Решения. Из жизни Пожирателя.

POV Гарри Уже два года прошло, с тех пор как меня посадили в Азкабан. Ха-ха, МЕНЯ! Спасителя Волшебного Мира! Мальчика-который-Выжил! Ха-ха-ха! Мда, прям обхохочешься. И самое занимательное то, что в тюрьму-то отправили мои «драгоценные» друзья, люди, которым я когда-то доверял больше чем себе! Предатели! Время… в тюрьме оно тянется невыносимо медленно, буквально растягиваясь как какая-то патока и болезненно обволакивая всё вокруг, не давая жизни идти своим чередом. Хотя, какая жизнь возможна в этих стенах? Но именно здесь ты понимаешь, насколько длинна каждая секунда. Впрочем, и сколь она коротка. А особенно остро это ощущаешь именно в такой миг, как сейчас. К камере вновь подходят мои «персональные мучители» — я уже слышу крики и мольбы других заключённых, чей разум подвергается нескончаемым пыткам. Дементоры — они здесь частые гости. Удивительно, но за столько времени, каждый день видя бесконечно повторяющиеся кошмарные воспоминания, я не сошёл с ума, хотя вначале своего заключения и страстно этого желал. Мне так хотелось уйти за грань сознания и забыть боль от предательства дорогих мне людей… Как и всем моим желаниям этому тоже не суждено было сбыться. Хотя оно и к лучшему, ведь из этих мучений я черпал силу! Стражи всё ближе, а в моей голове вновь раздаются чужие голоса. Они что-то говорят, кричат, требуют, и с каждой секундой я слышу их всё чётче и чётче. — Это ты! Ты убил её! — Раздался громкий крик Гермионы, как будто она вновь стоит рядом со мной. Послушайте… — Ты, ублюдок, мы верили тебе! А ты… Ты предал нас! — Вторил ей голос Рона, полный презрения и ненависти. Послушайте меня… — Как ты мог, Гарри? Как ты мог? — Неверяще шептал Дамблдор. Прошу вас, выслушайте меня… — Ты был мне как сын. Зачем? Зачем ты сделал это? — Причитала миссис Уизли. Прошу вас… — Почему? Почему ты убил её? — Постоянно повторял Артур Уизли. Прошу… И вдруг… — Нет! Не убивай Гарри! Только не он! МАМА! Сквозь какофонию звуков и криков у себя в голове, я различил ненавистный шорох. Стражи прибыли. В тот же миг перед глазами замелькали самые тяжёлые для меня события прошлых лет. — Мамочка тебя защитит, мой малыш. Ты будешь жить. — Тихонько шептала женщина, нежно поглаживая меня по голове. Самое ненавистное и, вместе с тем, самое желанное видение, насланное дементорами. Каждый раз видя улыбку Лили я искренне ненавидел как Волдеморта, так и Дамблдора. И если первого, после долгих размышлений я смог немного понять — всё-таки война диктует свои условия — то второго мне никак не удавалось простить. Да, директор не всесилен, но зачем… а тем временем, действие перед моими глазами набирало обороты. На лестнице раздались какие-то два гулких хлопка, а вслед за ними послышался оглушительный треск и двери осыпались мелкой крошкой на пол, к ногам… кхм, к сожалению, из колыбели, где я сейчас лежал у меня никак не получалось разглядеть неизвестного. Хотя не трудно было догадаться — Лорд