Малыш А-Сянь

***

      По ногам прошелся холодный ветер, поежившись, Вэй Ин сладко потянулся и, наконец-таки, разлепил серые глаза. Оглядевшись, А-Сянь понял, что лежит на широкой кровати, закутанный в белые одежды, словно бабочка в кокон. Выпутавшись из плена одежд, Вэй Ин осознал, что до сих пор нагой, поэтому накинул белоснежные одежды ордена Лань обратно себе на детские плечи. — Холодно-то как, — бывший Старейшина перевёл взгляд на окно, в котором красовалась идеально круглая алебастровая луна.       Укутавшись потеплее, У Сянь сполз с кровати и направился в сторону настежь распахнутых бумажных дверей. Оказавшись на террасе, Вэй Ин посмотрел в сторону доносившего шума, забежав за угол, бывший Старейшина смотрел на двух ругающихся во дворе мужчин, один из которых был одет в смутно знакомые фиолетовые одежды с гербом цветущего лотоса, а другой в белоснежно-чистые с вышивкой плывущих облаков.       Заклинатель ордена Юн Мэн Цзян что-то яростно доказывал, красноречиво жестикулируя руками. Второй же стоял абсолютно спокойный, словно нефритовая статуя, но брови изредка сходились вместе, а янтарные глаза неодобрительно щурились.       Ступая босыми ножками по холодному дереву, незамеченный Вэй Ин поднял взгляд на яркую луну, вдохнув холодный воздух, бывший Старейшина прыснул и тихо захихикал, вспоминая события сегодняшней ночи.

Flashback

— Он мой брат и адепт ордена Юн Мэн! — от резкого шума птицы взмахнули крыльями, с громким криком поднялись и улетели с деревьев.       Посреди леса спорили адепты двух орденов: Гу Су Лань и Юн Мэн Цзян. А между ними сидел мальчишка лет семи, закутанный в темные одежды, на волосах болталась красная лента, а взгляд беспомощно переключался с одного взрослого на другого. По какой-то причине — что Второй Нефрит Лань, что Глава Ордена Саньду-шэншоу — оба не могли поделить несчастного ребенка. Последний, к слову, был больше всех недоволен этой ситуацией, ибо из-за его молчания его названый брат посчитал, что Вэй Ин ничегошеньки не помнит. Хотя, что греха таить, первые несколько часов Вэй У Сянь действительно ничего не помнил, но при первой встрече с давними знакомыми он, к счастью, все вспомнил. — А-а?.. — Вэй Ин хотел робко возразить, чтобы перепалка на словах не переросла в драку с заклинаниями и мечами. Но его, как самого настоящего ребёнка, просто схватили сильные руки, прижимая к груди с четким рисунком плывущих облаков. Насупившись, Вэй Ин снова оглянулся, но теперь уже с более высокого ракурса. Встретившись с гневным взглядом названого брата, У Сянь, как самый настоящий ребёнок, схватился худыми ручками за белые одежды, сжав ткань в кулачки. Да, от страха, сейчас он ничего не сможет противопоставить Цзы Дяню, а У Сянь ещё с прошлой жизни знал, как недолго Вань Инь ведет разговоры с темными заклинателями. — Я забираю его в Облачные Глубины.       Бывший Старейшина стал возиться на руках Лань Чжаня, возмущенный своим положением, помимо двух взрослых мужчин, на поляне находились ещё два адепта ордена Лань и один ордена Цзинь. — Разбежался, имей в виду, что Вэй Ину никогда не нравилось в Облачных Глубинах! — Цзян Чэн продолжал стоять на своем. — Я не думаю, что он захотел бы возвращаться в Орден, где живет его убийца.       Ещё немного и дело перешло бы на личные оскорбления, а, чтобы такого не случилось, Лань Юань и Лань Цзинь И буквально встали между Цзян Чэном и Ван Цзи, ибо те уже начали метать друг в друга молнии. — Господин Саньду-шэншоу, господин Ханьгуан-цзюнь, уже ночь, почему бы нам не отправиться в Облачные Глубины и не обговорить все там? Они намного ближе, чем Пристань Лотоса, к тому же ребёнку вредно так долго находиться на холоде! — робко предложил А-Юань, расставив руки, стараясь тем самым не дать заклинателям приблизиться друг к другу.       Переглянувшись, Вань Инь и Ван Цзи кивнули друг другу, соглашаясь с адептом Гу Су. Хотя первый сделал это с большой неохотой.

