Спящий режим

      Денис с Пашей снова подрались.       Началось все как обычно: Паша Гламбоцкий принялся хвастаться. Они гуляли по парку, когда Паша заявил, что видел Бегемота.       — Все видели, — ответил Денис. — Да я на Церере…       — Вчера, — прервал его Паша.       Даша с Денисом остановились и повернулись к нему. Даша чувствовала, как на руке у Дениса Можейко встают дыбом волоски, электризуются, активируются нервные окончания, готовые в любой момент послать сигнал в мозг, затребовать ресурсы у организма. Да и сама Даша покрылась гусиной кожей, по спине побежал ручеек пота. Мозг кипел, вызывая зрительные образы, звуки, обрывки информации. Она располагала лишь двумя словами сведений: «вчера» и «Бегемот», но и этого было достаточно, чтобы полностью захватить ее внимание на некоторое время.       Даша настолько сосредоточилась на анализе ситуации, что для обработки текущей информации оставила лишь периферийное зрение. И в нем маячила ухмыляющаяся рожица Паши. Где-то на краю слухового восприятия гудел робот-дворник, обдувая тротуар.       — Видели бы вы сейчас свои лица, — сказал Гламбоцкий, пританцовывая. — Как будто я говорю о живом Бегемоте.       Даша расслабилась. Паша, наверное, видел обломки Бегемота. В музее, на свалке или в ангаре с трофеями — неважно. Чувствуя досаду на то, что ее так просто одурачили, Даша замахнулась, чтобы дать Гламбоцкому подзатыльник, но тот уклонился и перешел в защитную стойку.       — Но я правда его видел! — сказал Паша. — Я вчера на стройке отцу помогал. Он собирался выплавить шахту для нового дома, а мне доверил снять показания с дрона-разведчика. Так вот, по данным эхолокации, за районом новостроек в глубине есть гигантская каверна, несколько километров радиусом. Прямо рядом с местом стройки, метрах в двадцати.       — Старый город? — спросил Денис.       — Старый город! А в центре — огромная металлическая конструкция.       — Может, руины какого-нибудь здания? — спросила Даша.       — В форме краба? Отец сказал, что это Бегемот.       — С чего он так решил? — поддержал Дашу Денис.       — С того, что мой отец — лучший оператор боевой разведки…       — Который не смог отличить танторианский боевой флот от метеоритного роя, — перебил его Денис.       Это был удар ниже пояса. Отец Паши тогда действительно допустил ошибку, которая стоила многих жизней. И хотя трибунал признал, что пашин отец не мог при помощи имеющихся средств распознать ловушку, теперь он управлял дронами на стройке жилых убежищ, а не на лунной базе.       — У меня хотя бы есть отец, — сказал Паша, и эти слова стали баллоном с кислородом, брошенным в едва тлеющий конфликт.       Денис ударил Пашу прямо в нос. Гламбоцкий отлетел на несколько метров и впечатался спиной в ствол дерева. Клен разразился зеленым листопадом. Робот-дворник запыхтел, сдувая оказавшуюся на тротуаре листву.       Уже через секунду Паша сгруппировался, оттолкнулся от дерева и набросился на Дениса. Можейко впечатался в землю, пропахивая плечами газон. Борозда оголившейся почвы больше напоминала небольшой окоп с бруствером из дерна.       Денис затормозил, вцепившись пальцами в траву, сделал сальто назад и пришел в равновесие как раз вовремя, чтобы заблокировать кулак Гламбоцкого. Ударная волна взметнула вихрь листьев, травы и небольших веточек. Даша почувствовала, как ветер швыряет ей в лицо песок и дергает за волосы. Позади недовольно взвыл дворник, пытаясь справиться с беспорядком.       — Прекратите! — крикнула Даша, но мальчишки не слушали.       Когда-то ровный зеленый газон превратился в изрытое воронками поле боя. Деревья дрожали от ударов. Денис оббежал одно из них, схватил руками тонкий ствол и выдернул из земли. Сделал несколько оборотов над головой, набирая скорость и разбрасывая вокруг листья и комья земли.       Даша услышала, как позади трансформируется робот-дворник и едва успела отпрыгнуть, спасаясь от звуковой волны. Когда Даша поднялась, мальчишки сидели, оглушенные, посреди учиненного ими беспорядка. Дворник трансформировался обратно, пряча в свои недра звуковую пушку и сердито гудя.       Даша подошла к парням, подняла обоих за уши и выдала каждому по затрещине, чтобы пришли в себя. Рядом громыхнуло. Это в парк десантировались траншейный экскаватор и хилбот. Экскаватор ровнял газон, а дрон сращивал поврежденные стволы деревьев. Наверное, их вызвал дворник.       — Доигрались? — спросила Даша, показывая на работающую технику. — Хорошо, что робот не вызвал милицейский джаггернаут. Тот бы особо не разбирался, пальнул из стазисной пушки по нам всем, и просидели бы мы в заморозке до конца каникул. Вы этого хотите?       А теперь миритесь.       Паша шмыгнул разбитым носом. Денис отряхнул почерневшую от земли одежду.       — Мне эту футболку профессор Селезнев с другого края галактики привез, — пробурчал он.       Даша снова шлепнула Дениса по затылку. Мальчишки потоптались немного, подали друг другу руки и одновременно улыбнулись.       — Вот так, — сказала Даша и хлопнула обоих по спинам, подняв небольшое облачко пыли. — А теперь пойдем, посмотрим на Бегемота?       Мальчишки уставились на нее. Обычно на подвиги тянуло Пашу, реже — Дениса, а Даша в их компании занималась тем, что отговаривала остальных от глупостей. Но сейчас она чувствовала, что в этом вопросе нужно поставить точку. Пусть даже ссора началась не из-за Бегемота. Небольшое приключение поможет им отвлечься от мыслей о родителях, из-за которых и случилась драка.       — На чем будем добираться до новостроек? — спросил Денис.       — На дропподах! — Паша вскинул руки вверх.       — Можно было бы и десантный бот… — в этот момент Даша запросила телепортацию.       -…подождать, — закончил Денис, вздохнув.       На суборбитальной платформе было безлюдно. Только громыхало незакрепленное оборудование и бойницы с демонтированными орудиями наблюдали за тремя подростками.       Дети выбрали ближайший дроппод, залезли в него, пристегнулись и катапультировались. При входе в атмосферу капсулу начало болтать, троица на короткий миг свободного падения плавала в ремнях безопасности. Паша, довольный, орал и размахивал руками. Но через секунду включились системы торможения, и Даша почувствовала, как ее впечатывает в пол. Капсула отстрелила боковины, превратив их в сходни, ремни отстегнулись и втянулись в стенки. Дети выбрались наружу.       Район новостроек слабо отличался от парка. Те же деревья, газон, дорожки. Только тут и там торчали из-под земли колодцы аварийных выходов из жилых бункеров, да невдалеке виднелась оплавленная шахта.       Дети подошли к краю шахты. Несмотря на лето, погода была прохладная, но рядом с тридцатиметровой дырой в земле ощутимо теплело. Видимо, орбитальная ионная пушка работала здесь совсем недавно. По краям шахты стояли кераминовые бомбарды. После выходных они начнут обстреливать яму сгустками строительной смеси, возводя каркас подземного здания на сотню квартир. А пока это была просто круглая дыра в земле. Ее края поблескивали темным стеклом.       — Сколько, говоришь, до каверны? — спросила Даша, оглядываясь.       — Двадцать метров, если бурить со дна, — сказал Паша.       Даша нашла то, что искала. Портативный плазменный резак стоял неподалеку. Она взвалила орудие на плечо и прыгнула вниз. За тридцать метров полета с пушкой она успела развить приличную скорость, поэтому во время приземления здорово громыхнуло. Корка оплавленной почвы прогнулась под ногами и пошла паутиной трещин.       Даша задрала голову.       — Я что, одна все буду делать? — крикнула она наверх.       Через несколько секунд два удара заглушили эхо, мечущееся между стен шахты. К концентрическими кругам воронок от приземления Даши добавились пашины и денисовы. Под руководством Гламбоцкого Даша с Денисом прорезали в нужном направлении тоннель. Все вместе дети зашли туда.       «Не забыть бы залить эту дыру пеной на обратном пути», — отметила про себя Даша.       Свет со дна шахты едва просачивался в тоннель, поэтому Даша моргнула, переключая глаза на режим ночного видения. Выйдя из тоннеля, она остолбенела. Позади замерли на полувдохе Паша с Денисом. Они тоже это увидели.       Каменная насыпь спускалась в огромную подземную пещеру, раскинувшуюся на километры вглубь и в стороны. А на дне ее, словно в хрустальном шаре, стоял город. Вернее, то, что от него осталось. Руины некоторых зданий почти доставали до потолка каверны, вздымаясь на сотни метров, но большинство из них не дотягивалось и до середины. Выщербленными зубами дома из прошлого торчали посреди обломков, как собственных, так и осыпавшихся с соседних строений. Провода оплетали руины черным саваном, а улицы были усыпаны гражданскими машинами, боевой техникой и сбитыми дронами.       