Ты мое пиво, со вкусом аниме

*** Ларри, выйдя из дома Салли, поплелся к Трэвису, ведь к себе совсем не хотелось. Благо дом друга находился недалеко и идти нужно было минут двадцать от силы. Он шел и пинал камушки, улыбаясь в пустоту. Джонсон хотел повторить это день, ведь такого с Фэлпсом не позволишь себе, куда там говорить об отце. Этот вкусный яблочный пирог, который мама ему никогда не приготовит, фильмы, которые отец никогда не посмотрит с ним, рассевшись на полу. Все это навевало грусть и одновременно умиротворение от того, что это произошло. Пусть не с семьей, пусть даже с каким-то пртезником Салли Фишером, но это, черт подери, произошло. В наушниках играло «Twenty One Pilots». Ларри шел по улице и размахивал руками, как больной, но ему было все равно, что подумают другие. В самый кульминационный момент, так скажем, в припев, он повернулся вокруг себя и даже попытался пройтись лунной походкой, но ничего, конечно же, не получилось. А было забавно. Спустя двадцать минут и патлатый был у дома друга. Джонсон опять улыбнулся и пошел к двери, чтобы постучать. *** Утро Салли началось с ора отца, мол, ты какого черта не положил все подушки с пола на диван обратно? Они пачкаются! Фишер лишь попятился назад и спрятал голову под одеяло, чтобы не слышать этого всего. Подумаешь, он просто устал после вчерашнего и сразу вырубился, как повесил трубку после телефонного разговора с Кэмпбелл. Солнце светило в глаза, из-за чего они слезились. Почему нельзя было закрыть эти долбанные шторы? День не удался с самого начала, ведь, когда он встал, то сразу же споткнулся об лежащую на полу коробку и упал, впечатавшись прямо лицом в пол. — Ах, ты сука, неблагодарная! — ругнулся отец, — Где, блять, ваза, ты щенок? — кричал отец снизу, и тут протезник понял, что вляпался по самое не хочу. Салли яростно простонал в пол. Долбанная ваза. Долбанный Ларри. Он легонько бился головой об поверхность, на которой лежал. Услышав гневные крики снизу, если их можно так назвать, Фишер встал и попытался четко продумать план того, что он будет говорить. Получалось, конечно, не очень, но попробовать все же стоило. — Э, пап, понимаешь, тут такое дело, — смотря в пол, протараторил Сал. — Как ты посмел разбил Дианину вазу, Фишер? Что произошло на этот раз? И почему от тебя вообще несет алкоголем? Ты что, сука, пил? Быстро в свою комнату! Ты наказан, понял меня? И никакая Эш тебе не поможет! Пошел вон! — орал отец, гневно прожигая мальчика. — Сука! — тихо, едва слышно, прошипел про себя Сал. Да, это был провал. Но все же лучше свалить вину на себя, чем сказать ему, что у них дома был тот, кто частенько избивал Салли. Генри все так же продолжал материться. После получаса терпения Фишер сдался. Взял рюкзак, сгреб туда все самые нужные вещи, оделся, напялил протез и открыл окно. Либо сейчас конец света, либо пай-мальчик Салли Фишер сейчас и правда собирается сбежать из дома. На всякий случай перекрестившись, он выпрыгнул из окна. Ни на секунду не останавливаясь, Сал рванул со всех сил и бежал ровно туда, куда глаза глядят. Только после десятиминутной пробежки он остановился в каком-то парке, где было ужасно много людей, из-за чего Фишер чувствовал себя некомфортно. Дыхание было сбито, руки слегка тряслись, поэтому ему пришлось сесть на скамейку. Эшли не брала трубку, скорее всего, она со своими родителями уехала из города на выходные, как и всегда. На Салли, кажется, упал желудь, из-за чего он решил написать самой неподходящей персоне в этом мире — Джонсону — и попросить о