Волдеморт. Только он мог прийти сюда сейчас. В этот же момент что-то пошло не так. Картинка перед глазами дёрнулась раз, другой, появилась какая-то странная рябь и… я оказался в углу комнаты, прямо напротив Лорда. Хм, что-то новенькое. Мама как обычно закричала, чтобы Лорд не убивал меня, я видел, как Волдеморт послал в ответ убийственное заклятие… да, видел, но… но ничего не чувствовал! Хотя где-то в глубине души и поселилась ноющая боль, но она была так далека и эфемерна, что казалась чем-то чужеродным. Всё происходящее мне напомнило какой-то маггловский фильм, вроде и видишь всё, вроде и героев жалко, но это же просто кино? Видимо догадавшись, что эти воспоминания не приносят мне должного отчаяния и боли, картинка началась меняться, но в последний момент я услышал едва различимый шепот: «Это война. Я… должен! Авада…» Что? Эй, верните! Я этого не видел раньше! Это же был шипящий голос Волдеморта? Но, как будто почувствовав моё желание вернуть воспоминание, дементоры назло сменили на следующее, и вот я уже стою на кладбище и слышу неприятный писклявый голос: «Убей лишнего», вспышка зелёного света, а рядом со мной падает тело Седрика Диггори. Но я… опять стою рядом и наблюдаю всё со стороны. Я ощущаю лёгкую радость от того, что мой конкурент наконец-то мёртв, а значит, Я победил. А следом за этим приходит презрение и ненависть к себе, за столь крамольные мысли. Я же гриффиндорец! Вот только эти чувства и ощущения столь эфемерны, что понимаю — это только тень тех истинных эмоций, что обуревали меня тогда. Хм, но вот что странно, Хвост же использовал свою палочку, сейчас я это вижу! А откуда тогда появилась тень Седрика, во время моей дуэли с Лордом? И опять картинка меняется — Отдел Тайн в Министерстве Магии. Вокруг кипит бой и опасно близко проносятся всполохи заклинаний, однако мой взгляд прикован к центру зала — к помосту с Аркой, туда, где сражаются Беллатрикс Лестрейндж и Сириус Блэк. Вот Бродяга что-то кричит Белле, она огрызается и кидает какое-то заклятие, Сириус не успевает уклониться и, отброшенный силой заклинания, словно в замедленной съёмке, падает в Арку. А я опять ощущаю отголоски былых чувств: неверие, тоску и ненависть, направленную как на Лестрейндж, так и на крёстного, к его дурацкой браваде и отсутствию банального чувства самосохранения. Смена кадра. О! А это уже из новенького — суд в Министерстве Магии: -…18 октября 1995 года выносится приговор по делу № 3513/256В «Убийство при отягчающих обстоятельствах с использованием ритуальной магии» от 14 сентября сего года. Верховный суд Визенгомота принял решение. Гарри Джеймс Поттер обвиняется в изнасиловании и убийстве Джиневры Джейн Уизли сроком на 10 лет Азкабана нижнего уровня. Вина подозреваемого была установлена вследствие взятия показаний свидетелей, а так же улик с места преступления, в частности палочки мистера Поттера… Судья что-то продолжала говорить, а я тем временем осматривался вокруг. Вон Грейджер с Уизли сидят