Не стоит спорить с учителем... А может, рискнем?

Я снова иду в школу. Отец что-то рассказывает, хотя, я думаю, он и так понимает, что я его не слушаю и не собираюсь слушать. Все мои мысли сейчас заняты выбором этого дибильного клуба. Ну, в общем-то, у меня еще есть пять дней на размышления, но не хочу все решать в последний день. На ходу вытаскиваю из сумки бумажку, лежащую на самом верху, и вновь начинаю буравить ее взглядом, как будто она этого испугается и сама покажет мне верный выбор. В общем-то, выбор не такой уж и большой - большую часть из предложенного я вычеркнула. Например, разные занятия спортом, потому что там легко раскрыть мою истинную половую принадлежность или дополнительные занятия языками, которые мне не особо даются. Ну, хотя, если бы был французский, я бы пошла на него, родной язык я неплохо знаю, но там из предложенных есть только немецкий, английский и испанский. В итоге не зачеркнутыми на листочке остались лишь рисование, куда я вряд ли пойду, ибо руки не из того места, хотя хочется, информатика, ибо с ней у меня все прекрасней некуда, Шимон, куда меня пригласил Энма, но из-за остальных членов клуба мне туда не шибко хочется, и гитара, играть на которой я не практиковалась уже несколько лет. Да, всего четыре клуба, а сколько мороки. Я даже не заметила, как мы дошли до школы, как замолк Мукуро, как вокруг меня сгустилась толпа школьников, некоторые из которых даже поздоровались со мной. Очнулась я лишь тогда, когда входя в школу, не заметив невысокий порожек, споткнулась об эту чертову деревяшку. Я распласталась на грязном полу; из открытой сумки вывалилась часть вещей. Бурча себе что-то под нос, я поднялась с пола, потирая подбородок, и принялась собирать рассыпавшиеся вещи. Вот что значит, день не задался с самого начала… Наконец собрав выпавшие манатки, я подошла к своему шкафчику и переоделась. Пытаясь надеть кеды, я два раза опять чуть ли не упала, еще раз подтверждая тем самым, что этот день, скорее всего, будет ужасным. Контрольная на первом уроке свалилась на меня, как снег на голову. Блин, точно, нас же еще в начале недели предупреждали! Что хоть немного подняло мое настроение, так это то, что не одна я была ошарашена этим открытием: половина класса сидела с открытыми ртами или судорожно листала учебник, пытаясь усвоить весь пройденный материал за последнюю оставшуюся минуту. Ну, математика – не так уж и страшно. Думаю, баллов на семьдесят пять напишу, а это уже неплохо. Закончив работу со звонком, я сдала ее учителю и, собрав вещи в сумку, вышла в коридор. Оттуда я сразу же направилась к автоматам с напитками. Купив там сок, я пошла обратно, потягивая напиток через соломинку. Что ни говори, а все эти тесты очень сильно утомляют. Вернувшись обратно в класс, я села за парту, открыла книгу и стала читать, ожидая начала следующего урока. Неожиданно дверь в класс резко открылась, а на пороге оказалась Хару. Весь класс практически синхронно обернулся в ее сторону, не понимая, что понадобилось здесь девочке из параллельного класса, а мое и без того бледное лицо стало еще белее. Вот черт, я надеялась, хоть здесь она не будет меня донимать. И почему она такая приставучая и непрошибаемая? Так, главное – не дать ей вывести меня из себя. - Привет, Фран-кун, - сказала она, подбегая к моей парте. - И тебе~, - флегматично тяну я. Дальше последовал совершенно обычный бессвязный лепет про погоду, уроки, одноклассников, свежие сплетни и тому подобное. Неужели кто-то и правда находит эти темы интересными? Глубоко вздыхаю и вновь утыкаюсь в книгу, пропуская мимо ушей все, что мне говорит Миура. Эта приставучая особа соизволяет отлипнуть от моей парты лишь перед самым звонком, ибо негоже ей опаздывать на уроки. Как только она выбегает из кабинета, на меня уставляется сразу несколько пар глаз, от чего мне хочется фыркнуть, но я лишь невозмутимо продолжаю чтение. Вскоре все перестают на меня пялиться, возвращаясь к своим обычным занятиям, а после звенит звонок. Следующие четыре урока мои