Путь к равенству

Следующее утро прошло в привычном для меня ключе - я лежала в своей кровати, уже покрывшейся засохшей кровью. Надо мной, поникшая, свесила голову Шейд. Увидев меня, пришедшую в сознание, она сменила выражение лица на некое подобие радости, но только подобие, ибо радоваться было мало чему. Я повернула голову и увидела Найта, опиравшегося о дверной проём, который вёл в коридор. - "Очнулась? Прости, что попал по тебе. Сама понимаешь - других вариантов не было. Либо я тебе в ногу, либо он тебе в голову", сказал он виноватым голосом. - "Ничего, я всё понимаю", прохрипела я в ответ, не понимая, за что он извиняется, ибо его пуля - лишь капля в море моих ран. - "Слушай, Найт, сделай нам чайку, пока она приходит в себя", попросила Шейд. - "Спасибо, что вы в очередной раз не бросили меня. Вы могли просто уйти, но...", начала я благодарить, как единорожка перебила меня: "Не прибедняйся, ты отлично сражалась, просто тебя подвело оружие. Если бы не ты - мы бы и не пошли в тот район, нас бы убили быстрее, чем мы бы успели кого-либо увидеть, ибо нас бы никто не прикрыл. Это тебе спасибо за то, что рискуешь собой, хотя могла просто остаться у себя дома и послать нас...". - "Я бы никогда так не поступила с тобо... *Кхм* с вами", сказала я и потупила взгляд, отведя его чуть в сторону, ибо поняла, что немного, так сказать, выдала свои чувства. Мои мысли были только о её реакции, а из чувств было только смущение. Это было вызвано только тем, что я к ней неровно дышала, в другом случае я бы просто не обратила на это внимания. Шейд тоже чуть потупила взгляд. Наступила тишина. - "Давай сюда правое копыто, нужно вытащить пулю", попросила она через пару минут тишины, разрядив неловкое молчание. Легко было сказать - копыто было наполовину онемевшим, и поднять его было сравнимо тридцатикилограммовому мешку с цементом. - "С этим есть небольшая проблемка...", сказала я. - "Ладно, не напрягайся", ответила она и подложила под моё копыто подушку, ещё не покрытую моей кровью. - "Сейчас будет немного больно. Ну как немного... Очень даже много. Терпи. Ты же не хочешь показаться слабой в моих глазах, ведь так?", добавила она, заставив меня ещё больше потупить глаза и засмущаться. Закрыв глаза и попытавшись задуматься о чём-то хорошем, я с трудом погрузилась в мысли о том, что нас ждёт. Они были направлены не на реалистичность, а на светлое будущее. Такие же мысли обычно приходят перед сном, когда ты представляешь ситуации, которые скорее всего не случатся. Я почувствовала, как Шейд роется внутри раны пинцетом. Ощущение не из приятных, но через какое-то время мне это начало даже нравиться... - "Ау", пронзил тишину моих мыслей крик боли, который я не смогла сдержать, хоть и была к этому готова. - "Цыц, терпи.", послышался сквозь мои прижатые уши голос Шейд. После этого она полила копыто и грудь чем-то, что вызвало дикое жжение. На этот раз я еле-как сдержала крик. Затем она перевязала мне всё битами, а на ногу ещё и наложила шину. Когда всё закончилось, моя щека почувствовала нежное прикосновение. Это был поцелуй. За все мои двадцать лет меня ни разу никто не целовал. Я растаяла, забыв обо всех проблемах, о том, что творится на улице. - "Ты мне тоже нравишься, только цыц...", ласково прошептала Шейд мне на ухо и вновь села рядом с кроватью. В комнату зашёл Найт с подносом, на котором стояли три кружки. - "Тебе лучше поспать. Ночью у тебя всё заживёт, поверь. Проснёшься - выдвинемся в том же направлении, что и вчера", сказала она уже громко. Мы попили чаю и я легла спать.