и, наверное, мысленно, проклинают меня. Вот миссис Уизли заходится слезами, а мистер Уизли пытается её успокоить, хотя и видно, ему очень тяжело держать себя в руках. На втором ряду сидят близнецы, и их лица не выражают ничего, кроме горя и печали, дальше Билл и Флёр, а так же Чарли с Перси. Дамблдор, МакГонагалл, Кингсли, Грюм — почти весь Орден Феникса, но и кроме них зал полон многими другими незнакомыми мне людьми. Кто-то, по мере произнесения приговора, заходится слезами, кто-то в гневе сжимает кулаки, а кто-то что-то шепчет своему соседу, но всех их объединяет одно: они все смотрят на человека, прикованного к стулу в центре зала. Я тоже взглянул в ту сторону. Боже мой! И это я? Лицо, осунувшееся и опухшее от побоев, руки мелко дрожат, на скуле кровоподтёк (результат знакомства с Аврорами) и только глаза полны ненависти и страха, я даже ощущаю эти чувства сильнее, чем при других видениях. Самое смешное, что на суде, насколько я помню, на меня наложили Silencio, из-за того, что на предыдущем собрании я кричал, что невиновен, а так же требовал Веритасерум, для того чтобы подтвердить свои слова. К сожалению, меня не захотели слушать, так же как и не дали сыворотку, потому что посчитали, что раз могу бороться против Imperius, то и зелье на меня может не подействовать. Пока я разглядывал всех, судья закончила читать приговор и приказала увести меня. Этот момент я ненавижу больше всего. Когда авроры подняли меня и потащили к выходу из зала, в спину мне полетели обвинения от моих друзей и родных. Они кричали, что ненавидят меня, хотят моей смерти и очень повезло, раз меня посадят в Азкабан всего на десять лет. Я тогда попытался вырваться, но авроры держали крепко, не давая совершить лишних телодвижений. Прекрасно помню, как мне хотелось крикнуть всем, что не виновен и чтобы меня выслушали, но заклятие немоты так никто и не удосужился снять, поэтому приходилось только покорно переставлять ноги. В тот момент, когда меня проводили мимо Уизли и Грейнджер, мой «лучший друг» плюнул мне под ноги, а «подруга» крикнула — «Убийца», в глубине моей души поднялась волна неудержимой ненависти и гнева. КАК? Как они могли говорить такое, когда я ничего не делал?! Они меня не выслушали! Они мне не дали даже слова сказать в своё оправдание, так как они могут говорить такие слова?! Не знаю почему, но меня буквально вышвырнуло из последнего воспоминания. Неужели эмоции были столь сильны, что дементорам это не пришлось по вкусу. Кое-как встав на ноги, я подошёл к решётке. За ней всё так же было темно, а где-то вдалеке слышался удаляющийся шорох. Всё-таки стражи ушли, так и не найдя пищу в моей измученной душе. Но что же, Мерлин возьми, произошло? Эти странные взгляды со стороны — первый раз такое. Да и ощущения никак не сравнятся с обычными мучениями. «Что-то грядёт!» — Пронеслась, словно молния, мысль. Подойдя к своей лежанке (проще говоря, куче прелого сена, сваленного в углу камеры) я устало завалился спать.