Даша плохо помнила те времена, но когда-то, до войны, и она здесь жила. Миллионы людей жили здесь. А сейчас от них остались лишь бесконечные подземные мемориалы да вот этот мертвый город, оставленный в том состоянии, в котором он застал последний день войны.       Понятно, почему город не стали восстанавливать. Во-первых, как показала практика, он совершенно не приспособлен для защиты. Во-вторых, не нашлось желающих поселиться на месте гибели миллионов своих сограждан. Поэтому город просканировали на предмет выживших и разбомбили литосферными торпедами с терраформирующих спутников. Даша видела тут и там базальтовые столбы, поддерживавшие свод, воздвигнутый при помощи астеносферического давления недр планеты и снарядов типа «уничтожитель планет». Город засыпали, накрыли каменной гробовой крышкой, а сверху раскатали километры газона и высадили деревья.       Непонятно, почему она этого не помнила. Почему их не привлекали к расчистке завалов? Берегли детскую психику? Даша усмехнулась про себя. Она видела, как горели марсианские колонии, она лично уничтожила сотни врагов на Церере. Ей ли бояться ужасов войны? Наверняка этому была какая-нибудь скучная причина, придуманная взрослыми. Вроде занятий в школе.       В центре города возвышалась причина его гибели. Бегемот. Огромная бронированная машина, названная в честь средневекового чудовища, превосходила размерами любой дом. Ее сегментированное тело лежало посреди проспекта, распластав десяток кажущихся крошечными ножек, хотя каждая из них была толщиной с автомобиль. На спине, изгибаясь симметрично ногам, торчали сочленения орудий. А передний сегмент венчали клешни циклонных пушек.       Бегемот выглядел не живее раздавленного жука. Половина конечностей перебита, панцирь зияет дырами, тело завалено обломками.       — Рассмотрим поближе? — спросил Денис.       Они спустились вниз. Сначала прыгали по насыпи, потом перебирались с крыши на крышу автомобилей. Тут и там встречались укрепления и десантные боты, набитые скелетами и мумифицированными трупами. Место, где последние защитники человечества встретились с последними агрессорами.       Когда дети подошли к Бегемоту вплотную, он возвышался над ними, заслоняя все. Паша забрался в жерло циклонной пушки, выпрямился в полный рост и крикнул:       — Ау!       В недрах орудия зажегся огонь. Бегемот издал трубный вой и начал выкарабкиваться из-под обломков. Паша кубарем выкатился из пушки и вместе со всеми бросился врассыпную. Бегемот отряхнулся, собрал разбросанные по телу бусинки-сенсоры в три кучки и открыл огонь по трем направлениям.       Даша бежала назад, к выходу, укрываясь за каркасами автомобилей и обломками домов. Позади громыхали шаги Бегемота и рвались снаряды.       — Даша, телепорт! — крикнул Денис, когда они оказались в поле зрения друг друга.       — Связи нет!       — Нельзя, чтобы он выбрался наружу. Он сразу же окажется в районе жилых домов.       — Что ты предлагаешь?       — Давайте завалим его, — вмешался Паша. — Помните Цереру?       — На Церере мы были в бронескафандрах с полным боекомплектом, — возразил Денис.       — Которого хватило на пять минут боя.       — Это на пять минут больше, чем есть у нас сейчас.       Вой циклонных пушек достиг своего максимума. Даша дернулась в сторону, то же самое сделали ее друзья. Там, где они только что бежали, прокатился вихрь крошечной сингулярности. Он втягивал автомобили, плиты дорожного покрытия, стены домов. С карты города исчезла целая улица, словно стертая ластиком. Сингулярность докатилась до стены пещеры и, переполненная, взорвалась, выплюнула шквал перемолотых в щебень обломков. Миллионы снарядов прошили насквозь то, что устояло после сингулярности.       Стены пещеры дрогнули, затрещал потолок, и плиты скальных пород рухнули на город. Одна из них прищемила Бегемоту хвостовой сегмент, и тот некоторое время выл, пытаясь освободиться.       — Похоже, у нас есть план, — сказала Даша.       Она указала на ближайшую к ним базальтовую колонну, поддерживающую свод.       — Я заманю его туда. Паша, замедли его. Денис, прикрой нас.       Дети разделились. Денис скрылся среди руин, Паша прыгал между домами, обрывая провода. Даша, наоборот, выбралась на открытое место. Спинные орудия Бегемота нацелились на нее.       