Жить в твоей голове

Антон задавал пустым улицам Воронежа слишком много вопросов, а они отвечали ему шумом ветра и треском проводов, но Антону было не дано понять ни слова. Парень кутался в толстовку и поднимал взгляд в серое весеннее небо. Горло слегка жгло от желания почувствовать в легких никотин. Похлопав по карманам, парень понял, что где-то оставил свою пачку сигарет. Он тихо прыснул, то ли от нервов, то ли осознания того, что там оставалась лишь одна, такая необходимая ему сейчас, сигарета. Скорее всего в комнате оставил, в рюкзаке. Завибрировавший в кармане телефон отвлек Антона от мыслей о доме, куда возвращаться было совершенно не охота.

«шаст, я возле твоего подъезда ващет, ты где шляешься?»

Сообщение от Эда — единственного человека, с которым Антон поддерживает связь после школы — то, чего парень совсем не ожидал. Забитый татуировками с головы до ног /когда он только успел? /, он казался таким далеким от образа идеального друга из головы Шастуна, но именно ему удалось подобраться ближе всех. Они вместе курили за школой, обсуждая математичку, а после уроков первыми вылетали из кабинета и бежали к Эду играть в приставку или смотреть фильмы. Иногда к ним присоединялся Поз — пацан из параллели. Сначала принять его в устоявшуюся «компанию» было сложно, потому что Дима был категоричен к куче вещей, из которых состояла, в принципе-то, жизнь парней, но после пары стычек, они-таки сошлись в едином мнении. Мнении, что лучшего Человека Паука, чем Тоби Магуайр в киновселенной MARVEL не было. Позов сейчас переехал в Москву, где без труда поступил на бюджет в Медицинский университет, и откуда пообещал присылать отчеты. Надо отметить, что присылает. По двадцать страниц. А еще мемы смешные. Тут же память начала вкидывать ему воспоминания о том, что Эд в инете нашел чела из Питера, что тот учится в том же универе, куда Шастун хочет поступать, что он будет в Воронеже несколько недель, ведь здесь он должен проходить практику, и что им надо будет пообщаться, ибо «охуенный чел, отвечаю». — Сука… — парень парой движений открывает диалоговое окно. «Зайди в кафешку, дома не прокатит» Ответ пришел тут же.

«быстрее»