End Flashback

— Проснулся? — в его сторону уставились сразу два вопросительных взгляда, в голове забился каламбур идей, что сказать. «Они же думают, что я ничего не помню? Пусть так и думают, так даже интересней!»       Вэй Ин — прирожденный актёр, состроив удивленное лицо, Старейшина прижал к груди широкую для него одежду. За ним выбежали те самые адепты, которых он встретил ещё в лесу в момент перепалки. Один из них схватил того на руки и потянул обратно в цзинши. Замотав ногами, У Сянь попытался вывернуться из рук А-Юаня, но детское тело, хоть и было юркое, всё равно из рук адепта вырваться не смогло. — Может, его уже стоит одеть? — скептически парировал Цзян Чэн, сложив руки на груди, Ван Цзи обошел стороной Главу Ордена и направился к А-Юаню. Забрав из рук юноши «ребёнка», Лань Чжань понес Вэй Ина в дом.       Усаженный обратно на кровать У Сянь смотрел, как адепты выбирают ему одежду. Ван Цзи с Цзян Чэном снова вышли поболтать, только теперь ушли куда-то в другую сторону, вероятно, чтобы их спор больше не достиг нежелательных ушей.       Сы Чжуй поднес ему нижние одежды и помог облачиться в верхние, все они были кипенно-белые, что аж в глазах пестрило. Недовольный таким исходом Вэй Ин активно стал пинаться ногами, но адепт поднял перерожденного на руки и понес в столовую. — Вот, присаживайся и поешь, — ласково произнес А-Юань, подставляя тарелку с кашей и чашку с молоком. «Прям мамочка-наседка! — усмехнулся У Сянь, ковыряясь в каше из риса, — А в Гу Су по-прежнему пресная каша…»       Состроив недовольное лицо, Вэй Ин принялся за еду, попутно осматриваясь по сторонам, выискивая взглядом брата и друга. Но те явно сбежали поговорить куда-то подальше. Закончив, наконец, с употреблением продукта, Вэй Ин выпил молоко и посмотрел на своих надзирателей. Адепты сидели молча, терпели, дожидаясь, пока тот наестся.       Увидев пустую чашку, Цзинь И схватил У Сяня за руки и повел куда-то в сад, в сторону дома, в котором он проснулся. Недовольный такими последствиями Вэй Ин стал отбиваться и в скором времени смог убежать от своего конвоя. Старейшина предвкушающе потер ручки, готовясь к веселью. «Ю-ху-ху!»       Выбежав из-за угла, Вэй Ин готовился прошмыгнуть мимо стражи и добраться до щели, через которую он раньше сбегал в город за вином. Но тут его снова подняли в воздух сильные руки. — Ты кто? — раздался приятный обволакивающий голос, обернувшись, У Сянь застал на месте самого Главу Ордена — Лань Си Чэня.

