенадцать-то часов ночи? Ну, идея, конечно, заманчивая, особенно когда меньшая из проблем — это встретить какого-нибудь дурного, который захочет у тебя по карманам пройтись. Прости, милый, сам на мели.       — Кро-о-о-сс… — Протягивает юноша, зевнув и жмурясь от яркого света проезжающей мимо машины. Он вышел из своей студии, предварительно закрыв на все двери и замки, и сейчас вдыхает приятный ночной воздух.       Бо́льшая из проблем — наткнуться на кого-то из копов, дежурящих в такое время, чтобы ловить всяких несовершеннолетних Крисов ночью.       Однако уже на половине пути юноша понимает, что поведёт себя, как полнейшая мразь, если разбудит девушку в час ночи, а вставать ей как всегда рано, и брать ответственность за её недосып и ужасное настроение он не готов. Поэтому, смирившись с тем, что шило придётся поунять до утра, он решает прогуляться по центральному району города, раз уж сон всё никак не приходит. Интересней будет, когда накатит жуткая усталость и парень захочет спать, но осознает, что до места жительства идти добрых сорок минут.       Он не считал студию своим домом, ведь, по правде говоря, это было помещение для звукозаписи различных музыкальных композиций с повышенной звукоизоляцией — подарок родителей на пятнадцать лет. Не всем подросткам припадает собственная студия в такие года… Однако его страсть к музыке была настолько сильной, что родители устали от постоянных шумов электрогитары из его комнаты на третьем этаже и купили Крису небольшую площадь с тремя комнатами.       Главная — самая большая, где предполагались репетиции с Дином и Хьюго, его, пожалуй, лучшими и единственными друзьями на данный момент, да и вообще за всю его жизнь; вторая — средняя по объёму, что стала мастерской; и третья — для разного рода хлама. Само же помещение было в комплексе с другими студиями, что находились за несколько метров соседства друг от друга по подземному коридору. Они располагались на подземном этаже одного полужилого здания. Половина — семьи, другая половина — торговые и юридические компании, однако по большей части же здание являлось радиоцентром.       Составляющие центра, под которым Крис фактически жил, его ровным счётом не интересовали. И выходил он из своей студии не как нормальные люди — через центральный вход в центр, а через служебный — прямо на улицу. И с людьми лишний раз пересекаться не надо, и доступ в любое время суток. Но своим домом он это место не считает по причине, что желает всеми возможными способами забыть о существовании своих родственников и о том, что это был их подарок. Сейчас это просто место работы и сна. Приход друзей для совместного отыгрывания песен и новых треков, которые преимущественно пишет сам Харрисон, скрашивают эти унылые будни и восприятие пространства обитания, однако от мыслей, что это был подарок покойной ныне матери, — нагоняет уныние. У него нет дома как такового.       Глубоко вдыхая воздух, парень поднимает глаза к небу. Может, стоит действительно делать это чаще? Не смотреть в землю под ноги, а думать о дальнейшем плане действий. В конце концов, парочка мелких заданий от босса, и у него будут деньги. Если мужчина его, конечно, не пошлёт. На всякий случай Крис отправил Кросс сообщение, что если она знает, где можно получить много и быстро, то пусть ему ответит. Убрав телефон в карман, сероглазый юноша медленно проплывает взглядом по немногочисленным прохожим, а они, на удивление, имеются. Вот двое каких-то мужчин вышли из здания центрального управления и суда… о чём-то разговаривая низкими глубокими голосами.       Несколько метров, и он с ними пересечётся. Пусть Крис их и не знает, но по привычке накидывает капюшон, суёт руки в карманы и с беспричастным видом идёт мимо, хотя он на самом деле сейчас ни в чём не причастен. Ну, разве что нарушает комендатский час, однако двое уставших федералов вряд ли будут спрашивать документы.       Вообще, Крис внимателен к мелочам. Очень внимателен. А особенно слышать неприметные, отдалённые, теряющиеся на общем фоне звуки он может с лёгкостью. Отчасти этому поспособствовал идеальный музыкальный слух. Вот и сейчас, совершенно не имея намерений подслушивать, он невольно стал свидетелем следующих фраз прошедших мимо мужчин, хотя говорили они достаточно тихо.       — Роб, только что пришла рассылка от управления: действия Организации V на протяжении пятидесяти лет были нераскрыты, но зарегламентированы как некие манипуляции во внутренней политике страны; просьба присматриваться к коллегам и при малейших подозрениях писать рапорт главному секретарю министра.       — Ты, надеюсь, меня не подозреваешь, коллега? — Усмехнувшись, спрашивает второй.       — Ага. Работаю с тобой ради этого дерьма уже пять лет, и, думаю, хм, он точно предатель.       Крис резко остановился. Резко и совершенно бесшумно, не привлекая внимания прошедших. Не думал, что федеральные работники будут болтать о такой важной информации прямо на улице. А, точно… здесь же никого нет, кроме одного оболтуса, и то он уже позади них. Однако упоминание об усиленной настороженности от высшего руководства… Кросс же работает секретным агентом у них, нужно будет её предупредить.       Но, чтобы узнать ещё больше интересных деталей, парень решает развернуться и, игнорируя все орущие инстинкты самосохранения, последовать прямо за работниками суда. Держась безопасной дистанции, разумеется, но вот совершенно неловко будет, если они решат внезапно обернуться. Впрочем, эти проблемы он возлагает уже на будущего Криса, а нынешнему не терпится подсадить своему любопытству.       — Но, ты знаешь, если прислушиваться к работникам ниже по рангу… конечно, они не болтают просто так о ерунде в зале заседаний на перерывах, но в кафетерии можно услышать много интересных вещей. Они выдвигают теорию, что эта Организация существует много лет. Намного больше, чем записано в наших архивах. Например, ни у кого из нас нет времени искать там старые записи, но вот те, кто всё это расформировывает и распределяет по категориям, имеют достаточно времени… в общем. Они находят схожие по мотивам записи за прошлые десять, двадцать, тридцать, сорок и пятьдесят лет. И что если… — Роберт поднимает с асфальта небольшой камень и останавливается у стены здания, вырисовывая на нём символ V — Крис прячется за ближайшее дерево в ту же секунду, — V — это не буква, а цифра. Пять. То есть вот как уже пятое десятилетие они продолжают свою деятельность и через каждый прошедший промежуток заменяют название. Было I, стало II, затем III, IV и сейчас V. Но, — снова прерывается он, — это кодовые названия, которые даёт наше управление. На деле же они могут прикрываться другими, более скучными для нас названиями. Краевое управление финансов импортозамещаемых ресурсов коммуникаций, какое-нибудь мелкое министерство ещё чего-нибудь такого…       — Ты хочешь сказать, что их люди просочились в ряды наших устройств управления и сейчас прикрываются незначительными организациями, чтобы в случаях подозрения шли не на них. — Улавливает его мысль Нейтон, хмурясь. — В таком случае рейды по проверке могут идти месяцами, а им это и нужно. Если увидят какое-то шевеление с нашей стороны, то быстро прикроют лавочку и перескачут на что-нибудь другое, пока мы будем собираться для проверки. В конце концов — вот плюсы рассредоточенной автономии, они не поставят под удар главную Семью… А-аа, чёрт… — мужчина останавливается, поднося пальцы к вискам и начиная растирать их, и Крис замирает тоже, плавно завернув за небольшой куст. Приходится сесть на колени и попачкать их в грязной траве. — Голова раскалывается… извини, на большее мой мозг не способен. Если я нормально не отдохну, то завтра на собрании ничего ценного сказать не смогу, и весь этот бред начнёт литься из меня рекой. А нам надо сформулировать чёткую теорию. Только сухие факты и никакой посторонней болтовни ≪а что если≫, ≪а вдруг≫.       — Ты слишком перегружен. — Сочувственно произносит Дёфз, качая головой, краем глаза наблюдая за коллегой. — У вас это семейное, до полусмерти себя доводить, а потом понимать, что нужен отдых?       — Я же не просто так это делаю. — Поймав очередное головокружение, Виш выпрямляется, качая головой. — За всё время, что я веду это дело, я продвинулся больше, чем другие отделы, на сто пятьдесят процентов.       — Ты собрал хорошую команду. Но, с другой стороны, какая тебе от этого выгода, если браться за это дело тебя никто не заставлял? Деньги — это, конечно, классно, но вот стоит ли весь геморрой этих тысяч?       — Определённо. — Хмыкает он. — Во-первых, я свободный мужчина и не обременён всем эти дерьмом семья-жена-дети. Во-вторых, мне этим нравится заниматься, потому что многие годы все корпеют над этой тайной, а Виш продвинулся вперёд за пару лет на такой большой информационный прогресс, да так, что если я сейчас всё распущу, они будут умолять меня вернуться.       — Сам не похвалишь — никто не похвалит, — негромко смеётся Роберт, — знаешь себе цену.       — И, наконец, в третьих — у меня чертовски много свободного времени, так почём зря растрачивать мозговой потенциал? Поработаю на благо нашего дорогого правительства. Связи и влияния сейчас очень сложно получить. Ты же знаешь, наш босс берёт на работу не за красивые глазки. Твоя знакомая, конечно, девушка привлекательная, и на первый взгляд можно ненароком подумать, как её приняли, но, на самом деле, у неё просто потрясающие мозги.       — Кажется, я понял твою сексуальную ориентацию. — Роберт с полуухмылкой посмотрел на фиалковоглазого мужчину. — Сапиосексуальность. Влюблённые в интеллект.       — Скорее всего, именно поэтому у меня никого нет. — Нейтон фыркнул, сдувая с лица выпавшую тёмную прядь, засовывая руки в карманы.       — Не сказал бы, что тебя окружают абсолютно глупые люди.       — Роб, ты далеко не единственное моё окружение.       — Мне это, конечно, льстит, но я говорю не только о себе. Хотя с твоими интеллектуальными способностями я не сравнюсь…       — Не дави на жалость. Мышцы иногда эффективнее извилин.       — Ха! На наших допросах подозреваемые предпочли бы твои когнитивные навыки довести до истерики словами. — Усмехается довольно громко Дёфз, что даже Крис, идущий сзади, подумал, что это ≪ха≫ было обращено к нему. Потому он замер, как парализованный от страха зверь, перед которым возник ослепительный свет фар. Может, не стоит устраивать слежку за двумя взрослыми мужчинами, один из которых может за секунду тебя скрутить, а второй до инфаркта довести. Последующие фразы убедили его в большей опасности от первого. Хотя… сколько сероглазого юношу ни пытай физически, он к этому банально невосприимчив.       — Когда они выходят, даже не заметно, что кто-то прикладывал грубую физическую. — Задумчиво протянул Виш.       — Просто нужно знать особые болевые точки, коллега!       — Ты это говоришь врачу. — Устало выдыхает Нейтон.       — И ещё иметь собственную физику.       — Ты был в спецназе! Я за всю жизнь отжимался максимум на физ-ре для зачёта, и всё! — Нервно улыбнувшись, восклицает немного более низкий брюнет. Его голос эхом разносится вокруг. Услышав его лучше, Крис даже признаёт, что этот голос ему нравится.       — Когда это было!       — Тебе тридцать, — контраргументирует Нейт.       — Тем более. Им нужны либо молодые в качестве пушечного мяса, либо такие старые, с горой мускулатуры небритые мужики c наколками, от одного вида которых отпадёт желание устраивать теракт.       — Тебя же, однако, не отстранили, а лишь временно депортировали.       — Что-то вроде. Это военная тайна, как-никак, мой друг. И раскрывать я её не хочу не только из принципа, но и ещё из-за опасности подвергнуть тебя определённым рискам. Я даже Гено не говорил, что раньше работал там. Да и не к чему…       — Удивительно. Я думал, ему известно о тебе всё, начиная от цвета зубной щётки и заканчивая сегодняшним проведённым заседанием.       — Ох, да ладно! Я же не всё время с ним переписываюсь.       — По виду это и делаешь. Хотя, нет, ещё ты сидел в Твиттере сегодня утром, когда какого-то мужика судили за убийство.       — Убийства — это скучно. — С загадочной лёгкостью и равнодушием тянет Дёфз, поднимая взгляд к небу, а на лицо его ложится легкая улыбка. — Один убит, другой сидит. Детективные загадки нам обоим больше по душе, хах?       — Ты прав. Мозг должен быть гибким и уметь подстроиться под любую ситуацию, а в просиживании часов, дней и даже лет на одном деле во всей твоей несчастной жизни я не вижу смысла. В конце концов человек сдеградирует и никуда не двинется.       Но было довольно глупо предполагать, что двое федеральных агентов не заметят слежку за собой посреди практически пустой улицы. Роберт резко оборачивается и застаёт замершего в пяти метрах от него Криса.       — Молодой человек, Вы с какой целью нас преследуете? — С ледяным беспристрастием спрашивает Дёфз, по спине парня даже мурашки пробежались. От весёлого и открытого человека минутой ранее не осталось и следа.       Вот уж ты попал, Крис.

