Снежная Королева

Удивительно, как человек может измениться за небольшой отрезок времени. В жизни Эмре всегда было слишком много Айлин, и буквально несколько месяцев назад его это не напрягало, он относился к ней, как к слегка назойливому факту к которому испытывал разного рода влечения. Но сейчас от вида этой хитрой стервы его пробивает мелкая дрожь от бешенства и ненависти. Ненависть он испытывал даже не к бывшей, а к самому себе. Эта девушка с сучьим характером превратила его жизнь в руины и прошлась по красной ковровой дорожки вдоль удручающих пейзажей его жизни, но Эмре сам позволил ей сделать это с собой. Отец был прав на счёт Айлин, надо было слушать своего старика, но уже поздно что-то менять. Он сам виноват в этом. Он слишком сильно доверял этой женщине и теперь у неё в руках его жизнь, и все его неудачи и ошибки стали козырями в её рукаве. Эмре не может позволить себе дать повод ими воспользоваться. Он связан по рукам и ногам своей беспомощностью и сидит, жалеет себя. Эмре горько приподнял уголки потрескавшихся губ, насмехаясь над своим положением, и сделал большой глоток жгучего виски прямо из горла. Нутро приняло пойло с протестом: мужчину подташнивало, в глазах всё плыло, а голова кружилась, но и приходящее с этими недугами чувство равнодушия приносило кратковременное облегчение. С грохотом поставив бутылку на низкий кофейный столик, Эмре глубоко вздохнул, закрывая руками лицо и размышляя о своём существовании в последние дни. Который вечер он коротает в офисе, заглушая свою беспомощность и бессилие алкоголем? Какую ночь он ездит на такси домой, оставляя свою машину пылится на парковке? Который раз он готовится встретиться с взглядом брата, полный осуждения? И всегда, смотря в глаза родного человека, Эмре близок к тому, чтобы рассказать все свои тайны. Но он не может, ведь окончательно разрушит то, что у него осталось. Нет! Сегодня он не готов видеться с кем-то: ни с Джаном, ни с Айлин, ни с другими людьми, Эмре просто останется здесь, в пустом офисе, с головой погружаясь в ярость, бессилие и одиночество.

***

Лейла задержалась в офисе. На самом деле она сделала всю работу, которую могла, уже к обеду и просто коротала часы в своём кабинете, проверяя отчёты на предмет ошибок. Ей нужно было занять свою голову работой. Сейчас же она сидела и допивала холодный горький кофе, смотря в одну точку, задумавшись о своём жизненном положении. Девушка сказала Осману, что не сможет встретиться с ним из-за дел на работе, но на самом деле Лейла избегала его. Боже, во что же она ввязалась? Лейла любила Османа, но как друга и родного брата, а сейчас целенаправленно делала ему больно, давая мужчине шанс на что-то большее, чем дружба. Лейла заранее знала, что из этих отношений ничего не выйдет, но всё-таки надежда ещё теплится в её груди. Разве она хочет чего-то плохого? Нет, Лейла просто мечтает окружить себя добрыми и честными людьми, как Осман, больше не влезая в какие-то интриги, но не может ничего поделать. Не любит. Но любовь ведь переоценена, так? Любовь — это взрыв чувств и эмоций, которые скоро успокоются, но настоящие отношения держатся на доверии и дружбе между людьми. И у них это было. Она обязана попытаться, но вот сомнения всё же разрывают душу на части. Лейла тяжело вздохнула, залпом допивая противный кофе. Ей пора домой, семья будет волноваться, а мама вообще всех на уши поднимет. Лейла встала с кресла и сладко потянулась, разгоняя кровь по затёкшему телу, потёрла сонные глаза. Вся та немногочисленная косметика на её лице уже давно стёрлась, теперь казалось, что её кожа бледнее обычного, а тушь размазалась под глазами, делая вид девушки окончательно уставшим. Но сейчас ей всё равно, Лейла просто нуждается в домашнем тепле и уюте и она собирается утолить эту нужду, заказав такси до родного квартала, но сначала она разберётся с хаосом, который творится на столе. Бумаги и папки лежали в одной куче. Когда девушка перепроверяла ошибки, она даже не заботилась о сортировке документов. Девушка устало вздохнула и убрала растрепанные, чуть уже подвивающиеся у концов, пряди. Она отвернулась на секунду от угрожающих кип бумаги, бегло взглянув на главный офис. Взгляд задержался на дальнем диванчике вблизи кофейного столика. На диванчике сидел, чуть ссутулившись, господин Энре, закрыв руками лицо. Сейчас от него не веяло уверенностью, напротив, он выглядел разбитым. На столе стояла уже полупустая бутылка явно чего-то горячительного и девушка готова поклясться, что это — виски. Такая картина стала привычной в последние несколько дней, хотя мужчина к этому времени уже уходил домой. И сейчас, несмотря на все обиды между ними, сердце Лейлы болезненно сжималось. Девушка не могла ненавидеть его. Она была уверена, что причина его печали — Айлин. Почему он так и не смог отвязаться от этой девушки? Что его держит рядом с ней? Неужели какая-то страшная тайна, которая его похоронит? Ведь такое уже было, но она всё равно когда-то дала этому человеку ключи от своей души, а вот позже замки сменить забыла. Вздохнув и закатив глаза от своих мыслей, Лейла что-то пробормотала себе под нос, беря все папки в руки и, не разбираясь по их тематике, засунула в шкаф. Рассортирует завтра. Сегодня она слишком устала.