Антон снова прыснул в пустоту и быстрым шагом поспешил в сторону дома. Родители, скорее всего, уже вернулись с работы, и видеть их парень не хотел вообще от слова «совсем». Те были кардинально против всей этой затеи с переездом сына в другой город. Их можно понять, ведь Антону всего 18, и давать ему полную свободу — глупо. По мнению же Антона, глупо — это держать его вдали от, возможно, лучшей возможности в его жизни. Парень перешел на бег, когда приближался к знакомой с детства улице. Кафешка, о которой он упомянул, находилась в десятке метров от его дома. Приоткрыв дверь, парень услышал тихий перезвон колокольчиков над дверным проемом. В нос ударил запах чего-то мучного, похожего на булочки с корицей, которые раньше часто пекла его мама. Почти все столики были заняты. Оно и не удивительно — выходной же. — Шаст! — Антон услышал голос Эда, но откуда он исходит, понял не сразу. Пройдя несколько шагов, тот замер на мгновение. За столиком, рассчитанном на четверых, сидел Эд, а напротив него расположился незнакомый темноволосый парень. На нем было серое пальто с парой расстегнутых пуговиц — видимо еще не успел снять его, — из-под которого виднелась черная футболка с красным принтом, а ноги облегали темные рваные джинсы. Лук, мягко говоря, не Воронежский. — Тут я. Дароу. — Антон потянулся, чтобы поздороваться с Эдом, но смог лишь пожать руку. Обнять не получилось, потому что Эд слегка качнул головой в сторону незнакомца. Эд прокашлялся и перехватил инициативу: — Короче, это Арс, — хрипло произнес он. — Ну, тот чувак, который из Питера, я тебе про него рассказывал. Незнакомец поднял, наконец, голову и Антон залип. Он с интересом рассматривал его: тонкие губы, редкие морщинки, разбросанные по лицу, скулы, но больше всего Антона зацепили глаза, весь лоб над которыми был скрыт под слегка растрепанной челкой. Светло-голубые, улыбающиеся и необыкновенно глубокие, как будто нарисованные. — Арс… ений? — неуверенно спросил Шаст, пытаясь словить взгляд этих голубых глаз. Парень улыбнулся. — Арсений, — подтвердил он, протягивая руку Антону. Антон, бренча браслетами, пожал ее, а затем сел на место рядом с Эдом, который уже завис в мобильном. — Итак, Эд мне тут все уши прожужжал, что ты хочешь поступить в Петербург, — Арсений произнес это очень размеренно. Казалось, заводить знакомых для него было обычным делом. Антон же, будучи довольно открытым человеком, не любил знакомства с новыми людьми. — Ну есть такое. Заебался. Тошнит уже от людей здешних, — Шастун выплевывал эти слова. Правда имела горький привкус. Юношеский максимализм давил на всё, на что только мог. Антону сейчас хотелось увидеть свет, встречать разных людей, узнавать их. Он хотел разбить стену между собой и остальным миром, ведь за всю свою жизнь он дальше окраин Воронежа не уезжал. Ярко зеленая трава других городов и стран манила к себе сильнее магнита, а желание доказать свою независимость подогревало кровь в его жилах, растворяя страхи. Арсений внезапно рассмеялся, но при этом смущенно отвел глаза. Когда же Антон недоверчиво посмотрел в его сторону, Арсений произнес: — Прости, но эта история, где «rebelliousteenager» рвется в большой город такая знакомая… — Арсений хотел было начать что-то рассказывать, но вовремя взглянул на Антона, скрестившего на груди руки, и закатившего глаза. Его поведение выдавало то, что он и так все понял. — Я сам из Омска. И должен заметить, что тут у вас очень красиво… и мрачно. Всегда так?       — Город так тебя встречает, — влился в разговор Эд. — Кстати, ты где остановился?       Арсений медленно повернул голову в сторону Эда и завел шарманку о том, что эту ночь он проведет в отеле, потом планирует снимать квартиру на месяц, который здесь проведет. Во время разговора Арсений жестикулировал, но делал это очень избирательно, чем подчеркивал свою речь. Он даже вбросил странные шутки, над которыми сам посмеялся, оставив Эда с Антоном в полном непонимании. К сожалению Арсения, и к счастью парней, его монолог прервала подошедшая официантка.       — Я могу предложить вам меню? — девушка вежливо улыбалась и прижимала к груди папки.       Арсений снова улыбнулся и буквально мурча произнес:       — От такой прекрасной девушки я готов принимать только объятья.       Официантка засмущалась, начала крутить локон и прятать улыбку за ладонью. Протянув каждому по экземпляру меню, девушка собиралась было уходить, но прежде добавила: — Как только выберете что-нибудь, позовите меня.       Арсений коротко кивнул и посмотрел на парней. Они перешептывались о чем-то и отвлеклись только тогда, когда Арс наигранно кашлянул. — И че это было? Ирку решил склеить? — Это было больше охуевание, нежели вопрос. Эд сидел и смотрел вслед уходящей Ире. Она была из того же класса, что и Поз. Антон когда-то по ней сох, но большего, чем пьяный поцелуй на вписке он добиться так и не смог.       –Приятная и красивая девушка, почему бы и нет? — Арсений снова улыбнулся и загадочно взглянул на Антона, молчавшего уже минут 10. Антон тоже охуевал. Все было так просто? Сказать, что она симпотная и девка посыпется? Антон прокручивал в голове прошлые походы в это кафе, когда у него живот крутило от того, что Ира проходила мимо столика, а Эд стебал его за это. И правильно делал, блять. Просто сказать романтичную х е р н ю. Голова парня была готова взорваться от того, как Арсений за какое-то мгновение расположил к себе девушку, за которой Шастун пробегал три года. Какой же он странный. — Ша-а-аст, — Эд помахал перед его глазами рукой. –Ау? — Антон вернулся из своей прогулки в голове. — Я здесь — Мы выбираем, что похавать, а Арс платит. — Эд взглянул на удивившегося Арсения, но тот лишь пожал плечами, снова улыбнулся и согласился. Они выбрали еду очень быстро. И когда Ира подошла к их столику снова, а заказ был записан, Арс подозвал ее ближе к себе и привстал, чтобы прошептать ей что-то на ухо. Эд и Антон переглянулись с немым вопросом. Девушка же засветилась, будто то солнце, которое пряталось за Воронежскими тучами, приняло человеческую форму и теперь шло светить другим. Арсений зажег её одной фразой. — Что ты там ей сказал? — С нотками ревности спросил Антон. — Я ее такой счастливой не видел класса с четвертого. Арсений горделиво поднял голову. — Сравнил ее с ангелом, который спустился на Землю, чтобы распространять добро и… — повисла пауза и Арсений рассмеялся. Эду кто-то вдруг позвонил он, прислонив трубку к уху, и закрыв рукой другое, встал из-за стола. Отойдя в сторону окна, Эд начал вести беседу, агрессивно размахивая руками. Антон смотрел на Арсения, не понимая, что сейчас испытывает. Точнее, он вообще ничего не понимал. Почему он ржет?  — Видел бы ты свое лицо, — не прекращал смеяться Арсений. — Ангел… Он поднял глаза и пересекся взглядом с Антоном. — Я пошутил. — Еблан… — Шастун тоже рассмеялся и почувствовал, что расслабляется. Что-то в парне, сидящем напротив, его напрягало, но и притягательное в нем тоже было. — А по чесноку? — Ты очень красивы…- Арсений осекся и быстро исправился. — красивая, когда улыбаешься. Антон загорелся за секунду. Пусть это и не было адресовано ему, но он буквально ощутил эмоции Иры. Как мало нужно человеку, чтобы почувствовать себя счастливым. Когда Эд вернулся за столик, Арсений с Антоном уже активно обсуждали Питер и архитектурные решения Воронежа. Арсений всё еще казался странным.