Ты мое пиво, со вкусом аниме

*** Ларри и Трэвис — лучшие друзья. Можно сказать, что их дружба началась с кулаков. В седьмом классе Ларри сильно провинился, и тогда Фэлпс натравил на него всю силу своих дружков. В тот раз, его побили довольно сильно, но Джонсон не отступал и пошел разбираться к Трэвису сам. После очень долгих криков, раздоров, споров, они все-таки поговорили. И после того случая, они от друг друга больше не отходили. Боится их вся школа. И течет по ним тоже вся. Они не любили многих. А вот Фишер и Кэмпбелл их конкретно бесили. Пацан, который одевается как педик, да и еще с какой-то хренью на лице, и его подружка, которая вертела везде своей задницей да и не только, не давала никому. Да и еще, она слишком уж храбрая. Салли и Эшли — лучшие друзья. Дружили, они в принципе с первого класса, когда Фишер вместе с отцом переехали в этот несчастный город. Со всеми неприятностями, вроде задир, отца Фишера или чего похлеще, они справлялись вместе. Плакать в туалете, они уже не могли, им как-никак уже по шестнадцать. Так как Эшли девушка, Салли постоянно защищает свою подругу, и в итоге получает еще больше. Да и ее почти никто не бил, ведь «Девочек не бьют». Но ему не привыкать. Как он не придет в школу, у него были новые синяки, порезы, побои от своего отца, который обвиняет бедного мальчишку в смерти жены, а для Салли мамы. Они пытаются не попадаться на глаза задирам, но никак не получается. Вот такие были две отличные, но совершенно разные компании. *** После звонка с урока, по коридору шли Салли и справа от него Эшли. У обоих в руках были абсолютно разного размера учебники. — Я тут слышала, что кого-то из старших хотят перевести, — сказала девушка, поворачивая голову в сторону Сала. — Вот и правильно, — сделал паузу протезник, — давно было пора. Кэмпбелл улыбнулась, продолжая идти в коридоре, обходя минующих навстречу людей. — Они все что и делают — это ходят и выебываются на всех. Если плохое настроение не… Его прервали на полуслове, и тут же он почувствовал удар в спину, об что-то определенно твердое. Поворачиваясь к шатенке, на ее лице выражался испуг, а в глазах читалось, мол: «Я же тебе тыкала, почему не замолчал, дурак?» Фишер нервно сглотнул и поднял голову на Джонсона, который сейчас его держал за шиворот, сильно вдавливая в стену. Шея и ключица сильно заболели, но Ларри было насрать. Руки перебрались за шею, и теперь его подняли по стенке, все так же впечатывая в стенку. Фэлпс стоял и держал, обвивая тело руками, девушку. Она спокойно стояла и тряслась от испуга, выпучив свои большие глаза, смотрела на происходящее. — Че ты сказал? — скаля зубы, провопил он, — повторишь еще раз? — Ой, какие люди, — сказал он, — я сказал, что очень надеюсь, что вас, уебков, уберут из школы, — улыбаясь, сказал Фишер. Лицо протезника вмиг покраснело, вены на руках и шее вздулись, он закашлял. Ларри резким движением расслабил руку и опустил младшего. Салли резко упал на пол, пытаясь нормализовать дыхание. Эшли вырвалась из «обнимашек» блондина и запрыгнула на Джонсона, повалив его на пол. Она уселась на его бедрах, и ударила пару раз, его в лицо. Ларри не растерялся, он положил свои руки на ляжки девочки и медленно начал вести их вверх. Как только руки дошли до ее задницы, она опомнилась и как ошпаренная отпрыгнула наверх. Пока патлатый лежал, Салли отдышавшись, подлетел к парню и пнул его пару раз в бочину так, что синяки останутся точно. Ларри это выбесило и он тут же вскочил и подлетел к испуганному протезнику. Он ударил кулаком его в лицо, тот повалился сразу же пол, ударясь головой об стенку. — Ты охуел? — провопил Салли, тяжело дыша через протез, — Ты-никто, запомни раз и навсегда. Пошел нахуй, мудозвон, — Ларри отходя на несколько шагов назад, разбегается и пинает ногой Сала в грудь. Тот снова ударяется головой и кашляет кровью. — Блять. Единственное, что услышал Сал, он понял, что это сказал Трэвис, перед тем, как вырубиться. Из-за угла вышел директор, несясь на огромной для пухлого человека скорости. Кэмпбел летит со скоростью света к Фишеру, пытаясь привести его в чувства. — Джонсон! Прекрати, немедленно! — кричал