одноклассники занимались составлением новых сплетен, а главной новостью дня, ежу понятно, являлись мы с Хару. На переменах же вновь прибегала Миура и доставала меня своим трепом, который я благополучно игнорировала. На обеденном перерыве, пока я ела бенто, на парте появилась записка, адресованная мне. Странно, вроде, Хару еще не появлялась, а еще на уроке этой записки точно не было. Быстро доев свой ланч, я развернула бумажку. Ее текст, надо сказать, меня не то, что удивил, а просто выбил из колеи. «Мне известен твой настоящий пол. Хочешь сохранить все в секрете, приходи на крышу сегодня после уроков. Надо поговорить.» Подписи не было, и это настораживало. Возможно, это все просто неудачная шутка, но сходить на крышу, я думаю, все-таки стоит. Весь оставшийся день я не могла ни о чем думать, кроме как об этой записке, черт бы ее побрал! Услышав звонок с последнего урока, я вздрогнула. Меня прошиб холодный пот. Наскоро собрав сумку, я на ватных ногах поплелась вверх по лестнице. Когда ступени были уже позади, я с замиранием сердца открыла дверь и вышла площадку над зданием школы. Там меня уже ждала одинокая фигура в черном плаще с капюшоном, в коей я разглядела свою одноклассницу, пол которой не могла определить в первый день. Позже я видела, как ее вызывали к доске и называли в женском роде учителя, а вот на переменах она всегда пропадала из класса. Подойдя поближе к девушке, я стала ее разглядывать, ожидая пока она начнет разговор, с чем она явно не торопилась. Маммон внимательно смотрела на меня холодным взглядом своих больших фиолетовых глаз, которые были лишь на пол тона светлее волос. Примерно через несколько минут она, наконец, заговорила. - Рада, что ты не проигнорировала мою записку, Бодри Фран, - безэмоционально сказала Маммон*, продолжая смотреть на меня. - Откуда тебе все это известно? – так же холодно произнесла я, пытаясь скрыть свое удивление, про себя заметив, что по манерам общения мы с ней очень похожи. - Хочешь узнать, плати, - все таким же тоном сказала она. – Но я попросила тебя прийти не для этого. Думаю, ты слышала про «Варию»… Я кивнула и тут же принялась вспоминать, что мне о них рассказывали. Это тоже, вроде, какая-то школьная группировка, но не клуб. Они держат в страхе всю школу, никто не смеет им перечить. Они все время цапаются с Ликвидационным Комитетом, от чего «Шимон» их не переваривает. Что в них такого страшного, мне так никто и не объяснил, но я четко уяснила, что лучше не попадаться им на глаза и не злить их. В то время фиолетоволосая продолжала. - Я – одна из них. Но в скором времени мне придется покинуть эту школу, что категорически не нравится нашему лидеру – Занзасу. Он приказал мне найти себе достойную замену, лишь тогда он отпустит меня, - всего на миг, но в ее глазах промелькнуло недовольство. – Поэтому у меня для тебя есть достойный обмен: ты становишься моей заменой, а за это я сохраняю твою тайну. - Я… согласна… - скрепя сердце, выдавила я. – Что мне нужно будет там де~лать? - Тебе все объяснят на месте, а теперь пойдем, Занзас не любит ждать, - все так же холодно проговорила девушка и направилась к выходу с крыши. Нехотя я поплелась за ней, проклиная все, на чем свет стоит. Спуск по лестнице и дальнейшее хождение по школе показались мне мучительно долгими. Через некоторое время, показавшееся мне вечностью, мы остановились перед дверью с табличкой, говорящей, что кабинет принадлежит студсовету. Я бросила взгляд на Маммон и с удивлением обнаружила, что моя новая знакомая нервничает. Еще немного помявшись перед входом, она собралась с мыслями и, вновь сделав невозмутимое лицо, вошла внутрь. А я двинулась за ней. Атмосфера в комнате стояла отнюдь не дружелюбная; казалось, даже воздух, казалось, здесь был тяжелее. Внутри, помимо нас с Маммон находилось еще пять человек. Посередине комнаты на большом кресле, аки на троне, вальяжно сидел загорелый брюнет устрашающего вида. На его лице были два больших темных шрама, но это отнюдь не портило его внешность. Парень был