***

      В конце концов парня отвели в участок и оставили дожидаться кого-то из мужчин до утра, чтобы провести профилактическую беседу о неадекватности поступка в виде ночной слежки за людьми.       Он слышал слишком много. Нейтон обязан убедиться, что эту информацию тот нигде использовать не собирается.       Домой Виш вернулся во втором часу ночи, а в девять нужно уже снова быть на работе. И, несмотря на всю утомляемость от одной только парадигмы работа-дом-кровать-работа-дом-кровать, его это не погружало в какое-то уныние и апатию. Наоборот же, Нейтон чувствовал себя в такой среде комфортно. Ему нравилось постоянство и рутина, которую он для себя создал, в ней ощущалась безопасность. Нет ничего опасного или непредвиденного в том, чтобы вставать в семь утра, выходить из дома в полдевятого и прибывать на рабочее место в девять. Сидеть там до семи, в семь заканчивать основную работу, и… ох, а вот уже после этого времени начинает работать режим ≪Мне нужен адреналин, иначе я умру от скуки≫. И начинались, пожалуй, самые интересные ночные расследования, которые на некоторое время удовлетворяли желание найти приключений на свою задницу.       — Вы одинок?       Нейтон медленно поднимает взгляд на парня, сидящего перед ним. Его мужчина забрал сегодня по утру из камеры ожидания, но сейчас, однако, парень тратил непонятно чьё время своим молчанием и уходом от вопросов на посторонние темы — и это одна из них. Поэтому Виш решил заняться проверкой бумаг, показательно игнорируя присутствие Криса.       — С чего ты решил? — С лёгким прищуром брюнет косится на него, останавливая руку, подписывающую важную бумагу.       — Вы задерживаете меня здесь, попусту тратя драгоценное время. Я делаю вывод, что Вам банально нужна компания, детектив.       — Психолог.       — Ничего, мне нравятся ролевые игры~ — Нейтон раздражённо дёргает пишущей рукой, и ручка в его пальцах рвёт документ. Мужчина матерится себе под нос. — Какие мы нервные.       — Ты можешь заткнуться, раз уж решил изначально молчать?       — Почему? Молчать — это скучно, а я хочу с тобой поговорить.       — Когда мы успели перейти на ≪ты≫?       — Тогда, когда ты превысил среднестатистическое время неформальной беседы между двумя незнакомыми людьми. А именно — семнадцать минут и сорок две секунды назад. — Крис даже начал считать в уме от скуки. — Поэтому и я свои выдержки в общении могу расширить. — Закрыв глаза, Крис показательно пощупал вытянутыми руками воздух вокруг.       Психолог поднимает документ, держа его двумя указательными и двумя большими пальцами с обеих сторон, через прорезь от ручки смотря на Криса издалека. Медленно выдыхает и сворачивает лист в комок, выкидывая в мусор. Придётся переписывать.       — Ты знаешь, почему я тебя привёл сюда?       — Разумеется. Тебе нужна компания. Иных причин тащить ночью подростков с улицы в свой кабинет я не вижу. — Пожимает плечами парень, прикрывая глаза.       — Нет. — Снисходительно говорит Нейт, доставая второй лист и бегло просматривая его. — Мы говорили о таких вещах, которые посторонние люди знать и слышать не должны. А ты слышал. И более чем — шёл за нами несколько минут, подслушивая. Мне нужно знать — зачем? Идиотское любопытство или оригинальный шпионаж?       — Идиотское любопытство.       — Нет.       — Нет? — Театрально удивившись, переспрашивает сероглазый.       — Есть много причин, доказывающих, что ты врёшь, и у меня слишком мало времени, чтобы их перечислять. Из чего я делаю вывод, что ты — шпион. И я хочу знать, на кого ты работаешь.       — Если бы это и было правдой, я бы это просто так не сказал, ты понимаешь это, детектив?       — Психолог.       — Мне плевать. — Усмехнувшись, юноша встаёт с дивана и резко шагает к столу, уперевшись в него руками и склоняясь к темноволосому, заглядывая в ничуть не изменившееся в эмоциях лицо.       — Что ты делаешь?       — Анализирую. Не может же всё быть так, как я предполагаю. — Скорее, для самого себя рассуждает Крис. Теперь он знает, что этого мужчину зовут Нейтон. Нейтон из федерального центра расследования преступлений и его коллега — Роберт. Когда он ворвался в квартиру того несчастного Эрика Афтера, в переписке первого брюнета Крис видел человека с именем ≪Нейт≫. Да и каким удивлением было в ночном переулке узнать в лице уличившего его в слежке голубоглазого мужчины именно Дёфза. До сей поры своей жизни Крис не думал, что возможны такие совпадения. Разумеется, судья его не узнал, потому что в момент нападения парень был в специальной форме, но вот сам юноша осознал своё положение сразу же. — Нейтон Виш. — Мужчина уставился на него с выражением ≪да неужели?