Мелкими шагами.

— Мы надеемся на тебя, — звучит приторный голос Мины совсем рядом, — ну же, выходи, — говорит она кому-то за спиной, и Килби хмурится, прекрасно зная, что это значит. Интересно. — Привет, — неловко произносит русоволосый ребенок, выглядывающий из-за спины девушки. Он улыбается совсем неуместно и слишком уж виновато, так привычно... Глаза элиатропки на мгновение сверкают из-под очков, и она отрывает свой взгляд от Юго, встречаясь с темными, торжествующими глазами жрицы. — Хорошо, — вздыхает наконец Килби и разворачивается, взмахивая своими длинными белоснежными рукавами, — идем, — кратко бросает она, даже не обернувшись, а Мина подталкивает Юго в спину, отправляя за ней. Мальчишка неуверенно делает первый шаг и бежит вслед за новой наставницей, боясь потерять ее из виду. Мина складывает руки на животе и уходит, надеясь, что сделала правильный выбор. Шаг. Шаг. Шаг. Коридоры наполнены этим звуком. Шаг. Мальчик идет по дороге времени, не чувствуя того, как оно стремительно утекает сквозь пальцы. Не то, чтобы ему нравилось учиться. Не то, чтобы Килби нравилось его учить. Просто так вышло, что она дает ему новую книгу, совет, задание, а он не может отказать этой женщине. Шаг. Шаг. Шаг. Один маленький шажок к своему взрослению. — Юго, что насчет тех гор, что мы недавно приметили? — интересуется Адамай, опускаясь рядом со своим близнецом. — Прости, Ади, у меня занятия, ты же знаешь, — виновато проводит своей рукой по затылку элиатроп и отводит взгляд, и сам не понимая, почему бы не сбежать в очередной раз. Просто сегодня особый день, когда он захотел наконец поучиться. Возможно. Он точно не определился. — Как знаешь, — фыркает дракон и одаривает того странным взглядом. Юго проводит рукой по своему затылку еще раз, и больше ничего не может ответить ему, ему нечего. Шаг. Шаг. Шаг. Один урок превращается в несколько. Не то, чтобы ему нравилось учиться, ему просто нравится ее слушать. — Юго? — замолкает вдруг женщина, оборачиваясь к нему с недоуменным выражением лица. — Прости, — стремительно краснеет элиатроп и опускает взгляд в стол, понимая, что облажался. Это так... неуютно, он не хотел доставлять ей неудобства своим собственным взглядом. — Итак, ты можешь повторить то, о чем я говорила все эти десять минут, или ты летал в облаках? — вопросительно приподнимает бровь Килби и стучит куском мела по своей раскрытой ладони, — ну? — Я... эм... ты говорила что-то о связи близнецов, — неуверенно произносит элиатроп, буквально скатываясь по стулу вниз от стыда. — Верно, — лицо Килби неожиданно для него вдруг разглаживается, и она фыркает, возвращаясь к черчению схем, — хоть ты и невнимательный, но все же что-то запоминаешь из моих слов, похвально, — как ни в чем ни бывало произносит она, будто это совсем ничего не значит. Значит. Не для нее, для него. И мальчик со счастливой улыбкой натягивает шапку себе на глаза. Похвально. Шаг. Шаг. Шаг. Мальчик послушно следует за наставницей, пытаясь запомнить каждое слово поразительно умной женщины. — Килби! Килби! — радостно кричит Юго, выпрыгивая из сияющего портала. Девушка рычит, чуть не роняя колбу с экспериментальным химикатом, и вздыхает, беря себя в руки и успокаиваясь. Всего лишь ребенок. — Юго, никогда не врывайся так в мою лабораторию. Что случилось? — изящным движением руки она убирает колбу и оборачивается, понимая, что сейчас не сможет продолжить эксперимент. Элиатроп перед ней пылает энтузиазмом, впиваясь в нее своими блестящими карими глазами. Улыбка. — Прости, но... я