***

— Мелкий паршивец, иди сюда! — нарушая правила Облачных Глубин, Цзян Чэн кричал во всё горло, в то время как У Сянь, смеясь, убегал от названого брата с кисточкой в руках.       Глава Ордена Юн Мэн Цзян, Цзян Чэн, вызвался погостить немного в ордене Лань до выяснений, куда девать помолодевшего Вэй У Сяня. Последний время даром не терял, отыгрывался за всё. Например, сегодня утром Вэй Ин сбегал в женское крыло клана и выпросил у девушек набор косметики, не сумев отказать такому светлому малышу, как Вэй Ин, заклинательницы дали ему все то, что он попросил. Злорадно улыбаясь, Старейшина пробрался в гостевую комнату, в которой спал Цзян Чэн, и раскрасил ему лицо.       Проснувшись, Глава Ордена, разумеется, пошел умываться и застал в отражении такой вот сюрприз. Нет необходимости иметь мозги, чтобы догадаться, кто решился на такую пакость. — Не догонишь! Нет-нет-нет! — пропел Вэй Ин, петляя и убегая от названого брата, но детское тело, даже со всей проворностью Вэй Ина, не смогло бы убежать от взрослого мужчины. Поэтому уже через пару домов беглец был пойман. — Чертов Вэй Ин! — грозный Саньду-шэншоу закинул брата на плечо, последний со всей силы сопротивлялся, пиная ногами фиолетовые одежды ордена, оставляя на них небольшие пятна пыли. Но Цзян Чэн не собирался закрывать на это глаза, разогнав адептов ордена Лань, он вошел на территорию источников. Понимая, к чему идет дело, Вэй Ин в ужасе закричал: — А-а-а! Нет, дядя Цзян! — Старейшина всё ещё прикидывался незнающим, но по свойственным смешкам в голосе его начали подозревать, но пока не раскрыли.       Вань Ин недовольно фыркнул, подошел к источнику и без лишних слов выбросил маленького Вэй Ина в ледяную воду. Довольный собой Цзян Чэн ждал, когда У Сянь всплывет. Через несколько секунд появилась темная головка, Вэй Ин вынырнул из воды, обхватив себя руками и обиженно смотря на Цзян Чэна. Но Главе Ордена такой взгляд не понравился, он коротко фыркнул и позвал брата: — Вылезай, вода холодная, — Саньду-шэншоу отвернулся, смотря на ворота, ожидая, когда за его спиной раздастся всплеск и У Сянь выползет из воды. Но всплесков за спиной упорно не раздавалось. Обернувшись, А-Чэн увидел стоящего по пояс в холодной воде Вэй Ина, маленький Старейшина обнимал себя руками, отвернувшись от названого брата. — Хватит строить обиженного, сам виноват, — фыркнул Вань Ин, но его шиди упорно не желал покидать источник, всем своим видом демонстрируя глубину своей обиды. Тут нервы Цзян Чэна не выдержали, и Глава Ордена, характерно цокнув, вернулся к каменному краю источника и протянул руку к брату, чтобы схватить за шкирку, но тот демонстративно ушел вправо.       Цзян Чэн уже, было, собирался высказать всё, что он думал о поведении Вэй Ина, но тут вдруг раздался всплеск со стороны водопада. Старейшина и его брат уставились в сторону, откуда был слышен звук, через несколько секунд там оказался сам Ханьгуан-цзюнь. — Что здесь происходит? — Он меня обижает! — захныкал Вэй Ин, указывая на брата, решив свалить всю вину на Цзян Чэна. — Что вякнул?! — прикрикнул возмущенный Вань Ин, попытавшись дать подзатыльник малышу Вэй Ину, но тот успел отстраниться.       Вздохнув, Ван Цзи стал медленно приближаться к уже успевшему замерзнуть Вэй Ину, но тот сдаваться не хотел, развернулся и попытался уйти. Лань Чжань собирался схватить ребёнка за шиворот, но У Сянь выбежал из источника и убежал в сторону выхода. К сожалению, Вэй Ин снова попал в те же руки, его вновь подняли над землей и укутали в одеяло. Подняв взгляд вверх, встретившись со светлой улыбкой Си Чэня, Старейшина улыбнулся в ответ, но губы подрагивали. «Теперь я знаю, как чувствовали себя кролики, которых я когда-то ловил и тискал»,  — усмехнулся У Сянь своим невинным мыслям. — Что стряслось, господин Цзян Ваньинь, А-Чжань? — но не успели мужчины хоть что-то сказать, как Вэй Ин выпалил всё за них, прилепив в историю ещё и ни в чем не повинного Ван Цзи: — Они меня обижают, бросили меня в холодную воду! — тут прошибло даже самого господина всея зима, Лань Чжань нахмурился от столь открытой наглости, он ведь даже не прикоснулся к У Сяню. Разумеется, Си Чэнь обвел двух мужчин недовольным взглядом, но на его лице продолжала сиять улыбка. — А-Чэн, А-Чжань, разве можно обижать младших? Это против правил, написанных на скале послушания, — Вэй Ин гадко усмехнулся в ворот Главы Клана: первый раз правила сработали в его сторону, а не против.       За недолгую жизнь в Гу Су господин Си Чэнь стал его самым настоящим защитником. Глава Ордена появлялся в самый неожиданный момент, спасая проказника Вэй У Сяня от гнева своего, теперь уже, старшего брата. Цзян Чэн не жалел розг, чтобы отхлестать непутевого Старейшину, а Старейшине было жаль свое мягкое место. Вот Лань Чжань поступал куда проще — поскольку таких малышей в Ордене жестко наказывать было нельзя, чем Вэй Ин несомненно пользовался — Ван Цзи попросту запирал проказника в комнате, лишая всякой свободы. Свобода — то, за что У Сянь будет бороться всегда, а, лишившись её, сядет посреди комнаты и будет выть хуже волка. Ван Цзи это знал, поэтому пользовался, заодно после такой процедуры Вэй Ин успокаивался на несколько дней. — А-Сянь, пойдем, я тебя за искупление угощу мороженым, — опустив ребёнка на землю, Си Чэнь протянул ему свою руку, за которую тот поспешно схватился, но перед этим развернулся и показал язык оставшимся на источнике заклинателям.