одет в белую рубашку, верхние пуговицы которой были расстегнуты, черный ослабленный галстук, такого же цвета брюки и ботинки, а на его плечи было небрежно накинуто пальто с бежевыми вставками, показавшееся мне смутно-знакомым. С левого плеча незнакомца свисало нечто, состоящее из цветных перьев, крупных бусин и чего-то вроде хвоста енота. В одной руке брюнет держал стакан с непонятной янтарной жидкостью (мое подсознание подсказывало мне, что это алкоголь), а его глаза были закрыты. Перед ним стоял письменный стол, заваленный бумагами. Рядом с ним стояло нечто, по комплекции более похожее на шкаф, чем на живое существо. Тем не менее, мебель обычно не носит одежду, поэтому я сделала вывод, что это все-таки представитель расы человеческой. У этого… кхм… мужчины, ибо парнем его назвать у меня язык, конечно, поворачивался, но с огромным трудом или сарказмом, была темная кожа, черные волосы, топорщащиеся в разные стороны, а-ля я в грозу постоял под очень высоким деревом, черные глаза, кажущиеся непропорционально маленькими по сравнению с остальным лицом, и большой рот. Его бровь и губа были проколоты, в них были вставлены маленькие металлические колечки, соединенные тонкой цепочкой. Я долго пыталась понять, что же в нем не так, пока не поняла, что у этого странного парня усы! Это ж сколько лет подряд надо было оставаться на второй год, чтобы так обрасти?! Чуть дальше за ними находился довольно длинный журнальный столик, рядом с которым стоял диван. Рядом со столиком я заметила парня весьма странной наружности. У него был красный ирокез, довольно длинная зеленая челка, а остальная часть волос была почти полностью сбрита, так что оставался лишь короткий светлый ежик. Цвет глаз невозможно было разглядеть за темными очками в красной оправе. Кроме плаща, как я поняла, форменного, ибо его носили все в этой комнате, на нем была белая рубашка, штаны в обтяжку и ярко-оранжевый боа. Пф-ф-ф! Тоже мне, павлин! Тут я взглядом наткнулась на весьма симпатичную девушку с длинными платиновыми волосами, расположившуюся на том самом черном диванчике у стены… Правда, присмотревшись, я поняла, что ошиблась… Очень сильно ошиблась… Передо мной сидел никто иной, как парень! И без того не самые пухлые губы сжались в тонкую полоску, показывающую негодование их обладателя, а пронзительные серые глаза с нескрываемым раздражением смотрели на «Царя» комнаты. Широкие плечи, отсутствие груди и талии, узкие бедра – все это выдавало в нем представителя мужского пола. В последнем же присутствующем здесь незнакомцем я признала недавнего спорщика. Ну, того, что в полосатой кофте еще был. Эта недо-принцесса, как я уже успела его мысленно окрестить, чинно развалилась на подлокотнике дивана, игнорируя то, что более трех четвертых этого предмета мебели свободно. Одна рука блондина была заведена за голову, а во второй он держал свою тиару на уровне глаз. Еще раз обведя взглядом комнату, я удостоверилась, что никого не упустила из виду, как вдруг наткнулась на презрительный взгляд алых глаз, от которого у меня по спине пробежал холодок. - Кого ты привела сюда, мусор? – грозно спросил человек-царь-с-импровизированным-троном. Боковым зрением я заметила, что Маммон даже бровью не повела от такого к ней обращения, в то время, как мне уже давно хотелось съёжиться и забиться в самый дальний угол комнаты, лишь бы брюнет на меня не смотрел. М-да, теперь понятно, почему у Энмы так дрожал голос, когда он рассказывал мне о Варии. Точно, Энма! Как я могла забыть?! Мы же договорились с ним вместе после школы домой пойти! Мне ж надо его предупредить! Но как? Если пойду в туалет, они подумают, что я струсила и сбежала, а при этой компании прям сейчас писать что-то на телефоне тоже будет странно. Так, ладно, делаем самый невозмутимый покерфейс и ждем удачного момента. - Это наш новый Туман, Рокудо Фран, - флегматично произнесла она, кивнув в мою сторону. – Он идеально подходит на мое место. Я нашла себе достойную замену, Занзас, теперь я свободна? Так, какой, нафиг, туман? О