***

Рядом с виски опустилась бутылка воды, а на плечи упал мягкий плед. От внезапного тепла Энре на мгновение опешил, а потом повернул голову, концентрируя свой взгляд на задержавшемся работнике. Сейчас он удивился ещё больше. Перед ним гордо возвышалась Лейла в своём светлом строгом костюме, чуть бледная и уставшая, её лицо не выражало никаких эмоций, а в глазах царил враждебный лёд. Энре вспомнил старое прозвище девушки — Снежная Королева. Сейчас оно, как никогда, подходило ей: статная, красивая и равнодушная. Но всё же она здесь, а значит ей не всё равно. Мужчина улыбнулся своим мыслям. — Лейла… — нежный трепет разлился теплом по телу, а грудь перестали сдавливать невидимые тиски, ему будто стало легче дышать. Эмре всегда так реагировал при виде своей ассистентки, но лишившись концентрации, мужчина проживал эти чувства гораздо ярче, чем прежде. — Господин Эмре… — Лейла замялась, прикрывая глаза, а потом вздохнула, положив рядом с бутылкой воды таблетки от головной боли, — вы здесь собираетесь ночевать? — Лейла… — Эмре будто и вовсе не слышал вопроса, вновь повторяя её имя. Он просто заворожённо смотрел на плавные медленные движения уставшей девушки, не веря, что происходящее — реальность, — Почему ты здесь? Лейла отвела взгляд и нахмурилась, не понимая, к чему ведёт начальник: — Я только-только закончила работу. Эмре улыбнулся чуть шире. Он знал, что дел в офисе в последнее время немного, поэтому Лейла ему бессовестно врёт. Скорее всего работа — предлог, что бы сегодня с кем-нибудь не встречаться, и, скорее всего, этот кто-то — Осман. Честно, это догадка делала его чуточку счастливее и спокойней. — Нет, я не это имел ввиду, — Эмре замялся, глупо улыбаясь и смотря растерянной девушке прямо в глаза, — Лейла, почему ты здесь, сейчас, рядом со мной? Девушка отвела взгляд в сторону, насупив брови. Это действие вызвало добрую усмешку со стороны господина Эмре. Нет, он точно дразнит её, самодовольный кретин! — Знаете, господин Эмре, как коротать свои вечера — дело ваше, но я не думаю, что кто-то из сотрудников равнодушно прошёл бы мимо начальника, который выглядит, как ходячий труп. Я закончила работу и, пожалуй, пойду. Девушка развернулась и уже собиралась гордо удалиться, но недовольный голос начальника остановил её: — Лейла! — мужчина чуть приподнялся, облокачиваясь о подлокотник, но когда девушка вновь обернулась к нему, Эмре приподнял уголки губ и рухнул обратно. Всё-таки выпитый алкоголь оказал сильное влияние на его физические способности в данный момент. — Лейла, давай поговорим, — Эмре указал на место рядом с собой. — Нет, господин Эмре, нам с вами не о чем говорить, — Лейла вновь обернулась, чтобы уже, наконец, уйти. Этот мужчина выводил её из себя, девушка боялась сделать что-то не то, но знала, что если продолжит слушать уговоры Эмре, то либо накричит на него, либо останется. — Ладно-ладно, — голос мужчины эхом разнёсся по залу главного офиса. Повернув голову, Лейла увидела, как Эмре поднял руки в примирительном жесте, — Я буду молчать, расскажи что-нибудь ты. Но только не уходи, пожалуйста. Наверное, после этой фразы все силы Лейлы покинули её. Накричать она не могла, гордо удалится — тоже. Хотя, после того, как она заглянула в опухшие от усталости глаза господина Эмре, выражающие всю скорбь мира, уже даже и не хотелось ничего из этого. Лейла сделала неуверенный шаг в его сторону, и Эмре увидел в её глазах — лёд треснул. Он ещё не растаял, но эта маленькая трещинка возвращает надежду на второй шанс и его душевное спасение. Лейла прошла к дивану и села рядом с начальником. Эмре вновь улыбнулся, укрывая их пледом. Она не отпрянула в сторону то ли от удивления, то ли от физической усталости, но мужчина воспользовался ситуацией и положил свою голову ей на плечо. Он очень сильно устал, но почувствовав её тепло и рваное, скорее всего от неожиданности, дыхание, наконец, расслабился и зевнул: — Расскажи что-нибудь. С минуты помолчав, привыкая вроде бы к знакомому, но такому непривычному теплу, Лейла сделала вдох, начиная свой рассказ. Сначала неуверенно, но под тихое дыхание Эмре и его смешки, девушка расслабилась. Она рассказывала о своей странной семье, о детстве, вспоминая счастливые моменты своего прошлого, о своих ярких буднях и о соседях, которые не менее сумасшедшие, чем её семья. Она даже не заметила, как начала перебирать растрёпанные волосы начальника, укладывая её в прежнюю причёску. Не заметила, как к лицу прилила кровь, как начала улыбаться и краснеть, погружаясь в омут счастливых воспоминаний. А Эмре просто улыбался, как дурак, чувствуя себя маленьким котёнком, которому хозяйка дарит всю свою нежность и любовь. И сейчас они делили одно ощущение на двоих — они дома. * * * Санем облокотилась о своего парня, с прищуром глядя на сестру и начальника финансового отдела, что спали в обнимку, укутавшись пледом. Потом она повернула голову к Джану, заглядывая в глаза: — Разбудим их? Джан улыбнулся, дотрагиваясь ладонью до щеки возлюбленной. Этим жестом он давал понять, что не забыл, как они проснулись сегодня утром точно так же где-то в горах. Мужчина наклонился и поцеловал девушку в губы. — Дадим им ещё пять минуточек.