***

— Бесстыдник! Негодник! Разгильдяй!       Вэй У Сянь сбежал с лестницы и скрылся в кустах, на той же лестнице недовольно махал руками лучший учитель клана Лань — Лань Ци Жэнь. Мужчина стоял с неаккуратно выбритыми усами и разгневанным лицом. У Сянь радостно визжал и бежал в сторону, где Цзян Чэн в это время медитировал, тот как раз был в компании Лань Чжаня. Вернее сказать, Ван Цзи попросту сидел на террасе и вдумчиво читал книгу, игнорируя присутствие Главы Юн Мэн.       Злорадно улыбнувшись, Вэй Ин выскользнул из своего укрытия и бросился прямо в объятия брата, тот не успел среагировать, и У Сянь случайно стукнул Цзян Чэна макушкой. Вися на шее, тот громко хохотал, пока Вань Ин пытался отлепить маленького паршивца от своей шеи. Но стоило У Сяню обернуться, как его взгляд встретился с двумя сияющими солнцами, глаза Ван Цзи были наполнены… ревностью? Дабы проверить, показалось ему это или же нет, Вэй Ин немного наклонился, но в тот же момент пытавшийся до этого отцепить его Цзян Чэн резко прижал обратно к себе. На его действия У Сянь лишь коротко посмеялся, для него не было секретом, что в действительности А-Чэн — очень заботливый и ревнивый брат. А теперь он ещё и гораздо больше… — Дядя Чжань! Хотите, я и вас обниму! — воскликнул А-Сянь, протягивая ручки из объятий брата, но мужчины, казалось, готовы были метать друг в друга молнии. Внезапно Второй Нефрит поднялся с террасы и величественно прошел к Вань Ину. — Вэй Ину пора завтракать, отдай его, — Ван Цзи протянул руки к малышу У Сяню, тот с улыбкой потянул крохотные ручки навстречу, но Вань Ин почему-то оказался против. Глава Ордена поднялся с поляны, продолжая держать на руках брата. Всю дорогу до цзинши Лань Чжань сверлил Цзян Чэна убийственным взглядом, но тот его игнорировал.       Заклинатель усадил Вэй Ина на маленькую подушечку за стол, Ван Цзи уже поставил перед ним чашку с рисом и салатом, со стороны У Сяня послышался горестный вздох. Потянувшись к палочкам, Вэй Ин остановился, так и не беря палочки в руки, в его умной головушке неожиданно мелькнула «гениальная» мысль. — Дядя Цзян! Дядя Чжань! Покормите меня! — бывший магистр потянулся к двум своим дядям, которые были явно удивлены таким исходом. Поэтому ещё несколько минут приходили в себя, но Вэй Ин показательно протянул ещё нетронутые палочки. Воспользовавшись шансом, Ван Цзи поднял найденыша и примостил себе на колени, но Цзян Чэн был этим сильно недоволен.       Вэй Ин довольно улыбался, когда Ван Цзи поднес к губам У Сяня рис, через полчаса чашка была уже опустошена, лишь на дне лежали одинокие листья салата, который У Сянь есть отказывался под любым предлогом. — А теперь я хочу полетать! — воскликнул У Сянь, поднимая руку вверх, Цзян Чэн и Ван Цзи вновь переглянулись.       Вэй У Сянь спрыгнул с колен Нефрита и побежал на террасу. — Я пойду, — отрезал Глава Юн Мэн Цзян, выходя вслед за братом, но Лань Чжань проследовал за ним, в итоге они вместе вышли из цзинши. В то время как Вэй Ин уже бегал по двору, ожидая заклинателей. — Нет. — Многоуважаемый господин Лань, — процедил Цзян Чэн сквозь зубы, опасно сощурив глаза, — не кажется ли вам, что вы слишком много на себя берете? — Вань Ин вскинул бровь, Вэй Ин поднял взгляд, подбежал к двум своим конвойным и схватил маленькими ручками за фиолетовые и белые одежды. Но взрослые мужчины не обратили на него внимания. — Нет. — Дядя Чжань, дядя Цзян, я хочу погулять с вами вместе! — улыбнулся У Сянь, но янтарные и лиловые глаза смотрели друг в друга, не прерываясь ни на миг, словно вели внутреннюю войну. Вэй Ин пытался достучаться до мужчин, но Вань Ин широкой ладонью легко оттолкнул ребёнка в цветы, продолжая сверлить Лань Чжаня непроницаемым взглядом. Периферическим зрением заметив этот жест, Ван Цзи потянулся к Вэй Ину, поднимая У Сяня на руки. — Это мой брат, — рыкнул Цзян Чэн, попытавшись забрать из рук чужака названого брата, но Ван Цзи выпустил немного духовной энергии, чтобы Вань Ин отшатнулся. И тот действительно сделал несколько шагов назад, вспыхнув огнем гнева. — Это можно расценивать как вызов?! — вскрикнул Цзян Чэн, но напасть на второго молодого господина Лань ему не дала настойчивая музыка сяо. Оба заклинателя обернулись, за ними же обернулся и Вэй Ин. На деревянном мостике стоял Си Чэнь, Глава Ордена в траурных одеждах с мягкой улыбкой смотрел на двух заклинателей. — А-Чжань, господин Цзян, не ожидал от вас, что вы подеретесь за внимание ребёнка, — засмеялся Лань Хуань, прикрыв рот длинным белым рукавом. — Ничего подобного, — Цзян Чэн показательно сложил руки на груди, вставая вполоборота к Лань Чжаню. На его действия Лань Си Чэнь хмыкнул. — Мгм, — согласился Лань Чжань, мочки его ушей несчастно покраснели, ему было стыдно перед братом за нелепость ситуации. Но стоило У Сяню потянуться и попытаться вырваться из рук Ван Цзи, как он оказывался прижатым обратно. Это придавало ситуации ещё большую комичность. И Си Чэнь воспользовался упорством обоих. — Да? Ну ладно, — хмыкнул взрослый заклинатель, Лань Хуань сделал несколько шагов и оказался рядом с Лань Чжанем. Улыбнувшись малышу А-Сяню, Си Чэнь потянулся и забрал Вэй Ина из рук младшего брата. — Тогда с ним погуляю я! Малыш А-Сянь, куда хочешь полететь? — улыбался Глава Ордена, Вэй У Сянь заразительно засмеялся. А вот в спину Главы Ордена было направлено два разгневанных взгляда, а следом синхронное шипение: — Соперник…