чем идет речь? Причем здесь вообще погода? Так, ладно, зато теперь я точно убедилась, что этот брутальный мачо и есть их босс. - До конца этого месяца будет испытательный срок зеленого мусора. Если он справится, катись на все четыре стороны; если нет, то… - стакан в руках брюнета лопнул, и янтарная жидкость пролилась на пол; несколько острых осколков вонзилось в руку Занзаса, от чего вперемешку с соком, или что там он пил, по паркету начали расползаться ярко-алые капли. От вида крови, тонкими дорожками струящейся по руке парня, меня начало мутить. Я сильно ущипнула себя за ногу – боль отрезвила рассудок, и теперь, отведя взгляд от руки босса, я могла твердо стоять на ногах. Тем временем парень продолжал: - А ответственным за пацана будет… - он стал внимательно осматривать взглядом всех присутствующих. Я заметила, как парень, первоначально ошибочно принятый мной за девушку, напрягся. Странно, меня же сюда привела Маммон, она и должна за меня отвечать. – Коронованный мусор. Диадема, находившаяся в руках блондина, упала на пол, звонко стукнувшись об его поверхность. Беловолосый же облегченно вздохнул и откинулся на диван, блаженно закрыв глаза. - Дальше разбирайтесь сами, я домой, - сказав это, алоглазый встал с кресла и, прихватив свою сумку, вышел из комнаты, игнорируя боль в руке. - Ши-ши-ши! Ну, спасибо тебе, Вайпер! – раздраженно сказал недо-принц, интонацией выделив последнее слово. - Хватит меня так называть, Бел. Я отказалась от этого имени, переехав сюда. Теперь я Маммон! – в глазах девушки читалась даже неприкрытая ничем ярость. Не думала, что ее так легко вывести из себя. – А теперь прошу меня простить… - с этими словами фиолетоволосая растворилась в облаке цветной пыли. Ну, что ж, трюк довольно простой и не требует особой предварительной подготовки, зато какой эффект! Надо сказать, с уходом брутального парня и моей одноклассницы напряжение в комнате спало. Теперь место не казалось мне настолько угнетающим, даже несмотря на тот факт, что я осталась стоять одна среди четырех незнакомых мне парней с явным прибабахом. Первым опомнился парень, до этого хлопотавший у стола. Он, поправив свои очки, начал довольно быстро ко мне приближасться. - Ой, посмотрите, какой милый мальчик! – воскликнул он и в умилении прижал кулаки к своим щекам. – Тебя, ведь Фран зовут, верно? - Ага~, - протянула я, подозрительно поглядывая на павлина. - Вро-о-о-ой! – заорал длинноволосый парень с дивана. Так вот, кто так орал! – Луссурия**, не приставай к пацану, не видишь, его и так твой внешний вид пугает! – произнеся это, блондин ухмыльнулся. - Ску, ты противный! – обиженно махнув ладошкой в сторону сидящих, произнес парень. - Дай мне мальчика со всеми познакомить. Никто же из вас до этого не додумается! Вот так всегда! Неблагодарные вы! – затем он вновь обернулся ко мне. – Меня зовут Луссурия, но ты можешь звать меня просто мамочкой или Лусси! Если понадоблюсь, я учусь в классе 2.С. - Боже упаси~… - негромко сказала я, но все находящиеся в комнате услышали. Павлин на такое заявление надулся, видимо обидевшись, и пошел убирать лужу с осколками рядом с креслом босса, а остальные засмеялись. - Врой, зеленый, а ты не промах! – сказал сероглазый и, встав с дивана, начал быстрым размашистым шагом приближаться ко мне. – Я Супербиа Скуало. Для своих просто Ску или капитан. Класс 3.B, – он крепко пожал мне руку, чуть не сломав ее при этом. – Вон та сидящая на подлокотнике шишишикающая сволочь – Бельфегор, сокращенно – Бел. Он должен присматривать за тобой. Найдешь его во 2.A. А тот шкаф, стоящий рядом креслом босса – Леви-А-Тан. Вообще, Леви уже окончил школу, но все равно сюда ежедневно приходит, потому что верен чертовому боссу. Да, тот пафосный мужлан, командующий всем и вся – Занзас, наш лидер, мой одноклассник. Не советую тебе его злить, если не хочешь потом полгода в больнице проваляться… Дальше последовало, наконец, объяснение того, чем мне предстоит заниматься. Оказалось, что Вария – не просто школьная банда, а