хотел, чтобы ты узнала первой, — резко жмется мальчишка и достает что-то из-под своей накидки, — я... наконец-то овладел очень быстрым перемещением и смог забраться на ту гору, так что... вот, — в руке он протягивал ей необычный полосато-розовый цветок, смущенно посмеиваясь и поправляя шапку на голове, — ты недавно говорила о нем и о том, что тебе совсем некогда было сходить за ним, так что я решил принести его. Ну. Для тебя. Килби изумленно оглядывает ребенка, а после — улыбается, проводя ладонью по его шапке. — Спасибо, — говорит женщина и мягко забирает цветок из его пальцев, едва ли касаясь кожи. Конечно, этого мало, но он и не знал этого. Меньше всего ей нужно было, чтобы он вновь полез на ту гору и сломал себе что-нибудь от неверного шага. Юго кивает и выскакивает из ее лаборатории, уже за ней отчаянно прикрывая лицо и счастливо посмеиваясь себе под нос. Да. Ему удалось. Шаг. Шаг. Шаг. Он приносит ей все больше, но никаких реакций за этим не следует. Юго старается, каждый раз ища поддержку в ее взгляде, но с каждым днем понимает, что ей вовсе не это все нужно. — И снова ты влип в неприятности. Что тогда, что сейчас, неизменный, — недовольно ворчит Килби, ведя за руку всего перепачканного элиатропа, найденного ей возле леса. Коридор пуст, и каждое их слово эхом отражается от каменных стен. — В прошлом ты... — продолжает говорить женщина, припоминая каждое такое событие, когда ей так отчаянно хотелось отвесить этому болвану затрещину. Огонь факелов дает слабое освещение, но все равно позволяет увидеть все больше кривящееся с каждым словом лицо Юго. — Ох, точно, совсем забыла упомянуть как безрассудно ты поступил, когда отправился в одиночку в Черный Лес. Понятия не имею, как могло... — Хватит! —надрывно кричит мальчишка, вырывая свою руку из чужой, — я — не они! Прекрати меня сравнивать с ними! — руки сжимаются в кулаки с яркими всполохами вакфу, что быстро исчезли, также как и появились всего на мгновение. — Юго... — пытается протянуть к нему руку она, но элиатроп срывается с места и убегает, оставляя ее, недоуменную, позади себя смотреть себе вслед. Шаг. Шаг. Шаг. Ей уже тысячи лет, мальчик, а ты всего лишь ребенок, не знающий ничего о жизни. Но почему же она говорит о них всех так много?.. Тихий скрип двери, она отрывается от бумаг и поднимает взгляд на вошедшего. Юго заходит, тихо прикрывая за собой дверь и боясь поднять взгляд на нее. — Прости, — набравшись воздуха и решительности, произносит он, — я знаю, что я не должен был на тебя кричать, просто я хотел, чтобы ты знала, что я — не они, — уже менее уверенно заканчивает элиатроп. — Понятно, — окидывает его взглядом Килби и возвращается взглядом к бумагам, — садись, у меня для тебя задание, раз уж ты соизволил наконец появиться. Мальчишка загорается и быстро спешит сесть на стул рядом, любопытно оглядывая ее стол, заполоненный бумагами. Из элиатропки вырывается смешок от этой картины, но Юго не обращает на него внимания, счастливый в ожидании ее слов. Шаг. Шаг. Шаг. Время стремительно утекает сквозь пальцы, и мальчик быстро становится мужчиной. Им удается заключить мир с мехазмами, и Юго по-настоящему счастлив видеть улыбки элиатропов и искренний интерес к незнакомым им формам жизни. Юго смеется, видя недоумение Оргонакса, когда он видит цветочное море. Юго смеется и тянет за собой эту расу, знакомя с культурой своего народа. А краем взгляда он ищет Килби, что так и не пришла встретить их. Шаг. Шаг. Шаг. Юго давно осознал, что для нее не существует