***

— Вэй Ин! Прекрати плескаться! — воскликнул Цзян Чэн, но бывший магистр словно и не слышал его, радостно визжа, плавал в бочке, стараясь вырваться из рук заклинателя. Одежда Вань Ина уже вся промокла, а У Сянь словно и не чувствовал своей вины, продолжая плескаться и брыкаться. Так проходило каждое купание. — Лань Ван Цзи! Сколько можно выбирать масло для ванны?! Вы его нюхать собрались?!       Наконец-то из-за двери показался Второй Нефрит с прозрачным флаконом причудливой формы в руках. Цзян Чэн пробежался взглядом по названию и прыснул в ладонь: «Масло с запахом цветущего лотоса».       Подойдя ближе, Лань Чжань вылил немного себе в ладонь, комнату окутал приятный запах лотоса. В сознании Цзян Чэна и Вэй Ина мелькнула ностальгия о доме, Вань Ин только вчера летал в Пристань Лотоса, он Глава Ордена, к тому же заботу о племяннике тоже никто не отменял. — Не дергайся! Вэй У Сянь! — недовольно бурчал Вань Ин, пока Ван Цзи намывал мягкие волосы Вэй Ина. Надув щеки, бывший Старейшина сложил руки и наконец-то успокоился. Остальное время купания прошло более спокойно.       Закутав У Сяня в мягкое полотенце, Лань Чжань отнес его на кровать в его цзинши. Кивнув, Цзян Чэн собирался уходить, но Вэй Ин устал от того, что эти двое ведут холодную войну. Стоило названому брату дойти до выхода, как Вэй Ин призвал на помощь свои превосходные актерские способности и выдавил слезу. Вскоре раздался всхлип, а за ним ещё один. И вот — что Цзян Чэн, что Лань Чжань — оба впали в ступор. За весь месяц жизни в Облачных Глубинах Вэй Ин ни разу не грустил, а теперь ни с того ни с сего заплакал. «О-о-о, какие моськи, главное не заржать!» — Я боюсь спать один! Мне снятся собаки! — хныкал бывший Старейшина. Лань Чжань поднял заплаканного ребёнка на руки, приглаживая волосы. Несколько минут убеждения Цзян Чэна спустя.       На одной кровати спали сразу двое взрослых мужчин, а между ними удобно устроился маленький А-Сянь. Вэй Ин довольно улыбался, но чужие руки его практически задавили, даже во сне они пытались перетянуть на себя одеяло. Но через несколько часов Вэй Ину было практически всё равно, ноги его лежали на А-Чжане, рука где-то на лице Цзян Чэна, а изо рта текла слюна. — Ась? — хрюкнул Вэй Ин, когда вокруг его маленького тела медленно стали витать светлячки. Разлепив глаза, У Сянь спохватился, но стоило заклинанию развеяться, и вместо крохотного тельца шестилетнего ребёнка появилось его собственное, но уже двадцатиоднолетнее. — Ой… — Вэй У Сянь!