группа людей, которые в будущем будут стоять во главе одноименной организации. Мне, как Хранителю Тумана, предстоит быть главным бухгалтером и по совместительству информатором. Как сказал Скуало, в этом мне помогут мои способности иллюзионистки. Ну, хоть это я умею. Занзас, оно и понятно, станет боссом и будет всем заправлять. Он - Хранитель Неба. Мой семпай***, как выяснилось, гений и Хранитель Урагана, поэтому за ним разработка всех новых идей и он, так сказать, представитель фирмы, который тоже будет таскаться на все переговоры. На долю секунды мне стало жаль этого безумного блондина, но это быстро прошло. Скуало-сан – правая рука босса, и этим все сказано. Он – Дождь. На Луссурии-сане висит маркетинг и все, что с этим связано. Он – Хранитель Солнца. И наша Гроза, Леви-сан – отдел безопасности. Вот, в общем-то, и все распределение ролей в этом балагане. - Врой! – внезапно заорал Скуало-сан. – А какого черта я вообще тут распинаюсь? Бел, это твой гаденыш, вот ты с ним и таскайся! - Ши-ши-ши, - послышался гнусавый смех Бела, который теперь уже полностью развалился на диване, занимая собой все пространство. – По-моему, ты и без меня неплохо справляешься, - семпай улыбнулся во все тридцать два зуба, но от такой «улыбочки» отнюдь не стало теплей. Обычно с таким выражением лица маньяки потрошат тела своих жертв. - Та~йчо, разве вы не видите, Бел просто нас не видит из-под челки, поэтому и валяется на диване, - вмешалась я в разговор с важным видом. У блондина начался нервный тик от такого заявления. - Глупое земноводное! Просто я принц, а принцам не пристало возиться с всякими лягушками! - В таком случае, ты па~дший принц, - огрызнулась я. - Ши-ши-ши! Я королевских кровей и не потерплю такого к себе отношения! – раздраженно сказал Бел, проведя рукой по своей шевелюре. – Быстро извинись! - Прошу прощения, Ваше падшее Высо~чество, - произнесла я и сделала шутливый поклон. - Тупая квакушка, - процедил сквозь зубы коронованный. - Принц несуществующей страны, - не осталась в долгу я. И почему именно этот тип с замашками маньяка должен за мной присматривать?! Мне ж теперь по подворотням ходить опасно – пришибет и скажет, что мои кишки так и висели на фонарном столбе, а голова всегда украшала школьные ворота. М-да, чувствую, я от него еще натерплюсь! Но я ему тоже веселую жизнь устрою… - Кстати, - вдруг неожиданно произнесла я, прожевывая печенье, приготовленное Луссурией-саном. Пусть он и гей, но готовит реально отменно! – Семпа~й, а где ваша обросшая копия? – теперь я называю этого инфантильного типа только так и обращаюсь к нему на «Вы», исключительно из вредности, дабы позлить эту принцесску, ибо слово «семпай» в моем исполнении его неимоверно злит. - Ши-ши-ши, о чем ты, земноводное? - Бел-семпа~й, а еще говорят, что Вы гений! Ну, я про Ваше отражение с другой прической, с которым Вы вчера в парке ссорились, - я потянулась за еще одной печенюшкой. Я уже говорила, что Лусс-семпай офигенно готовит? - Ты что, следил за мной, мой немилый кохай? – казалось, улыбка этого недопринца сделалась еще шире. - Нет, просто Вы с братом вчера нудели прям у меня над ухом, мешая изучать один важный документ. Вы, между прочим, не одни в парке тогда были, - только сейчас до меня дошло, что семпай так ненавязчиво перевел тему. Вот плут! – Так что там с Вашей ко~пией, умеющей пользоваться плойкой. Где она? - А мне почем знать, - блондин старался выглядеть как можно более непринужденно, но скованность движений и чуть дрогнувший голос выдавали его с головой. Сразу видно, для него брат – не самая приятная тема для разговоров. Возьмем на заметку и будем пользоваться, чтобы позлить эту ошибку природы. – Надеюсь, сдох в ближайшей канаве и теперь птицы-падальщики клюют его разлагающуюся плоть. Ши-ши-ши! Во маньячина-то! А как по-доброму относится к людям! Прям золото, а не человек! - Вы так любите своего брата, семпа~й, - произнесла я. Ответа на эту реплику не последовало. Через некоторое время все начали расходиться, предупредив, что