настолько простых вещей, как любовь, отношения. Юго не против оставить несказанные слова в сердце. Ему достаточно быть лишь рядом. — Доброе утро, Килби, — буквально врывается в чужую лабораторию Юго, запрыгивая на соседний от девушки стол и улыбаясь, наблюдая за ее действиями. — Я просила не делать так, разве нет? — раздраженно бросает она, не отвлекаясь от своего занятия. — По-моему, ты уже давно привыкла, — насмешливо тянет он, бездумно качая ногами и отклоняясь спиной назад, чтобы получить лучший ракурс для наблюдения. Он снова спросит, чем она занята, а она начнет говорить, говорить... своим монотонным, бесцветным голосом, а он будет следить за каждым ее движением, улыбаясь про себя и не особо вслушиваясь. — Оу, твоя прядь... не двигайся, — Юго протягивает свою ладонь к ее лицу и бережно убирает с глаз волосы. Быстрее, чем она успевает как-либо на это отреагировать, — прости, — и он улыбается. Снова. И просит продолжить ее рассказ. Шаг. Шаг. Шаг. Иногда сложно сдерживать то, о чем так отчаянно кричит твое сердце. — Неужели ни одна из них тебя не заинтересовала? — бормочет дракон, приземляясь и вспоминая как в очередной раз его брат неловко отказывает в предложениях девушкам. — В моей жизни уже есть лучшая женщина, Ади, — бросает Юго своему брату и спрыгивает с него, когда видит приближающуюся недовольную фигуру Килби. Адамай молчит и смотрит как Юго улыбается, выслушивая чужие крики и причитания. Юго смотрит на нее так, словно нет ничего дороже. И Адамай понимает. Без слов, и сам чувствует теплоту, разливающуюся в сердце брата. Пусть так. Главное, чтобы он никогда не жалел об этом. Шаг. Шаг. Шаг. Все слишком резко меняется. Взрывы раздаются со всех сторон, и Юго перемещается над очередным безжизненным полем, пока не видит тело, распростертое по осыпающейся траве. — Нет, — срывается с его губ, и меч в руке рассеивается, когда он опускается на колени, прижимая к себе бедную девочку, — прости, что я не успел... — шепчет он в ее волосы, покрытые кровью, и сам пачкается, не боясь того, что подумают после другие. — Юго, — кричит голос брата в его сознании, и он оставляет ее тело на земле, с сожалением понимая, что не сможет забрать с собой, — Юго. Шаг. Шаг. Шаг. Теперь их мир умирает, но Килби находит выход из ситуации. Снова. Он так ей за все благодарен... Юго оглядывает строящийся корабль коротким взглядом, видя странно-болезненное выражение лица Килби, но молчит, поджимая губы. А плечо все еще болит под перевязкой от раны, полученной, когда он закрыл собой Килби от Оргонакса. Он никогда не сможет понять, почему они выбрали этот путь. Шаг. Шаг. Шаг. Юго с восхищением наблюдает за открытиями Килби и тем, как ее руки порхают над ранами элиатропов. Она так много сделала для народа... Они найдут лучший мир, что смогут назвать наконец домом. — Юго, послушай, — шипит Килби, вцепляясь в его ладонь. — Я не понимаю, Килби, зачем ему это? Да и разве тебе здесь не нравится? — недоуменно приподнимает бровь он, оглядывая ее, болезненно-бледную, от головы до ног. — Чиби солгал. Богиня никогда не называла это место нашим домом, мы должны двигаться дальше, Король, уж вы то должны это понимать, — упрямо твердит она, настаивая на своем. "Король" больно режет по его сердцу. Будто они совсем не знакомы друг с другом. "Король"... почему же больше не "Юго"? — Нет, — резко отрезает он, дергая рукой и вырывая ее из чужой хватки. Килби скрипит зубами и кидает на него взгляд, который он еще не скоро забудет, но элиатроп все равно