директор. Старшеклассник учащенно дышал, сердце скакало туда-сюда, будто выпрыгнет из грудной клетки, проломив ее нахрен. Он посмотрел на картину, которая происходит слева от него. Улыбаясь, он повернулся к директору. Трэвис закрывал лицо руками и проклинал Ларри. — Боже! Быстро ведите его к медсестре! А потом ко мне в кабинет! — злобным голосом говорил Кевин, глядя на то, как Эшли пыталась привести протезника в чувства, — Ларри и Трэвис, ко мне в кабинет, быстро! *** — Салли! Что с тобой случилось? — обеспокоено спросила медсестра. — Он… Он-н опять п-подрался… — заикаясь началась говорить девушка, — ему очень сильно ударили в грудь, он кашлял кровью и головой ударяли, и… Я… Медсестра охнула и пошла за спиртом. Когда вата со спиртом коснулась раны, Салли сильно зашипел, потому что рана мгновенно заболела и начала щипать. — Эшли, можешь идти на уроки, — сказала медсестра и отпустила ее. Девушка поцеловала Фишера в макушку и не спешно удалилась с кабинета врача. Медсестра лишь громко вздохнула, посмотрела на мальчика и спросила. — Ну, и что мне с тобой делать? Фишер лишь пожал плечами и лег на кушетку. *** — Какого хрена Джонсон?! Когда ты уже прекратишь его задирать-то, а?! — кричал директор, сжимая ручку в руках. Трэвис сидел на соседнем кресле в кабинете директора, всем видом показывая, что он здесь ни при чем. — Когда их уберут из школы, или НИ-КОГ-ДА, — пожал плечами патлатый, и спокойным голосом, сказал это. — Ты хочешь, чтобы тебя исключили из школы, мать твою?! Джонсон резко повернулся в сторону директора, и нервно сглотнув, покачал головой. — Так то, Ларри, — улыбнулся директор, — тогда ты пойдешь и извинишься перед ним. — А еще чего?! Фэлпс метался взглядом то на друга, то на директора, и понимая, что ему придется выдавить, через гордость, это жалкое «Прости». — Ты сделаешь это, Ларри. Ты, черт возьми, избил его и мог сломать ему что угодно! — пытался оставаться спокойным директор. Джонсон сжал в стуле подлокотники и покорно кивал, пока Трэвис пинал его ногой под столом, чтобы тот не отказал. *** Сейчас Джонсон сидел в туалете и сыковал. Сыковал сказать простое «прости». Трэвис просто сидел и ржал над ним. Да не может такого случиться. Не сможет он побороть свою гордость и попросить прощения и какого-то смазливого пацана. Сейчас он сидел и вспоминал, когда он говорил жалкое «прости». Таких моментов было, на самом деле не много. Только пред отцом. Фэлпс прекратил ржать как конь и начал серьезно беспокоится за друга. Он не произнес, за эти тридцать минут, ни одной шуточки. Единственное, что он мог делать, так это повторять, как молитву: «не смогу, я не смогу, я не смогу, я не смогу». Трэвиса это серьезно задело и надоело, поэтому он решил привести своего друга в чувства. — Че ты загоняешься, как будто тебе сделать что-то не выполнимое, — сказал он, слегка ударяя друга в плечо. — Извиниться перед этим геем, да он блять, — повернулся к Трэвису, — это же позор! Я не собираюсь унижаться перед ним, сука! — Успокойся уже, и просто сделай это. А потом забудь, как страшный сон, — с этими словами Трэвис вышел из туалета. Ларри долго сидел в туалете, и выкурил, наверное, пол пачки сигарет, прежде чем выйти. Он знал что сказать, чтобы его не посчитали за идиота, и также продолжали бояться. Вот он идет по коридору школы, руки у него в брюках, расслабленное лицо. Посередине стоит пара людей, никому не приметных. — Салли! — голос слегка дрожит, а руки потеют. — Иди на хуй, Джонсон! — оргызнулся он, - бей кого-нибудь другого, а! — Я извиниться пришел, но раз ты не хочешь, я тогда пойду, — резко развернулся он и попытался улизнуть. Но не тут то было. — Стоп, что? Извиниться? Ну такого я не пропущу, — улыбнулся он. Ну, а что он ожидал. Все то, что Ларри хотел сказать, вылетели из головы. Сейчас его напрягали и бесили все. Трэвис, который толкал друга в спину. Эшли, которая хлопала своими зелеными глазешками. И Салли, который настойчиво смотрел на него, зная, что ему сейчас придется не легко. — Прости, — сквозь себя, гордость и ком в горле, сказал он. — Что? Прости, я не услышал. — Извините меня, блять, — рыкнул он.