Она бежала изо всех сил, как собственных, так и данных впаянным в нее эндоскелетом. Оглянулась, увидела, что Паша лавирует между ног Бегемота, опутывает их проводами, а Денис взобрался на спину противнику. Бегемот загнул внутрь конечности со спинными орудиями, пытаясь попасть по Можейко, но попадал только по собственному панцирю.       Снова взвыли циклонные пушки. Даша замерла, оставаясь на виду между Бегемотом и колонной, но бросилась прочь, как только встроенные в глаза датчики зафиксировали выстрел.       Бегемот шлепнулся на брюхо и засучил ногами, пытаясь продолжить движение. Похоже, Паше удалось стреножить противника.       Очередная сингулярность прокатилась по городу, оставляя за собой пустоту. Она добралась до базальтовой колонны и замедлилась, пожирая тысячи тонн камня. Когда сингулярность схлопнулась, насытившись, половина опоры продолжала торчать из потолка обломанным сталактитом. Пещера осталась неразрушенной.       Но сингулярность выплюнула обломки всего, что успела зажевать. Град камней забарабанил по потолку каверны, пробивая в нем сквозные дыры. Базальтовая плита не выдержала и раскололась на части.       Даша с друзьями уже поднимались по насыпи, когда десятки каменных обломков, в несколько раз превосходящих размерами Бегемота, накрыли его.       — Уходим, уходим! — крикнул Денис, и они скрылись в тоннеле прежде, чем ударная волна смела их потоком каменной крошки.       Выпрыгнув из шахты, дети посмотрели туда, где только что был парк. Теперь на его месте образовался кратер в несколько сот метров радиусом. Скалы, деревья и каркасы старых домов торчали в разрушительном месиве.       — Как думаете, почему он включился только сейчас? — отдышавшись, спросил Паша.       — Потому что до сих пор рядом с ним не было врагов, — сказал Денис. — Он уничтожил всех и остановился.       — Спящий режим, — сказала Даша. — Теперь я поняла, почему город просто залили фонтанами расплавленной породы. Слишком сокрушительное поражение, слишком много жертв. Слишком тяжелое зрелище. И слишком мало оставшихся в живых, чтобы позаботится о мертвых. Город просто похоронили вместе со всеми, кто там погиб. С того момента мы оказались единственными боевыми единицами рядом, представлявшими угрозу Бегемоту.       — И достаточно крутыми, чтобы завалить его голыми руками! — Паша выставил вперед обе ладони, ожидая, что его друзья дадут пять, да так и замер.       Позади, раздвигая конечностями каменные плиты, выбирался из-под завалов Бегемот.       — Даша, милицию! — крикнул Денис.       — Уже, — отозвалась Даша. — Телепорт?       — Нельзя, — сказал Паша. — Милиция будет тут секунд через тридцать. За это время Бегемот разнесет этот район, если мы его не остановим.       Даша сделала шаг назад и услышала, как из-под ног в строительную шахту летят оплавленные катыши.       — Паша, ты умеешь управлять ионной пушкой? — спросила она.       — Я три года на стройке…       — Просто сделай это! Денис, отвлекаем Бегемота.       Даша подобрала плазменный резак, Денис сорвал с креплений бомбарду. Они обходили Бегемота с обеих сторон. Паша сидел за горой стройматериалов, устанавливая связь со спутником. Даша с Денисом атаковали врага. Денис стрелял с навеса, пытаясь облепить Бегемота комками керамина. Даша поливала противника плазменным лучом, целясь в пробитые участки брони.       Бегемот отстреливался и одновременно карабкался наверх. Он уже был на краю обрыва, завывали циклонные пушки, когда с неба ударил голубой поток. Шириной с дом, ярче солнечного света, космический луч бил по спине Бегемота, вдавливая его в землю. Вой противника и рев ионного заряда слились воедино. Бегемот дергался, словно насаженный на булавку жук. Поток прошелся по всем сегментам его тела, пробивая насквозь и вгрызаясь в землю. Когда ионная буря утихла, от Бегемота остались две оплавленные половинки, которые сползали обратно в кратер. На теле и без того разрушенного парка образовался глубокий шрам, оставленный ионной пушкой.       Даша с Денисом вернулись к Паше. Тот сидел, понурив голову.       — Что не так? — спросила Даша.       — Мне завтра всю геодезию переделывать, — ответил тот и указал на преображенный ландшафт.       Даша рухнула в траву и расхохоталась. Она смеялась и не могла остановиться, даже когда рядом приземлялись милицейские джаггернауты. Впрочем, к тому времени ее друзья присоединились и смеялись вместе с ней.