помощи. «Ты должен мне новую вазу, Ларри. Так что поднимай свою задницу, бери деньги и иди сюда. Парк напротив школы. Сижу на скамейке в полном одиночестве. Сал» — гласила смс-ка. *** Когда Джонсону пришла смс-ка, он и Трэвис играли в приставку. Игра была в самом разгаре и было видно, что Фэлпс однозначно побеждает. Трэвис что-то болтал, то про Эшли, то про игру, то снова про младших и про еду. К реальности Джонсона вернуло оповещение о сообщении от Салли. Когда тот успел забить свой номер в телефон Ларри? «Ты должен мне новую вазу, Ларри» Ваза. Он говорил, что отец может выставить его из дома, за эту вазу. Ларри смотрел на текст секунд тридцать, не отрываясь, и вдруг резко вскочил, когда Трэвис выплеснул на него воду. Оказывается, Фэлпс подумал, что Ларри сбрендил. Ну конечно, тут не сбрендишь. Джонсон начал искать причину, как бы свалить из дома, и в итоге решил просто убежать, ничего никому не объясняя. Когда Трэвис вышел в туалет, Ларри со скоростью света перепрыгнул через диван, схватил куртку и бежал точно также, как до этого бежал Фишер. Через пятнадцать минут Джоннсон был около входа в парк, а Трэвис звонил раз так в двадцатый. На момент у него промелькнула мысль, зачем он пришел сюда? Ради кого? Ради Салли, которого он избивал больше года? Ну и какого хрена, Ларри? «Я в парке, где ты?» — парень не нашел его на лавке и решил, что Салли просто пошутил над ним, поэтому ему пришлось отправить смс-ку. «Видишь лавку с мороженным? Я там.» — ответ пришел мгновенно, и про себя Ларри посмеялся над этим. Он убрал телефон в задний карман и пошел в сторону лавки. Деревья сгущались, а скамеек становилось все больше и больше, так что Джонсон понял, что идет в правильную сторону. Спустя две минуты он заметил обладателя головы с хвостиками, который одиноко сидел и слушал музыку, слегка дрыгая ногами в такт мелодии. Джонсон, сам того не замечая, слегка улыбнулся и пошел к парню. Тот, в свою очередь заметил его, поднял голову и убрал наушники в рюкзак. — Ваза? — пытаясь не засмеяться, сказал Ларри. — Ну да, меня отец чуть не убил за нее, поэтому, думаю, что ему нужна эта ебанная ваза, — выдыхая, отвелит Салли. — Малышам материться нельзя. На это Фишер лишь слегка ударил его в плечо. — Мы идем за вазой? — спросил протезник, глядя прям в глаза старшему. — Идем уже, — ответил Джонсон, направляясь в сторону магазина. *** — Вот! Это она! — радостно кричал Салли, показывая на бежевую вазу с рисунками роз и пионов. Джонсон закатил глаза и, взяв вазу, потащил ее на кассу. Ваза стоила порядка ста долларов, но Ларри понимал, что если он обещал, то сделает в любом случае. Салли улыбался, неся эту вазу в руках. А Джонсон, как благородный джентльмен, провожал до дома протезника. — Ты же сейчас улыбаешься? — спросил старший. — Угу, — довольно ответил голубоволосый. Джонсону стало немного грустно, что он не видит его улыбку, да и вообще лица. *** Они пришли к дому Фишера. Ларри стоял на против Салли и искренне улыбался. — Спасибо за вазу. Джонсон кивнул. Протезник, видимо, совсем потерял голову. Он подошел и робко обнял старшеклассника. Ответа он не ждал, поэтому сразу оторвался и попрощавшись, забежал домой. Ларри стоял как истукан, не в силах сдвинутся, осознавал действие Сала. — Пап, я дома, - крикнул Фишер, и только потом до него дошло, что папа-то и не знал, что он уходил куда-то. Генри, как неудачно, вышел в гостиную, где увидел довольного сына с вазой на руках. — Ваза! Спасибо, сын. Фишер обнял сына и ушел обратно на кухню. А вазу поставил на место.