≫. Крис отстраняется на пару шагов назад с задумчивым ≪хм-м-м-м≫.       Детали в его голове быстро начинают соединятся в логические цепи, образуя взаимосвязанную паутину событий, встреч и связей. Кросс работает у этих парней секретным агентом — начала общаться с Дэстони, который является младшим братом Нейтона — у Нейтона друг Роберт, который недавно через косвенно ответственных людей заставил его, Криса, выплачивать немаленький такой штраф за ДТП с его автомобилем, — знакомый Роберта — некий Гено Афтер, которого он встретил в квартире Эрика Афтера, видимо, они братья, и остаётся только Пейнтер Исак, который… связан только, пожалуй, с Эриком. Если он ничего не упустил, то сейчас напрямую имеет честь общаться со старшим братом парня своей подруги. ≪Ещё не парня≫ — отвечала Кросс. — Ах ещё? — Подшучивал над ней Крис.       Забавно. Забавно это всё. Не могла судьба их так свести.       — О чём ты думаешь? — Промолчав минуту, пока звенья в голове младшего собирались во что-то целое и адекватное, брюнет наконец нарушает тишину.       — Мне кажется, я где-то слышал твоё имя. — Ляпает первое, что приходит на ум Крис, резко опомнившись, словно от шока, и повернувшись к Нейтону. И, кажется, что он даже не соврал.       Тот пожимает плечами:       — Я писал много статей и исследовательских работ, но сомневаюсь, что ты занимаешься наукой, поэтому, возможно, ты мог заметить моё имя в расследованных преступлениях нашего города или страны.       — Обидно. — Улыбается с какой-то наигранной грустью Крис, закрыв глаза и опуская голову, покачивая ею из стороны в сторону. Только он хотел сказать, что в свои семнадцать уже изучает программу третьего курса университета, как покрепче сжал зубы. Он не любитель хвастаться и выставлять свои знания кому попало на показ. Удивительно, особенно учитывая способность парня погрубить и подерзить старшим в любой момент разговора, но в области своих знаний он был довольно скромен.       — Никаких обид. Ты похож на преступника.       — А вот это уже беспочвенное обвинение. — Серьёзным тоном и уже без улыбки проговаривает парень, поднимая глаза на мужчину.       — Я констатирую факт.       — Какой факт? — Возмущается он. — Моя внешность и обстоятельства, при которых я был пойман? Так это называется двойными стандартами, мой милый, и меня тошнит от таких циников, как ты. Не могу терпеть людей, которые ценят по внешнему облику. — Крис, нахмурившись, разворачивается к двери и хватается за ручку.       — Стоять.       Крис резко оборачивается, и его встречает вплотную стоящий брюнет. Их глаза на периферии столкновения двух автомобилей на высоких скоростях. Прищуренный взгляд тёмно-фиалковых омутов в секунду затягивает его, невольно заставляя руку расслабить хватку и опуститься вниз. Парень напряжённо сглатывает.       — Ты слишком близко. Отойди.       — Ты никуда не пойдёшь, пока не расскажешь мне, зачем ты шёл за нами. Это суд, и во всех коридорах по несколько членов охраны. Стоит мне только сказать, и тебя скрутят, и простым разговором уже не отделаешься.       — Отойди. — Сжимая зубы, одними губами говорит сероглазый юноша, на лицо его ложится неприязнь.       — Если бы тебе действительно не было, что скрывать, ты бы не стал тянуть моё время и своё. — Нейтон полностью игнорирует его просьбы, которые, скорее, звучат по тону, как угрозы. Им обоим это не нравится, но, похоже, такое положение является единственным вы́ходным. И это единственное, что способно заставить легкомысленного подростка обратить внимание на его слова.       — Отойди, чёрт возьми, от меня. — Со злобным оскалом откровенно рычит Крис, резко согнутым локтем ударяя мужчину в печень, совершая нырок под его руку, которая хотела преградить путь, и ловко отшагивая за спину. Но, так как брюнет мгновенно повернулся за ним, пришлось сделать ещё несколько отшагов, чтобы увернуться. Парня сильно напрягло, что Нейтон будто не ощутил на себе его удара, но как такое возможно? Он бил ровно в правый бок, под рёбра и немного вглубь. Он прекрасно знаком с анатомией наиболее болезненных и травмоопасных ударов.       Неважно, сейчас не время об этом думать.       И именно потому, что Крис решает не думать, его рука инстинктивно сжимает нож, когда психолог внезапно подшагивает к нему.