сжимает ладони в кулаки и упрямо отводит взгляд, не смиряясь с ее точкой зрения в том, кто прав, а кто виноват. Шаг. Шаг. Шаг. Его собственный мир пылает, рушась вместе с комнатой хранения куба, некогда запечатанной ото всех. Она стояла прямо перед ним, но даже объятая ярким огнем, с этой безумной улыбкой, она выглядела восхитительно. Мысли Юго быстро сменяли друг друга в голове. Почему? Как? Зачем? Слишком много вопросов, слишком мало ответов. Слишком мало вариантов, что он бы мог сделать. Он хочет протянуть руку, дотянуться до нее и спросить, почему она так поступила. Он бы хотел обнять ее, притянуть к себе и попробовать начать все с начала, но голос Фаэриса, полный ярости и презрения, вывел его из оцепенения. Он знал. Он прекрасно знал, что у него не было другого выбора. И он злился, он ужасно злился на нее, но не за ту пролитую кровь на войне, а за то, что она бросила его. За то, что она предала. Так тяжело чувствовать в руках меч и отбивать удары того, кого он поклялся себе защищать. Как победить безумную женщину, в которую он был так долго влюблен? Так тяжело слышать ее крики боли и видеть ее кровь на своих руках. Это так нереально, что похоже на сон. Это так нереально, что он сам не осознает своих действий. Вряд ли она хоть раз испытывала эти чувства рядом с ним. Вряд ли она когда-либо могла его полюбить. Вряд ли он смог бы когда-нибудь вернуться в детство. В то детство, когда он мог видеть ее улыбку, когда он мог обнять ее и сидеть часами рядом, слушая ее монотонный голос. Ее голос всегда был для него утешением. — Нет, Юго, нет! — она надрывно кричит, но он не останавливается, толкая ее в белое измерение и наблюдая... и наблюдая пустым взглядом за ее стремительным падением, неизбежно. Он чувствовал как что-то внутри рвется, следя за ее удаляющейся фигурой, а он мог лишь наблюдать как отдаляется то единственное, за что он цеплялся многие годы. — Я... мне нужно побыть одному, — бесцветно бросает он дракону рядом и исчезает, не в силах оставаться там и секунды. Шаг. Шаг. Шаг. Иногда Юго кажется, что его жизнь разделяется на "до" и "после". Возможно, так оно и есть, но Король не позволяет снести ее статую в зале перворожденных, лично ухаживая. Юго находит ее голограммы и прячет по всему острову, делая их своим личным утешением. — Аргх, — хрипит Килби, падая рядом с деревом. У нее получилось. У нее получилось выбраться из этого чертового измерения. Хочется вздохнуть с облегчением, но рядом она слышит слишком знакомый голос Гругалораграна, мгновенно напрягший всю ее сущность. Килби собирается с силами и поднимается, опираясь на дерево. Всего лишь голос послания. хах. Но взгляд ее вдруг цепляется за сверток, над которым появилось оно. Ребенок. Шаг. Шаг. Шаг. Иногда все совершенно меняется. И Килби смогла найти приемлемым дом этого существа. Ее взгляд устало блуждает по небольшой комнате, пока не натыкается на резную кроватку, освещенную солнцем. Женщина поднимается и подходит к Юго, любопытно оглядывая его новую жизнь. Какая ирония, когда-то этот ребенок смог победить ее и отправить гнить в белое измерение, а теперь и шагу без нее сделать не сможет. Женщина фыркнула, неосознанно протягивая палец к малышу. И глаза ее удивленно распахиваются, когда он лишь невинно ей улыбается и обнимает своей небольшой ладошкой. Килби, не сдержавшись, прыснула тихо от смеха и искренне улыбнулась, не желая отнимать палец от его маленькой ручки. Улыбка. Все же это единственное, что она все еще прекрасно помнит о нем. Он всегда улыбался.