завтра встречаемся там же после уроков и на переменах. Я покинула комнату одной из первых. Надев куртку и переобувшись, я вышла на улицу и буквально окаменела. Снег. С небес на землю плавно опускались большие белые хлопья, оседая на поверхности планеты. Несмотря на то, что снег шел к тому моменту не очень долго и сильно, деревья, почва, машины, асфальт - все уже было покрыто тонким слоем снежинок, на котором было видно множество следов. Это первый раз за всю зиму, когда выпал долгожданный снег. Я словно завороженная, спустилась со школьной лесенки и подставила лицо под замерзшие капли, имеющие столь красивую и индивидуальную форму. Так, наслаждаясь погодой и радуясь, словно ребенок, первому снегу, я неторопливо пошла домой. Пришла я только ближе к семи часам. Да, долго я в школе просидела с этими психами! Крикнув громкое «Я дома!», моя тушка попыталась незаметно проскользнуть на второй этаж в свою комнату, но была нагло перехвачена по пути отцом. - Ку-фу-фу. Ну, и где ты шлялся, блудный сын? – спросил Мукуро, разворачивая меня к себе лицом. - Пытался не провалить твое жела~ние, между прочим, - уклончиво ответила я, ибо говорить этому представителю ананасоголовых, что я теперь одна из варийцев совершенно не хотелось. - В таком случае, ты прощена, - его лицо озарила уже привычная для меня хитрющая ухмылка. – А теперь марш за уроки! - Да-да~, - пробормотала я и поплелась наверх, пытаясь вспомнить, много ли мне надо делать. К сожалению, это мне так и не удалось. Придя в комнату, я вывалила все содержимое сумки на кровать. Первое на что наткнулся мой взгляд – телефон. Черт! Я же так и не предупредила Энму! Совсем о нем забыла! Быстро хватаю мобильник и смотрю на дисплей. Восемь пропущенных. Пишу ему сообщение, что я дома и прошу прощения, что не предупредил о задержке. Не дожидаясь ответа, беру дневник и начинаю смотреть, что нам задано. Так, большинство устно, но… Тут я понимаю, почему Мукуро так ухмылялся. Химия! Огромное задание, которое подразумевает, что на его выполнение потребуется весь день. Слава богу, я больше половины сделала еще вчера. Успеваю чуть больше чем за два с половиной часа покончить со всеми уроками. Хм… как раз к ужину! Поедая свою порцию понимаю, что завтра уже суббота, а значит послезавтра выходной. Слава Богу! Поев, выигрываю у отчима в покер и, придя обратно к себе, вновь начинаю заниматься делом, ставшим таким привычным за эти три дня – выбором чертового клуба! Ближе к двенадцати ложусь спать, предварительно посмотрев ответную СМС-ку от Энмы. Что и требовалось ожидать, он не злится и рад, что я целым и невредимым добрался до дома. Эх, зря я согласилась еще и на эту авантюру с Варией, но поворачивать назад уже поздно. Чувствую, если я выдержу испытательный срок, а после этого Занзас узнает мою половую принадлежность, он меня по головке не погладит… А если погладит, то булыжником потяжелее…

_____________________________________________________

*Авторша свято верит, что Маммон – девочка. Если Вы не согласны, то пожалуйста, но просьба не накидываться на меня, мол, «Вайпер – парень!!!» и т.д. ** Да, Ватсон, это тот самый 64, про которого я тебе говорила! хДДД *** Ребят, как правильно: «семпай» или «сенпай»? Просто написание видела и такое, и такое. Прошу, отпишитесь в комменты! *уголок автора* Автор счастлив. Автор написал эту главу десять вордовских страниц. Я вне себя от счастья, ибо это было моей мечтой! :3 Кстати, прошу прощения за некоторые примечания, сделанные индивидуально для одного человека, не будем показывать пальцем… Что-то мне кажется, я очень сильно заООСила всех персонажей… Или норм? А еще хочу предупредить, что я серьезно упоролась (всему виной опиум, продающийся под видом липтона с малиной!), потому что на какой-то момент в моей больной голове промелькнула мысль сделать Дино/Адельхейд… Но потом в моем мозгу возник еще более упоротый пейринг, на котором я и остановилась… Вы только потом сильно не пугайтесь… В любом случае, всем приятного прочтения! Всегда Ваша, Rumi.