***

Я сидел на высоком мраморном троне, а передо мной в коленопреклонённых позах застыли верные слуги. Вот вперёд вышла одна из фигур и неподвижно замерла, боясь неосторожным движением вызвать мой гнев. — Говори, — лениво взмахнув рукой, разрешил я. — Мой Лорд, всё готово к проникновению в тюрьму. Мы можем уже выступать, но… — Замешкавшись, Пожиратель на миг оглянулся на товарищей, будто ища поддержки, но тут же вновь предано посмотрел на меня, однако не решаясь продолжить начатую мысль. — Ну! Что у вас опять случилось? — Орден узнал, что он не виновен. Освободят сегодня. — Едва слышно произнёс мужчина и замер, страшась наказания за оплошность. Тьфу! — Как вы это допустили? Выдвигаемся, сейчас же!

***

— Кшаа! — Резко проснулся я, хватаясь за полыхающий адским пламенем шрам. За два года в тюрьме я уже успел и забыть, что такое связь с Волдемортоом. Интересно, что там происходит? И о чём они говорили? Готовится нападение? Неужели на Азкабан? Хе-хе, это было бы просто великолепно.

***

На следующий день Специальный выпуск «Ежедневного Пророка» »… было установлено, что Гарри Джеймс Поттер, известный так же как Мальчик-который-Выжил (подробнее стр. 5-7), был незаслуженно обвинён в убийстве Джиневры Джейн Уизли (стр. 3-4) и приговорён к десяти годам Азкабана. Вчера к нам в редакцию поступили неопровержимые сведения от конфиденциального источника по этому громкому делу. Как нам сообщили, Гарри Поттера подставил его друг и однокурсник Дин Томас, который на самом деле убил девушку, когда она отказала ему во взаимности!..» Из сна меня выдернул звук сигнального рога. На Азкабан напали. Наконец-то! Надеюсь Тёмный Лорд заглянет и ко мне на этаж — думаю, нам есть о чём поговорить. Отовсюду слышались крики, какие-то взрывы и замогильный вой сигнального рога. Что же там происходит? Хотя ответ на свой последний вопрос я получил буквально через пару минут. Двери в обоих концах коридора одновременно распахнулись, и внутрь вбежали Пожиратели Смерти во главе с Тёмным Лордом и Орден Феникса под предводительством Дамблдором. Вбежали, да так и застыли. Как патетично! Хорошо (хотя, в принципе, ничего хорошего в этом и нет), что моя камера находится ровно посередине коридора, так что обе стороны мне было прекрасно видно. Вон среди Ордена стоят вытянувшиеся Рон и Гермиона, хотя они и повзрослели, я всё равно смог их легко опознать, дальше Тонкс, Грюм и другие, они все перешёптывались и с надеждой смотрели на Дамблдора. Пожиратели так же не предпринимали никаких действий. Интересно и чего все ждут? Внезапно вперёд вышел Волдеморт, а следом за ним, чуть замешкавшись, выступил и Дамблдор. — Старик, не ожидал тебя здесь увидеть, хах, что, тоже пришли за мальчишкой? — раздался шипящий голос Лорда. — Да… мы узнали, что Гарри не виновен и пришли забрать его. Но что тебе тут понадобилось, я понять не могу, Том. — Чуть прищурившись протянул Директор. Пф, они всё же выяснили, что я не виновен! Долго же до них доходило. — Тоже, что и тебе. Но ты уверен, старик, что мальчишка пойдёт с вами, после того как ВЫ его предали? — Гарри поймёт нас! Я знаю, мы виноваты, но никто и подумать не мог на Дина! А уж то, что все улики будут ложными… Мы можем только надеяться, что он нас простит! — Ах, на Дина они не могли подумать, а на меня смогли? Уроды! И кто это там протявкал такую глупость? А, всезнайка Грейнджер подала голос, ну, тогда всё понятно. — А вы не думали спросить у меня, а? — Чуть ухмыльнувшись, хрипло спросил я, выходя из тени камеры на свет, ближе к решётке. Господи, это я так говорю?! Как покойник! Хотя да, два года ни с кем особо не разговаривать (сам себя я вряд ли могу считать полноценным собеседником), а только кричать вряд ли сделаю мой голос как у певчей птички. — Г-гарри? — Удивлённо ахнул кто-то и зашептал соседу. — Видишь, он не сошёл с ума! — Нет, как видите, а что должен был? — Развернувшись в сторону говорившего, я послал ему кривую ухмылку. По тому, как побелели лица у некоторых приспешников Ордена, улыбка у меня вышла весьма колоритная. — Нет, что ты Гарри, мы очень рады, что ты здоров! Угу, то-то у вас голос так испуганно дрожит, Директор, наверняка от неземной радости. — Верю на слово. Вот только можно свою дальнейшую судьбу я решу сам? А то неохота быть словно бессловесная тушка при делёжке двух торговок на рынке. — Уставившись прямо в глаза Дамблдора, я с каким-то садистским удовольствием отметил, что взгляд у директора уже не такой сияющий, да и морщин у него прибавилось гораздо больше. Тяжёлыми для вас были эти два года. Очень тяжёлыми. Вот только мне было во сто крат хуже! — Конечно, Гарри! Я только надеюсь, ты не пожалеешь о своём выборе в дальнейшем… — Как-то грустно улыбнулся Дамблдор, взмахивая палочкой и открывая двери. Я сделал осторожный шаг вперёд, вот она, свобода! Такая же вонючая и грязная, как и моя камера, но такая желанная. Повернувшись к представителям Ордена, я, потоптавшись на месте, гордо вскинул голову и протянул: — За Тьму! По коридору пронёсся удивлённый вздох, а я, резко развернувшись, шагнул за спину МОЕГО Лорда.